История про всемирный потоп
ПавлоТут в истории наступает кульминация, а уровень абсурда в ней достигает максимальной отметки, так как выясняется, что огромное количество животных Ной отлавливал в разных труднодоступных местах и потом год катал в своём вонючем ящике только для того, чтобы убить и сжечь. При чём строительство крематория, необходимого для реализации этой гениальной идеи, обозначаемого словом "жертвенник", и добыча топлива для него становятся теми наиважнейшими мероприятиями, которые на опустошённой наводнением Земле он организовывает в первую очередь. Затем, перебив представителей "всякого скота и птиц чистых", он на новеньком жертвеннике торжественно устраивает их трупам "всесожжение", в результате чего они превращаются в "приятное благоухание".
Организацию этого странного ритуала бог не осуждает и о том, что человек, целый год живущий в производимом животными дерьме ради нескольких часов сомнительного удовольствия от расправы над ними и сожжения их трупов, больше напоминает идиота, нежели праведника, он Ною не говорит. Вместо того, чтобы дебильность ситуации как-то до него донести, он, напротив, решает ею воспользоваться, полагая, что "приятного благоухания" хватит на всех, и к его поглощению присоединяется. После чего, ощутив качественный приход, он обещает, что в дальнейшем не будет "проклинать Землю и поражать всего живущего", а "сеяние и жатва, холод и зной, лето и зима, день и ночь не прекратятся". Также он замечает, что "помышление сердца человеческого - зло от юности его". К сожалению, никаких сведений о том, умеет ли он добывать выделяющиеся при "всесожжении" трупов химические вещества, не убивая для этой цели животных, в тексте не содержится.

Затем, вдоволь надышавшийся "приятным благоуханием" бог говорит Ною и его сыновьям: "плодитесь, размножайтесь, и да страшатся вас звери земные, птицы небесные и рыбы морские, в ваши руки отданы они, всё движущееся, что живёт, будет вам в пищу". Этим живодёрским благословением он фактически лишь повторяет своё аналогичное по смыслу указание из истории про создание Земли, выданное первым сотворённым им людям и установившее приемлемость и даже необходимость видовой дискриминации. Новизна появляется только в том, что рекомендацию придерживаться всеядности он дополняет примечанием, запрещающим употребление крови, содержащей в своём составе, согласно имеющейся у него информации, какую-то токсичную субстанцию, обозначаемую словом "душа".

На этом не очень радостном для животных моменте история завершается, оставляя читателей без ответов на те вопросы, которые после знакомства с ней у них непременно возникают. Так, например, Вероника Степановна из Элисты желает знать:
а) какой конкретно смысл вкладывается в выражение "путь свой на Земле" и утверждение, что "всякая плоть", в том числе принадлежащая страусу Клаусу и крыске Лариске, "извратила" его, спровоцировав бога своими действиями на совершение массового убийства?
б) что означают слова, присутствующие во фразах "велико развращение человеков" и "Земля растлилась и наполнилась злодеяниями"?
в) в чём конкретно заключаются непорочность Ноя, служащая основанием для сохранения его жизни, и почему не сообщается, что он является не только праведником, но ещё и волшебником?
г) почему очень суровый и требовательный бог оставляет без внимания непослушание его избранника, берущего с собой в путешествие "чистых" птиц и "скотов" лишь по две особи каждого вида, а вовсе не по 7?
д) какими инструментами пользуется Ной для того, чтобы полностью исключить проникновение на свою баржу вместе с теми животными, которые необходимы ему по заданию, огромного количества разных других, обитающих не только на их телах, но и внутри них?

е) за счёт чего в плавающем зоопарке длительное время поддерживаются температура, влажность и прочие условия, требующиеся как его обитателям, так и обслуживающему их персоналу, для того, чтобы не сдохнуть в первый же день своего путешествия хотя бы из-за отсутствия кислорода?
ё) если рыб на свою баржу Ной не берёт, а потому значительная часть их видов в результате смешения солёной и пресной воды, подъёма давления под ней и иных фатальных для них изменений погибает вместе с неспособными прожить на дне океана растениями, улитками, дождевыми червями и другими животными-гермафродитами, в путешествие тоже не взятыми, тогда кто всё это биологическое разнообразие создаёт в дальнейшем, или в пост-потопном библейском мире оно отсутствует?

