Второй тайм. Глава 2(1).

◀ Глава 1| Содержание | Глава 2(2) ▶

Даже в машине по пути в аэропорт Дже Рим не мог выпустить телефон из рук. Обычно его сильно укачивало, поэтому, за исключением тех случаев, когда он сам был за рулем, в транспорте он почти всегда спал, надев маску. Но сегодня чувство безысходности пересилило тошноту. Он как одержимый листал новостные статьи, готовый, казалось, провалиться в маленький экран смартфона.

[Аарон Рейес: «Никаких особых причин для внезапного трансфера нет… Я просто почувствовал, что в жизни нужен переломный момент»]

«Это что еще за бред сумасшедшего? Неужели он несет эту чушь, потому что ему наскучило жить, выигрывая каждый сезон чемпионат лиги, забирая трофей Пичичи[2], «Золотой мяч» и «ушастого», словно это какой-то завтрак? Ладно, дальше.»

[«Таварона» в трауре, испанские фанаты умоляют: «Рейес, пожалуйста, не уходи»]

Статья с фотографией плачущего мальчика в форме «Тавароны» во всю полосу. Хотя на самом деле снимок был сделан, когда «Таварона» праздновала вторую подряд победу в Лиге чемпионов… Но что в Корее, что в Англии, что в Испании — все привыкли к подобным кликбейтным заголовкам[3] с неуместными фотографиями, так что он не обратил внимания.

Содержание статьи, однако, было интересным. Журналисты любезно приложили скриншоты реакций из соцсетей на испанском, так что можно было в полной мере понять, как местные восприняли этот трансфер.

— Пре… дательство. Хреново. Неблагодарный. Внезапно… — Дже Рим запинался, давно не читая на испанском. Хоть он и встречался пару раз с испаноязычными людьми, да и в клубе было немало игроков, говорящих на этом языке, так что практика у него была, но на расшифровку интернет-постов, нашпигованных всевозможным сленгом, ушло время. С трудом дочитав, он нахмурился. — Нет, ну если хотите кого-то поносить, поносите этого ублюдка, при чем тут наша команда…

[Дерьмовый клуб.]

Эта фраза резанула Дже Рима по сердцу. Точнее, полный комментарий звучал так:

[Зачем уходить из лучшего клуба мира в такой дерьмовый клуб?]

«Блять, это так абсурдно. Какой еще «дерьмовый клуб» постоянно держится в большой четверке АПЛ, а в этом сезоне занял второе место в лиге и дошел до финала Лиги чемпионов?»

Да, «Сефтон» в целом уступал «Тавароне» по достижениям. В «Сефтоне» не было обладателей «Золотого мяча» (Дже Рим всегда был лишь в числе номинантов), и команда не выигрывала чемпионат каждый сезон по умолчанию. Но они играли в разных лигах, так что прямое сравнение было невозможно.

«К тому же это этот ублюдок кинул клуб, который растил его с юности, не принеся ни копейки отступных, и свалил в другую лигу, как только стал свободным агентом[4]. Так почему винят нашу команду? Мы его что, переманивали? Ну, ладно, скорее всего, переманивали… Но разве есть хоть один клуб, который не попытался бы заполучить такую рыбу, когда она сама плывет в руки, да еще и бесплатно? «Сефтон» просто выиграл в этой борьбе. В любом случае, хейта ему теперь не избежать».

Для фанатов «Тавароны» трансфер Аарона выглядел как предательство. Ни один болельщик не любит игроков, которые уходят на правах свободного агента, особенно если этот игрок — воспитанник клуба, за которого можно было бы получить астрономическую сумму. Их ярость была понятна.

«Так ругайте одного лишь Аарона. Он и впрямь поступил не по-людски с клубом, который его вырастил. Вечно этот беспринципный ублюдок без капли преданности создает всем проблемы».

— Хух…

Дже Рим глубоко вздохнул и с боевым настроем снова принялся листать ленту. И тут же схватился за затекший затылок.

[Я еду в Корею!» Аарон Рейес немедленно присоединится к «Сефтону» в предсезонном туре]

— Айщ…

— Что такое? Что-то болит? — Чан Сик, его агент, который был за рулем, обеспокоенно посмотрел на пассажирское сиденье.

