[Tinder box]: Глава 9-7

18+ | Любительский перевод предназначен для личного ознакомления и не является пропагандой. Запрещено копировать и распространять данный перевод в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.

Переводчик: Bestiya
Редактор: Naty K.

📌 Доступ ко всем работам Bestiya: BOOSTY

▬▬▬▬▬||★||▬▬▬▬▬

Принц, охваченный мучительной болью, шагал вперёд. Вся его воля была подчинена только инстинкту избежать боли, и от разума осталось лишь крошечная крупица. Принц, измученный жуткой болью, приближался к Айзеку.

Хотя Айзек уже не раз сталкивался с Новолунием, встречать принца в таком состоянии каждый раз вызывало страх, пронизывающий до глубины души. Айзек сжал зубы и сел прямо за решёткой, а Ходен, побледнев от ужаса, дрожал.

Наконец, принц подошёл к решётке и, стоя перед Ходеном, который от страха не мог даже достать ключи, схватил замок и рванул его. Стальной замок с грохотом ударился о решётку. Ходен в панике попытался дрожащими руками достать ключи, но принц не ждал и снова потянул замок. Звук гремел по всему подземелью — металл сотрясся несколько раз, пока решётка не выгнулась. Принц вошёл через образовавшуюся щель.

Сколько бы раз это ни происходило, к этому невозможно привыкнуть. Принц, потерявший разум от боли, бросился на Айзека, как дикий зверь. Айзек почувствовал, как зубы принца вонзились в его шею, и закрыл глаза. Вскоре он ощутил жгучую боль, и кровь хлынула наружу.

Страх, что на этот раз принц, потеряв разум, может случайно убить его, ослаб только тогда, когда Айзек услышал, как принц жадно глотает кровь. Айзек понимал, что скоро принц придёт в себя.

Первое, что увидел Айзек, когда открыл глаза, был Ходен, застывший от ужаса и наблюдающий за ними с широко открытыми глазами. Казалось, Ходен подумал, что принц буквально съедает Айзека живьём. Когда их взгляды встретились, глаза Ходена распахнулись ещё больше, но вскоре он опустил плечи с выражением облегчения.

Принц рычал, как голодный зверь, глотая кровь, а Ходен, полный чувства вины и страха, лишь беспомощно наблюдал, как Айзека «пожирали живьём». Айзек слабо поднял руку, пытаясь показать, что всё в порядке, хотя было неясно, заметил ли это Ходен.

Айзек осторожно обнял принца. Из-за Великого Новолуния принц выглядел более измученным, чем обычно. Он пил кровь дольше, чем обычно, но его боль всё никак не утихала. Его тело продолжало судорожно дрожать, и Айзек чувствовал, как прерывистое, тяжёлое дыхание принца передавало всю его боль.

— Всё будет хорошо. Ещё немного... ещё немного, и скоро станет легче, — шептал Айзек принцу, который кусал его шею.

Постепенно напряжённые мышцы принца начали расслабляться. Его дыхание медленно выровнялось.

— Всё будет хорошо. Совсем немного, и скоро станет легче, — Айзек повторял это снова и снова, поглаживая спину принца.

Он шептал эти слова как принцу, так и себе, и постепенно чувствовал, как его сознание начинает меркнуть.

Из-за того, что принц выпил слишком много крови, Айзек чувствовал себя слабее, чем обычно. Сегодня было хуже, чем в другие дни... Сегодня он действительно мог умереть от потери крови. Внезапно ему показалось, что он услышал приглушённый рык принца, который всё ещё кусал его шею.

— Это всё из-за вас, вашего рода!..

Тихий голос принца был полон боли и ненависти. Хотя разум его ещё не полностью вернулся, в его голосе звучала глубокая врождённая ненависть, прочно укоренившаяся в его природе. Это было чувство, которое невозможно было выкорчевать.

