Неприкосновенность [24]
Рики✍️✍️Командировка в Европу заняла месяц. Изначально Ичиро планировал выделить на неё не больше недели, будучи уверенным, что корпорация не справится без него. По возвращении он проверил большую часть работы Натаниэля и был приятно удивлён. За время его отсутствия парень справился со всеми обязанностями. Нат не просто удержал корпорацию на плаву, а увеличил её доход. Наладил процессы на новых производствах, проконтролировал исправную работу действующих.
Корпорация Морияма присутствовала во всех ключевых отраслях жизни: начиная от производства продуктов питания, заканчивая строительной индустрией. Ичиро продолжил дело отца, но немного изменил стратегию расширения бизнеса. Корпорация поглощала перспективные компании разных отраслей. Дебютный проект Ичиро заключался в создании монополии на рынке фармацевтики. За три года корпорация Морияма избавилась от основных конкурентов, открыла несколько дочерних фармацевтических компаний и стала крупнейшим экспортёром сырья по всему миру.
Корпорация имела патент на производство подавителей для альф и омег – качественные препараты с высокой эффективностью, разработанные светлыми умами. Ичиро гордился прибылью, но никогда бы не стал принимать таблетки собственного производства, как и Натаниэль. Они оба знали слишком много деталей и нюансов, представляли, с какими отложенными эффектами могут столкнуться в будущем. Болезни сердца, почек и печени, которые неминуемо бы развились после десятилетия приема препаратов – не вдохновляли. Тотальный контроль феромонов и поведения несли меньше рисков для здоровья.
Натаниэль Веснински избрал другой путь личностного развития. Офис в Детройте занимался разработкой программного обеспечения и созданием систем для автоматизации бизнеса. Ичиро думал, что на этом Нат остановится, но тот пошёл дальше. Заключил выгодные сделки в сфере производства микросхем и процессоров не только в Соединённых Штатах, но и за их пределами. К своему двадцатилетию Натаниэль превратил подразделение в технологического гиганта, чья доля на мировом рынке чипов достигала восьмидесяти процентов.
Этого оказалось недостаточно. Воспользовавшись историческим значением города, Нат составил проекты и настоял на покупке и возрождении автомобильной промышленности в Детройте. Заводы простаивали, поэтому Ичиро принял решение исполнить эту «прихоть». Спустя время, мужчина был приятно удивлён: прибыль росла с каждым годом.
На протяжении всей жизни Ичиро и Натаниэль шли бок о бок. Господин Морияма знал, что парень умён не по годам. Он привык присматривать за омегой, но был уверен, что Нат справится с самостоятельной жизнью.
Каждый раз, ослабляя контроль, Натаниэль ввязывался в неприятности. Ичиро всем сердцем верил, что подопечный случайно оказывается по уши в проблемах: наркотики, алкоголь, маргинальное окружение, опасные хобби. Логика подсказывала обратное: Нат является основной причиной проблем. Ичиро знал, что Натаниэль не свяжется с плохой компанией – он её создаст.
Разрываться между городами на постоянной основе было невозможно. И, как бы ни ошибался Нат, он был лучшим. Умный, лояльный к компании, проницательный. В юном возрасте парень смог в одиночку собрать команду перспективных и потенциально надёжных сотрудников. Единолично управлял офисом, от работы которого зависело всё производство.
Гордость за подопечного регулярно сменялась огорчением. Если Натаниэль оставался один слишком надолго, то начинал портить свою жизнь и подвергать её ненужному риску. Поиск партнёра для Ната стал необходимостью. Парень нуждался в ком-либо, кто смог бы за ним присмотреть, пока Ичиро занят.
Феликс – единственный человек, который смог найти общий язык как с Натаниэлем, так и с Ичиро. Он оставался нейтральной стороной во всех конфликтах, обладая безграничным терпением. Первое время Господин Морияма настаивал, чтобы Феликс докладывал о всех перемещениях Натаниэля. Но каждый раз Ичиро получал отказ. Феликс – единственный человек, не считая Кенго, кому хватало духа сказать «нет» Господину. Он действовал в интересах обоих парней: выполнял роль советника для Ичиро, «заземлял» импульсивные порывы Натаниэля.
