Грязный Харликинг
Hoodlum's shelter
Побочная история
Глава 4
Проблема была в том, что другая рука, под которую он не подложил ластик, начала соскальзывать. Каждый раз, когда его левый локоть съезжал, студент издавал тихий стон и просыпался. Не в силах больше это терпеть, Хиу порылся в своём пенале, достал ластик и протянул его студенту.
– Ох, спасибо… – бессвязно поблагодарил студент и послушно положил ластик под левый локоть.
Наконец он погрузился в глубокий сон и не просыпался долгое время. Поскольку он больше не стонал, Хиу смог сосредоточиться на учёбе.
Во время следующего перерыва Хиу вышел на улицу, чтобы подышать свежим воздухом, и, вернувшись, обнаружил на своём столе баночку с сикхе. Сначала он подумал, что это очередной подарок, который он часто получал в предыдущем классе, но на баночке не было стикера. Вскоре он узнал, кто оставил напиток.
– Спасибо, что одолжили ластик. В сикхе есть рисовые зёрна, поэтому он хорошо помогает, когда уровень сахара в крови падает.
Это была благодарность от студента, которому он одолжил ластик. Хиу, который иногда пил виноградный сок из автомата, когда ему не хотелось есть, мысленно согласился с ним.
– Э, я обычно так не засыпаю, – серьёзно оправдывался студент, пока Хиу потягивал сикхе.
Так они разговорились, и, обмениваясь взглядами и обедая вместе, они стали друзьями. Этим студентом был Со Ёнгван.
– Пожалуйста, возьмите это, когда будете уходить. Председатель настоятельно просил, чтобы вы забрали это с собой, – вернул Хиу из воспоминаний нежный голос слуги. Рядом с опустошённой чашкой из-под сикхе лежал свёрток. Хиу, который уже собирался встать, вежливо поклонился в знак благодарности. Он сразу догадался, что внутри, ведь получал такой подарок каждый раз. Это были невероятно вкусные домашние закуски.
Вскоре Сынён вышел из внутренних покоев. Мужчина, который свёл свои
брови к переносице, небрежно теребил в руке USB-флешку, будто она была ему неприятна. Председатель Чан, который что-то объяснял ему, заметил на столе рядом с Хиу завёрнутую в ткань коробку.
Старик сделал вид, что вспомнил что-то, и вернулся в комнату. Когда он вышел снова, в его руке был чёрный пакет.
– Возьми, – сказал председатель, вкладывая пакет в руки Хиу.
Хиу заглянул в шуршащий пакет и слегка улыбнулся. Председатель Чан тоже весело рассмеялся.
– Вчера внизу открылся рынок, и я купил это. Скоро Большой праздник полнолуния, верно?
– Спасибо вам большое.
– Не за что. Просто ешь.
Председатель Чан махнул рукой, показывая, чтобы они уходили. В то же время он многозначительно посмотрел на Чан Сынёна. Чан Сынён поднял завёрнутую в ткань коробку, и Хиу, всё ещё недоумевая, взял чёрный пакет и направился к выходу. Когда они вышли на улицу, мужчина спросил с любопытством:
– Что там внутри?
Хиу с улыбкой открыл чёрный пакет. Грецкие орехи и арахис весело стучали друг о друга. Заметив отдельно упакованную ячменную конфету, Чан Сынён усмехнулся. "Подарок на праздник „Дэборым*“ и конфета на удачу". Он подумал, что это неплохой подарок.
– Куда мы едем? – спросил Хиу, когда они снова сели в машину. Он наконец-то почувствовал, что их свидание началось.
– Туда, куда ты захочешь.
Ответ Чан Сынёна вызвал у Хиу странный вздох облегчения. Он весь съёжился, словно его пробрала дрожь, и, тем не менее, его лицо сияло. Чан Сынён с улыбкой спросил:
– Почему ты так рад? Ты ел что-то вкусное?
Хиу, вспомнив сушёную хурму и сикхе, ответил:
– Ел, но дело не только в этом. Я просто начинаю осознавать, что все экзамены закончились. Чувствую, что могу летать!
– Тогда полетели, – мягко ответил Чан Сынён, прибавив скорость. Конечно, скорость была умеренной, чтобы его робкий, как птичка, Хиу не испугался. Небо, по которому плыли редкие перистые облака, было невероятно ясным.
Поскольку они ехали не в час пик, дорога через Сеул была лёгкой. Примерно через час они прибыли на место свидания. Хиу, широко раскрыв глаза, смотрел на огромное здание, которое он видел только по телевизору, и последовал за мужчиной внутрь.
Поднявшись на лифте и пройдя по чистому, белому коридору, они вышли на открытое пространство. Хиу, всё ещё чувствуя себя немного ошеломлённым, взял мужчину за руку и медленно спустился по ступеням. Десятки тысяч зрительских мест, огромное поле посредине и белые ворота по бокам. Это был футбольный стадион.