Айзек, лёжа на спине и глядя в потолок, тихо выдохнул. У него не было сил, но он ничего не мог поделать, кроме как продолжать гладить спину принца. Он надеялся только на одно — чтобы боль этого человека наконец утихла. Чтобы принц перестал так страдать.

Прошло ещё немного времени, и когда Айзек уже начал всерьёз опасаться, что может умереть от потери крови, тело принца постепенно расслабилось. Наконец, боль начала отступать, и его разум понемногу возвращался. Принц, хоть и был не в себе, видимо, осознавал, что сегодня выпил намного больше крови, чем обычно. Обычно, даже когда его разум возвращался, он продолжал пить кровь, но в этот раз, спустя недолгое время, он отстранился. Однако его разум ещё не полностью вернулся, и он просто сидел неподвижно.

«Ох... как же больно, как же кружится голова...»

Айзек, глядя на мерцающий потолок, тупо лежал, не двигаясь. Затем он лишь скосил глаза, чтобы посмотреть на принца.

— Вы в порядке? Сегодня Вам было намного хуже, чем обычно, — Айзек нахмурился, разглядывая принца, который весь был покрыт холодным потом, смешанным с кровью. Пот, который заливал его, был густым и красным, как никогда.

— Это, наверное, из-за Великого Новолуния... но завтра ведьмы исчезнут, — пробормотал Айзек, осторожно вытирая пот с век принца тыльной стороной руки. Принц, всё ещё не оправившись от воспоминаний о мучительных ощущениях, с измождённым лицом смотрел в пустоту и тихо произнёс:

— Нужно было всех убить.

Он говорил о том, что всех ведьм в мире уничтожили, и лишь немногие остались в живых, уйдя из мира людей. Нужно было не позволять им уйти. Нужно было убить их всех до последней.

В голосе принца звучала ненависть, обжигающая до самого сердца.

Рука Айзека, осторожно гладившая глаза принца, замерла на мгновение. Но вскоре он снова начал двигать рукой, делая вид, что ничего не произошло, хотя эта краткая пауза была замечена принцем.

Внезапно взгляд принца остановился на Айзеке. В тот момент, когда их глаза встретились, в глазах принца мелькнуло странное осознание, будто он только сейчас заметил присутствие Айзека. На его лице на мгновение промелькнуло смущение, но затем оно исказилось злобой, и он резко притянул Айзека к себе. Принц крепко обнял его ослабевшее тело и укусил за мочку уха.

— Ты должен был остаться человеком. Это проклятие мага не должно было тебя коснуться! — рявкнул он с яростью в голосе, словно не мог справиться с собственным гневом. Он кусал мочку уха Айзека, его щеку и шею. Айзек, находясь в его руках, тихо вздохнул.

Такая глубокая, всепоглощающая ненависть...

Нет. Это невозможно искоренить.

Айзек протянул руки и обнял принца. Тот замер, словно удивлённый этим жестом. Постепенно его напряжённое тело начало расслабляться, и из него вырвался глубокий, подавленный вздох. Айзек продолжал крепко обнимать его, как будто шепча: «Всё будет хорошо.»

Сколько времени прошло, неизвестно.

Когда боль полностью ушла и разум окончательно прояснился, принц медленно поднялся на ноги. Он молча посмотрел на Айзека.

Принц долго смотрел на обессиленного Айзека, после чего тихо вздохнул.

— Завтра я тебя отпущу.

На слова принца Айзек едва заметно приоткрыл глаза. Принц потянулся рукой к его лицу, но остановился на полпути. Цокнув языком, он поднялся и, пригладив свои волосы, мокрые от пота и крови, повернулся, чтобы уйти.

Ходен, стоявший снаружи решётки, словно оцепенев, вздрогнул и отступил на шаг. Однако принц даже не взглянул на него, выходя за пределы клетки. Повернувшись к сильно погнутой решётке, он взялся за неё и начал выпрямлять. Казалось, что это не потребовало от него почти никаких усилий, и после нескольких движений, решётка вернулась в почти прежнее состояние. Постучав по ней пару раз, принц, наконец, двинулся прочь.