Рано или поздно Нат должен был повзрослеть, стать серьёзным и держать эмоции при себе. Годы шли, а парень продолжал дерзить. Ичиро старался держать себя в руках, но, по всей видимости, относился к Натаниэлю слишком терпеливо.
Нат не спросил разрешения, единолично приняв решение казнить пастора. Привёл в дом альфу, у которого вскоре должен был начаться гон. Это было опасно, и Господин хотел узнать: чем вообще думал омега, принимая такие решения? Ичиро не привык делиться, особенно тем, кто принадлежит ему. Вместо внятных объяснений, которые он рассчитывал получить, Натаниэль начал вести себя как трудный подросток: грубил, общался с сарказмом и не признавал ошибок. Близкое «мой Господин» переросло в «Господин Морияма» – формальное и холодное.
Поведение Натаниэля раздражало, и Ичиро не хотел на него злиться, но всё равно испытывал недовольство. Вздохнув, альфа оторвал взгляд от бумаг: он не мог сосредоточиться, пока Нат сидел на диване с абсолютно пустым взглядом. Проверка документов займёт много времени, и будет лучше, если Натаниэль присоединится. Проку от расстроенного Веснински было немного, поэтому Ичиро достал телефон и написал сообщение Феликсу.
Пообедай с Натаниэлем.
Нат сидел на диване и ждал окончания рабочего дня. Его больше не беспокоили ни задачи, ни письма от сотрудников, ни вспыльчивость Ичиро. Он просто хотел уйти. Вернуться домой, встретиться с Эндрю и почувствовать себя в безопасности.
Раздался стук в дверь.
– Заходи, – произнёс Ичиро, не отвлекаясь от данных на мониторе.
– Добрый день, Господин Морияма, Господин Веснински, – вежливо сказал Феликс.
Феликс подошёл к столу и оставил папку с бумагами. Ичиро слабо кивнул, но не попытался просмотреть документы. Натаниэль поднялся и собирался взять папку: внезапное спасение в лице работы могло помочь скоротать время.
– Господин Морияма, вы позволите мне пригласить Господина Веснински на обед?
– Забирай. Он сейчас бесполезен.
Натаниэль стиснул зубы. Прежде подобные комментарии не задевали, но злость на Ичиро остыла, уступая место отчаянию. Ежедневно Нат доказывал, что чего-то стоит, а в ответ получил лишь очередное подтверждение: он недостаточен. Недостаточно умён. Недостаточно силён. Недостаточно эффективен. Не сказав ни слова, Нат отправился к двери.
На выходе его окликнул Ичиро.
– Натаниэль, – произнёс Господин Морияма, подняв взгляд на подопечного, – работай в своём темпе. В офисе я справлюсь сам. После обеда поезжай домой.
– Удачной работы, – натянуто вежливо выдавил парень и покинул кабинет.
***
Кафетерий был наполнен сотрудниками. Натаниэль мог собраться, нацепить вежливую улыбку и при необходимости поболтать со своими подчинёнными. Выслушать про их семьи, очередной матч, который они посетили недавно, или на крайний случай обсудить работу. Вместо того чтобы отправиться на этаж кафетерия, Феликс нажал кнопку первого этажа в лифте.
Нат не задал ни одного вопроса, молча следуя за мужчиной до машины. Феликс сел за руль, выехал на дорогу.
– Куда ты собираешься? – поинтересовался Натаниэль.
– Я, конечно, уважаю своих коллег, но если они ещё раз втянут меня в обсуждение бейсбола… Боюсь, они поймут, что я ничего не смыслю в спорте, – произнёс Феликс.
– Вчера был матч по американскому футболу.
Феликс состроил гримасу, чем вызвал у Натаниэля слабую улыбку.
– Хоккей? Баскетбол? Экси?
– Не понимаю, почему люди интересуются подобным, – Феликс покачал головой, – высматривать на экране, как толпа людей пытается завладеть мячом. Вот MMA бои совсем другое дело.
– Разумеется, – подтвердил Нат, – смотреть, как двое мужчин бьют друг друга и обнимаются на ринге.