ж) куда после прекращения дождя ветер уносит миллиарды кубических километров воды?
з) где запущенному с баржи голубю удаётся добыть свежий масличный лист после того, как вся растительность на Земле в результате длительного затопления сгнивает?
й) по какой причине богу нравится дышать дымом сжигаемых трупов и почему у него происходит многомесячный провал в памяти?

и) если после окончания наводнения Ной превращает "чистых" птиц и "скотов" в "приятное благоухание", тогда кто создаёт данную категорию животных в дальнейшем или в пост-потопном библейском мире они отсутствуют?
к) за счёт чего пережившим катаклизм животным удаётся продолжить своё существование на Земле, полностью им опустошённой?

Разумеется, список всех вопросов, появляющихся после знакомства с этой историей, перечисленными не исчерпывается, что совсем неудивительно, так как концентрация бреда в ней слишком уж высока. Но поскольку благодаря ей бог открывается в своём реальном облике жестокого маньяка, способного убивать одновременно и детей, и стариков, и лосей, и хомяков уже в самом начале "священного писания", значимость её переоценить вряд ли возможно. У кого-то из читателей после знакомства с ней наверняка даже помимо вопросов возникает ещё и подозрение, что среди всех существующих литературных персонажей чемпионом по количеству загубленных жизней является именно библейский бог. Причём, поскольку он
а) необходимость тотального истребления младенцев объясняет тем, что у них "все помышления - зло во всякое время", хотя, как уже было отмечено выше, люди начинают думать значительно позже своего рождения,
б) счастливые билетики в плавучий зоопарк вручает не отличающимся от прочих мужчин и женщин Симу, Хаму, Иафету, их жёнам и мамаше исключительно за факт принадлежности к семье праведника,
убийцей его следует считать очень несправедливым.

Напоследок же остаётся отметить ещё такой момент, который в рамках этой истории является, возможно, наиболее показательным, так как, выступая в качестве очередного свидетельства патологии бога, регулярно напоминающей о себе его склонностью к чудовищному насилию, незнанием самых элементарных вещей, одержимостью бредовыми идеями или отрицанием здравого смысла, он, что гораздо важнее, позволяет читателям чётко осознать её непреодолимость для него. А заключается он в том, что бог
а) в уже неоднократно упоминавшейся истории про создание Земли, поместив на неё различные биологические организмы, обременил их существование далёкими от идеальных условиями и необходимостью подчиняться установленным им программам;
б) обнаружив через некоторое время все эти неприятные ему помышления людей, растление Земли и извращения своих путей каждым её обитателем, психует и устраивает массовое убийство;
в) не внеся в собственный проект никаких исправлений, просто его перезапускает.
И хотя с радикализмом бога по отношению ко всем обитателям Земли, как к мразям, непременно заслуживающим лишь утопления, уверенность в чём он демонстрирует организацией наводнения, согласиться сложно, однако если занять позицию более умеренную и допустить, что значительная часть ужей, моржей и, конечно же, людей, помещённых на проект и вынужденных подчиняться установленным им программам, действительно не могут жить иначе, то предъявлять претензии за такой онтологический фашизм необходимо совсем даже не им.

Отдельно стоит обратить внимание ещё на то, что хотя бы удалить с проекта клопов, комаров, блох, лямблий, остриц, слепней, оводов, ос, вшей и прочих абсолютно вредоносных существ бог также или не догадывается, или не считает нужным. Словно вся эта нечисть представляет для него ценность не меньшую, чем, например, дельфины, он требует от Ноя обеспечить её кормом и доставить в новый, дивный, но такой же дефективный пост-потопный мир. Протестировать его функционирование сперва хотя бы без людей он тоже категорически не хочет. Наоборот, словно желая, чтобы страданий в нём было больше, он приказывает плодиться сыновьям Ноя, чем обрекает его потомков на близкородственные связи, вероятность появления у них разных заболеваний увеличивающие и улучшению их качества точно не способствующие.

Очевидно, что данные обстоятельства фатальность патологии бога и его бессилие перед ней демонстрируют с максимальной наглядностью. Потому что если, столкнувшись с неприятной ситуацией, предоставляющей прекраснейшую возможность извлечь из собственного неудачного опыта урок, научиться на своих ошибках хоть чему-то, признать их и начать всё-таки развиваться или лечиться, бог не пользуется ей, то оснований для веры в его преображение не может быть уже никаких.