Дорога к Мидуэю. Часть VII

Часть I | Часть II | Часть III | Часть IV | Часть V | Часть VI | Часть VII | Часть VIII

Обсуждение плана

Предварительная проработка операции заняла около двух недель и уже 2 ап­ре­ля 1942 г. представитель штаба Объединённого флота капитан 1-го ранга Ясудзи Ватанабэ отправился в Токио. Там ему предстояло доложить соображения адми­рала Ямамото своим коллегам из оперативного отдела Генштаба Император­с­к­ого флота.

Начальнику данного отдела капитану 1-го ранга Садатоси Томиока, а также сво­ему бывшему однокурснику по Военно-морскому колледжу, капитану 2-го ран­га Тацукити Миё, который, в отличие от него, изучал там не артиллерийское де­ло, а специализировался на морской авиации. Поэтому неудивительно, что име­нно Миё спустя три дня сфо­рмулировал и изложил основные претензии Генш­та­ба к предложенному плану, важная роль в котором отводилась именно авиации.

1. Отсутствие «воздушного зонтика». Все предыдущие победы Император­ск­их армии и флота были достигнуты в результате операций, которые прово­ди­­лись на глубину, не превышающую радиус действия прикрывающей их ба­зо­вой авиации. После чего эта авиация перебрасывалась на вновь захва­че­нные или оперативно оборудованные аэродромы, и цикл повторялся. По той же проверенной схеме планировались и операции MO, RY и FS на юго-вос­то­ч­ном направлении. Однако удалённость главного объекта предлагаемой опе­рации MI, атолла Мидуэй, не позволяла ни прикрыть задействованные си­лы с воздуха, ни даже обеспечить их авиаразведкой с ближайших японских баз на атолле Уэйк и Маршалловых островах.
2. Оборона Мидуэя. Кроме того, Генштаб интересовало, как Объединённый флот планирует оборонять захваченный атолл в том случае, если не после­ду­ет ожидаемой немедленной контратаки. Корабли соединений вторжения и при­крытия не смогут находиться там вечно, причём не только из-за того, что они могут понадобиться в других местах, но и попросту из соображений сна­б­­жения. А после их ухода, задачи обороны лягут исключительно на гарнизон атолла, крохотные размеры которого не позволяют разместить там достаточ­ного для автономной обороны количества сухопутных сил и авиации. При­том что Ми­дуэй находится на расстоянии всего трёхдневного перехода от главной базы Тихоокеанского флота США и в пределах досягаемости бази­ру­ющейся там да­льней авиации.
3. Проблемы снабжения. Вопрос, прямо вытекающий из предыдущего. Как штаб Объёдинённого флота представляет себе снабжение всем необходимым (до пресной воды включительно) гарнизона, удалённого от метрополии бо­лее чем на 2200 миль [4100 км]. Причём через вóды, которые противник мо­жет с лёгкостью насытить подводными лодками. Отдельным вопросом стало бы поддержание численности базирующейся на Мидуэе авиагруппы, даже без учёта уже имевшихся тогда в Императорском флоте проблем с количес­т­вом современных самолётов¹.
4. Почему Мидуэй? Последний и главный вопрос был уже общего порядка. Ис­хо­дя из чего штаб Объединённого флота считает, что американское ко­ма­н­­до­вание рискнёт немедленно послать крупные силы на защиту форпоста, потеря которого не несёт немедленной угрозы самим Гавайским островам? С тем же успехом можно предположить, что на основании точно таких же ка­ль­куляций американцы придут к выводу, что гораздо проще и дешевле ми­нимизировать последствия потери Мидуэя путём блокады подводными лод­ками и ударов дальней авиации. И лишь затем, существенно ослабив гарни­зон, попытаются отбить атолл.
   В то время как планируемые Генштабом Императорского флота операции на юго-восточном направлении действительно создают прямую и непосред­стве­н­ную угрозу американским стратегическим планам по превращению Авст­ра­­лии в главный плацдарм для контрнаступления. Угрозу, которую они аб­со­­лю­т­но точно не смогут проигнорировать. И не было бы логичней адми­ра­лу Яма­мото не множить сущности, а поискать своё «решающее сражение» там, у ар­х­и­пелагов Самоа и Фиджи, захват которых имеет смысл и сам по себе.Причём сделать это под прикрытием базовой авиации, а не в тысяче с лишним миль от ближайшего японского аэродрома.

