Удушение | Глава 14
Перевод команды «SHISHU»Глава 14. Коул
Вспыхивают стробоскопы, музыка гремит на весь клуб, и моя головная боль усиливается с каждой минутой, проведенной в этом гребаном месте.
Блейз и Элли стоят около бара, а Мия возвращается из туалета, ее взгляд скользит по своему парню, по мне, затем снова возвращается к бару.
В своем маленьком облегающем платье она не садится там, где стоят ее напитки и сумка, а опускается на стул рядом со мной, поворачиваясь так, чтобы ее колени были направлены прямо на меня.
– Мы можем поговорить?
Я прищуриваюсь.
– О чем?
Она снова бросает взгляд на бар.
– Только не здесь. Мы можем ускользнуть и поговорить? Может, в хижине? Твоих родителей там нет.
– Зачем мне убегать от своей девушки, чтобы поговорить с девушкой моего сводного брата?
Покусывая губу, она нервно теребит руки на коленях.
– Я просто подумала…может быть…Я не знаю? Мы могли бы поговорить.
Она приподнимает плечи, когда я моргаю, не произнося ни слова в ответ.
– Может, мы могли бы попробовать что-нибудь.
– Попробовать что? Тебе нужно говорить яснее, потому что мне кажется, что ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, а этого никогда не произойдет.
Ее глаза становятся круглыми, как блюдца.
– Это не... я имею в виду, мы могли бы… Я...
– Ты меня не интересуешь. Я с Элли. Если прекратишь, то я не скажу ей, что ты пыталась переспать с ее парнем, и ты сможешь продолжать изображать из себя хорошую маленькую ангельскую подружку с идеальными отношениями.
– Элли постоянно тебе изменяет.
– Я в курсе, – отвечаю я, делая глоток своего напитка. – И, похоже, ты тоже изменяешь Блейзу, раз так стремишься встать передо мной на колени. – Я качаю головой. – Что на тебя нашло? Ты либо пялишься на меня, либо на то, как я держу Элли за руку, либо, когда целуешься с Блейзом, смотришь, смотрю ли я на тебя. Я вообще ничего не понимаю.
Она понижает голос.
– Но ты тоже всегда смотришь на меня.
Я делаю паузу, потому что ее слова могут сойти за правду. Я не смотрю на нее – мои глаза прикованы к заднице, на которой она сидит. Когда я рядом с ним, то всегда автоматически смотрю на него.
Я снова качаю головой.
– Ты ошибаешься. Я не собираюсь играть с тобой ни в какие игры. Сколько раз мне нужно повторить, прежде чем ты вернешься на свое место и останешься сидеть на том члене, к которому привязана?
– Ты выставляешь меня сумасшедшей.
– Есть такое.
Ее лицо искажается.
– Пошел ты, Коул.
– Нет, спасибо. – Я поджимаю губы и поднимаю взгляд на барную стойку. – И если ты пытаешься действовать исподтишка, то твой возлюбленный уже направляется сюда с твоей лучшей подругой.
Она вскакивает на ноги и, шаркая ногами, идет к своему месту, ее лицо становится ярко-красным от смущения. В чем дело?
– Это заняло целую вечность, – говорит Элли, ставя напитки на стол, в то время как Блейз наклоняется, чтобы прошептать что-то на ухо Мии. Она улыбается ему – чертовски фальшиво, – а затем обхватывает ладонями его лицо и притягивает его губы к своим.
Я свирепо смотрю на них. И знаю, что хмурюсь. Но когда Мия открывает глаза в середине поцелуя, и смотрит на меня, мне хочется свернуть ей шею.
Чья-то рука лежит на моем бедре, и я опускаю взгляд, чтобы увидеть, как наманикюренные ноготки Элли постукивают по моим брюкам. Она подпевает песне, покачивая головой, прежде чем повернуться и посмотреть на меня. Уголки ее губ приподнимаются, затем она кладет голову мне на плечо.
– Прости, – говорит она сквозь музыку. – Я знаю, ты не хочешь, чтобы я была здесь, но я должна была поехать и попытаться все исправить между нами. Что я могу сделать?
