История про Эдемский сад
ПавлоТо есть Ева с Адамом, даже незначительных нареканий в прошлом не имеющие, нарушают режим пребывания в рае в первый раз, причём не устраивая в нём ни наводнение, ни пожар, ни заражение радиоактивными элементами или нечто подобное, его обитателей не калеча, не насилуя, не умерщвляя и причинением любого иного вреда тоже не напрягая, а лишь распоряжаясь своим здоровьем и собственным же сознанием, что кроме них самих волновать не должно вообще никого, но особенно бога, так как если бы с ними действительно случилась беда, он наверняка легко бы их подлечил, оживил или слепил себе "из праха земного" им замену. Однако он, даже не рассматривая возможность их прощения или назначения им наказания совершённому ими весьма безобидному проступку более соразмерного, сразу обрекает обоих, но особенно Еву, на столетние муки в тяжелейших условиях, чем компенсирует своё удивительное слабоумие чудовищной жестокостью. Змея же он наказывает даже не за употребление или сбыт плодов "дерева познания", а лишь за предоставление о них информации, причём достоверной, демонстрируя своим произволом не только собственную жестокость, но ещё и тоталитарную сущность возглавляемого им рая.
Даже какой-нибудь дурной папаша, навсегда выгоняющий из дома своих маленьких детей, из-за того что они вопреки его воле берут принадлежащую ему вещь, а потому, несомненно, заслуживающий порицания и лишения родительских прав, является меньшим подонком, чем бог, так как, поступая аналогично, он ещё дополнительно отягощает Еву необходимостью испытывать во время беременностей и родов мучения и скорбь.
Наиболее же абсурдным выражением безумного гнева рассвирепевшего бога становится его заявление о проклятии не только Змея, но ещё и всей Земли. Однако, что конкретно означает данная информация, авторы опять никак не поясняют. Потому читателям остаётся только лишь предполагать, что, видимо, бог распространяет действие назначенных своим подопечным наказаний ещё и на их потомков. Причём, утверждая, что "нарёк Адам имя жене своей Ева, ибо она стала матерью всех живущих" ("יקרא האדם שם אשתו חוה כי הוא היתה אם כל חי", "нарёк человек имя жене своей Хава, так как она была матерью всего живого"), авторы причисляют к ним каждого из тех людей, которые появятся в библейском мире в дальнейшем, хотя, согласно информации из истории про создание Земли, бог произвёл мужчину и женщину и приказал им размножаться ещё до того, как организовать рай в Эдеме. Во-вторых, поскольку в тот момент, когда Адам (или "человек", "אדם") даёт жене имя Ева (или "Хава", "חוה"), та никакой матерью ещё не является, присутствующее в этой фразе слово "стала" (или "была", "היתה") назвать её соответствующей библейской действительности не позволяет тоже. Авторов данные обстоятельства не смущают, а примечательность этой фразы ими не исчерпывается, поскольку она ещё и озадачивает читателей такими вопросами:
1) "откуда у Адама имеется информация (а) об отсутствии во Вселенной людей помимо него, (б) о реальном механизме их появления в ней (в) и о том, что ни извне, ни из "праха земного", ни из ребра какого-нибудь подобного ему неандертальца в будущем оно не случится никогда?";
2) "зачем Адам, уже придумав своему помощнику обозначение "жена" (или "женщина", "אשה"), дублирует его дополнительным "Ева" (или "Хава", "חוה"), в чём смысла нет никакого?".
Эти вопросы, подобно всем предыдущим, ответов в тексте не имеют. Зато авторы сообщают, что бога охватывает не только гнев, но ещё и сильнейший страх, заставляющий его кому-то испуганно сказать: "Адам стал как один из нас (האדם היה כאחד ממנו), зная добро и зло, теперь бы не простёр он руки своей и не взял от дерева жизни". Эта фраза, уже упоминавшаяся в предисловии, как и та, которую чуть раньше Ева слышит от Змея, указывает на то, что центральный персонаж "священного писания" является его богом отнюдь не единственным. А причина возникшего у него страха вполне понятна, поскольку побеждают его не какие-то могущественные сущности, а сотворённые им же, да ещё и усилий для того не прилагая. Одна наносит ему удар, хоть и не фатальный, но всё же очень болезненный, тем, что лишь оглашает известную ей информацию, после чего двум другим уже для отправки его в нокаут оказывается достаточно скушать каких-то плодов. Примечательно, что поверженный ими, он и с последствиями их действий не справляется тоже, так как с метаморфозой своих подопечных смиряется, а дальнейшую работу над проектом "рай" прекращает.
