В начале был Армагеддон

В связи с последними событиями было много просьб написать популярную статью об истории Сирии. Почему на этой древней земле ведутся постоянные войны?

Правильный ответ: потому что Ближний Восток — это зона плотного контакта нескольких этнических семей, которые только формально объединены исламской культурой. На Востоке существует большое число поствизантийских вкраплений: армяне или марониты, например. При этом первые – потомки хурритов, а вторые – потомки арамеев, т. е. это два принципиально разных народа. Существуют шиитские этнические группы (например, алавиты), которые по факту от ислама очень далеки. Шиизм – это, вообще, такая хитрая лазейка в исламе, когда ты называешь себя шиитом, а потом можешь говорить всё, что тебе в голову взбредет, сильно напоминает в этом смысле протестантизм в христианстве, где любой американский проповедник с кафедры может нести от балды невероятную чушь. Существуют, наконец, курды, которые нередко придерживаются синкретических культов вроде езидизма, т. е. они далеки и от ислама, и от восточного христианства.

Сирия находится в самом центре этого этнического стыка и потому обречена на вечное межэтническое соперничество, поддерживаемое традиционной для Ближнего Востока клановой системой. Ничего мистического или сверхъестественного («это проклятая земля!») в этом нет: на свете огромное число интерференциональных зон, даже школьник с ходу назовет в качестве похожего примера Афганистан, где постоянно соперничают пуштуны, узбеки, таджики и хазарейцы, не говоря уже про локальные особенности таких вилаятов как Герат, Нуристан или Панджшер. Особенность таких интерференциональных узлов в том, что они часто привлекают внимание сторонних игроков. Всегда какой-нибудь клан зовет на помощь персов, или турок, или англичан, или русских, неважно, — и тогда, да, Сирия или Афганистан становятся ареной крупного международного соперничества.

Давайте же попробуем в самых общих чертах вспомнить, когда и как это на территории Сирии случалось, благо для этого у нас есть исторические источники с очень давних времен.

Очень давние времена

Собственно, первые известные истории политические кризисы и масштабные битвы с участием сотен колесниц почему-то связаны с Ближним Востоком. Почему? Именно по этой причине: уже в древности здесь было многоцветное лоскутное одеяло, и это одеяло диктовало свои законы. Это нетрудно увидеть, даже читая Ветхий завет. Другое дело, что Библия представляет дело с точки зрения одного из лоскутов в этом одеяле и негативно относится к амореям, финикийцам или амаликитянам. Огромное число исторических фактов авторы Ветхого завета не знают, либо намеренно опускают, либо перевирают до неузнаваемости. Это в полной мере относится, например, к мифической истории «исхода евреев из египетского рабства», которая в реальности имела прямо противоположный знак. Евреи – потомки гиксосов, завоевавших Нижний Египет в XVII веке до н.э. Гиксосы основали XV династию египетских фараонов, но затем были вытеснены древнеегипетскими националистами назад на Синайский полуостров. Говорить о «рабстве» в данном контексте явно некорректно. Это, наоборот, «антиколонаиализм» или «национально-освободительная борьба», в сегодняшней терминологии.

На самом деле история древних евреев не была центральной в клубке действительно серьезных потрясений дохристианской эры. Центром схватки была территория современной Сирии, потому что чисто географически Сирия – это продолжение Месопотамии. Поднимаясь по Евфрату, вы неизбежно попадете в Сирию. Даже сейчас этот принцип сохраняется, когда мы видим, например, участие в Сирийской войне американских сил, влезших в драку с территории Ирака. Вот почему уже в III тысячелетии до н. э. Сирия стала зоной аккадской колонизации. Хорошо известен, например, город-государство Эбла, жители которого использовали клинопись. Соперниками эблаитов были местные племена, известные под именем хурритов, государство хурритов также хорошо известно по источникам под именем Митанни. Еще одним соперником были амореи – западносемитские племена, родственники финикийцев и евреев.

Пересказывать подробности этих войн совершенно бессмысленно, потому что они разновекторны. Восстановить политическую логику этих событий очень сложно. Эблу сжигали, например, по археологическим данным, несколько раз, причем первой это сделала сама же метрополия, т. е. аккадцы. По-видимому, эблаиты разбогатели и откололись от месопотамского отечества, как американцы откололись от англичан. Но сепаратистский мятеж был подавлен. Потом Эблу сожгли уже хурриты. Потом город заняли амореи. А еще потом Эбла была разрушена новым врагом – хеттами. Всё, что мы можем и должны сделать – это не цепляться за кровавые подробности, а просто попробовать прочертить приблизительные контуры соперничающих этнических групп.

