Глава 2-2
Дитя_ФемидыКонфликт себя исчерпал, даже не начавшись. Частично из-за Тостера, показавшегося крайне милым хозяевам комнаты, частично из-за второго юноши, когда тот вклинился в диалог. Джек себя не обманывал: мальчик-с-ушками затаил обиду, и рано или поздно та всплывёт. Но конкретно сейчас шаткое перемирие восторжествовало, а светловолосый юноша, представившийся редким именем Габриэль, даже попытался сгладить углы, наладив дружескую беседу о разном.
Так, например, объяснилось отсутствие обоих при застолье, которое оные не посещали по причине несделанного эссе. А также их недоверие, ведь ни про какого Джека Фишера они очевидно не в курсе. Не преставившийся мальчик-с-ушками и вовсе обозначил, что озаботится проверкой истории, а ежели та окажется бредом, Джеку точно не поздоровится — «уж он ему покажет, не сомневайся».
Джеку на мнение вспыльчивого мальчишки было глубоко побоку. Он лишь усмехнулся, задвинув чемодан под кровать и уточнил, где можно принять душ.
Габриэль удивил, попросившись с ним.
— Замок большой. Ты всё равно вряд ли отыщешь душ самостоятельно. А даже если найдёшь, то можешь потеряться из-за волшебных лестниц, — доброжелательно пояснил тот, ответив на вопросительный взгляд улыбкой.
— Прям потеряюсь? — не поверил Джек.
— Лестницы! — многозначительно протянул тот, пояснив, — Просто поверь. Потеряться очень просто, а мне в самом деле не помешало бы помыться, как-то совсем запамятовал с этой учёбой.
Спорить он не стал, хотя и отнёсся к предложению скептически. Волшебные лестницы? Серьёзно? Подхватил банное, да одежду с собой, стал дожидаться, когда провожатый достанет из чемодана всё необходимое, уже в коридоре, чтобы не мельтешить.
— Долго ждал? Пошли! Нам на пару этажей ниже.
Габриэль оделся почти также, будто и не переодевался вовсе. Футболка и шорты, но уже менее вызывающие — домашние. В левой руке он нёс пакет с какими-то скляночками и тюбиками, скорее всего, для ухода за кожей, а в правой одежду, прямо так, кульком. Шёл и вовсе в тапочках, даже не переобувшись.
— Тебе не холодно? — посочувствовал Джек.
Габриэль мотнул головой, улыбнувшись.
— Вовсе нет. Это Cotton & Panties, последняя коллекция.
— И?.. — не дождавшись продолжения, уточнил.
— М? А! Точно! Ты же маглорождённый. Прости, совсем вылетело из головы! — повинился юноша, заведя светлый локон за ухо и довольно пояснил, — Cotton & Panties — это бренд одежды с высококачественной одеждой. Обычно там закупаются чиновники из министерства. Дорогой материал, сложное зачарование ткани, в том числе, чтобы не замерзать, или чтобы не мокнуть, если случайно попал под дождь.
— Удобно.
— А то!
— И сколько примерно стоит такая прелесть?
Взгляд блондина задумчиво ушёл в бок. Было похоже, что о цене он особо не думал, когда покупал что-то. Но будто что-то прикинув, он перечислил примерный список цен, от которого у нормального человека глаза бы полезли на лоб.
— Ну-у-у... футболка галлеонов шестьдесят, точнее не скажу. Шорты? Вроде семьдесят, тапочки кажется десять.
Ну хоть тапочки — десять. Переведя все на фунты выходило прилично.
— Довольно дорого для домашней одежды, — признал Габриэль, — но это того стоит, поверь.
Стоит это того или нет, Джек предпочёл не думать до тех пор, пока не начнёт зарабатывать хотя бы на уровне продажного чиновника средней руки. Но тему поддержал, за что узнал много нового о местной моде.
— Кстати, Джек.
— ??
