Удушение | Глава 28

Глава 28. Коул

Сэмсон насвистывает мелодию, которую я никогда не слышал, пока мы идем по тротуару. Кит и еще несколько парней из команды тоже здесь. Мы зашли в несколько баров, но только в два из них попали по поддельным удостоверениям личности.

Кит пьян, потому что понятия не имеет, как остановиться на двух порциях. По-моему, он выпил целую бутылку текилы, прежде чем чувак за стойкой сказал, что больше его не обслуживает. Однако Сэмсон уже совершеннолетний и заходит в бары вместо нас.

Я проверяю свой телефон, чувствуя себя неловко из-за того, что не получил ни слова от Блейза. В социальных сетях он отмечен на фотографиях в «Shingles», баре чуть дальше по улице, куда я, возможно, заманил, а может и нет, своих друзей.

Его друг обнимает его за плечи, пока он улыбается для групповой фотографии.

Фото подписано как «Команда мечты», и это настолько раздражает меня, что я меняю настройки, чтобы скрыть все дальнейшие публикации от его друзей. Мелочно, но мне все равно. Он может весело сидеть со своими друзьями и болтать с ними, но у него нет ни секунды, чтобы спросить меня, что я делаю и не скучаю ли я по нему?

Он даже не знает, что меня нет дома.

Когда мы подходим к бару, я останавливаюсь и закуриваю сигарету, упираясь ногой в стену. Кит замирает, прежде чем оглядеться и тоже закурить.

– Почему ты так странно себя ведешь?

– Просто сказал своей новой девушке, что брошу курить.

– Я думал, ее нет в городе?

– Так и есть, – отвечает он, снова оглядываясь между каждой затяжкой. – Но ее родители или друзья могут меня застукать.

Я хихикаю и затягиваюсь, наполняя легкие ядовитым дымом, в то время как снова достаю телефон и вижу новое сообщение, от которого мое сердце начинает биться быстрее.

Блейз: Твои друзья здесь.

Так, так, так. Он помнит о моем существовании. Я выпускаю дым изо рта и набираю ответ, но затем останавливаюсь. Не прошло и минуты с тех пор, как было получено сообщение. Не буду ли я выглядеть отчаявшимся, если отвечу сразу?

Убирая телефон обратно, я слушаю, как Кит рассказывает о своей новой девушке и о том, как его родители чуть не надрали ему задницу за разбитое окно. Я предложил заплатить, но он отказался и сказал, что это его вина, так как это он придумал игру в доме и запер всех там. Он не знал, что у Джексона был пистолет, или что он трахался с Элли.

Не то чтобы меня это волновало. Элли стала для меня лишь смутным воспоминанием. Бывшая, которая постоянно изменяла, которая никогда не делала меня счастливым, и чем больше я о ней думаю, тем больше ненавижу эту суку за то, что она считала, что может манипулировать мной.

Страшно представить, что она мне когда-то действительно нравилась.

Кит следует за мной внутрь, а я стараюсь не высматривать Блейза. Я знаю, что он сидит за столиком, прямо перед танцполом, слева от бара. Над его головой висит плакат с Элвисом.

Я подхожу к бару, и Сэмсон заказывает нам напитки, пока один из парней находит для нас отдельный столик. Музыка звучит не слишком громко, так что я слышу, как разговаривает Тьяго. Я иду на голос, и мой взгляд натыкается на зеленые глаза, что смотрят на меня с другого конца стойки.

Должно быть, у Блейза и его друзей тоже есть подделки, поскольку они заказывают еще выпивки. Разговаривая с официанткой, Блейз смотрит прямо на меня.

На долгое мгновение я оказываюсь в ловушке. Я словно вхожу в подпространство без воздуха. Он смотрит на меня голодным собственническим взглядом, и у меня возникает желание схватить его за горло, прижать к барной стойке и заявить на него права на глазах у всех.

Чтобы убедиться, что все здесь знают, что он мой.

Кто-то толкает меня в плечо. 

– Хей, чувак. Перестань рычать на своего младшего брата и садись уже.

Мое раздражение быстро проходит, когда Кита подзывает один из друзей Блейза – они учатся в одной группе, если я правильно помню. Они приглашают нас сесть с ними, и когда мы подходим ближе, Блейз направляется к своей кабинке с противоположной стороны. Чем ближе мы становимся, тем сильнее бьется мое сердце. Так глупо – так заводиться из-за того, что он рядом со мной. Ближе. Еще ближе. Чертовски ближе.