Итак, у нас есть: а) восточные семиты, т. е. аккадцы; б) западные семиты, т. е. амореи, финикийцы, арамеи, евреи; в) хурриты, которых нужно рассматривать как предков армян, в этом смысле армяне, действительно, очень древний ближневосточный народ; г) хетты, это индоевропейский этнос; около 1595 года до н. э. хетты захватили и разрушили Вавилон – важная дата, которую нужно запомнить; д) шумеры, языку которых аналогов нет, т. е. это какой-то совершенно уникальный народ, подаривший миру письменность, математику, астрономию и еще кучу цивилизационных ништяков, — при этом сам народ исчез, считать его потомками «озёрных арабов» (т. н. маадан), конечно, можно, но это притянуто за уши; е) древние египтяне, которые по причине гиксосских войн не могли быть не втянуты в ближневосточные разборки; известна, например, битва при Меггидо весной 1457 года до н. э., когда войска Тутмоса III столкнулись здесь с армией западносемитских и хурритских царей; собственно, на основании этого исторического события в литературе появляется навязчивый термин «Армагеддон» как обозначение финальной битвы между силами добра и зла; скорее всего, это был некий итог гиксосских войн, который закончился победой египтян, окончательно отогнавших предков евреев и их друзей от египетских границ; ж) ради полноты картины добавим еще несколько народов и племен, которые так или иначе влияли на большую политику, но при этом не оказали решающего влияния на сирийский этногенез: касситы, например, которые пришли к власти в Вавилоне после 1595 года до н. э., и эламиты, которые заняли Вавилон после очередного разрушения и разграбления ассирийцами в 1223 году до н. э. Т. е. это такая ближневосточная традиция: один игрок разрушает и уходит, а на его место приходит другой игрок, который обещает жителям покой и стабильность.

Кульминацией соперничества тогдашних «мировых держав» считается битва при Кадеше, обычно датируемая маем 1274 года до н. э., когда на сирийских просторах (Кадеш был недалеко от нынешнего Хомса) столкнулись боевые колесницы хеттов и египтян. Кровавое побоище закончилось ничем: обе стороны назвали победителями себя и заключили пакт о ненападении, разграничивающий сферы влияния, каким-то чудом сохранились и египетский, и хеттский варианты этого пакта. Таким образом, мы имеем характерную для Ближнего Востока картину: никто в полной мере победить не может, но все тянут лоскутное одеяло на себя. Этот принцип сохранился и по сей день, с тою только разницей, что вместо Мемфиса и Хаттусы одеяло тянут Москва, Стамбул, Вашингтон и Тель-Авив. А лоскуты остаются приблизительно те же.

Разорванное одеяло

Перейдем от второго тысячелетия до нашей эры хотя бы к первому, чтобы ускорить рассказ, хотя он по-любому затянется не на один день. Между этими двумя тысячелетиями историки обычно помещают разрыв, который носит громкое название «коллапса бронзового века». В общем-то это определение верно. После 1200 года до н. э. (приблизительный год падения Трои) сразу несколько цивилизаций загибаются и приходят в упадок. Вавилон, как уже упоминалось, был взят ассирийцами около 1223 года до н. э., в городе сидел эламитский наместник, т. е. это была оккупация. Хаттуса была разрушена «народами моря», та же участь ждала Угарит и Амурру – западносемитские государства на территории современной Сирии. Микенская цивилизация была снесена дорийским вторжением (одни греки, более «дикие», убили других греков, более «культурных», если вкратце). Египтяне отбились от «народов моря», но потеряли все свои завоевания в Сирии и Палестине. И так далее. В описаниях «коллапса бронзового века» смущают разве что постоянные попытки историков привязать этот системный сбой к засухам, землетрясению, глобальному изменению климата, изменениям торговых путей, либо чему-нибудь еще в таком духе, хотя понятно, что мы имеем дело с элементарной исторической усталостью. Лоскутное одеяло так долго и сильно трясли, что оно в итоге лопнуло, и через образовавшиеся дырки посыпались блохи – пресловутые «народы моря», этническая принадлежность которых до сих пор вызывает множество вопросов. По-видимому, это была какая-то пиратская сборная.