— Следи за ним. Сегодня последний раз.

Бросив короткий приказ Ходену, принц вышел наружу. Как и всегда после того, как он пил кровь Айзека в ночь новолуния, он отправился куда-то к водоёму, чтобы смыть с себя кровь и пот.

Айзек слушал, как удаляющиеся шаги принца заглушились звуком закрывающейся двери, лёжа, словно мёртвый. Голова кружилась. Похоже, он потерял слишком много крови. Несмотря на то, что в ночь Великого Новолуния его тело должно было быть полным сил, оно совсем не слушалось его.

— …..

Айзек лежал неподвижно с закрытыми глазами, слишком слабый, чтобы даже моргнуть, пока слабый металлический звук снаружи не заставил его с усилием открыть глаза. Повернув лишь глаза, он увидел, что Ходен приблизился к клетке и заглядывает внутрь, но, встретившись с ним глазами, вздрогнул и отступил на шаг.

— Ты... в порядке? — нерешительно спросил Ходен, бросая тревожные взгляды на Айзека.

Это был тот самый простой и добродушный Ходен, с которым Айзек жил в одной комнате в прошлом. Несмотря на то, что Ходен теперь остерегался Айзека, ставшего ведьмой, он всё же не мог не чувствовать жалости.

Ходен был явно потрясён тем, что увидел, как принц пьёт кровь Айзека и терзает его, и теперь он без конца бормотал: «Господи, Господи.»

— Как бы он ни был ведьмой, это же слишком жестоко... — Ходен ходил взад-вперёд перед клеткой, не зная, что делать.

Айзек безмолвно наблюдал за ним некоторое время, и его сердце неожиданно потеплело.

«Всё же он беспокоится обо мне», — подумал он.

Айзек тихо вздохнул и, улыбнувшись, снова закрыл глаза. Ходен, колеблясь, наконец спросил:

— Может... может, тебе принести какое-нибудь лекарство? Чёрт возьми, а какое лекарство вообще помогает ведьмам?

Ходен нервно грыз свои ногти, пробормотав это. В этот момент в голове Айзека внезапно промелькнула мысль... Может быть... Нет, это может быть опасно... Но другого выбора не было. Время поджимало.

Айзек некоторое время смотрел на каменный потолок, а затем тихо произнёс:

— Мне бы помогла сигарета. Может, тогда боль немного утихнет.

— Сигарета? Я не курю...

— У меня в комнате есть. Это в отдельном здании, здесь рядом. Нужно подняться, войти через маленькую дверь с правой стороны, что ведёт в Бэкёнгун, и моя комната будет сразу справа. В кармане моей униформы должно быть. И ещё мне понадобится огонь, там на столе должна быть маленькая деревянная шкатулка с кремнем.

Ходен замер, глядя на Айзека. Он начал было говорить, но тут же замялся, так как его охватили сомнения. Хоть здание и было рядом, его всё же беспокоило то, что ему придётся даже ненадолго оставить Айзека одного.

— Не получится? — Айзек закрыл глаза и тихо вздохнул.

Его бледное лицо выглядело так, словно он мог умереть в любую минуту. Из укусов на его шее всё ещё сочилась кровь. Повсюду на его теле были следы от зубов.

Ходен нахмурился при виде этой ужасающей картины. Он сглотнул и с трудом отвёл взгляд от крепкой клетки и замка, которые никто, кроме принца, не мог бы взломать, после чего медленно развернулся и ушёл.

— Я... я скоро вернусь. Оставайся здесь.

Хотя Ходен прекрасно знал, что Айзек не может никуда уйти, он всё же произнёс это, словно закрепляя сказанное. Затем он поспешно выбежал из комнаты. Слушая, как его торопливые шаги удаляются, Айзек открыл глаза. Сердце начало сильно биться.