— Неловко об этом говорить, но ты прости Дакоту за холодность. Он почти со всеми так.
Вопрос: прощать мальчика-с-ушками или нет? — не стоял, скорее Джек его опасался. Не как бояться удара в спину. Скорее, как хозяева опасаются активного кошака, в период игр могущего ненароком сильно поцарапать. Чего и донёс до собеседника, получив в ответ искренний смех.
— Да, он такой! — отсмеявшись, произнёс Габриэль, остановившись перед обитой железом дверью и кивнув на неё, — Это душевая для мальчиков. Для девочек находится на другом конце коридора. Смотри не перепутай! — вроде и в шутку, а вроде даже игриво подмигнул Габриэль.
Джек усмехнулся, кивнув.
Было не заперто, и они зашли внутрь, тихо затворив за с водой дверь.
Куча допотопных шкафчиков для одежды с проволочной защёлкой; стены светлых деревянных тонов; удобные лавочки и ячейки для полотенец, вот и все, что ждало из внутри. Шкафы были общими и никому не принадлежали, и Джек не мудрствуя лукаво, стоял, развеваясь и складывая вещи в ячейку напротив той, что избрал товарищ. Стеснения, присущего подросткам, практически не было. Разве что было неловко наблюдать за тем, как исчезает одежда с парня, похожего на девушку. Но природное любопытство, подкреплённое недоверием: Джек до сих пор сомневался, что перед ним не девочка, — делали своё дело, и когда с волшебника исчез последний элемент одежды, пришлось признать — мальчик.
Заметив изучающий взгляд Габриэль улыбнулся, извинившись:
— Прости, Джек, я не из этих.
— Да я как бы тоже, — едва не возмутившись, отвернулся. А потом неожиданно рассмеялся поняв, как странно выглядел со стороны, пояснив, — прости, парень, просто хотел кое в чем удостовериться... Без обид?
Тот тоже рассмеялся, натянув на отнюдь не мальчишеские бедра махровое полотенце, окутавшее подтянутый плоский живот.
— Так и скажи, что хотел удостовериться, что перед тобой не девочка, — он подмигнул, шагнув в просторный зал. Джек шагнул следом, — Тут особо не на что обижаться, так что без обид. Ты только Дакоте такое не говори — не поймёт. Он крайне... м-м-м... остро реагирует на ситуации, когда его путают с девочкой.
— Уж постараюсь.
Ягодицы, видимые сквозь полотенце, а также виляющая ложбинка между ними напрягали, притягивая взгляд, и Джек скосил взгляд в сторону, стараясь не думать о том, о чем думал секунду назад. Мысли на какое-то время заняло банное помещение, в которое они прошли. Его деревянные от чего-то сухие стены, слабое освещение и постоянный звук льющейся воды. Похоже, помыться здесь любили.
Не провоцируя собственное любопытство и разыгравшееся воображение, Джек отошёл подальше, заняв кабинку поодаль. Его там встретил он сам. Голый, задумчиво смотрящий с растерянным осуждением из зеркала.
Кабинка оказалась уютной. Опять же, тёмное дерево, сухое. Видимо по причине магии. Куча маленьких деревянных полочек, куда можно сложить свои вещи. Сама лейка и краник, к счастью вполне обычный — магловский. И ростовое зеркало, круглое, с бронзовой окантовкой под старину.
Закрыв за собой шторку, юноша быстро раскидал банные принадлежности по полочкам, в конце сняв невзрачную металлическую печатку, подаренную учителем, и настроив душ, с благоговением прикрыл глаза, отдаваясь чувству горячей воды, заглотившей тело.
Чувство, что что-то не так, появилось внезапно. Не объяснимое, но очень знакомое. Так он ощущал, что не один. Ощущал, что кто-то следит, пронзая острым как штырь взглядом его затылок.