Как можно заметить, критики плана «Операции МI», не видели в ней никаких по­тенциальных угроз, и уж тем более не опасались никаких катастрофических последствий в случае, если не будут достигнуты поставленные в ней цели. Как впоследствии сформулировал суть своих возражений главный критик этой опе­рации, капитан 2-го ранга Тацукити Миё:

Остается только догадываться, понимал ли главнокомандующий Ямамото, насколько неэффективной окажется авиаразведка, если Мидуэй послужит ба­зой. Сделал ли он тщательный учет того, как огромны расходы ресурсов и ве­ли­ки трудности в поддержании снабжения такого изолированного ост­ро­ва; как уменьшится воздушная мощь, которую нужно поддерживать на уро­в­не в других районах, и как это всё повлияет на оперативную активность ос­та­ль­ного флота.

Иными словами, все претензии сводились лишь к нецелесообраз­ности Ми­ду­эй­с­кой операции. В самом худшем случае в ней видели бессмысленное разбазари­вание инициативы и ценных ресурсов, но не более того.

Второй ультиматум адмирала Ямамото

Капитану 1-го ранга Ватанабэ было нечего возразить на эти доводы, ему оста­ва­лось лишь повторить, уже в присутствии начальника Оперативного отдела Ген­штаба, вице-адмирала Сигэру Фукутомэ, всё те же доводы, с которыми он при­был в Токио три дня назад. Не найдя других аргументов, он связался по теле­фо­ну с адмиралом Ямамото и доложил ему о серьёзных возражениях Генштаба по поводу его очередного плана.

Но на этот раз главком Объединённого флота не собирался уступать и заявил, что лучший способ перерезать коммуникации с Австралией – это лишить про­ти­в­ника сил, которые могли бы эти коммуникации обеспечивать, что он по­л­нос­тью уверен в том, что американцы обязательно клюнут на наживку в виде Мид­у­эя, и что он «твёрд в своём решении» провести эту операцию.

Слово «отставка» не было произнесено вслух, но все прекрасно поняли, что на этот раз адмирал Ямамото не остановится и при необходимости прибегнет к то­му же способу, с помощью которого он смог продавить план рейда на Пёрл-Хар­бор несколько месяцев назад. С той лишь разницей, что теперь он уже не просто пользующийся авторитетом и имеющий серьёзное политическое вли­яние адми­рал и главком Объединённого флота – теперь он превратился ещё и в нацио­на­ль­ного героя, с именем которого в Японии связывают блестящие по­беды Импе­раторского флота первых месяцев войны.

Кроме того, нельзя было рассчитывать на выручавшее ранее вето Импера­торс­кой армии – сухопутных войск для предложенной операций требовалось нем­но­го, и в крайнем случае её можно было осуществить имеющимися у флота си­ла­ми морской пехоты. Вице-адмиралу Фукутомэ, равно как его шефу, адми­ралу Нагано, оставалось лишь сдаться. В тот же день, 5 апреля 1942 г. Генеральный штаб официально одобрил проведение «Операции MI» и поручил штабу Объе­ди­нённого флота заняться разработкой детального плана.

Однако капитуляция Генштаба не была безоговорочной. В качестве платы за со­гласие на навязанный им план, адмиралу Ямамото были, в свою очередь, навя­заны следующие условия:

1. В связи с ситуацией на юго-восточном участке оборонительного периметра, первыми операциями второго этапа войны остаются «Операция MO» (захват Порт-Морсби на юго-восточном побережье Новой Гвинеи и организация ба­зы гидроавиации на о. Тулаги в южной части Соломоновых островов) и «Оп­е­ра­ция RY» (захват островов Науру и Оушен).
2. Для проведения «Операции MO» Объединённый флот выделяет авианосные силы, с расчётом на то, что после выполнения задач на юго-восточном учас­т­ке они возвращаются в метрополию и участвуют затем в «Операции MI».
3. «Операция AL» (захват западной части Алеутского архипелага), которую пла­ни­ровалось проводить также в самом начале второго этапа, переносится на более поздний срок и проводится одновременно с «Операцией MI».

Таким образом, запланированная Генштабом «Операции FS» (захват архи­пе­ла­гов Новая Каледония, Новые Гебриды, Фиджи и Самоа) на данном этапе снима­лась с повестки дня. Вместо концентрации усилий на южном направлении, фок­ус приложения основных сил Императорского флота на втором этапе войны смещался, стараниями адмирала Ямамото, на восток.