Дже Рим с хрустом повернул шею и равнодушно пробормотал:

— Не, просто бесит.

— Что Рейес приезжает? Или амулет, который твоя мама дала?

— И то и другое.

Дже Рим надул щеки, чтобы выдохнуть, и скорчил недовольную гримасу. Его бесило всё: и амулет от «проклятия девятки»[5], который мать сегодня утром вшила в подкладку его бумажника, и трансфер Аарона. Какое еще проклятие, какой амулет? Для Дже Рима, не верившего ни в какие суеверия, включая сглаз, амулет был просто пустой тратой денег. Но он не мог отказаться, ведь мать, несмотря на болезнь, лично поехала к какой-то известной прорицательнице.

«— Сынок, она сказала, что тебе нужно быть особенно осторожным во второй половине года. И что страдать будешь не телом, а душой. По словам госпожи прорицательницы, злой рок из прошлого встанет у тебя на пути. Так что обязательно носи амулет с собой, хорошо? Понял?»

…И надо же было такому случиться, что ее слова о «злом роке из прошлого» совпали с новостью о трансфере Аарона, отчего градус доверия к ним слегка повысился. В итоге Дже Рим взял бумажник с собой. Чан Сик, посмотрев на его лицо, причмокнул губами и принялся его уговаривать:

— Ну же, говорят, шаманка, что сделала твой амулет, очень сильная. Да и какой от него вред?

— Мне противно от одной мысли, что в моем бумажнике лежит эта уродливая штука. Ах, как же меня достала эта суетливость нашей госпожи Хван…

— Это ты у нас суетливый. Хватит читать новости. Что ты там высматриваешь? Он уже едет сюда.

— Смотрю и все равно не верю.

— Ладно. Все равно в аэропорту встретишься с ним лицом к лицу, вот тогда и поверишь.

— Ха-а-а…

Дже Рим перевернул подушку для шеи и уткнулся в нее подбородком. Слова Чан Сика больно ранили. Прямо сейчас он ехал в аэропорт Инчхон, чтобы встретить тренера, штаб и товарищей по команде, которые скоро должны были приземлиться. И в списке этих «товарищей», разумеется, был и Аарон Рейес.

«И куда он так торопится?»

Трансфер провернули без лишнего шума и проволочек, и он тут же присоединяется к первому же туру. Учитывая, что он играл на Евро[6] сразу после окончания сезона, мог бы и отдохнуть подольше. Чан Сик, видимо, думал о том же.

— Не надо так злиться, будь снисходительнее. Пусть он и вылетел в четвертьфинале Евро, Рейес ведь почти не отдыхал, так?

— …

— Присоединиться к команде с первого же предсезонного тура[7]… прямо показательная лояльность новичка.

— …Не знаю. Мне-то что…

Предсезонные сборы начались еще позавчера, но Дже Рим должен был присоединиться к тренировкам с дня прибытия команды в Корею. Тренер Верди проявил заботу: зачем лететь одним и тем же маршрутом туда-сюда, если все и так собираются в Англии, чтобы лететь в Корею? Вместо этого Дже Рим должен был ждать в аэропорту для встречи с фанатами и интервью для прессы. Нынешний тур был организован исключительно ради него, Бан Дже Рима, так что на его плечах лежала огромная ответственность. К тому же это был его первый тур в статусе капитана, которым он стал в прошлом сезоне. Чан Сик, словно напоминая об этом, отчетливо проговорил:

— Ты должен хорошо себя показать в этом туре. Понимаешь?

— Понимаю, — игриво пробубнил в ответ Дже Рим, уткнувшись в подушку.

Чан Сик, держа руль левой рукой, в отчаянии похлопал себя по груди.

— Я имею в виду, не деритесь! С Рейесом…

— Я что, школьник? Думаешь, я ему в аэропорту в глотку вцеплюсь?

— Судя по твоему нынешнему состоянию, еще как можешь.