Когда я подхожу, он проскальзывает в кабинку, и его друг садится рядом с ним, но я ставлю свое пиво на стол и вздергиваю подбородок. 

– Подвинься.

Блейз сидит как вкопанный рядом с ним. Его друг прищуривает глаза. 

– Я?

Я наклоняю голову. 

– Я же на тебя смотрю. Двигайся.

Он подбирает слова, издавая смешок и презрительный взгляд, и выглядит ошеломленным.

– Извини?

– Просто уже подвинься, нахуй.

Мои друзья молчат, наверное, гадая, что за хрень происходит.

Он нерешительно берет свой коктейль и выходит, бросив на меня странный взгляд, пока я занимаю его место. Я прижимаюсь бедром к Блейзу, и кровь бурлит у меня в жилах. Адреналин, блядь, скачет так быстро, что я слышу, как он ревет у меня в ушах. Мой глаз дергается, и я замираю, когда чувствую губы Блейза у своего уха. 

– Что случилось?

Я качаю головой и делаю глоток, осушив половину бутылки. Я понятия не имею, что со мной не так. Все просто сидят, болтают о всякой ерунде, покачивают головами в такт музыке или флиртуют, а я в самом разгаре.

– Коул, – шепчет Блейз, тайком хватая меня за бедро под столом. Никто не должен видеть, потому что я его маленький секрет. Он не хочет, чтобы кто-нибудь знал о нас, иначе он бы улыбнулся, увидев меня, поцеловал или сделал еще какую-нибудь романтическую хрень.

Я задерживаю дыхание от боли в груди. Она обжигает. Все горит, особенно когда я делаю еще пять глотков пива и приканчиваю бутылку.

– Джексон звонил кому-нибудь из вас? – спрашивает Сэмсон, и его вопрос привлекает мое внимание настолько, что я могу наполнить легкие воздухом. – Засранец был очень тихим в последнее время. С тех пор, как у тебя дома случился тот бардак.

Кит пожимает плечами. 

– Я велел ему возместить ущерб. Этот уебок разгромил весь дом и оставил сперму на моем обеденном столе, не говоря уже о том дерьме, которое он сотворил с Блейзом. – Он смотрит на него. – Прости, чувак. Это не входило в наши планы. Мы просто хотели, чтобы мы все вместе потусовались. Мы подумали, что ты приведешь своих друзей.

– Он даже не пригласил нас! – говорит один из них. – Он был слишком занят с Мией, чтобы помнить о нашем существовании последние несколько недель.

Я перевожу взгляд на него. 

– Они не знают, что ты с ней порвал?

– Ты что? – одновременно спрашивают все его друзья.

Блейз пожимает плечами и делает глоток пива. 

– Ничего особенного.

– Мия и Блейз, самая легендарная парочка? Ты серьезно хочешь, чтобы мы поверили, что это все?

Мой глаз снова дергается, и я стискиваю зубы, опуская взгляд на руку Блейза, все еще лежащую на моем бедре. Он так сильно сжимает ее, пытаясь привлечь мое внимание, но вместо этого я сжимаю руки в кулаки и притворяюсь, что меня не волнует, что они говорят о том, как им было хорошо вместе.

– А что у вас с Элли? – спрашивает меня Сэмсон. – Вы расстались?

– Да, – отвечаю я строго, стараясь сохранять спокойствие.

– Что произошло? Ты, наконец, признал, что она была изменщицей, и понял, что заслуживаешь лучшего?

Я качаю головой, и слова вылетают сами собой. 

– Я порвал с ней, потому что мне не нравятся девушки.

Они все останавливаются и смотрят на меня.

Почему они ведут себя так, будто это что-то важное?

– А что, есть проблема в том, что я гей?

Они все качают головами, а Сэмсон улыбается, как Чеширский кот, прежде чем произнести тост. 

– За то, что Коул вышел из шкафа!

По какой-то причине я улыбаюсь, посмеиваясь над тем, какой он счастливый. Внутри меня что-то успокаивается, и вместо того, чтобы взять Блейза за руку под столом, я перекидываю ее через него и кладу на спинку сиденья позади него. В такой позе я прижимаюсь к нему сильнее, а затем наблюдаю, как все пытаются соединить все воедино.

Блейз неподвижен, как статуя, только его дыхание стало тяжелым и вырывается через ноздри. Его пальцы сильнее впиваются в мое бедро, и я чувствую, как меня возбуждает его беспокойство.