Я устраиваюсь поудобнее на сиденье, заставляя Элли выпрямиться. Закидывая руку за спинку ее стула, я отвожу взгляд от Блейза, который пожирает глазами лицо Мии, в то время как ее рука скользит по его груди. Они такие открытые на людях. Он мог бы ввести в нее пальцы прямо здесь, и ни одному из них не было бы дела до того, где мы находимся, или до аудитории, которая у них будет.
Я не хочу этого видеть.
– Хочешь вернуться в домик? – спрашиваю я Элли.
Ее глаза загораются.
– Серьезно?
Я киваю.
– Да. Здесь отстойно.
Блейз отстраняется от Мии, когда мы с Элли встаем на ноги.
– Мы возвращаемся, – говорит им моя девушка.
– Пожалуйста, занимайтесь сексом на своей половине кровати, – говорит Мия, улыбаясь, но в ее тоне слышится что-то порочное. Она бросает на меня взгляд, который я не понимаю, затем поворачивается к Блейзу.
Он наблюдает за мной, пока я обнимаю Элли за талию и веду ее к выходу из бара.
Как только мы входим в домик, Элли прижимается ко мне спереди, обвивает рукой мою шею и прижимается губами к моему горлу.
Мое горло в синяках оттого, что Блейз душил меня.
Я закрываю глаза и пытаюсь наслаждаться процессом, наслаждаться тем, как ее язык скользит по моей коже, или тем, как торопливо она расстегивает мой ремень.
Обычно я останавливаю ее и говорю, что еще не готов, но после вчерашней ночи и того, что Блейз заставил меня почувствовать, я должен замаскировать все это чем-то другим.
Слабак.
Я был слаб. Всегда был слабым. Слабый кусок дерьма, который…
– Пойдем, – шепчет Элли, хватает меня за руку и ведет в спальню, на кровать, которую мы делим с Блейзом и ее лучшей подругой. – Пожалуйста, не останавливай меня.
Она спускает бретельки платья с плеч, ткань спадает и собирается у ее ног.
Я смотрю на нее, и мой взгляд останавливается на отметинах на ее груди, которые оставлял не я. Всего несколько дней назад к ней приставал кто-то другой, и она даже не пыталась скрыть это от меня.
Мой взгляд падает на синяк на ее бедре, и она следит за моим взглядом.
– О... – Она колеблется и прикрывает посиневшую кожу рукой. – Пожалуйста, не осуждай меня.
– Он снова наклонил тебя над своим столом?
В последний раз, когда у нее были такие отметки, их поставил ее профессор. Она напилась и стала рассказывать в подробностях, как он боготворил ее тело, когда наклонял ее над своим столом, трахал сзади, а она представляла, что это я.
Ее нижняя губа дрожит.
– Да, – тихо говорит она. – Но я больше не буду...
– Прекрати врать, – рявкаю я, прерывая ее. – Ты сделаешь это снова. Честно говоря, я думаю, что это уже восьмой, может, девятый раз. Почему ты со мной? Назови мне вескую причину, и я прощу тебя.
– Я люблю тебя.
– Так себе причина. Твои поступки говорят сами за себя, Элли. Почему после двух лет, когда ты крутила шашни у меня за спиной, я должен продолжать отношения? Ты заставляешь меня выглядеть...
Слабым. Голос Блейза звучит у меня в голове, и мне хочется проломить себе череп, чтобы вытащить его оттуда.
Она молчит, на глазах у нее наворачиваются слезы.
Я делаю шаг вперед, и гнев растет по мере того, как я думаю о том дерьме, которое она вытворяет, и о том, как я из-за этого выгляжу.
Слабый.
Я выгляжу слабым.
– Я больше не люблю тебя. Когда я смотрю на тебя, то не вижу будущего, не думаю о том, чтобы сорвать с тебя одежду и засунуть в тебя свой член. Когда ты изменила мне в первый раз, я хотел убить того парня. Я хотел убить тебя. Но вместо этого я простил тебя и позволил тебе делать так снова, и снова, и снова.
Я подхожу к Элли, пока она не упирается спиной в стену, загоняя ее в угол.
– Ты мне безразлична. Я не скучаю по тебе, когда тебя нет рядом. Я не хватаюсь за телефон, чтобы проверить, звонила ли ты. Ты сломала меня, когда в первый раз раздвинула ноги для кого-то другого, когда принадлежала мне, и меня уже не исправить, Элли.
