Шадоу-Шелли (8)

первая часть 1-4
вторая часть 5-7
финал 8

Сокровище (8/8)

There is a trick to get out of your skin
You're only as sick as the secrets within

Она удивилась, когда открыла глаза. Очертания стен, каменной кладки и выступов проступали из мрака, складываясь в ясную картинку.

Никаких запахов. Полежав еще немного без движения, она вдруг поняла, что не дышит. Присев, вжала ладонь в грудь, чтобы проверить, и ужаснулась. Впалая грудная клетка, тонкие ребра и кости рук, обмотанные и стянутые сухой черной кожей.

Шум воды. Частый-частый стук крохотного сердца, не одного, нескольких десятков.

Толстый гладкий хвост мазанул по ее ноге. Толстая крыса прошмыгнула мимо нее и не с первой, но третьей попытки водрузила свою тушу на камни с другой стороны пересохшего стока и уставилась на ожившую, пожалуй, слишком осознанным взглядом. Черные глаза-бусинки и кожистые лапы раньше внушали ей отвращение, но теперь она воспринимала крыс иначе. Перед ней была круглая груда мышц, нервов и кровяных сосудов, облепивших крохотное сердечко.

Чуть пригнувшись, чтобы не вызвать у зверька лишних опасений, она неосознанно обнажила клыки.

«Не обижай моего любимца, он тоже по-своему талантлив».

Она осмотрелась. Из-за эха не было понятно, откуда он говорит, но это был Джеймс — или как его на самом деле зовут. В каждой тени, в каждом клочке этой бездонной темноты, он наполнил ее собой и окунул в леденящую бездну, которая снилась ей только в кошмарах.

— Ты использовал меня.

«Я исполнил твою мечту».

— Бред! Чтобы мимоходом задеть какого-то парня и угробить кучу людей? Он ведь тоже необычный. Он выбрался?

«…К сожалению, да. Но ты, правда, была восхитительна. Это стоило каждого вложенного усилия — увидеть, как ты засияла». 

— Не ври больше! Я погибла из-за тебя! — она поднесла руки к лицу, рассматривая обугленные костяшки пальцев. Нехотя, с опаской коснулась лица.

— Больше ничего… От меня ничего не осталось…

«Ты обрела гораздо больше».

Вложив остатки сил, что в ней были, она закричала в полную силу, больше проверяя, на что способна мумия, заменившая ее тело:

— Ты не понимаешь, что несешь!!

— О, поверь, могло быть гораздо, гораздо, гораздо хуже.

Джеймс выступил из тьмы, оказавшись перед ней, лицом к лицу. Она смотрела в его испещренную физиономию, широко раскрыв глаза. Серое, с глубокими чернеющими отверстиями, будто яблоко, насквозь проетое червями, без единого живого места — кошмар типофоба.

Такое должно было ее ужаснуть, свести с ума, если он существует, а не напялил какую-то хэллоуинскую маску. Но не пугало. Он не казался ей пугающим. Она задумалась, постепенно осознавая, что у нее внутри больше не было чувств. Скорее рационализировала, что должно вызывать у нее отвращение и страх, и воспроизводила нужную реакцию в соответствии со своими привычками.

Только вот, глядя на Джеймса, она испытывала почтение и обволакивающую нежность — как будто встретила любимого родственника после долгой разлуки. Он поднес огромную руку к ее подбородку, не боясь ее взгляда и не брезгуя ее обугленным лицом. Его хриплый низкий голос поднял в ней волну странного возбуждения.

— Как же мне тебя называть, раз и с Даяной теперь покончено?..

Она обожала его, ненавидела и любила сильнее всего на свете, и при этом была абсолютно ему предана.

— Я полюбил твое настоящее имя. Никак не могу думать о тебе в отрыве от той, с кого все началось. Моя Шарлотта. Но подойдет и кличка. Лотта, Шолла, Шелли. — Он позволил ей оплести себя руками, вжаться в него, как потерянному ребенку, и бережно гладил ее по голове без единого волоса, лишь с обрывками черноты вместо кожи. — Тень… — Он усмехнулся. —Да,  Шадоу-Шелли. То, что нужно.

Он склонился, уткнувшись лбом в ее оплаленную, покрытую черным платком макушку и с улыбкой поднес запястье к ее обнажившимся клыкам.

Согревая пустое нутро по следам кровяных сосудов, все ее тело наполнила истинная любовь.

Через пару ночей он захотел ей кое-что показать.

Два трупа были перед Шоллой. Один — неподвижный на столе в палате закрытого на ночь морга, второй — сбросивший с первого простыню. И она превосходно вписывалась в такую компанию.

— Кто это?

Джеймс ответил: «Даяна Грей» с такой обыденной интонацией, будто зачитал, что сегодня на ужин.

«Даяна» была ее роста и комплекции, насколько можно было понять по ее стянутым черной кожей костям, изуродованным огнем, в котором они обе погибли. Глядя на нее, Шелли хотела думать, что это кто угодно, но только не Милли.

— Я бы хотел, чтобы у нас не было тайн. Это очень важно для того, чтобы я мог защищать тебя, а ты — прикрывать мою спину. Считаю, что ты должна знать, как все кончилось в этот раз.

— Я и так знала. Я была там.

— На одной из ролей, да. Но я провел тебя за сцену.

Лицо Милли всплыло в ее памяти, улыбающееся и восторженно-удивленное. Шолла много практиковалась, чтобы научиться его иллюзиям-маскам, но они не давались легко. Она попробовала стать Милли. Рыжие волосы, веснушки, татуировка на плече.

Когда она закончила, Джеймс выглядел впечатленным — насколько она приноровилась толковать выражение этой изуродованной головы.

— Прекрасно. Как и Вирджиния. Должно быть, Даяна не выходит, потому что ты не так хорошо помнишь ее оболочку. Это нормально. Я тоже так и не вспомнил, как выглядел… Раньше.

Это казалось забавным. Ею же созданные образы покинули ее навсегда. Совсем как минувшая молодость, исчезающая во времени, страх всех людей.

Но Шолле он больше не грозил.

Шелковый платок прикрывал убранные волосы, как и всю голову, плотно прилегая к ее ушам и шее. Какая еще девушка наденет большие солнечные очки, закрывающие большую часть ее идеального лица, когда на улице даже не утро, а глубокая ночь?

Только дива, тайно сбежавшая на прогулку по тускло освещенным улицам и манящим рядам ярких кафе вдоль чайна-тауна. Должно быть, актриса или настоящая кинозвезда, не желающая быть узнанной простыми зеваками.

Ему повезло стать частью ее тайны, ведь он простой журналист, нет, даже не журналист — на этот раз скажет, что он поставщик какого-нибудь крутого продюсера, чтобы она восприняла его серьезно.

— Но кто вы, дорогая? Как вас зовут?

— Разве это важно? — Она улыбнулась, утягивая его в темный и неприметный закоулок между закрытой лавкой мороженщика и мусорками. — Я та, кого ты ждал всю свою жизнь.

Привлекла к себе, плавно отворачиваясь от поцелуя, и склонилась к его шее.

Играет End Credit Song:
As Sick As The Secrets Within - Marilyn Manson

_______

Сырой и не отредаченный челленжовый черновик, но изначальная идея была еще сырее -- я рада, что реализовала его!
Всем vtm-щикам пятюня.

Если вам понравилось, черкните комментарий, хотя бы стикер -- мне будет очень приятно!!💙