Удушение | Глава 19

Глава 19. Блейз

Когда Джексон открывает входную дверь, то выглядит удивленным, но потом приходит в себя и отступает назад, чтобы впустить меня. Не спрашивайте меня, зачем я здесь, потому что я и сам ни хрена не знаю. Мы не друзья. Это последнее место, где мне следовало бы быть, но я чувствую себя таким... разбитым после того, что произошло в душе с Коулом и Мией.

Уже поздно, и я не мог уснуть. Мне нужно было выйти из дома, но я не мог придумать, куда пойти. Джексон… Ну, Джексон – единственный парень, которого я знаю, за исключением Коула, которому нравятся другие мужчины. Я не рассказывал своим друзьям о своих ужасных чувствах, когда дело касалось Коула.

Джексон идет впереди, и я следую за ним наверх, в его спальню. Я никогда не был в доме, который он делит с другими ребятами из колледжа, но он выглядит так, как я и ожидал: простые стены, кровать с темно-синими простынями и одежда, разбросанная на рабочем стуле. Он плюхается на кровать и наблюдает, как я осматриваю его комнату.

– Хочешь поговорить?

Я напрягаюсь, глядя на него. Какого черта я здесь?

– Я расстался с Мией.

Его брови взлетают вверх, но он продолжает молчать.

Пожав плечами, я подхожу к его столу и беру пустую банку из-под газировки, чтобы занять руки.

– Она изменила мне.

– Ты здесь действительно из-за этого?

Я кладу банку обратно и прислоняюсь к столу. Джексон изучает меня из-под своих темных ресниц, а я смотрю на свои кроссовки. Мне пора уходить.

– Хей, – говорит он, поднимаясь на ноги и подходя ко мне. Вблизи он выглядит обеспокоенным, когда наклоняет голову, заставляя меня посмотреть на него. – Что случилось?

Вздрогнув, я пытаюсь отвести взгляд, но он вторгается в мое пространство и берет меня за подбородок. Джексон мне не нравится, но, когда он опускает взгляд на мои губы, меня пронзает острая боль одиночества. Мое сердце сильно бьется по совершенно неправильным причинам. Хоть раз в жизни я хочу почувствовать что-то настоящее, а не ту постоянную боль, когда Коул рядом. Ярость, которую я испытывал в ванной, когда увидел его со своей девушкой, прошла, и теперь я опустошен. Я должен был такое предвидеть. Мия не скрывала своих взглядов в его сторону. Блядь, я даже не расстроился из-за этого. Мне было глубоко наплевать на Мию и ее блуждающие руки, но Коул... Как он мог так поступить со мной? Конечно, в этом есть смысл… Ему нравятся киски, а я парень.

– Ты в порядке, – говорит Джексон, и я поднимаю взгляд. Должно быть, он видит мое внутреннее смятение, потому что, когда я пытаюсь высвободить подбородок, он прижимается губами к моим губам, и на краткий миг время замирает. Мягкие пальцы поглаживают мои скулы, когда Джексон проводит языком по моим губам. Если бы на его месте был Коул, я бы открыл рот и свое сердце. Но это не Коул. Это никогда не будет Коул.

Я отвожу взгляд, и Джексон сокрушенно вздыхает.

– Он тебе так нравится, да?

Я не спрашиваю его, кого он имеет в виду. Сегодня у меня слишком тяжело на сердце.

Оттолкнув меня, Джексон подходит к своей кровати.

– Давай, – говорит он, ложась и подпирая голову рукой. – Ложись рядом со мной. – Он подтягивает колено и смотрит в потолок. – Обещаю не прикасаться к тебе.

Я некоторое время смотрю на него, прежде чем смешки сотрясают мою грудь. Я веду себя глупо. Качая головой, я потираю шею и направляюсь к кровати. Теперь я чувствую себя нелепо. Мы с Джексоном не друзья, так что, что бы это ни было…

– Что? – спрашивает он, когда я подхожу к кровати.

– Это странно, не так ли?

Его губы дергаются.

– Что странно? То, что ты приходишь сюда глубокой ночью, что я целую тебя, или что ты ложишься рядом со мной?

Удивленный, я засовываю руки в карманы джинсов.

– Все.