– В том числе, – кивнул Феликс, – правда, я предпочитаю смотреть на женщин.
Натаниэль прикусил язык и принялся вглядываться в дорогу. Низкая загруженность позволила быстро выехать в пригород. Всего десять минут езды и каменные джунгли сменились приземистыми цветными домиками. Нат редко путешествовал в этом направлении, предпочитая двигаться на север.
– Так куда мы едем?
– Туда, где я смогу спокойно съесть свой сэндвич.
***
Солнце освещало пристань, отбрасывая лучи на реку. Блеск слепил глаза, и Натаниэль пытался укрыться в тени Феликса. Мужчина заслонял его от прямого света, но не мог закрыть отражение солнца на поверхности воды. Нат попытался устроиться на лавочке поудобнее, но вскоре отказался от этой затеи: он не так часто видел солнце на улице, чтобы прятаться от него.
– Ты обещал, что когда-нибудь попробуешь мои сэндвичи, – произнёс Феликс, протягивая кусок Нату, – это когда-нибудь наступило.
– Тогда я вежливо отказал, – вздохнул омега, но всё равно взял еду, – это, наверное, самый странный сэндвич в моей жизни: хлеб с огурцом.
– Там ещё есть зелень и творожный сыр. Это освежает.
Натаниэль откусил небольшой кусочек, пробуя его на вкус. Сэндвич оказался сочным, влажным и действительно освежающим – как раз в духе Феликса. Нат давно заметил, что их предпочтения в еде и алкоголе сильно расходятся. Ему нравилась острая пища с насыщенным, многослойным вкусом, который нужно распробовать. Феликс же предпочитал кислое или солёное, чего абсолютно не понимал Натаниэль.
Компромиссом был любимый бар-ресторан Веснински. Они учитывали вкусы постоянных клиентов, поэтому каждый из них мог найти что-то для себя. До переезда Эндрю они часто посещали это место особенно после ночной работы…
– Мне нравится смотреть на корабли, – произнёс альфа, указывая на проходящее мимо судно, – это успокаивает.
Нат кивнул, хоть и не имел конкретного мнения на этот счёт.
– Позволишь личный вопрос?
– Не обещаю на него ответить.
– Ты и Господин Морияма... точно не братья и вряд ли вообще являетесь родственниками.
– Так заметно?
– Я не сужу по внешности. Может быть у вас разные отцы.
– И матери.
Феликс виновато улыбнулся, но именно Натаниэль почувствовал себя виноватым. Мужчина хорошо к нему относился, помогал и проявлял дружелюбие. Нат не хотел отвечать ему грубостью или создавать неловкость.
– Мы не родственники, – пояснил Натаниэль, – он… Я не знаю. Присматривает за мной, наверное.
– Контролируя каждый твой шаг, врываясь в твою квартиру без приглашения, а также занимая твоё рабочее место?
Натаниэль открыл рот, чтобы запротестовать, но не смог найти слов. Осознание свалилось тяжелым камнем на голову омеги, когда Феликс перечислил факты вслух. Он был абсолютно прав. Ичиро всегда поступал, как считал нужным, редко учитывая мнение парня. Это не казалось странным или неправильным, пока Натаниэль жил один. Теперь в его жизни появился Эндрю. Неутешительный вывод подкрался сам собой: Ичиро может в любой момент прийти без предупреждения. И если Натаниэля не будет дома, он застанет в квартире…
– Извини, если я сказал что-то не то, – произнёс Феликс, вырывая омегу из раздумий.
– Нет, продолжай, – ответил парень, – я начинаю понимать.
– У меня была дочь. Как отец я, безусловно беспокоился о её безопасности. И это бы не изменилось, если бы она выросла и стала взрослой девушкой. Я бы так же хотел знать: с кем она общается, где живёт и работает, – Феликс развёл руками в неопределённом жесте, – но занять рабочее место дочери, мешая ей работать... Такого я не могу представить.
– Сомневаюсь, что ты хотел сказать мне это, – Натаниэль нахмурился, – к сути.
– Как бы поделикатнее…
– Давай лучше прямо.