Если кто-то и может посостязаться с создателем Эдемского сада, причём, разумеется, не только в бессилии, но и в жестокости, лживости, да и в тупости тоже, то, наверное, лишь правительства большинства государств мира реального, на протяжении нескольких последних десятилетий ведущие абсолютно бессмысленный и безумный террор против потребителей нейроактивных веществ, в том числе тех, которые, подобно плодам "дерева познания", имеют природное происхождение и для здоровья почти безопасны или же вовсе безвредны. Потому что, например,
1) распространяемые правительствами сведения об этих субстанциях, в том числе о рисках, связанных с их употреблением, очень часто недостоверны, являясь не результатом объективных научных исследований, а пропагандой, такой же тупой, как и враньё бога о плодах "дерева познания", убивающих гарантированно и сразу после первой затяжки;
2) подобно обитателям Эдемского сада, игнорируют запреты и люди из мира реального, причём обычно тоже усилий для того не прилагая никаких;
3) правительства преследуют любителей этих субстанций, подвергая наказаниям не менее строгим, чем бог Еву с Адамом, тоже исключительно за их потребительские предпочтения и желание самостоятельно распоряжаться своими жизнями, на чужие не посягая;
4) как бог беспокоится за своих подопечных только лишь на словах, фактически же обрекая их на продолжительные страдания и возможную раннюю смерть, так и правительства объясняют необходимость контроля за этими субстанциями демагогией об охране здоровья людей и особенно детей, однако, во-первых, усилия для его реального укрепления прилагая отнюдь не всегда, а во-вторых, нанося ему вред самой политикой прогибиционизма, проводимой ими исключительно в собственных корыстных интересах.
И последним качеством бога, демонстрируемым им в этой истории, является несправедливость, выражающаяся в том, что
1) разбирательство инцидента, фактически судебное, он проводит с грубыми нарушениями его регламента, для таких мероприятий, конечно, в их цивилизованном варианте, совершенно стандартного. Так, например, он
а) выступает одновременно в роли и обвинителя, и судьи, что быть беспристрастным ему не позволяет;
б) не проверяет Еву и Адама, очевидно страдающих слабоумием, на вменяемость психиатрической экспертизой, хотя сама формулировка предъявленного им обвинения в незаконном посягательстве на плоды "дерева познания добра и зла", недвусмысленно указывая на отсутствие у них в момент происшествия понимания каких-либо этических категорий, а соответственно, и возможности осознавать последствия своих действий, представляет собой обстоятельство, позволяющее лишь их принудительное лечение, от наказания же освобождающее;
в) устанавливает виновность Змея, Евы и Адама исключительно на основании тех показаний, которые двое из них дают в отсутствии своих адвокатов, а потому юридической силы не имеющих;
г) не предоставляет никому из осужденных возможность своё решение обжаловать, что назвать его законным, обоснованным и справедливым не позволяет тоже.
2) наказанием Евы, Адама и Змея он не ограничивается, а заявляет ещё и о проклятии всей Земли, становясь причиной страданий огромного количества её обитателей, к инциденту в рае непричастных. Колоссальная несправедливость этого произвола бога наверняка впечатляет любого разумного человека, как и замешанная на радикальном мазохизме тупость его многочисленных фанатов, из-за него на проклятой Земле страдающих и ему же поклоняющихся.
3) собственную ответственность за происшествие он не признаёт и себя не наказывает никак.
А заканчивается эта история упоминанием некоего "Херувима". Правда, никаких сведений об его природе авторы не сообщают. Они пишут лишь о том, что бог выставляет его "на востоке у сада Эдемского", чтобы "охранять путь к дереву жизни" сразу после того, как производит расправу над Евой, Адамом и Змеем. О дальнейшей судьбе этого "Херувима", рая и растущих в нём волшебных растений информация в Библии отсутствует.