– Да, меня выгнали из футбольной команды из-за тебя. Считай, что это оливковой ветвью. – Он снова похлопывает по кровати, и я устраиваюсь рядом с ним. Мы смотрим в потолок, пока мимо проезжает машина. – Можно я останусь здесь на ночь? Я не хочу идти домой.

– Мне хотя бы сделают минет?

У меня сжимается сердце, но, когда я смотрю на него, в его глазах вспыхивают озорные огоньки. Я никогда раньше не видел Джексона с такой стороны.

– Расслабься, я просто подшучиваю над тобой, – говорит он, снова уставившись в потолок. – Давай спать.

В наступившей тишине я изучаю его профиль.

– Ты когда-нибудь был влюблен в парня?

Его глаза снова находят мои, и матрас скрипит, когда он переворачивается на бок. Подперев подбородок ладонью, он смотрит на меня сверху вниз.

– У меня был секс с парнями.

– Но был ли влюблен в кого-нибудь из них?

– Не думаю, что я вообще был влюблен в кого-то, – отвечает он, пожимая плечами.

– Поверь, это не так прекрасно, как кажется на первый взгляд.

Его взгляд блуждает по моему лицу, и я борюсь с желанием съежиться под его пристальным взглядом. Он изучает меня, словно я любопытный экземпляр.

– На что это похоже?

– Влюбиться?

Он кивает, и я вздыхаю, снова поднимая взгляд к потолку.

– Болит... вот здесь. – Я кладу руку на грудь и начинаю водить ею по кругу. – И я бессилен заставить это исчезнуть. Сначала мне было любопытно, понимаешь? Я обратил на него внимание, хотя никого не замечал. – Я смотрю на Джексона, на щетину на его щеке и темные волосы. – Я не знал, как справиться с такими эмоциями.

– И что ты сделал?

– В основном раздражал его. Пытался вывести его из себя. Все что угодно, лишь бы он обратил на меня внимание. – Я не решаюсь рассказать ему, что накачал своего сводного брата наркотиками и заставил его трахнуть мою девушку, пока его девушка отсасывала у меня. Это уже похоже на откровенность.

– У вас с ним что-нибудь было?

По моей спине пробегает холодок беспокойства, и я перевожу взгляд на Джексона.

– Ты имеешь в виду секс?

– Да.

– Нет, – вру я, чувствуя странное желание защитить Коула. – Он не подпускает меня близко.

– Не возражаешь, если я спрошу, кто тот парень, из-за которого ты так завелся?

Прерывая зрительный контакт, я снова смотрю в потолок.

– Это не имеет значения. Он все равно меня не хочет.

– Это его потеря. – Джексон наклоняется надо мной, чтобы выключить прикроватную лампу, прежде чем снова лечь. Мои глаза медленно привыкают к темноте. Странно находиться в чужой спальне и еще более странно чувствовать запах другого парня на подушках, но я слишком вымотан, чтобы обращать на это внимание. Через несколько минут я молниеносно отключаюсь.

Блейз, конечно, умеет спать как убитый. Уже почти десять утра, а он все еще без сознания. Должно быть, ночью ему было тепло, потому что он снял футболку. Посмеиваясь, я открываю камеру на телефоне и быстро фотографирую его без рубашки в моей постели. Коулу это понравится. Бля, Блейз слишком упрощает задачу. Конечно, для меня было бы лучше, если бы он позволил мне поцеловать его или трахнуть, но фотография вполне подойдет.

Пока Блейз спит как младенец, я открываю чат с Коулом и набираю короткое сообщение к фотографии. В тот момент, когда я нажимаю «Отправить», Блейз шевелится, и мышцы на его загорелой спине соблазнительно перекатываются, когда я выключаю звук на телефоне. Без сомнения, Коул скоро завалит мой телефон звонками и сообщениями.

– Бля, который час? – спрашивает Блейз сонным, хрипловатым голосом, отрывая голову от подушки. Его темные волосы взъерошены, как воронье гнездо, а на щеке следы от подушки. Я понимаю, что так взволновало Коула. Блейз греховно горяч. Откуда я вообще знаю об их маленькой интрижке? Ну, Коул не отличался особой утонченностью в преследовании. Любой мог пройти мимо и увидеть, как он использует Блейза в своих интересах. Так уж получилось, что я следил за ним, и доказательства есть в моем телефоне. Мне все равно, чего это стоит и кого я должен подставить под удар; я верну себе место в команде. А пока почему бы не поиграть с ними обоими? Повеселиться немного.