Джек открыл глаза. Повернулся, проверив шторку. Ничего — зашторена. И когда скользнул обратно, ничего не обнаружив, вдруг замер, присмотревшись к ростовому зеркалу, из которого на него смотрел он сам, и улыбался, гипнотизируя его своими ярко-зелёными глазами.
Проблема была в том, что настоящий Джек не улыбался, вообще никак не показывал свои эмоции. А ещё цвет его глаз был аметистовый и вовсе не зелёный. И когда рука в зеркале не двинулась за его рукой, тронувшей губы, он сморгнул, нахмурившись.
Всё тот же Джек. Серьёзный, может немного растерянный, но не улыбающийся, только хмурящийся одними глазами — бледно-фиолетовыми, как и всегда.
— Нужно срочно выспаться, — пробурчал он, — ещё в психушку лечь не хватало!
Закончив с помывкой ещё быстрее, чем обычно, он мимоходом отметил шторку Габриэля, за которой ещё плескалась вода. Тот закончил только минут через двадцать, и когда обнаружил Джека полностью одетым, со скучающим видом сидящим в раздевалке, заметно смутился, извинившись.
— Я честно говоря не думал, что ты так быстро закончишь. Извини.
— Не извиняйся, — он усмехнулся, — Не привык подолгу сидеть в душе. Там и заканчивать особо нечего. Помыл голову — и все.
Габриэль почему-то отвёл глаза, а Джек, не придав этому особенного значения, задумался: силуэт из зеркала никак не выпадал из головы. Вроде и он, а вроде другой человек, похожий, но не такой, с другими чертами лица, более женственными что ли. Хотя утверждать точно он не берётся — не рассмотрел.
— Идём?
— Идём, — он вынырнул их своих мыслей и дождавшись, когда товарищ оденется, скользнул в коридор, — кстати, где тут можно покурить?
— Эм... ты куришь?!
— Угу.
— Вот уж не ожидал! — растерянно пробурчал Габриэль, и минуты через две, когда уж казалось тот вовсе забыл про вопрос, вновь заговорил, — Я не уверен, но у главного старосты хаффлпаффа есть угли и кальян. По крайней мере в его комнате постоянно накурено, когда он собирает у себя старост. Но не думаю, что он предложит тебе покурить сейчас.
Надо взять на заметку подумал Джек, вслух поправив:
— Я про обычные сигареты.
— Обычные?.. Сигареты?..
— Ну да. Вот, смотри!
Как выяснилось минутой позже, сигареты у магов вообще не в моде, а узнали те про них совсем недавно, благодаря маглорожденнём. Про Ghost & Wizard Габриэль вовсе не слышал, хотя подметил, что в этом деле не эксперт, ведь не следит за табачными трендами, так что все может быть. Что касается сигарет, то как таковых запретов на них в правилах Хогвартса нет. Видимо из-за не надобности. Но лучше не попадаться Филчу курящим на глаза — мало ли.
Между предложенным вариантом подняться на астрономическую башню или идеей, забив на все, покурить на ходу уставший Джек выбрал второе. Получив массу замечаний и негодования от возмущённого соседа. Филч им к счастью не попался, да и сигареты он выбрал волшебные, оттого не воняющие табаком, хотя оттого как будто кастрированные.
Наконец добравшись до комнаты, и не слушая возмущённого чем-то мальчика с ушками, Джек разделся до гола (не любил спать в одежде) и с чистой совестью завалился на кровать, краем сознания отметив Тостера, уютно устроившегося в ногах.
Завтра его ждал тяжёлый день. Он даже не осознавал насколько.
***
Проснулся Джек рано. Первым делом взбодрился при помощи предутренней тренировки, стандартный комплекс из отжиманий, приседаний и пресса. Заниматься этим на морозе было не очень приятно, однако ничего лучше, чем задний двор замка, он не нашёл. Где-то через сорок минут вернулся в комнату, подивившись чуткостью сна соседей. Её не было — они спали как убитые. Ещё час времени ушло на утренний моцион, бодрящий холодный душ и борьбу с волшебными лестницами, и уже когда время подходило к половине восьмому, и в гостиных начали появляться первые сонные морды, ему повстречался Габриэль.