– Вы двое? – говорит друг Блейза. – Вы двое... вместе?

Блейз хватает свое пиво и залпом выпивает его. 

– Это проблема?

– Ух ты, – выпаливает Кит. – Такого я не ожидал. Не буду врать. Ух ты. Разве ты не несовершеннолетний? – говорит он Блейзу.

Я хмурюсь. 

– Ему вот-вот исполнится девятнадцать, придурок. Мне двадцать.

Сэмсон ухмыляется. 

– Ваши родители с ума сойдут.

Блейз застывает рядом со мной, но я кладу руку ему на плечо и сжимаю его, прижимаясь бедром к его бедру. Я заявляю на него права, официально. Теперь все здесь знают, что он принадлежит мне, а я принадлежу ему. Почему у меня от этого так кружится голова?

Я заказываю еще пива, и два часа спустя мы все смеемся над Тьяго, танцующим на столе, в то время как другие вокруг нас подбадривают его. Кит разговаривает по телефону, остальные парни либо флиртуют с кем-то, либо пьяны и танцуют, а мы с Блейзом все еще сидим в кабинке.

– Пойдем домой, – шепчет он мне на ухо. – Я хочу побыть с тобой наедине.

Блядь. От его слов мои яйца начинают покалывать, и я поворачиваюсь к нему с улыбкой. 

– Впадаешь в отчаяние?

– Если скажу «да», мы сможем уйти?

– Еще по стаканчику, – говорю я, сталкиваясь с ним носом на публике, где все могут видеть. Его взгляд скользит к моим губам, и я сокращаю расстояние, нежно целуя его, достаточно быстро, чтобы свести с ума, затем отстраняюсь и перепрыгиваю через заднюю стенку кабинки, чтобы принести нам еще выпивки.

***

Блейз прижимает меня к двери, как только она закрывается за мной. Он впивается в мой рот, словно изголодавшийся зверь, посасывая и целуя, стаскивая с меня толстовку и ероша мои волосы.

Он собирает пряди у меня на затылке в кулак и прижимает наши тела друг к другу, скользя своим языком по моему и втирая свой массивный член в мой собственный.

Блядь. Он убивает меня. Я продолжаю пытаться снять с него свитер, но он прижимает мои руки к стене и лишает меня воздуха, одновременно, блядь, выдавливая из меня жизнь.

Схватив меня за горло, он оттаскивает меня от входной двери, и мы чуть не разбиваем любимую мамину вазу, ударившись о столешницу. Блейз тащит меня к лестнице, не переставая жадно впиваться в мой рот, требуя всего подряд. Мы едва успеваем преодолеть половину лестницы, как он расстегивает пуговицы на моих джинсах и просовывает руку, чтобы обхватить мой член.

Я издаю глубокий стон и откидываю голову, пока он гладит меня. Он сжимает и перекручивает головку, заставляя меня стать еще тверже, чем это вообще возможно.

– Я хочу трахнуть тебя, – говорит он мне в рот, скользя языком по моему рту и захватывая зубами мою нижнюю губу, оттягивая ее назад, пока она не становится на место с болезненным щелчком. Мой рот наполняется медью, и я целую его крепче. Словно могу умереть, если остановлюсь.

Блейз отрывается от моего рта и опускает взгляд между нашими телами, наблюдая за тем, как он трахает меня рукой. Смазка на кончике молча умоляет о большем.

– В моей комнате или в твоей?

– Твоя ближе, – говорю я, тяжело дыша, когда он ускоряет движения. – Блядь, Блейз. Ты заставишь меня кончить.

Он отпускает меня, и мне хочется убить этого придурка.

– Еще нет, – говорит он, поднимая меня, и тащит в свою спальню. Он захлопывает дверь и толкает меня, полностью завладевая моим телом, когда я падаю на кровать. Просунув пальцы за пояс моих джинсов и боксеров, он спускает их вниз по моим ногам, чтобы освободить мой член.

Я вижу, как сильно он меня хочет. Его глаза, голодный взгляд, то, как сильно натягиваются его брюки, то, как он целует меня, опускаясь на меня и посасывая мой язык, одновременно потираясь о мой обнаженный член.

Блейз отрывается от моего рта, целует меня в щеку, покусывая зубами. Нахлынувшее на меня ощущение заставляет меня извиваться под ним. Какого черта он все еще полностью одет?

Я стону, когда он посасывает кожу на моем горле, отмечая меня. Затем он спускается поцелуями ниже, к моей ключице, его руки везде, кроме моего члена, пока он покрывает поцелуями мою вздымающуюся грудь.