«...получится ли у Ходена благополучно достать шкатулку?

А что, если кто-то переместил её? Или если он встретит кого-то по дороге и не сможет принести сигареты и огонь? Или если он упадёт и повредит её?»

Айзек чувствовал беспокойство и тревогу, в голове всплывали различные мысли.

«Пожалуйста. Пожалуйста, пусть у него всё получится».

— …..

Айзек тяжело вздохнул, прикрыв лицо рукой. Было тяжело. Не столько физически, сколько морально.

«Похоже, мне придётся уйти».

Нужно ли обязательно уходить в Страну Новолуния? Может быть, он мог бы остаться здесь? Ведьма прокляла их, но если проклятие не спадет из-за того, что я не отправлюсь в Страну Новолуния, разве это будет моей виной? Может, я могу просто оставаться здесь и притворяться, что ничего не знаю?

Эти мысли снова и снова возникали в голове Айзека.

Он не мог уйти без сожалений. Это было место, где он рос с рождения. Конечно, он хотел остаться.

И, конечно, он хотел быть рядом с принцем. Даже если не может находиться рядом с ним напрямую, он хотя бы мог видеть его издалека, живя в одном мире.

Айзек никогда не думал, что любить кого-то — это настолько глубокое и трепетное чувство. Он был готов сделать всё, лишь бы тот человек был счастлив. Он бы отдал всё, даже если бы взамен не получил ничего.

Именно поэтому ему и нужно было уйти.

Принц глубоко ненавидел ведьм, и даже если проклятие спадёт, эта ненависть не исчезнет.

Айзек хотел, чтобы принц жил спокойно и беззаботно. Он надеялся, что тот полностью забудет свою ненависть. А для этого рядом не должно быть ничего, что напоминало бы о ней.

— Мне, ведьме, не место рядом с ним... — тихо пробормотал Айзек.

Его слова утонули в глубоком вздохе. Внезапно его тело почувствовало себя ещё более усталым, и, положив руку на лоб, он обмяк. Казалось, его сознание вот-вот погрузится в темноту.

И тут он услышал вдалеке слабый кошачий плач.

— …..

Айзек резко сел, его тело, тяжёлое от усталости, напряглось. Этот постоянный плач не давал ему отдохнуть даже на минуту. И без того тяжёлое сердце стало ещё более угнетённым, а его пульс участился.

Он должен был что-то сделать.

Ему нужно было выйти. Он должен был отправиться к Лунной ладье. Хотя бы ради этих троих существ.

Ночь становилась всё глубже. Солнце уже село, и уже наступила тёмная ночь, лишённая луны. Где-то в этой чёрной ночи, вероятно, ждала Лунная ладья. Но только этой ночью.

— Почему его так долго нет? — с тревогой пробормотал Айзек, глядя за решётку.

С тех пор как Ходен ушёл, прошло уже, казалось, достаточно времени, а он всё ещё не возвращался. От нервозности время тянулось медленно, и ему казалось, что уже прошло несколько десятков минут, хотя на самом деле прошло совсем немного.

«Что, если что-то случилось? Возможно, Ходен не нашёл шкатулку? Или столкнулся с кем-то? А что, если принц вернётся раньше него?» Это казалось вполне возможным. Принцу не потребовалось бы много времени, чтобы окунуться в пруд у самого дворца.

Айзек не помнил, когда в последний раз был настолько обеспокоен и взволнован. Он схватился за свои уши, словно стараясь избавиться от непрекращающегося кошачьего плача, и тихо застонал:

— У-у-у...

Именно в этот момент раздался звук открывающейся железной двери.

Айзек вздрогнул и поднял голову.

Кто это? Ходен? Или, не дай бог, принц пришёл первым?

Айзек, полный тревоги, прислушивался к звукам снаружи и услышал быстрые шаги. Услышав этот лёгкий звук, он почувствовал одновременно облегчение и учащённое сердцебиение.