— А, Джек... — щурясь, словно вампир на Солнце, пробурчал он, — что-то ты рано. Доброе утро!
Было действительно рано, особенно для привыкшего дрыхнуть до полудня бандита, но то ли режим из-за стресса сбился, то ли организм требовал действовать после столь долгого сна (лёг он примерно в девять), но попробовать уснуть после пробуждения Джек так и не смог. Впрочем так даже лучше — получилось настроиться на нужный лад.
Первым занятием стояли "чары", поэтому сразу после завтрака он с компанией сонных хаффлаффцев последовал на четвёртый этаж, в аудиторию заклинаний. Ничего сверхъестественного в ней не было. Обычное учебное помещение со старым деревянным паркетом и допотопными стенами. Разве что большое окно прямо над кафедрой выделялось, по большей части от раздражения, возникающего всякий раз, когда свет бил ему прямо в глаза.
Само занятие помимо любопытства вызывало ещё и злобу. Джек не успел спросить соседей по комнате на тему подготовительной школы, но похоже базовые аспекты заклинаний разбирались именно в них, и ему не то, что заклинание произнести, правильно держать палочку было затруднительно. Флитвик, низкорослый преподаватель с длинными ушами, всякий раз кривился, видя бесплодные попытки произнести заклинание, а когда попросил Джека применить "Левиокорпус", вовсе снял баллы за отвратительный ответ.
Второе занятие прошло не лучше, если не сказать вообще: отвратительно. Профессор Макгоногалл, мысленно именуемая Джеком старой кошёлкой, только искала повод придраться и похоже сразу его невзлюбила, сходу попытавшись снять баллы за несданное эссе, заданное ещё с прошлой недели. С трудом, но ему удалось отстоять их. Впрочем, лишившись тут же по другой совершенно нелепой причине. Цитата: «отвратительные знания по материалу, пройденному в подготовительной школе», будто Джек был в этой подготовительной школе!
Мало того, что над ним теперь посмеивались, а нелепые попытки поколдовать воспринимались остальными как шутка, так ещё свои стали косо смотреть, потому что баллы факультета — это святое.
В кабинет зельеварения он заходил хмурый, как осенняя туча и раздраженный, как голодный пёс. Если профессор Макгоногалл и профессор Флитвик ТАК отнеслись к нему, какой будет реакция «Ужаса Подземелий», о скверном характере которого известно даже в «Путеводителе по Хогвартсу», оставалось только догадываться. В котле утопит или может быть чаном с кипятком обольёт? — это в лучшем случае. Может быть у Джека на лице что-то не то? Или здесь настолько ненавидят лентяев? Иначе непонятно, от чего такое индивидуальное отношение с их стороны.
Как бы там ни было, а началось занятие многообещающе. Дверь распахнулась и в неё, аки призрак, гонимый местью, ворвался некто в длинной чёрной мантии и повернувшись, застыл посреди кафедры, оглядев аудиторию своими хмурыми чёрными глазами и огромным вороным носом. Внезапно, когда соколиный взгляд споткнулся на мистере Поттере (третье занятие было сдвоено), а затем и на Джеке, губы едва колыхнулись, выказав то ли улыбку, то ли раздражение, и профессор Снейп тягуче произнёс:
— А, наша вторая знаменитость! Мистер-р Фишер-р! Рад, что в своём стремлении стать волшебником вы взяли пример с нашего национального героя, так и не посетив ни одного занятия в подготовительной школе.
В лаборатории раздались смешки. Взгляды, до этого смотрящие на сгорбленную фигурку в рыжей мантии, переметнулись ко мне. Снейп нахмурился.