Штаб Объединённого флота вряд ли был в восторге от навязанных ему допол­ни­­тельных операций, особенно параллельной Алеутской, заметно усложнявшей планирование и координацию, но приз того стоил. Оставалось решить, какие си­­лы выделить для усиления 4-го флота вице-адмирала Сигэёси Иноуэ на пе­ри­од проведения «Операции MO». Первоначально планировалось ограничиться только что вступившим в строй лёгким авианосцем «Сёхо» и эскадренным «Ка­га», благо последний только что прошёл ремонт и находился в Японии.

Однако вероятность наличия в том районе вражеского авианосца (японская ра­з­ведка была уверена, что в рейде 10 марта участвовал лишь один американский авианосец при поддержке базовой авиации) заставила, в конце концов, перест­ра­ховаться. Поэтому 12 апреля 1942 г. было принято решение вместо «Кага» от­править на юг 5-ю дивизию авианосцев контр-адмирала Тюити Хара в составе двух новейших авианосцев «Сёкаку» и «Дзуйкаку», уже возвращавшихся из рей­да в Индийском океане.

Оставался ещё один вопрос – требовалось согласовать это изме­не­ние планов с ар­мией. И заниматься этим пришлось человеку, крайне скепти­че­с­ки отно­сив­ше­муся к перспективам «Операции MI», уже упоминавшемуся капи­та­ну 1-го ранга Садатоси Томиока. Однако, после того, как этот план был при­нят Генштабом флота, именно он 12 апреля 1942 г. встретился с начальником опера­тивного от­дела Генштаба Императорской армии, генерал-лейтенантом Синъити Танака.

Несмотря на то, что Томиока всячески подчёркивал ограниченность целей до­ба­вленной операции, его армейский визави сразу понял, куда дует ветер. Ге­не­рал-лейтенант Танака дальновидно предположил, что Мидуэй – это первый шаг в направлении уже отвергнутых армией планов о полномасштабном штурме Пёрл-Харбора. Результатом встречи стал категорический отказ Генштаба армии в выделении сухопутных сил для Мидуэйско-Алеутской операции.

Тем не менее, обе эти операции были включены в «Оперативный план Импера­то­р­ского флота на второй этап войны за Великую Восточную Азию» от 15 апре­ля 1942 г. В качестве основных стратегических задач в этом плане значилось:

Японии следует: Провести внезапные атаки или наступательные операций против военно-морских баз США в Тихом океане. Приложить все усилия для уменьшения возможностей противника вести морскую или воздушную войну. После успешного завершения операций в Индийском океане и у берегов Авст­ра­лии, выявить основные силы флота США (и их британских союзников) и на­вязать им решающее сражение с целью их уничтожения.

Сухопутная составляющая Мидуэйской и Алеутской операций возлагалась, по указанным выше причинам, не на армейские части, а на «специальные десант­н­ые подразделения флота», японскую морскую пехоту, хотя последующие дей­с­т­вия оптимистично предполагалось проводить уже «в тесном взаимодействии с Императорской армией».

На следующий день, 16 апреля 1942 г., состоялось расширенное совещание, на котором начальник Генштаба Императорского флота адмирал Осами Нагано представил этот план лично Императору. Присутствовавший на совещании на­чальник Генштаба Императорской армии генерал Хадзиме Сугияма от заме­ча­ний и возражений воздержался.

Возможно, он планировал привести контрар­гу­менты армии позже и в более по­д­ходящей обстановке, однако спустя всего два дня ситуация коренным обра­зом изменилась. В полдень 18 апреля 1942 г. в небе над о. Хонсю появились са­молё­ты с белыми звёздами на плоскостях. На города Токио, Йокогама, Йокосука, На­гоя, Кобэ и Осака упали первые в их истории авиабомбы.

Примечания

¹ Достаточно сказать, что на момент этого обсуждения даже лёгкие японс­кие ави­аносцы «второй линии» были всё ещё укомплектованы устаревшими истре­би­телями «Мицубиси» А5М4 и ударными самолётами «Накадзима» B5N1, или даже «Йокосука» B4Y1.

Часть I | Часть II | Часть III | Часть IV | Часть V | Часть VI | Часть VII | Часть VIII

Подкинуть автору на кофе и сигареты можно здесь.

Другие статьи автора на канале Pacific War