Она пытается схватить меня за лицо, но я перехватываю ее запястья и, подняв их над головой, прижимаю к стене. От этого движения наши тела сближаются, ее обнаженные сиськи прижимаются к моей груди.
Моему члену все равно.
– Я хочу, чтобы ты уехала домой. Моя мама отвезет тебя завтра в аэропорт. Зайди в мою комнату и собери все, что у тебя там есть, и, клянусь гребаным богом, Элли, тебе лучше не быть там, когда я вернусь домой.
– Нет, – хрипит она. – Не надо. Пожалуйста, Коул. Не делай этого. Я… Я справлюсь лучше! Я могу... – Она высвобождает свои руки из моей хватки и опускается на колени. – Позволь мне доставить тебе удовольствие. Дай мне шанс снова влюбить тебя в себя.
Тяжело дыша через нос, я стискиваю зубы, когда она поспешно расстегивает мои брюки, вытаскивает мой мягкий, незаинтересованный член и обхватывает его пальцами.
Когда я пытаюсь отстраниться, она впивается ногтями в мои бедра и прижимается ко мне ртом. Я хватаю ее за волосы, и она вскрикивает, прижимаясь к моему вялому члену, и замирает, глядя на меня сквозь ресницы.
– Пожалуйста, – бормочет она, обхватывая мягкую мышцу.
Она сосет, пытаясь проглотить меня, но ничего не происходит. Мое тело уже не предает меня так, как раньше.
Я усмехаюсь, отстраняясь от нее, чтобы освободить свой член от ее рта.
– Сдавайся, Элли. Между нами все кончено. – Я бросаю ей короткое платье. – Мы просто оттягиваем неизбежное. Если ты продолжаешь бегать к своему профессору, то почему бы тебе просто не быть с ним?
Она всхлипывает, натягивая платье обратно. Я сажусь у комода, скрестив лодыжки, и застегиваю брюки.
– Он женат, – говорит она, обнимая себя за плечи. – Я пошла к нему только потому, что он уделял мне внимание и помогал с курсовой работой. У меня никогда не было намерений вступать с ним в серьезные отношения.
Я киваю несколько раз.
– Что за профессор?
Дверь открывается, и она замолкает с ответом, когда входит Блейз, крепко держа Мию за руку.
– Сомневаюсь, что твоя девушка должна плакать после того, как ты ее трахнул, – говорит мне Блейз, наклоняя голову, он чертовски пьян. – Наши замечательные родители решили снять второй домик, чтобы у них была возможность уединиться.
Мия бросается к Элли.
– Что случилось?
Она разражается сдавленными рыданиями. Пыхтя, я провожу рукой по волосам, пока Мия утешает ее, и направляюсь на кухню. Блейз идет за мной.
– Что ты наделал?
Я оборачиваюсь, и он чуть не врезается в меня.
– Прекрати со мной разговаривать. Прекрати делать все это гребаное дерьмо. – Схватив его за челюсть, я закипаю. – И никогда больше так со мной не поступай.
– Не поступать как? – Он ухмыляется. – Не делать тебе приятно?
Прежде чем я успеваю себя остановить, мой кулак взлетает в воздух, костяшки пальцев врезаются в его щеку с такой силой, что у меня болит запястье, и Блейз падает на землю.
На этот раз он не дает мне сдачи. Он сидит на земле у моих ног, хмуро глядя на меня снизу вверх, его щека покраснела и медленно распухает.
В груди все сжимается, сердце бешено колотится, и мне хочется ударить его по лицу, схватить за волосы, заехать коленом ему в нос и сказать, чтобы он никогда больше не приближался ко мне, чтобы перестал разрушать мою гребаную жизнь.
– Я не слабак, – говорю я сквозь стиснутые зубы. Мои ноздри раздуваются от его молчания, в глазах разгорается ярость. – И возьми Мию на поводок.
Он хмурится, когда я меняю тему, и встает на ноги.
– О чем, блядь, ты говоришь?
Просто чтобы показаться придурком, потому что он нажал на слишком много моих кнопок, я говорю:
– Она начала подходить ко мне, как будто между нами что-то есть. Могу тебя заверить, что я твою девчонку и пальцем не тронул, но, если она еще раз придет за моим членом, я ей его дам.