— Я разве сказал что-то смешное, мистер Уизли?
— Н-нет, профессор... — плотный рыжий юноша сконфуженно потупил взгляд.
— Тогда ваш сосед, мистер Бигль, видимо удачно пошутил. Не поделитесь с аудиторией, чтобы мы все вместе посмеялись?
— Просим прощения, профессор, мы не нарочно…
— В таком случае уберите эти пакостливые улыбочки с ваших лиц, и откройте двадцать четвёртую страницу в вашем учебнике, сегодня мы будем готовить «Настойку Азалии», — презрительно бросил профессор, и также резко, как вошёл в аудиторию, сорвал с кафедральной трибуны мел и начал писать на доске, попутно цедя, — Настойка Азалии. Зелье третьей категории сложности, впервые приготовленная безымянным подмастерьем из секты Белого Дракона, происхождение — Гонконг. Его дочь-сквиб родилась горбатой уродиной и постоянно болела, не удивительно, что папаша чего бы то ни стало мечтал исправить её внешний вид. В 1371 году у него это получилось. К сожалению, смертность среди сект в те времена была огромной, а саму секту Белого Дракону уничтожили, когда автор зелья, скорее всего, уже помер от старости. Единственное, что осталось от разграбленного архива лаборатории, это несколько листов с датами, полусожённый дневник, описание и сам рецепт зелья, опубликованный уже спустя двести лет. На сегодняшний день рецепт практически лишён побочных эффектов и доведён до ума. Готовить мы его будем по уплощенному британскому варианту — шестая категория. Постарайтесь не запороть реагенты, мистер Поттер, мистер Фишер, — он под конец обернулся, дрогнув губами.
К собственному удивлению, нападкам Снейпа он подвергся всего несколько раз, когда нарезал глазное яблоко «впупердыша», и когда едва не запорол всё зелье, перепутав градусники (их почему-то было три). Но даже так баллов его не лишили и даже помогли советом, пускай в презрительно-пренебрежительной манере.
— Зелья обычно готовят вдвоём, мистер Фишер, — уже отходя к другому столу, бросил Снейп, — постарайтесь найти себе помощника, иначе на следующем занятии вы не справитесь с заданием. Мы будем готовить «Французское любовное зелье». Четвёртая категория сложности.
— Хорошо, спасибо профессор! — искренне поблагодарил Джек.
Снейп не ответил, став доводить какую-то толстую девочку с Гриффиндора. Впрочем Джек не стал принимать это на свой счёт. Лучше грубый ядовитый Снейп, чем весёлый Флитвик или справедливая Макгоногалл. Это он понял, когда приготовил РАБОЧЕЕ зелье к концу урока и даже получил заслуженные пять баллов за «прескверно, но сойдёт».
На сей одухотворённой ноте его первый учебный день подошёл к концу. Окрылённый успехом юноша улыбался и нёс в руках мешочек со скляночками, в которых плескалось сделанное ИМ зелье. Наверное поэтому, когда чьи-то руки ухватили его за плечи, а в спину ударилась стена коридора, он растерялся, а следующие слова и вовсе выбили Джека из колеи.
— Мне нужен секс. Энергия! Дай мне секс!
Примечание автора:
По поводу странной (по меркам гг) реакции на задницу Габриэля. Нет, он не "опидорился" внезапно, как помню сказал кто-то в комментариях к предыдущему фанфику. Тут (1) влияние места силы (Хогвартса) о чём будет позже. (2) ещё один момент, намёк на который есть уже в этой главе, но об этом также будет позже.
По поводу учителей. Опять же, нет, это не они пидарасы, а Снейп хороший. Предвзятое отношение к гг вполне логично. И будет раскрываться постепенно. ((Хотя нет, МакКошка и Флитвик, как впрочем и остальные преподаватели, точно не ангелы, о чём также будет позже))
Габриэль в душе
Курящий — его великолепие — Джек Фишер