Его глаза поднимаются, когда его язык обводит мой сосок, и, черт возьми, я задерживаю дыхание и чувствую, как удовольствие пронзает мои яйца от того, как это приятно. Блейз захватывает сосок зубами, и у меня пульсирует между ног, мой позвоночник изгибается, заставляя меня сильнее прижиматься грудью к его рту, пока он сосет, облизывает, кусает и царапает меня.

– Бля, – выдыхаю я.

Ухмыляясь, он опускается ниже, пока не начинает посасывать мои ребра, бедра, заставляя меня напрячь каждую мышцу, пока он не обхватывает мой член обеими руками и двигает им, наблюдая за тем, как сильно я истекаю.

– Ты устраиваешь беспорядок в моей постели, Коул, – говорит он, не сводя с меня глаз и проводя языком по внутренней стороне моего члена, избегая чувствительной области на головке.

– Если ты сейчас же не отсосешь у меня, я надеру тебе задницу.

Он смеется и качает головой. 

– Кажется, ты забываешь, кто здесь главный.

Блейз переворачивает меня так легко, что я едва замечаю свое новое положение, когда он обхватывает ладонями мои ягодицы и раздвигает их, и когда что-то влажное и теплое касается моей тугой дырочки, я прижимаюсь лицом к его подушке и стону.

– Тебе нравится, когда тебя ласкают, не так ли?

Я не отвечаю. Не могу. Он погружает свой язык так глубоко, как только может, а я прижимаюсь к его лицу, упираясь членом в простыни, пока он трахает меня своим языком. Ощущение слишком приятное. Если он будет продолжать в том же духе, то я кончу.

– Бля, – стону я, поскольку это единственное слово, что осталось в моем словарном запасе на данный момент. Я снова и снова бормочу в подушку, пока Блейз еще сильнее раздвигает мои ягодицы и шлепает меня достаточно сильно, чтобы причинить боль, и я сжимаюсь вокруг его языка, почти достигая оргазма, но он останавливается и поворачивает меня. Он встает с кровати, тяжело дыша, его член буквально вырывается наружу, когда он сбрасывает свитер и рубашку, а затем полностью обнажается.

– В ящике, – говорит он, кивая. – Смазка. Возьми ее.

Я делаю, как он говорит, радуясь, что пакет со смазкой не открыт. Он снова забирается на меня, выпрямив руки, чтобы наблюдать, как я несколько раз встряхиваю пакетик, пока не потечет влажная холодная жидкость.

Блейз смазывает пальцы, и я делаю то же самое, словно мы оба знаем, что нам нужно. Быть наполненными. Быть оттраханными. Потереться членами друг о друга. Его рот впивается в мой, когда он просовывает руку под меня и прижимает свои липкие пальцы к моей дырочке сзади. Я делаю то же самое, одной рукой раздвигая его, а другой располагая наши члены так, как ему нужно.

Мы толкаемся друг в друга, нашими пальцами и членами, и Блейз чертыхается у моих губ и целует меня еще крепче. Все, что слышно в его спальне, – это наши стоны, влажные, скользкие звуки, издаваемые нашими пальцами, и то, как Блейз тяжело дышит и все быстрее трется своим членом о мой.

Его смазка повсюду, как и моя. Смешались воедино. Мои яйца жаждут разрядки, когда его пальцы проникают глубже, но я хочу большего. Мне нужно больше.

– Сделай это, – требую я.

Блейз замирает. 

– Что?

– Я хочу, чтобы ты трахнул меня, Блейз. Сделай это. Просто, блядь, трахни меня уже.

Он нерешительно вынимает пальцы из моей задницы и выпрямляет руки, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. 

– Ты уверен?

Отчаянно кивая, я прижимаюсь своим членом к его, мои пальцы выскальзывают и хватают его за бедра. Я ловлю его губы и целую его. 

– Да.

Блейз прижимается ко мне, изучая мое лицо, затем отстраняется достаточно, чтобы перевернуть меня. 

– Если будет больно, я остановлюсь. Не смей, блядь, позволять мне делать это, если тебе больно

Он впрыскивает еще немного смазки, и я всхлипываю, когда несколько капель падают мне на спину. Мое тело такое чувствительное, и мне кажется, что я могу умереть, если он не поторопится.