Эта догадка косвенно подтверждается усилением арамеев — аналога морских пиратов на суше. С точки зрения экономической географии арамеи — изначально кочевой этнос. В «цивилизованное» время они сидели в своих оазисах в Сирийской пустыне и ничего не делали, потому что не было резона нападать на хорошо укрепленные города. Теперь же, когда система зашаталась, эти кочевники вылезли из своих углов и приступили к войне и экспансии, например, знаменитые халдеи, поселившиеся в Месопотамии – это именно арамейские колонисты. Главный сюжет начала I тысячелетия до н. э. на Ближнем Востоке – это соперничество ассирийцев и арамеев. Потомки ассирийцев сегодня говорят на арамейском языке, но в древности они говорили на аккадском. Это разные языковые группы, западносемитская и восточносемитская. Т. е. столкновение было между двумя разными этническими семьями: остатками древней месопотамской цивилизации и кочевыми племенами, которые несли с собой западносемитский язык и западносемитских богов. Это нельзя мешать в одну кучу, как нельзя мешать в одну кучу арабов и евреев по принципу «все они семиты». Была бы это одна группа, между ними не было бы настолько яростной вражды.

Тем не менее, в VIII веке до н. э. ситуация нормализовалась достаточно популярным в истории способом: ассирийцы победили всех врагов и достигли политического расцвета, но при этом были вынуждены перейти на арамейский язык с целью достижения государственного единства: нечто похожее случилось, например, с германоязычными франками, которые в конце V века победили галло-римлян, но при этом уже в VIII веке забыли все свои немецкие слова и перешли на романский язык, на котором французы говорят и сейчас.

Собственно говоря, по своей политической сути Ассирийская империя аналогична империи Карла Великого. Это такая же сомнительная попытка объединить в одном государстве западных и восточных франков или, в данном случае, семитов. Ассирийские цари упрямо объединяли «семитский мир», не очень хорошо понимая, что этническая дивергенция давно сделала семитские племена принципиально разными народами со своими богами и традициями. В Вавилоне у власти были халдеи (т. е. арамеи), с которыми было трудно договориться о чем-то без карательных акций. Евреи в X веке до н. э. основали свое царство и додумались до революционной по тем временам идеи, что существует только их племенной бог, Яхве, а боги остальных народов — выдумка. Израильское царство, правда, быстро развалилось на два, и северную его часть ассирийцы в 722 году до н. э. завоевали, но южная Иудея продержалась до 586 года до н. э., когда никакой Ассирии уже не было: в 612 году до н. э. столицу Ассирии, Ниневию, взяли штурмом вавилоняне и мидийцы. Ассирийцы запросили помощь у египетского фараона Нехо II, но в битве под Каркемишем в 605 году до н. э. были окончательно разбиты вавилонянами.

Ассирия погибла, потому что сплотить навеки «семитский мир» в I тысячелетии до н. э. было невозможно, не говоря уже о том, чтобы попробовать как-то подчинить себе урартов, которые не семиты, а хурриты.

Отдельно нужно сказать о мидийцах, тоже появившихся на Ближнем Востоке по итогам «коллапса бронзового века», потому что этот народ, скорее всего, дал начало этногенезу курдов. Мидийцы пришли из Средней Азии параллельно с персами в результате массовой миграции индоевропейских («арийских») племен. Собственно, часть этих народов шла в Индию, а другая часть свернула на запад и вышла на Иранское нагорье. Мидийцы шли севернее, персы — чуть южнее. Но в итоге они так или иначе столкнулись с ассирийцами, вавилонянами и эламитами. А дальше случилась обычная вещь. Ассирийские цари их быстро победили (мидийцев), либо зачислили в союзники (персов). А потом Ассирийская держава ослабела, и тогда эти мигранты, конечно, поняли свою выгоду и начали быстро прибирать рушащуюся империю к своим рукам и объявили себя «царями царей», т. е. шахиншахами. Около 550 года до н. э. персы подчинили себе Мидию и Элам, а в 539 году после битвы при Описе без боя вступили в Вавилон. Иудейские авторы, разумеется, приписали это Божественному вмешательству и рассказали красивую историю про «пир Валтасара». В действительности мы имеем дело с очередным проявлением исторической усталости. Лояльность в Нововавилонском царстве была на еще более низком уровне, нежели в Новоассириском, иудеям, уведенным в 586 году до н. э. в «Вавилонский плен», защищать халдеев было незачем, ассирийцам – тем более. В итоге «семитский мир» окончательно рухнул и его место занял уже «персидский», который еще через 200 лет так же неожиданно сменится «македонским». Все эти внезапные взлеты и крушения ближневосточных царств на самом деле имеют всё ту же природу: было совершенно непонятно, как этим многонациональным одеялом управлять, как привести его хоть к какому-то общему знаменателю.

"Вавилонская башня" постоянно рушилась, кто бы ее ни строил. И спасительного цемента не было ни у кого.

Далее --> В ожидании Бога

*поддержать автора: 2202 2081 3700 3225