Спускаясь на поле, Хиу вспомнил недавний разговор с Чан Сынёном, который они вели во время просмотра зарубежного футбольного матча.
– Мне нравится этот ракурс. Угол съёмки во время удара от ворот.
Прошло меньше года с тех пор, как он решил стать фотографом, но Хиу уже обращал внимание на ракурсы и углы съёмки, когда смотрел какой-либо контент.
– Он такой большой. Кажется, что на душе становится легче.
– Ну как? На самом деле кажется, что на душе стало ещё легче? – спросил мужчина.
Он, должно быть, запомнил их разговор. Хиу посмотрел на Чан Сынёна глазами, полными благодарности. На его невысказанный вопрос, "Ты запомнил это?", Чан Сынён ответил, поцеловав его в щёку:
– Конечно, запомнил. Мне казалось, что мой любимый, который всё время учится, задыхается, и очень хотел привезти тебя сюда.
Чан Сынён вспомнил, как непросто было арендовать этот стадион. Он думал, что достаточно будет просто заплатить, но оказалось, что за эти деньги он мог бы попасть только на зрительские места. Поэтому ему пришлось внепланово стать спонсором спортивной ассоциации и культурно-художественной организации. После проведения мероприятий, приуроченных к определённой дате, стадион был приведён в порядок в соответствии с требованиями Чан Сынёна.
– Я что, летаю? – прошептал Хиу. – Я чувствую, что сейчас действительно взлечу!
Мужчина рассмеялся и игриво ущипнул его за мягкую щёку.
– Встаньте, пожалуйста, возле ворот, – попросил Хиу.
Чан Сынён привычно согласился быть моделью. Вместо профессиональной камеры Хиу достал телефон и сфотографировал стадион целиком и мужчину возле ворот. Он даже не постеснялся лечь на землю. Его красивое лицо сосредоточилось, а затем раздался лёгкий щелчок затвора.
– Подождите! Ещё чуть-чуть. Сейчас идеально.
Чан Сынён был готов к этим торопливым указаниям: он знал, что Хиу никогда не ограничивается только одной фотографией. Сделав несколько быстрых снимков, он изменил ракурс и сделал селфи, лёжа на земле, чтобы его лицо было крупным, а Чан Сынён – маленьким.
И в этот момент Чан Сынён тоже незаметно достал телефон.
– Ах, не надо так снимать! – игриво воскликнул Хиу.
Только после того, как Чан Сынён вдоволь заполнил свой альбом
фотографиями его красивого и милого лица, он снял несколько травинок с головы Хиу. Некоторое время они смеялись, разглядывая фотографии, а затем, взявшись за руки, вышли на поле.
– Попробуй пнуть по мячу.
На ухоженном газоне лежало несколько блестящих футбольных мячей. Хиу поднял один из них, просто погладил гладкую и твёрдую поверхность, а затем отступил. Он боялся пнуть мяч и повредить газон.
– Это же место, где играют профессионалы. Мне достаточно просто посмотреть.
Если Хиу был доволен, Чан Сынён тоже был не против. Взявшись за руки, они не спеша шли по кромке поля, словно гуляли по парку. Добравшись до центральной линии, Чан Сынён внезапно остановился.
– Давай устроим забег до той стороны, – выразительный, твёрдый подбородок мужчины указал на правую штрафную. – Кто первый коснётся ворот, тот и выиграл.
– …Я не люблю нечестные соревнования.
Хиу отвёл взгляд. Значительная разница в телосложении тонко намекала на несправедливость. В тот момент, когда он, опустив глаза, равнодушно прошёл мимо середины поля, он вдруг стремительно побежал. Чан Сынён удивлённо расхохотался.
– Эй, судья! Где судья?
– Я сказал, что не буду участвовать в нечестных соревнованиях! – крикнул Хиу на бегу.
Он намекал, что его фальстарт, наоборот, сделал соревнование честным. Затем он сделал ещё один шаг и нагло добавил:
– Тот, кто проиграет, должен очистить все грецкие орехи и арахис!
Но Чан Сынён быстро догнал Хиу, который бежал довольно быстро. Прямо перед тем, как Хиу собирался коснуться ворот, Чан Сынён обнял его за тонкую талию, и они вместе упали на мягкий газон.
– Ты выиграл. Ты выиграл, слышишь? – нежно прошептал Чан Сынён, крепко держа Хиу, который пытался вырваться из его объятий. Он взял его за правую руку и помог ему коснуться белых ворот. – Видишь? Ты выиграл.
Дэборым (полное название Чонволь Дэборым, 정월 대보름) — это
традиционный корейский праздник, который отмечается в 15-й день первого лунного месяца. Он символизирует первый день полнолуния в новом году и считается временем, когда можно попросить о здоровье, удаче и хорошем урожае на весь год.