История про фараона и царя герарского

Как и в предыдущей истории про заключение вечного завета, святой праведный патриарх Аврам является главным героем и этой тоже. Она начинается в двенадцатой главе Бытия и заканчивается в двадцатой. А рассказывается в ней о том, как он с помощью бога и приходящейся ему одновременно и женой, и единокровной сестрой святой праведной Сары улучшает своё материальное положение.

В первом эпизоде этой прекрасной истории события разворачиваются на территории Египта, куда Аврам и Сара прибывают из Ханаана. В чужом для них государстве они оказываются среди людей, им абсолютно незнакомых, а потому и об особенностях их семейных отношений не осведомлённых. Как и полагается мужу предприимчивому и довольно ответственному, желающему своей праведной семье благополучия, Аврам придумывает гениальный план, позволяющий данным обстоятельством воспользоваться. В соответствии с ним, им с Сарой достаточно помалкивать о том, что они с ней состоят в браке, словно она является только его родственницей, а потому какие-либо препятствия для её отношений с другими мужчинами, в том числе богатыми, у неё отсутствуют. Поэтому Аврам говорит ей: "я знаю, что ты женщина, прекрасная видом, когда египтяне увидят тебя, скажи, что ты мне сестра, дабы мне хорошо было".

Вдохновляется ли Сара идеей мужа или поддерживает его участием в её реализации без энтузиазма, в тексте не уточняется. Из него читатели сразу узнают о том, что праведный предприниматель оказывается фантастически удачливым, так как из всех обитающих в Египте рыб крючок с его жёнушкой заглатывает максимально крупная. Правда, количество менее состоятельных мужчин, успевающих вступить с ней в близкие отношения до её попадания "в дом фараонов", авторы почему-то не разглашают. Впрочем, принципиального значения это обстоятельство действительно не имеет, так как вследствие только лишь дружбы с фараоном и его вельможами у Аврама появляются "ослы, рабы, лошаки и верблюды".

И тут внезапно о себе напоминает бог, озвучивая своё недовольство, но не "древнейшей профессией", а тем, что ей занимается женщина замужняя. И поэтому он карает, но не скрывших от общественности свой статус Аврама и Сару, а обманутого ими "фараона и дом его", поражая их "тяжкими ударами". Что подразумевается под этими словами, авторы не расшифровывают. Однако незащищённость контактов праведницы со своими клиентами, вероятность чего представляется достаточно высокой, позволяет предположить, что она заражает правителя Египта, его друзей и родню какими-то инфекционными болезнями. Авторы же интерпретируют их как наказание от бога.

После случившейся неприятности фараон как-то узнаёт о том, что Сара приходится Авраму не только сестрой, и её ему возвращает. Почему он не расправляется с ними, в тексте не поясняется. А они, отлично заработав в Египте, его покидают, некоторое время странствуют, проводят небольшой ребрендинг своего кооператива, о чём читателям известно из истории про заключение вечного завета, и в двадцатой главе обнаруживаются уже как Авраам и Сарра на территории герарского царства.

На новом месте всё повторяется, только роль богатого клиента достаётся не фараону, а его коллеге Авимелеху. Как и правитель Египта, он тоже узнаёт о том, что принятая им во дворец дамочка является замужней. Те обстоятельства, при которых данный факт становится ему известен, в этот раз в тексте всё-таки раскрываются. Оказывается, что информацию о статусе Сарры он получает во сне от бога, дополнительно подвергающего его психологическому давлению угрозой "непременно умрёшь ты и все твои".

Ещё во втором эпизоде авторы чуть более подробно рассказывают о возникающих у герарского правителя проблемах, сообщая уже не о "тяжких ударах", как в случае с фараоном, а о том, что "заключил Господь всякое чрево в доме Авимелеха за Сарру".

После тревожного сна перепуганный царь возвращает оказавшийся бракованным товар Аврааму назад, а за то, что тот свою подельницу представлял родственницей, высказывает ему обоснованный упрёк. Но хитрющий праведник отвечает Авимелеху: "она подлинно сестра мне, дочь отца моего, только не матери, я сказал ей: в какое ни придём мы место, везде говори обо мне - брат".

И в качестве платы за "разблокировку" поражённых частей тела Авраам получает с Авимелеха "серебра тысячу сиклей, скота, рабов и рабынь", о чём извещает бога, после чего тот жертв обмана исцеляет, ставя в этой истории точку. Учитывая, что в ней сутенёрство, проституцию и мошенничество он не осуждает, но за контакт с замужней женщиной, хоть им и порицаемый, однако объективно безобидный, наказывает не расстройством желудка и не гриппом, а поражением репродуктивной системы, говорить об его жестокости можно вполне уверенно. Поскольку же свою ярость бог изливает, во-первых, на тех, кто пользуется услугами святой Сар(р)ы, об её реальном статусе не зная, а во-вторых, на многочисленных приятелей и родственников этих людей, к их отношениям с Авра(а)мом непричастных вовсе, с ничуть не меньшей уверенностью можно утверждать и об его несправедливости.

Также читатели наверняка замечают, что если в первом эпизоде бог только лишь причиняет "тяжкими ударами" вред жертвам патриарха, то из второго о нём становится известно уже как об его подельнике, в подлом отъёме средств совместно с ним и с праведной Саррой участвующем непосредственно в качестве их "крыши". Сначала он психологически подавляет герарского царька, попадающего в довольно сложную жизненную ситуацию, вынуждающую его ради устранения проблемы с "блокировкой" чрев близких ему людей что-то предпринимать, а потом предоставляет гарантию безопасности способному порешать данный вопросик Аврааму, сценарий с расправой над ним исключающую.

Примечательно, что для получения "милости" от бога герарскому царю не приходится совершать какие-то добрые дела или, например, трудиться над собственным развитием. Он её легко зарабатывает, перечислив Аврааму тысячу шекелей серебра и осчастливив его не указанным в тексте количеством скота и рабов. Данное обстоятельство наглядно показывает готовность бога раздавать свою чудесную "милость" за некоторый прайс в пользу служителей собственного культа, нуждающихся в материальных ценностях, как он, очевидно, полагает, гораздо сильнее многодетных матерей, стариков или инвалидов, а также то, что коммерческие отношения с этой мифической сущностью возникают одновременно с зарождением самой библейской религии, сразу становясь её наиважнейшей особенностью.

другие истории