Это Ходен. Но принёс ли он всё, как надо? А что, если он не нашёл?

— Вот, Айзек, это то, что нужно? — Ходен внезапно появился в поле зрения.

Айзек взглянул на его руки, когда тот подошёл к решётке.

В одной руке была коробка с сигаретами, а в другой — шкатулка с огнивом.

В этот момент сердце Айзека забилось сильнее.

Это оно. Магическое огниво.

— Да, правильно. Спасибо, — Айзек старался сдержать безумное сердцебиение и произнёс это максимально спокойно.

Когда он протянул руку за решётку, Ходен передал ему коробку с сигаретами и шкатулку. Айзек услышал, как внутри неё беспокойно резонирует огниво.

Наконец-то он получил её. Теперь можно будет выбраться отсюда.

— Спасибо, Ходен. Но ты долго искал? Почему так задержался?

— Нет, я быстро нашёл, но на выходе встретил слугу, пришлось немного пообщаться. Он странно посмотрел на то, что я несу, так что я сказал, что ты попросил это передать... это же твоё?

Похоже, Ходен боялся, что его могли заподозрить в краже, поэтому он спросил с явным беспокойством. Айзек кивнул, но затем вдруг замер.

— Да, это моё... ты встретил слугу?

Ходен кивнул, почёсывая голову. Ему, похоже, было не по себе от того, что он общался с ведьмой и даже оказал ей услугу, поделившись сигаретами. Возможно, его даже начала мучить мысль о возможных последствиях.

Айзек замолчал. Встреча со слугой внушила ему дурные предчувствия. Принц велел оставить вещи Айзека нетронутыми, так что, если кто-то вынесет хоть что-то, об этом, скорее всего, тут же доложат. Сейчас, возможно, это уже известно.

— …..

Айзек, внезапно охваченный тревогой, попытался резко вытащить руку со шкатулкой назад через решётку, но она застряла.

Шкатулка была чуть больше, чем промежуток между прутьями решётки. Разница была не больше, чем длина фаланги пальца, но этого хватило, чтобы она застряла и не проходила внутрь.

— Чёрт... — Айзек цокнул языком.

Он попытался повернуть её и втянуть под другим углом, но она застревала с любой стороны. Айзек начал нервничать.

— Она не проходит... дай сюда, я зажгу его, — Ходен, стоя на расстоянии, настороженно наблюдал за Айзеком, но, уловив его взгляд, протянул руку, чтобы помочь. 

Айзек быстро покачал головой.

— Нет, не нужно. Огонь не зажигается легко, нужен определённый навык, я должен сделать это сам... О, можно попробовать через это место.

Один из прутьев решётки был немного разогнут после того, как принц ранее согнул её, так что там был чуть больший зазор. Айзек подошёл к этому месту и попытался протянуть шкатулку, но и здесь она слегка застряла. Разница была всего в длину ногтя.

Айзек начал чувствовать всё большее беспокойство. Ему казалось, что если зазор был бы чуть больше, он бы смог её протянуть. Он со всей силы попытался разогнуть решётку, но она даже не дрогнула. Похоже то, как легко принц согнул её, было ложью.

— Может, я попробую зажечь его? — неуверенно предложил Ходен, наблюдая за усилиями Айзека разогнуть решётку, но Айзек снова покачал головой и продолжил бороться с прутьями.

Ему оставалось совсем чуть-чуть. Совсем чуть-чуть, может быть, полногтя.

Сердце Айзека билось всё сильнее. Шкатулка была у него в руках, но он не мог пронести её внутрь. Нужно было поторопиться.

В этот момент раздался звук открывающейся железной двери. Сердце Айзека оборвалось.

Тяжёлые шаги быстро шли в его сторону.

Айзек невольно повернул голову. За решёткой, в конце коридора, он увидел мужчину, почти бегущего к нему.

