Тюрьма плебейской морали

В статье с рассуждениями про центризм и радикализм, я проговорил одну вещь, которая здесь станет ключевой: если вы не формируете свою картину мира осознанно, закрывая в ней пробелы и определяя свои настоящие ценности, то даже без вашего непосредственного участия эта самая картина и набор ценностей будут сформированы в любом случае. Это неизбежно, потому как любой человек, принимая решения, руководствуется тем, как он видит и представляет мир. В понятие картины мира я вкладываю больше чем просто набор моральных установок или принципов. Нет, я подразумеваю под этим нечто куда более фундаментальное - язык описания действительности. И речь здесь, конечно, не про лингвистику: под языком имеются ввиду те термины, которыми описывается всё вокруг, с помощью чего мы даём позитивную окраску одним событиям и негативную - другим, ассоциируя друг с другом разные понятия только лишь на основе их описания. Всё это (язык и ценности, на которые он опирается) - составляет картину мира.

Думаю, несложно догадаться, как происходит формирование картины мира в том случае, если человек этим вопросом не занимается: он просто-напросто впитывает в себя то, что даёт ему внешняя среда. Он принимает то, что общепринято в его окружении, не задаваясь какими-либо вопросами. И тут неважно, какой набор мнений транслируется человеку извне, потому как в итоге всё приходит к формированию определённого ценностного климата внутри такого сообщества, к тому самому коллективному разуму, про который говорят "Россияне считают, что..." Пока мои рассуждения кажутся вполне очевидными: "Плохо, когда за вас формируют ваше мнение и.т.д." Но давайте не будем останавливаться на таких банальных вещах. Разумеется, это плохо, как минимум потому что полученная таким способом картина мира будет выглядеть крайне противоречиво, неполно и в целом неказисто. Такую картину мира я и назвал плебейской моралью, тем, что навязывается извне людям, за которых, как за рабов, выбрали, что им следует думать. Во многом амбассадорами и защитниками такой картины мира выступают те, кого принято называть центристами, впрочем, их критика уже была на канале, так что повторяться не имеет смысла.

"Но что же тогда можно сказать помимо? Я же точно не носитель такой морали!"

И действительно, далеко не каждый находится в этом рабском статусе, многие, из нас оказываются в заточении, будучи узниками, которые в лучшем случае что-то подозревают, а в худшем - уверены, что уже на свободе. Но как так получается?

Главная опасность подстерегает вас на том моменте, когда вы начинаете думать, что "вышли из матрицы", что сами, осознанно сформировали свои ценности и теперь готовы идти в бой. На деле же почти все, кто приходят к чему-то подобному, забывают про вторую важную составляющую их картины мира - про язык описания реальности. Да, они действительно могли сами сформировать свои ценности, но это теряет всякий смысл до тех пор, пока они говорят (в первую очередь с самими собой) о своих ценностях на чуждом для них языке. Язык описания действительности неразрывно связан с понятиями, что такое хорошо и что такое плохо, ведь они, словно базис, порождают все дальнейшие рассуждения человека. Заметить это крайне трудно, ведь язык - это буквально то, с помощью чего мы рефлексируем, он пронизывает всё и сразу, а потому - незаметен. Но в то же время очень важен, потому как невозможно корректно оперировать понятиями одного языка, используя инструменты другого.

Что же по сути составляет язык описания действительности?

Во-первых, это понятийная система. Для ясности приведу примеры: какие ассоциации у вас вызывает слово "анархия"? Я более чем уверен, что каким бы подкованными вы не были, скорее всего, в вашей голове рефлекторно возникли параллели с хаосом, беспорядками и прочим. Теперь представьте, как обычный человек представляет себе тоже самое, но в силу того, что он незнаком с вопросом, дальнейшие его представления и эмоциональная окраска этого слова будут развиваться только в таком ключе. Другой хороший пример, имевший место в нашем чате Вольных Дискуссий - это слово "консерватизм". В прошлой статье я отнюдь не зря оговаривался при каждом его использовании, что именно под ним подразумевается. Но даже при этом нашлись те, кто воспринял его в чисто мейнстримном ключе, как стремление жить в землянках, рожать по 10 детей и прочее. Конечно, это всё гиперболизировано, но суть понятна. И таких слов много, зачастую это даже не слова, а просто языковые нюансы, несущие в себе определённый подтекст.