– Уже десять, – отвечаю я, и Блейз смотрит на меня, приподнявшись на локтях. Я стараюсь не подавать виду, что любуюсь рельефными мышцами на его руках или завитками темных волос на затылке. Он выглядит только что оттраханным.

– Бля… Мне нужно идти, – отвечает он, но не собирается уходить, и моя улыбка становится шире, когда на прикроватной тумбочке вибрирует мой телефон.

Как раз вовремя.

Переворачиваясь на бок, я одариваю Блейза своей самой очаровательной улыбкой – той, с ямочками на щеках и прочим. Девочки теряют трусики каждый раз, когда такая улыбка выходит поиграть, так же, как и мой член. Его взгляд опускается на мои губы, прежде чем он успевает остановиться, но затем он садится и наклоняется, чтобы поднять свою футболку с пола. Он довольно раскрепощен для девственника, и я ловлю себя на мысли, что мне интересно, доводилось ли ему когда-нибудь, чтобы парень трахал его в задницу так сильно, что он не мог ходить на следующий день. Сомневаюсь. Блейзу нравится все контролировать, как и этому двуличному ублюдку Коулу. Неудивительно, что они конфликтуют. Пока один из них не уступит, они будут продолжать бороться за доминирование.

– Хочешь позавтракать? – спрашиваю я, вылезая из постели и раздеваясь.

Блейз моргает, глядя на меня, а я хватаю полотенце с комода и швыряю ему в лицо, прежде чем взять одно для себя.

– Я быстренько приму душ, а ты можешь принять его после меня. – Не дожидаясь его ответа, я захожу в ванную и включаю душ. Отмывшись, я намыливаюсь и ополаскиваюсь, прежде чем выйти и обернуть полотенце вокруг талии.

Блейз лежит там, где я его оставил, и выглядит чертовски смущенным.

– Душ в твоем распоряжении, – говорю я, и он идет в ванную, как послушный щенок. Я едва сдерживаюсь, чтобы не крикнуть «Хороший мальчик», когда дверь за ним закрывается.

О, я обожаю катастрофы. С минуты на минуту Коул может приехать, и я не могу дождаться, когда увижу, как он выкручивается. С этой мыслью я натягиваю джинсы и оставляю их расстегнутыми. Капли воды покрывают мою грудь, а мокрые волосы намокают на шее, когда во входную дверь громко стучат.

Будет весело. Посмеиваясь себе под нос, я сбегаю вниз по лестнице, пересекаю коридор к входной двери и открываю ее. Коул поднимает взгляд, когда я прислоняюсь локтем к дверному косяку.

– Ну, это неожиданно. – Не успеваю я закончить, как его кулак врезается мне в щеку. Надо отдать ему должное, у него отличный хук справа.

– Где он, блядь? – кипит он, пытаясь протиснуться мимо меня, но я загораживаю дверной проем.

– Он в душе. А теперь вали домой. – Вытирая кровь с разбитой губы, я ухмыляюсь ему. – Должен сказать, у него упругая задница, и его сладкие стоны...

Он снова замахивается, но я отталкиваю его с такой силой, что он спотыкается о ступеньки крыльца и едва успевает ухватиться за перила, прежде чем шлепнуться на задницу. Вскакивая на ноги, он стремительно поднимается и идет прямо на меня, выпятив грудь и все такое.

– Я убью тебя, Джексон! Ты, блядь, покойник.

– Чего ты такой взвинченный? – издеваюсь я, переглядываясь с ним. – Тебе нравится твой сводный брат?

Побледнев, он отшатывается. Можно подумать, я его ударил. Его лицо бледнеет, когда он заглядывает мне через плечо. Я ощущаю запах мятного мыла, прежде чем голос Блейза прорывается сквозь напряжение.

– Коул? Почему ты здесь? Дома все в порядке?

Моя ухмылка становится шире, и Коул сглатывает, переводя взгляд с одного на другого.

– Да... – говорит он хриплым голосом. – Твой отец беспокоится о тебе. Он попросил меня приехать и забрать тебя.