Это был принц.

Принц приближался с холодным выражением лица. Казалось, что он только что вышел из воды и сразу прибежал сюда, потому что с его тела капала вода. Его лицо, покрытое каплями, было настолько напряжённым, что казалось пугающим.

В этот момент их взгляды встретились.

Взгляд принца упал вниз. Он посмотрел на руку Айзека, которая торчала из решётки. Он заметил шкатулку, которую Айзек пытался протянуть через неё.

В этот момент выражение лица принца резко изменилось.

И вот, наконец, он понял.

То, что Айзек вынес из королевской сокровищницы, не было «золотыми монетами» в старой маленькой шкатулке. Сокровищем была сама «старая маленькая шкатулка», в которой лишь хранились золотые монеты.

— Не отдавай ему это! — голос принца громким эхом разнёсся по подземелью.

Ходен, который растерянно смотрел на приближающегося принца, вздрогнул и втянул голову в плечи. Услышав этот крик, Айзек, который остановился, глядя на принца, резко потянул шкатулку на себя.

Она всё ещё не проходила сквозь решётку, но почти прошла, один лишь угол застрял. 

«Пожалуйста... пожалуйста.»

Принц ускорился. Нет, теперь он бежал. Расстояние между ними сокращалось с каждым мгновением.

Принц уже протянул руку, чтобы схватить шкатулку, но Айзек, приложив все свои силы, резко потянул её на себя, падая назад. Один из углов шкатулки откололся, и она, наконец, оказалась у Айзека в руках.

Лицо принца стало суровым. Он схватился за решётку и потянул её на себя.

<<Скрип>>

Железные прутья, которые раньше не поддавались, начали постепенно расходиться. Айзек поспешно поднялся на ноги. Отступив назад, он быстро открыл шкатулку. В тот момент, когда Айзек взял в руки огниво, лицо принца окаменело, как будто он что-то почувствовал. С отчаянием человека, загнанного к краю пропасти, принц закричал:

— Стой!

И в тот же миг Айзек ударил огнивом.

<<Пшш>>

Из огнива вылетела искра.

<<Уууум>>

Низкий гул начал разноситься в воздухе. Огниво засветилось голубоватым светом, рождая небольшие искорки. Откуда-то издалека донёсся глухой рёв огромного зверя. Принц и Ходен, находившиеся по ту сторону решётки, смотрели на огниво, которое испускало синие искры. Глаза Ходена широко раскрылись от изумления, а лицо принца постепенно темнело и всё сильнее застывало.

Айзек знал, что это тот момент, когда нужно загадать желание, даже если никто ему не подсказывал. Вместо Посланника Огнива, который не мог прийти сюда, Айзек обратился напрямую к Огниву.

— Пусть три брата Грегоробориуса, владельцы огнива, будут освобождены.

Как только Айзек прошептал это, огниво вспыхнуло, как будто взорвалось ослепительным светом. Яркий, как молния,  свет ослепил всё вокруг. Яркая вспышка, которая могла осветить весь подземный тюремный комплекс, исчезла в следующее мгновение, словно её и не было.

Это был очень короткий момент, как сон. Никаких следов не осталось — ни огня, ни ослепительного света.

Однако Айзек знал, что его желание сбылось. Огниво в его руке слегка дрожало. Лёгкая, едва заметная вибрация сопровождалась низким гудением: <<ууууу>>.

Это было похоже на слова: «Твоё желание исполнено.» Айзек крепче сжал огниво в руке.

В этот момент — скрип, раздался звук железа.

Когда Айзек, вздрогнув, поднял голову, он увидел, как принц растягивает решётку. С каждым усилием, которое он прилагал, прутья решётки скрипели и гнулись.

Нужно было торопиться. Нельзя было терять ни секунды.

Айзек поспешно ударил огнивом снова, и — <<пшш>>, когда очередная голубоватая искра вылетела, мгновенно превратившись в огромное пламя, казалось, что оно вот-вот пожрёт всю решётку.