— Не вцеплюсь. Мне что, хочется снова яйцами в лицо получить?[8]

Дже Рим усмехнулся, вспомнив холодное прикосновение сырого яйца, которое на полной скорости, словно мяч, брошенный лучшим питчером-левшой из высшей лиги, прилетело ему в лицо. Тому парню, что кинул яйцо, точно надо было в бейсбол идти. Такой талант пропадает. Сам виновник торжества, которого закидали яйцами, усмехался, а вот Чан Сик, видевший это лишь на экране, испуганно передернул плечами.

— …Эй, ты даже не заикайся про яйца. У меня до сих пор мурашки по коже, серьезно.

Как бы он это ни выражал, он беспокоился. Дже Рим снял подушку, надел ее на шею Чан Сика и помассировал ему плечи.

— Шучу, шучу. Даже если мы с ним и правда начнем кататься по полу в аэропорту, неужели наши граждане закидают яйцами меня? Скорее уж его.

— Это да.

Мальчик, которого соотечественники закидали яйцами за роковую ошибку на Чемпионате мира, за десять лет вырос и стал одним из лучших футболистов Азии. Теперь никто бы не посмел бросить в него яйцо за какой-то промах. Такого человека тут же бы арестовали и деанонимили[9]. В каком-то смысле это была даже репетиция. Яйца, летевшие в него тогда, превратились в оглушительный свист, который сопровождал его на каждом матче. Когда он играл на поле соперника, стоило ему забить гол или упасть после фола, как весь стадион взрывался гулом. Иногда с трибун летел мусор. С этим сталкивается любой футболист. Молодые игроки вроде Лемана часто терялись из-за этого и не могли показать свою игру. Но Дже Рим, уже получивший такой нетривиальный «подарок» в виде яиц, заработал несгибаемый менталитет и на свист фанатов в Премьер-лиге[10] уже не обращал внимания.

Вот только проблема была в том, что даже с таким несгибаемым менталитетом он никак не мог принять трансфер Аарона Рейеса…

«Нет, серьезно, какого черта? Продлил бы контракт с «Тавароной», псих ненормальный. Это сколько же он будет получать в нашем клубе, если до последнего тянул с контрактом, чтобы перейти бесплатно? Обычно игрокам, которые переходят на правах свободного агента, дают высокую зарплату, ведь клуб не тратится на трансфер. А он явно не тот талант, который будет играть за какие-то жалкие сто с небольшим тысяч в неделю. Наверняка ему положили зарплату больше, чем мне, самому высокооплачиваемому игроку в клубе… Так, сколько я там получаю».

Прикинув в уме свою базовую зарплату в 320 тысяч фунтов[11], плюс бонусы за матчи и победы, Дже Рим начал беспокоиться о финансовом состоянии клуба. Он и так получал огромные деньги, а если к этому добавится еще и Аарон… Дже Рим не был уверен, что даже такой обеспеченный клуб, как «Сефтон», сможет это потянуть. Товарищи по команде часто подшучивали, что после завершения карьеры он должен купить «Сефтон» и стать его владельцем. Настолько он любил свой клуб. И Чан Сик, прекрасно зная об этом, надавил на его преданность команде. И на его обостренное чувство ответственности.

— В любом случае, ты капитан. А Чемпионат мира был десять лет назад. Так что зарой топор войны и…

— Я и без твоих советов собирался так сделать, — быстро оборвал его Дже Рим, не давая развести нравоучения. Может, потому что они так долго работали вместе — сначала Кан Джу Хан, его тренер с юности, а теперь глава его агентства, и вот Чан Сик. Даже сейчас, когда ему было под тридцать, эти двое порой читали ему нотации, как юному дарованию. — Как капитан клуба, я должен отбросить личные чувства и уважать товарища по команде, верно? Этого правила я, разумеется, буду придерживаться.

Он произнес вслух фразу, которую мысленно повторял тысячу раз с тех пор, как услышал о трансфере Аарона. Пусть Аарон ему и не нравился, у него не было ни малейшего намерения по-детски собачиться с парнем, с которым теперь придется есть из одного котла, из-за событий десятилетней давности. Футбол — командная игра. Какой бы выдающейся ни была индивидуальная техника, если в команде нет согласия, ее потенциал ограничен. Грубо говоря, как только внутри команды поползут слухи о раздоре, вину за все поражения свалят на этих игроков. Любой неточный пас тут же породит разговоры, что он специально не отдал мяч или что мыслями он уже не в клубе. А если дойдет до настоящей ссоры, атмосфера в раздевалке превратится в полный бардак, что подорвет боевой дух остальных игроков. О хороших результатах можно будет забыть.