Во-вторых, язык описания реальности определяется не только терминами, но и определёнными нормами (что-то вроде правил языка), эти нормы невозможно отнести к набору ценностей, потому что они представляют из себя лишь максимы, явно или неявно закладываемые в любые наши рассуждения. Пример: "человек рождён для счастья". Я думаю, многие из вас и не поняли, в чём тут может быть проблема, но по сути подобное утверждение априори загоняет вас в современную либеральную систему координат, потому что исключает огромные культурные пласты, которые не рассматривают счастье отдельного индивида, как нечто значимое. Такая максима замыкает вас в рамках вашего частного, подводя любые ваши рассуждения к определённой черте. И заметьте: это очень похоже на набор ценностей, но будет ошибкой думать, что это они и есть. Если ценности позволяют наметить конечную точку, то термины задают карту рельефа, а подобные нормы - правила, согласно которым нужно строить маршрут. Изменив лишь свои ценности, не затронув при этом остального, вы будете подобны человеку, который по карте Москвы ищет улицу в испанском городке (примечательно здесь то, что правила нумерации домов и чередования улиц тоже разные, как и набор норм в разных картинах мира): ваш путь будет бессмысленным, но, что самое главное: в конце концов вы так и останетесь в пределах Москвы.

"Что же делать?"

Коль скоро у нас пока что нет ни ресурсов, ни власти менять значение слов и переопределять вектор норм, мы должны подходить разумно к оформлению своих идей и взглядов. Прошлая статья про культурный образ вызвала некоторые вопросы: "Если вся суть в консервативных ценностях, зачем нужны все эти пируэты с республиканизмом?". Именно по тем причинам, которые я озвучил выше: объявив себя консерваторами (именно в явной форме), на нас автоматически повесят ярлык тех, кем мы не являемся. Например сделают это, считая, что мы боремся за отмену избирательного права у женщин, домострой или что-то в этом роде. Нет, надо подходить к вопросу хитрее, занимая (или создавая) те понятия, которые бы как минимум не имели негативного окраса в рамках мейнстримного языка описания реальности. Республиканизм для этого отлично подходит, потому как в сущности он предлагает тот образ консерватизма, который необходим, но при этом он лишь подразумевает его (в том числе при помощи республиканской добродетели). Таким образом, мы получим возможность действовать медийно, не подставляя под удар собственный имидж. На данный момент очень много хороших слов безнадёжно испорчено, и заявлять себя анархо-капиталистом попросту глупо, ведь ни анархизм, ни капитализм не вызывают у обычного человека, каких-то тёплых ассоциаций.

"А как быть с нормами?"

Имея набор ценностей и термины для их описания, мы должны убедиться, что не используем старые нормы. Здесь, как мне кажется, важно явно проговаривать своё отношение к тем или иным из них, и делать это первым делом в рамках непосредственно движения, чтобы сформировать внутри определённую атмосферу, куда человек может прийти и в полной мере ощутить на себе другую картину мира, говоря с её носителями. Действуя подобным образом, мы сможем заявить свои претензии на изменение мейнстрима. Кстати, опять можно сослаться на левых (но уже современных), которые в очередной раз успешно и довольно давно используют то, о чём мы только начинаем догадываться. Страшны не феминитивы и то, как они коверкают русский язык. Страшно то, какой фундамент они под собой несут и какие в действительности ценности продвигают. Влияя на язык, они буквально встраивают и делают нормой своё видение, в этом их основная задача. Всё то же самое касается и терминов, которые либо придумываются на ходу, либо переделываются и подаются, как новые: абьюз, токсичность, кибербуллинг, харассмент, наркофобия и.т.д. Вопрос не в том, как давно эти слова фактически появились в английском или русском языке, вопрос в том, как и почему они появились в нашем языке описания реальности, почему эти категории вообще стали ходовыми. Левые страшными темпами продвигают свою культурную повестку и мы просто обязаны, пользуясь их же методами, давать им отпор, иначе нас ждёт поражение.

Причём важно понять, что я не призываю отказаться от слов "анархия" и "консерватизм" насовсем, я лишь говорю, что до тех пор, пока мы не обретём достаточную силу, чтобы диктовать правильное видение этих понятий, лучше не пользоваться ими в публичном поле, исключительно между собой. Да, именно так: между собой не просто можно, а даже полезно пользоваться такими терминами в их правильном значении, чтобы формировать в сознании единомышленников правильные связи и всё сильнее отрывать их от мейнстримной картины мира.

Пара слов про ситуацию в России

В России то, что на западе уже по факту является мейнстримом, сейчас просто тренд и вектор движения. Здесь пока нет чёткой, единой картины мира, навязанной всем, но уже видно, как она (либеральная) постепенно заполняет собою всё: профессиональные среды, публичные пространства и.т.д. И если бы путинский режим не разыгрывал карту "консерватизма и скреп", то она бы уже победила, а какие-нибудь феминитивы обсуждались в думе. Понятное дело, что нынешний режим не имеет никакого отношения к консерватизму, как бы он ни пытался убедить нас в обратном. Всё происходящее в России (как со стороны оппозиции, так и со стороны власти) - противоположность реальному консерватизму. В этом свете нам куда проще чем нашим соратникам на западе, у которых уже как много лет оформился и укоренился либеральный способ описывать вещи, и которым невероятно сложно двигаться в публичном поле. У нас эта битва ещё не проиграна. Во многом эта же мысль вкладывалась в статью про оппозицию: до тех пор, пока мы поддерживаем условного Навального, мы поддерживаем ту картину мира, которую он так или иначе презентует. Не предлагая ничего собственного, мы идём к гибели и растворению в пучине чуждого нам видения мира.