Из пламени появился огромный тигр. Его тело сияло чёрным светом, а глаза были огромны, как башни.

Тигр, заполнивший всё пространство внутри решётки, наклонился к Айзеку и сказал:

「Я исполню твоё желание. Чего ты хочешь?」

Услышав его низкий и могучий голос, Айзек, не отрывая взгляда от тигра, обнял его за шею и прошептал:

— …Я рад, что ты благополучно выбрался.

Хотя прошло всего несколько дней, его сердце переполнилось теплом. Когда шершавый широкий язык тигра провёл по лицу Айзека, он вскрикнул:

— Ай! Больно!!

В этот момент снова раздался скрежет металла. Обернувшись, он увидел, что решётка сильно погнулась, ещё немного — и туда уже сможет пройти человек.

Айзек встретился глазами с принцем. Лицо принца оставалось суровым, но в его взгляде, полном гнева и отчаяния, мелькала тревога, что совсем не было на него похоже.

Этот странный взгляд на мгновение приковал внимание Айзека.

В это время принц вновь ударился о решётку, и с очередным скрипом она согнулась так, что человек мог пройти внутрь. Принц шагнул вперёд.

В этот миг сердце Айзека сильно забилось: «Нет, нельзя.»

— Меня...

Айзек обнял тигра за шею.

— Меня... отведи к месту, где находится Лунная ладья, — сказал Айзек.

Это было его последнее желание.

Три желания, которые исполняло огниво для Айзека, на этом закончились. И последнее желание должно было непременно исполниться.

Принц перешагнул через решётку и протянул руку к Айзеку.

И в тот момент:

「Третье желание, исполнено.」

Раздался голос тигра, и тут же вокруг вспыхнул ослепительный, словно молния, свет. Этот яркий свет, который был так силён, что невозможно было открыть глаза, окружил Айзека и тигра. Сквозь прищуренный взгляд Айзек увидел, как всё вокруг стремительно размывается.

И среди этого он увидел принца, который почти дотянулся до него.

Кончики пальцев принца коснулись лица Айзека.

Но в тот же миг рука принца прошла сквозь лицо Айзека, которое начало исчезать, становясь прозрачным. Лицо принца исказилось от боли, и вскоре он исчез из поля зрения Айзека, растворяясь в белом свете.

— Айзек!

Из-за пелены белого света раздался громкий крик.

* * * * *

Первое, что Айзек почувствовал, был прохладный ветерок, скользящий по затылку. Затем запах земли и деревьев, с лёгкой примесью пыльного дыма.

Лес.

Лес, который не так уж далеко от человеческого жилья.

Айзек моргнул. Ощущение вспышек света под веками всё ещё не прошло. Это было следствием яркого света, который недавно ослепил его.

Несколько раз моргнув, Айзек заметил, что ослепляющий белый свет медленно исчезает, а его зрение понемногу проясняется. И когда он, наконец, смог различить окружающее…

「Манбанги!」

Из-за его спины что-то огромное и мягкое, словно молния, ударило его по затылку. Айзек пошатнулся, голова резко наклонилась вперёд, и на его затылке повис чёрный мохнатый ком.

「Манбанги! Манбанги!」

「Где ты был?! Почему только сейчас пришёл?!」

Айзек схватил мохнатый ком, который висел на его затылке, и потянул его вниз. Но, едва он это сделал, как второй ком снова ударил его по затылку. На этот раз у Айзека едва не сломалась шея и он с трудом подавил вскрик.

— Только выпустил этих ребят, как они сразу решили убить меня...

Держа по одному мохнатому комку в каждой руке, Айзек злобно посмотрел на них, но тут же резко отскочил в сторону. Как и ожидалось, третий ком уже летел в него, и только чудом он успел уклониться от удара. Если бы не успел, то наверняка погиб бы с переломанной шеей — третий ком был размером с дом.