Я отодвигаюсь от Блейза, и он обходит меня стороной, в то время как Коул смотрит на меня таким несчастным взглядом, который я хотел бы поместить в рамку и повесить у себя на стене. Прислонившись плечом к дверному косяку, я подмигиваю ему. Развернувшись, он следует за Блейзом к машине, а я жду, пока фары не скроются из виду.

– Блейз… Я знаю, ты злишься. Мне так жаль. Мне не следовало изменять тебе с Коулом, но…тебе же нравилось. Пожалуйста, мы можем поговорить? Перезвони мне.

Отняв телефон от уха, я удаляю голосовое сообщение Мии, а затем и бесчисленное множество других. Мне плевать на ее оправдания. С меня хватит. Зачем я вообще так долго притворялся? Я никогда не был в нее влюблен. Она была не более чем мокрой дырочкой, и из-за нее мой отец держался от меня подальше. Если честно, я думал, что с ней все в порядке, пока не застукал ее в душе с Коулом. Образ их обнаженных тел никак, блядь, не проходит, и ярость, которая было утихла, поднимается снова, когда я смотрю на руку Коула, лежащую на руле. Его потрескавшиеся костяшки пальцев сжимают руль так, словно он объявил ему вендетту.

– Что заползло тебе в задницу? – спрашиваю я, убирая телефон в карман.

Он фыркает, и этот звук заставляет меня стиснуть зубы, когда я смотрю в окно.

– Зачем ты это сделал?

Я перевожу взгляд в его сторону.

– Что сделал?

У него такой вид, будто он попробовал что-то кислое, когда его руки сжимают руль.

– Ты, блядь, прекрасно понимаешь, о чем я говорю.

Нахмурившись, я смотрю на его профиль, пока он, наконец, не поднимает на меня взгляд, и когда его темные глаза встречаются с моими, мое сердце сильно бьется. Я скрещиваю руки на груди и говорю:

– Нет, не понимаю. Почему бы тебе, блядь, не сказать мне, что я наделал? Просвети меня.

У него подергивается челюсть, и он горько усмехается.

– Почему именно Джексон?

– Джексон?

Мы проезжаем мимо заколоченных магазинов, но удручающий вид за окном – последнее, что я вижу, когда Коул хлопает ладонью по рулю.

– Ты трахался с моим другом, Блейз.

Я открываю и закрываю рот, но затем до меня доходят его слова, и из моего горла вырывается резкий смешок. Я качаю головой.

– Забавно слышать такое от тебя. Ты забыл, что вчера я застал вас с Мией вместе в душе.

– Так это была месть? И все? – Посасывая зубы, он кивает. – Ты трахнулся с Джексоном, чтобы отомстить мне.

– Приди в себя, – рычу я. – Надоело уже.

– Так из-за мести? – выплевывает он, но в его голосе слышится нотка неуверенности. Я слишком хорошо его знаю, – знаю то, о чем он, кажется, забывает.

– Тебе не нравятся парни, Коул. Я понимаю, ладно? Ты высказал свою гребаную точку зрения. Ты хочешь, чтобы я держался от тебя подальше. Знаешь что? Это также означает, что ты не можешь ревновать.

– Я не ревн...

– Заткнись, Коул. С меня хватит твоих оправданий. Я устал гоняться за тобой и страдать из-за тебя. Ты хочешь меня, Коул? Я здесь.

Тяжело дыша, он съезжает на обочину, и в тишине машина останавливается на холостом ходу.

– Я здесь. – Мой голос срывается. – Я здесь, Коул... но ты не смотришь на меня. – Боль в груди вернулась, и теперь она усилилась. Я с трудом дышу, когда он смотрит в лобовое стекло. – Вот он я.

Когда он не отвечает, я скрежещу зубами. Пожалуйста, скажи что-нибудь. Пожалуйста, посмотри на меня.

Открыв дверь, я вылезаю.

Коул не следует за мной.

Машина едет за мной на холостом ходу, а я вытираю мокрые щеки. Одно стало ясно. Мне нужно покончить с этой глупой влюбленностью. Коул высказал свою точку зрения, и мне нужно вырвать свое сердце из груди и сжечь его дотла. Может, тогда мне перестанет быть больно.

Продолжить чтение следующей части