К тому же, Дже Рим — капитан. Это звание, похожее на орден, клуб и товарищи по команде подарили ему, возможно, на последние несколько лет перед завершением карьеры. Он не хотел позориться и устраивать цирк, вцепившись в глотку одноклубнику с капитанской повязкой на руке.

Поэтому с момента объявления о трансфере он каждый день занимался мысленной репетицией[12]. Представлял, как под вспышками фотокамер с улыбкой пожимает Аарону руку с выражением лица «Мы лучшие друзья! А тот случай в финале был досадной ошибкой!». Представлял, как обнимает его с видом «Я так рад видеть этого ублюдка!». Представлял, как сам выступает вперед и говорит тренеру и команде: «Это мой товарищ по молодежке, я помогу ему адаптироваться!».

«Блять, нет, вот это уже слишком».

— Кхе…

— Укачало? Говорил же, не сиди в телефоне, поспал бы лучше.

Когда к горлу подступила тошнота, он сделал вид, что его сейчас стошнит, и Чан Сик тут же цокнул языком. Дже Рим не стал объяснять, что его мутит от одной мысли, что с Аароном придется играть до конца карьеры, и просто кивнул. Если даже воображать это тошно, как же быть в реальности? Отчаянно отгоняя этот вопрос, Дже Рим, словно гипнотизируя себя, пробормотал:

— Мы… поладим. Правда, поладим. Если я буду цепляться за то, что было десять лет назад, только себя дураком выставлю.

Тогда он был подростком, и тот ублюдок — тоже. Глупая история, которая могла случиться только в таком нежном возрасте. К тому же, судя по тому, как Аарон протягивал ему руку в финале, он уже давно все забыл. А цепляться за прошлое в одиночку было унизительно. Это он, Аарон, мог позволить себе перейти в «Сефтон», потому что ему было абсолютно плевать на существование какого-то там Бан Дже Рима. Что ж, придется соответствовать. Стоило воспринять это как поединок за самоуважение, как в нем проснулся азарт, и на душе стало легче. Дже Рим открыл бутылку газировки и осушил ее залпом. Он сам снимался в ее рекламе, поэтому напиток предоставили в качестве спонсорской поддержки тура. На вкус было как дерьмо. Чан Сик протянул ему салфетку и спросил:

— Ну да… в твоем характере. Но почему ты тогда так открыто показываешь свою неприязнь?

— Решить что-то и чувствовать неприязнь — это разные вещи.

— Что ж, из-за него тебе тогда знатно досталось. Понимаю.

— …Я не поэтому его не люблю.

«Значит, все думают, что я ненавижу его исключительно из-за того случая на Чемпионате мира. Логичное предположение, но… Строго говоря, неверное».

Когда Дже Рим ответил с досадой, глаза Чан Сика округлились.

— А? Тогда из-за чего? Ты ведь ненавидишь его, потому что он забил тот гол на Чемпионате мира, разве нет?

— Хён, я не настолько мелочный ублюдок, — контратака Испании, ставшая следствием его ошибки, и Аарон, демонстративно вколотивший мяч в ворота. Да, промах был болезненным, но точил бы он на него зуб десять лет из-за такой ерунды? Ошибка была на его совести — он, идиот, замешкался в своем дебютном матче на Чемпионате мира и упустил мяч. А то, что Аарон забил гол в своем дебютном матче, — это просто его заслуга. Было бы страннее, если бы нападающий, получив такой шикарный шанс из-за ошибки соперника, не забил. — Наоборот, если бы он тогда не забил, я бы взбесился еще больше, — равнодушно добавил Дже Рим. — Сразу после матча сломал бы ему ноги. Чтобы больше никогда в футбол не играл.

— …Дже Рим, если соберешься кого-нибудь покалечить, предупреди заранее. Чтобы я успел найти себе другого игрока.