Пара слов про либеральную картину мира

Совершенно очевидно, что это, во-первых, набор либеральных и про-либеральных тезисов (причём самых худших из них), культ гедонизма и самое страшное - культ индивидуализма. Про первые два пункта, я думаю, особо говорить не стоит (потому как с их проблемностью всё и так ясно), а вот последний может вызвать вопросы, особенно с либертарианской стороны. Нет, я не отвергаю методологический индивидуализм, ни в коем случае. Субъектом и источником какого-либо осмысленного действия по-прежнему может являться лишь отдельный индивид. Но мы должны понимать, что у всего есть своя область применимости, что этот самый методологический индивидуализм - это лишь способ отвергнуть, навязываемые нам эфемерные сущности (вроде нации), которые обладают собственной волей и в некотором смысле даже субъектностью. Но что же делают современные либералы (в частности именно лево-либералы)? Они берут всё "лучшее" от левых и от классических либеаралов, мастерски соединяя воедино классовое сознание и индвидуализм. Но как такое возможно? Всё очень просто: они по-прежнему делят общество на классы, но не так, как это делали их устаревшие предшественники, которые опирались на материальное положение и статус (буржуи/пролетарии), нет, теперь деление происходит по тем категориям, которые человек не выбирает и в принципе не может выбрать (цвет кожи, пол, историческое прошлое). И под "выбирает" я подразумеваю реальный выбор (в реальности мужчина не может стать женщиной, как бы он того ни хотел). В чём "прелесть" такого подхода? Во-первых, в возможности до бесконечности плодить новые сущности по мере необходимости, выделяя всё новые и новые признаки. Во-вторых, теперь человек определяется не своим прошлым, не тем, какой он по факту, а лишь набором социальных множеств, в которые он входит (белый гетеросексуальный мужчина, чёрнокожая транс-женщина и.т.д) и из такой градации легко можно выстраивать "справедливую" социальную иерархию, когда отныне любые личностные качества человека становятся несущественными, когда существенным является лишь количество "привилегий". Но как же сюда вписывается индивидуализм? Идеально. Либеральная культура призывает всех к культивированию своей уникальности и непохожести, но так как ввиду всего описанного выше на передний план выходит внешнее, то вся непохожесть сводится к навешиванию на себя как можно большего количества ярлыков и вписыванию себя в как можно более мелкие ассоциации. Условное ОКР или биполярное расстройство - отныне не просто заболевания, это способ заработать социальные баллы в погоне за индивидуальностью. Т.е. по сути всё превратилось в метание бисера одними свиньями перед другими, когда человек, узнав о понятиях вроде "инцел", "миллениал" или "зумер", спешит всем рассказать, носителем какого гордого ярлыка он является. Плюс ещё и в том, что все эти социальные множества на самом деле эфемерны и не обладают никаким единением, а потому не представляют опасности.

Но у индивидуализма, который нам так навязывают, есть и обратная сторона: провозглашение атомизации общества, как одной из высших ценностей. Общество потребления и эпоха экстремального комфорта, в которую мы все с вами живём, взращивает в нас представление, будто бы человек способен существовать отдельно от общества, будто человек может от него не зависеть. Субкультура хикикомори является в этом плане квинтисенцией такого подхода к видению своего места в обществе. Для не столь радикальных проявлений неспособности человека к нормальной коммуникации, существует титул интроверта, который тоже активно вводится в норму и романтизируется. Отныне неумение выстраивать связи и общаться - это не что-то, что следует исправлять, нет, это гордый титул, автоматически наделяющий тебя богатым внутренним миром в глазах других людей. Но в действительности это всё большой обман, красивая обёртка, которую людям дают, чтобы те, возвеличиваясь в своей уникальности, теряли последние остатки способности выстраивать реальные горизонтальные связи. Людей превращают в снобов с невероятно большим ЧСВ, которое даже при очень большом желании не позволит им друг с другом нормально коммуницировать, а любая структура, которую попытаются построить внутри общества, отравленного такими идеями, неизбежно будет разваливаться из-за непомерного эго его участников.

Таким образом, нас хотят сначала кастрировать, вырвать когти, а потом превратить в концентрированный рафинад, дав при этом иллюзию нашей исключительной значимости как личности.

Это чудовищная картина мира, это чудовищный подход к построению общества, который может быть выгоден только одному, реально существующему классу людей - номенклатуре. Общество баранов, которые дерутся по любому поводу и любые объединения которых не могут просуществовать хоть сколько-нибудь долго, потому что все их участники либо начинают друг друга ненавидеть, либо постепенно вырождаются. Да, такое общество выгодно номенклатуре более всего.

Так что я призываю вас отвергать эту мораль для плебеев, эту картину мира, эти ценности и эти нормы.

Вступайте в Люди Доброй Воли, чтобы вместе консолидироваться против зла.