– Последнее, что я хотел бы знать: как и с кем моя взрослая дочь занимается сексом.
Натаниэль медленно кивнул, соглашаясь. Если бы у него были друзья, он бы ничего не хотел знать об их личной жизни.
– К тому же врываться в квартиру… – Феликс потёр переносицу, словно пытался подобрать слова, – чёрт, я сдаюсь. Это, блять, ненормально. Ты взрослый человек, работаешь на двух работах, способен позаботиться как о себе, так и об окружающих. Почему он носится с тобой, как с младенцем?!
– Я делал много глупостей, – ответил Нат, пожав плечами.
– Все совершают ошибки, – заверил мужчина, – идеальных людей не существует. Молодость – самое время ошибаться. К сорока годам уже ни времени, ни желания на развлечения нет.
– Твоя самая большая ошибка в молодости?
– Пьяные драки, отказ от образования…
– Я говорю о серьёзных ошибках.
Феликс сделал небольшую паузу. Натаниэль заметил, как в его глазах промелькнула тень грусти. Он не хотел затрагивать личную тему или пытаться заглянуть в чужую душу – не всем людям нравится делиться болезненными воспоминаниями.
– В двадцать я ушёл в армию, потому что моя девушка забеременела, – сказал Феликс, – я испугался ответственности, думал, что она забудет обо мне. Найдёт нового парня, серьёзного, с работой. Рита дождалась меня. Когда мы встретились, я хотел сбежать и сменить номер телефона, но она показала нашу дочь.
– И что заставило тебя передумать?
– Она была такой маленькой и улыбчивой. Я поднял её на руки и понял, что не хочу её отпускать. Каким же я был идиотом, раз задумывался о побеге.
– Ты же воспитывал её после, – нахмурился Натаниэль, – где ты допустил ошибку?
– Я променял два года жизни своего ребёнка на армию. По мне сейчас не скажешь, но до создания семьи я был тем ещё бездельником, – Феликс указал руками на всего себя, – чем я занимался во время первой службы? Курил и качался на стуле, пока моя будущая жена заботилась о нашей дочери. Я пропустил первые слова, шаги и не только.
– Неприятная ситуация… – заключил Натаниэль, – зато ты был рядом почти десять лет. И я уверен, что был хорошим отцом.
– Я надеюсь.
– При всей любви к дочери, ты бы не стал врываться в её квартиру без приглашения?
– Нет, конечно. Если бы моя дочь к двадцати…
Феликс вопросительно посмотрел на Натаниэля, ожидая, что парень подскажет нужную цифру. Нат лишь отмахнулся: никто в офисе не знал его точный возраст, и он не хотел это менять.
– Если бы моя дочь до тридцати лет начала жить отдельно, я бы уже ей гордился.
Натаниэль медленно кивнул, переваривая информацию. Семья Морияма так и не усыновила его, Ичиро не был его братом или любым другим родственником. Господин не воспринимал омегу как потенциального партнёра, ясно дав понять, что между ними ничто и никогда не будет. Последние годы их объединяла только работа – Ичиро на протяжении всего их общения выступал в роли наставника. Фактически, Натаниэль знал об Ичиро гораздо меньше, чем о всех других людях. Парень довольствовался многолетними наблюдениями, но с ходу не мог назвать ни марку машины, ни любимый цвет Господина. Нат только предполагал, где может жить Ичиро в Нью-Йорке.
Тем не менее, Господин Морияма контролировал каждый аспект жизни омеги. Натаниэль был признателен за подаренное детство: отец вполне мог отдать ребёнка в менее дружелюбную обстановку. Не считая эпизод с Рико, маленький Натаниэль не сталкивался с физическим или сексуальным насилием.
Детство давно подошло к концу. Нат жил самостоятельно уже пятый год, но Ичиро неоднократно напоминал, что в любой момент может забрать омегу. Был ли Натаниэль просто вещью, полезным подарком? Он не знал, но искренне желал обрести свободу. Интуиция подсказывала, что это невозможно, даже если он целиком выплатит долг.
Натаниэль решил, что обязан хотя бы попробовать поговорить с Ичиро.