— Найти другого? Хён, ты же без меня никуда. Если взять всю Корею, нет, всю Азию, кто из спортсменов приносит больше денег, чем я? — он игриво ухмыльнулся, и Чан Сик сморщил подбородок.

Скорчив недовольную гримасу, он вдруг тихо рассмеялся.

— …Звучит самонадеянно, но круто. Эй, скажи эту фразу в следующей рекламе.

— Попивая женьшеневый тоник?

— Но я серьезно волнуюсь. Ты уверен, что не устроишь никаких проблем?

Чрезмерное беспокойство вывело Дже Рима из себя, и он, гордо выпятив грудь, выпалил:

— Да это я в теории! В теории! Я же не сломал, поэтому я здесь! Ты хоть раз видел, чтобы я открыто влипал в скандалы?

— Ну, парочка слухов о тебе ходила. Не то чтобы скандалы, но все же. Но последние несколько лет что-то слишком тихо.

— Это потому что я давно ни с кем не встречался. Лень…

— А вот это уже реально самонадеянно. Ты что, сейчас своей красотой понтуешься? Лень встречаться? В твоем-то возрасте?

— А что, лицо не позволяет? Проблема в том, что все вокруг это слишком хорошо понимают, — взгляд, которым его одарили в ответ, так и кричал: «Что за мусор», но Дже Рим его проигнорировал. Вместо этого он скрестил руки на груди, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. — В общем, не волнуйся. Я сам разберусь. Я немного посплю, разбудишь, когда приедем.

— Ладно, верю. Если у тебя будут проблемы, мы с директором обанкротимся. А твоя мама снова в обморок упадет.

— Ох, сколько же груза на моих плечах. И госпожа Хван, и агент Чан Сик, и директор Кан.

Дже Рим потер плечо, на которое будто давил реальный груз, и тут же получил легкий удар кулаком по предплечью.

— Не драматизируй. Все равно ведь со всем справляешься.

— …Верно. Со всем надо справиться.

Даже это дружеское подбадривание от хёна добавило тяжести на его плечи. Внезапный трансфер Аарона, обременительные мероприятия в Корее, предстоящий сезон, от которого зависит финал его двадцатых и судьба команды. Все это нужно выдержать. И в этот раз тоже. Привычно подавляя тяжесть давления, которую он ощущал с детства, словно это было само дыхание, Дже Рим заставил себя уснуть.

[1] Otra Vez — (исп.) «снова», «еще раз».

[2] Трофей Пичичи — награда, ежегодно вручаемая лучшему бомбардиру чемпионата Испании по футболу (Ла Лиги).

[3]«Кликбейтные заголовки» — это такие заголовки, которые специально делают слишком громкими, провокационными или сенсационными, чтобы человек обязательно кликнул и открыл статью/видео, даже если внутри информация может быть обычной или не такой захватывающей.

[4]В футболе выражение «права свободного агента» означает статус игрока, у которого нет действующего контракта с клубом.

[5] Проклятие девятки — адаптация корейского суеверия ахоп-су. Считается, что годы жизни, заканчивающиеся на 9 (19, 29, 39 и т. д.), являются несчастливыми и несут в себе различные трудности и испытания.

[6] Евро — Чемпионат Европы по футболу, главный турнир для национальных сборных под эгидой УЕФА.

[7] Предсезонный тур в футболе — это серия товарищеских матчей, которые клуб проводит перед началом официального сезона.

[8] В Корее публичное забрасывание человека сырыми яйцами является актом крайнего порицания и унижения, выражающим общественное презрение.

[9] Слово «деанонимили» (от «деанонимизация») в сленге означает: раскрыли личность анонимного человека — узнали его настоящее имя, данные, лицо или другую приватную информацию, хотя он пытался оставаться скрытым (например, в интернете под ником или аватаркой).

[10] Премьер-лига в футболе — это высший дивизион национального чемпионата в какой-либо стране, где выступают лучшие клубы.

[11]По крусу на сентябрь 2025: ≈ 39 064 200 RUB; ≈ 254 673 818 KZT; ≈19 375 158 UAH; ≈ 1 583 221 BYN

[12] «Визуализация» или «ментальная тренировка» желаемого результата.