Ложась на меня сверху, он помещает свой член между моих ягодиц, а его рука скользит вверх по моему боку, под грудь, и хватает за горло. Он приподнимает мою голову, наклоняя меня, чтобы поцеловать, его язык играет с моим. Поцелуй нежный и медленный, отвлекает меня, пока Блейз слегка прижимается к моей заднице.

Его бедра отклоняются назад, и он встает так, что головка его члена касается моей тугой дырочки. Она пульсирует, мой член пульсирует, мои яйца пульсируют, мое гребаное сердце пульсирует, когда он глубоко целует меня и входит в меня. От напряжения и жжения я задыхаюсь, но он продолжает целовать меня.

– Расслабься, – приказывает он, постепенно продвигаясь вперед, медленно двигая бедрами, чтобы я привык к нему. Ощущения другие. Немного болит, но, блядь, как же хорошо. Я рассеянно двигаю бедрами вместе с ним, вгоняя его глубже. Он задыхается и замирает, издавая стоны, когда я двигаюсь на его члене, а он остается неподвижным.

– Трахни меня, – выдавливаю я сквозь зубы. – Трахни меня так, будто ты меня ненавидишь.

Его челюсть напрягается, и он открывает глаза. Зелень исчезает, уступая место темноте. Я задыхаюсь, когда он отодвигается так, что остается только головка, и погружается глубже. Его веки снова закрываются, и он стонет, повторяя движение снова и снова.

Он обхватывает меня за горло, погружается в чувствительную кожу под моим ухом, кусает и посасывает, пока трахает мою задницу.

Его пальцы обхватывают мой член, поглаживая меня, в то время как его толчки становятся все более жесткими, быстрыми, чертовски беспорядочными, а я с трудом перевожу дыхание от того, насколько мне приятно.

Когда он натыкается на что-то глубоко во мне, мои внутренности вспыхивают, словно фейерверк, и мои глаза распахиваются от острого ощущения, которое пронзает меня вместе с оргазмом.

– Блейз, – стону я. – Черт. Черт, черт, черт.

Я размазываю сперму по его простыням, а он продолжает долбить. Он не замедляется и не дает мне ни секунды на то, чтобы осознать реальность; он теряет контроль, ставит меня на четвереньки и хватает за бедра.

С каждым толчком я словно погружаюсь во что-то волшебное. Каждый раз, когда он стонет, я ощущаю давление в яйцах.

Когда его рука опускается на мою ягодицу, и моя задница сжимается вокруг него, я чувствую, как он становится еще тверже. Он сжимает в кулаке волосы у меня на затылке и использует их, чтобы контролировать меня: трахает быстрее, толкается дальше, шлепает меня по заднице, а затем сжимает мой член, который отказывается размягчаться.

Остановившись на середине толчка, он издает стон, его член пульсирует внутри меня, наполняя меня своей спермой, и это так чертовски приятно. Сперма вытекает из меня, стекая по бедру.

Он наваливается на меня сверху, мы оба тяжело дышим, хватая ртом воздух. Схватив меня за подбородок, он поворачивает меня лицом к себе. 

– Ты в порядке?

Я киваю, и он целует меня в лоб – никогда не думал, что этот вопрос заставит меня улыбаться, но вот я здесь. Я целую его в ответ, нежно накрывая его рот своим.

– Я люблю тебя, – говорю я, все еще пытаясь дышать ровно, когда его член размягчается и выскальзывает из меня. – Как, блядь, мы вообще до этого дошли?

Он смеется и переворачивается на спину рядом со мной, его грудь поднимается и опускается, пока он пытается отдышаться.

Стук в дверь и низкий голос заставляют меня подпрыгнуть. Блейз спихивает меня с кровати и натягивает на себя одеяло, как раз в тот момент, когда его отец открывает дверь.

– Блейз, – говорит он, и мои глаза расширяются. – Что случилось внизу? Квартира разгромлена, а одежда Коула валяется на полу.

– Понятия не имею. Почему ты дома? Рейчел сказала, что вас не будет дома еще некоторое время.

– О, она осталась там. Ей нужно побыть одной.

Я хмурю брови. Кажется, его это даже не волнует.

– У вас с Рейчел все в порядке?

– Нет, сынок. Но все нормально. Ты можешь найти своего брата и сказать ему, чтобы он прибрался?

Дверь закрывается, я встаю на колени и смотрю на Блейза. Он собирает мою сперму на простыни. 

Он засовывает пальцы в рот, пробуя меня на вкус. 

– Не хочешь прибраться за собой?

Продолжить чтение следующей части