「Ого? Да ты стал ловчее...」

「Похоже, пока нас не было, ты немного потренировался...」

Две кошки, болтающиеся в руках Айзека, недоумённо склонили головы, глядя на него. В это время тигр, который только что прыгнул на Айзека, улёгся на землю, притворяясь, будто изначально планировал просто лечь. Затем он начал невозмутимо вылизывать свои передние лапы, а его тело сжалось, как намокшая сахарная вата, и он вновь превратился в кошку.

— Ещё бы, я ведь не такой неповоротливый, как вы. Настолько медлительные, что все трое попались и сидели в клетке, даже не пикнув! Из-за ваших жалоб я не мог уснуть. 

Едва Айзек закончил, как кошки зашипели, подняв шерсть, и вонзили когти ему в щёку.

— Ай!

Две кошки, выскользнув из его рук, приземлились рядом, надув щёки, как орешки, и начали вылизывать лапы.

「Какая ещё клетка? Мы просто устали после долгого путешествия и решили отдохнуть!」

「Конечно, конечно. Нашу благородную просьбу выложить нам ложе из чистого серебра, конечно же, стоило исполнить.」

— Вот только почему тогда вы плакали и просили вытащить вас каждый раз, когда я ложился спать?

「Шшш!」

Кошки оскалили зубы. Теперь, когда они снова были маленькими, даже если бы превратились в тигров, Айзек всё равно не испугался бы. Он фыркнул.

— Когда перейдём в Страну Новолуния, закажу для вас клетку из чистого серебра.

「Зачем тебе это?!」

— Отнесу её в храм и попрошу священника освятить её…

「...но разве там тоже есть храм?」

「Думаешь, ты сам сможешь прикоснуться к освящённому чистому серебру?」

— ..…

Айзек замолчал. Кошки тоже. Четыре пары глаз встретились.

「Он правда немного наивен, всегда рассеянный и медлительный, таким и должен быть наш Манбанги」, — три кошки шептались, прижав головы друг к другу.

Айзек же признал: да, он был глуп. Вместо того, чтобы просить во втором желании освободить этих несносных существ, нужно было просить погрузить их в клетке на лунную ладью.

Однако кошки, которые шептались, постукивая хвостами друг о друга, выглядели целыми и невредимыми. Он беспокоился, что их могли убить за малейшее непослушание, но, к счастью, этого не произошло.

— Кайон не причинял вам вреда? — спросил Айзек, поднимая взгляд на кошек.

「Он заботился о нас, как о царских особах! Кормил нас каждый день козлятиной и поил вином!」

— ...неожиданно.

「И одновременно угрожал свернуть нам шеи! И сказал, чтобы мы даже не думали забирать с собой этого парня!」

«...но это не вяжется. О каком парне идёт речь?»

Айзек наклонил голову, но внезапно застыл.

«Он сказал им не брать с собой. Сказал, что он не может уйти.»

Айзек молча опустил взгляд и тихо покачал головой. Нужно перестать об этом думать. Если продолжать, желание увидеть его снова станет слишком сильным. А если это случится сейчас, когда он ещё не ступил на Лунную ладью, может возникнуть соблазн вернуться обратно.

— Я ведь проделал такой путь, — Айзек тихо пробормотал это и огляделся вокруг.

«А где это я?» 

В своём третьем желании он просил отправить его туда, где находится Лунная ладья.

Айзек осмотрелся, но ничего особенного не заметил. Лишь деревья, покачивающиеся в ночном ветерке под ярким светом полной луны. Лунный свет был настолько ярким, что освещал деревья, делая их почти белыми.

Это действительно был лес, как он и думал. Лес, с которого видны огни города внизу. Айзек проследил за рядами огней, рассыпавшихся словно звёзды, и вдруг пробормотал:

— О, знакомо.

* * * * *
Глава 9 (ч.8)