[Tinder box]: Глава 8-4
BESTI+YA
18+ | Любительский перевод предназначен для личного ознакомления и не является пропагандой. Запрещено копировать и распространять данный перевод в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.
Переводчик: Bestiya
Редактор: Naty K.
📌 Доступ ко всем работам Bestiya: BOOSTY
▬▬▬▬▬||★||▬▬▬▬▬
Бык приблизился к Айзеку. Тяжёлые шаги его копыт гулко отдавались по земле. Айзек глянул вверх на него и сглотнул. Ведьмы могут легко высосать жизненную силу из своих жертв. С опытом это становится настолько привычным, что можно делать это даже через дыхание. Похоже, этот бык собирался схватить Айзека и высосать его жизненную силу. Может, стоит дать ему попробовать немного? Но тогда могут раскрыться неприятные детали о его смешанной природе, или бык, питаясь его жизненной силой, может обнаружить, что принц человек.
Размышляя об этом он смотрел на огромную руку, неожиданно приблизившуюся к его лицу.
<<Свист>>
Огромная рука, пытающаяся схватить Айзека за голову, была отсечена. Из раны хлынула густая, дурно пахнущая кровь.
— Он мой. Не смей его трогать, — холодно произнёс принц, отряхивая меч от липкой крови чудовища.
Схватившись за отрубленную руку, бык завыл от боли:
— Моя рука! Моя рука!
Разъярённый бык топнул ногой. Его синие, огненно сверкающие глаза устремились на принца. С рёвом бык замахнулся на принца другой рукой, но и она вскоре была отсечена. Вопли, разрывающие уши, раздались в воздухе.
Принц безучастно смотрел на быка, согнувшегося и плачущего от боли, а затем повернулся, чтобы уйти. Он жестом указал Айзеку, что пора уходить. Но когда он уже собирался сделать шаг…
— Я тоже хочу попробовать эту аппетитную жизненную силу. Если ты поклялся, что никогда не будешь есть ничего другого, насколько же она вкусна?
Маленькая ведьма, которая наблюдала за происходящим в стороне, вдруг прыгнула на спину принца. Из её пальцев выдвинулись острые когти, готовые вонзиться в его тело, когда принц, раздражённый этим, рубанул своим мечом назад.
Меч почти снёс голову ведьмы, которая с воплем отлетела в сторону. Её длинные когти задели плечо принца, оставив порез, из которого капли крови начали стекать на землю.
Ведьма, сжавшись и яростно глядя на принца, внезапно широко раскрыла глаза. Затем её ноздри затрепетали, а лицо исказилось в странной гримасе.
— Человеческая... Человеческая кровь!..
Как только ведьма пробормотала это, бык тоже резко повернул голову. Нюхая воздух, это существо выпрямилось, и его глаза устремились на плечо принца.
— Запах человеческой крови!.. Несомненно, это человек!..
Бык, нюхая воздух, шаг за шагом приближался к принцу. В это же время ведьмы, которые до этого занимались своими делами, не обращая внимания на происходящее вокруг, тоже начали поводить носами и задумчиво кивать.
— Запах человека...
— Запах человеческой крови...
— Здесь человек... Человек вошёл сюда!..
Ведьмы, одна за другой, начали подниматься со своих мест и оглядываться. Их глаза сверкали красным и синим светом от возбуждения и опьянения. Их волосы вставали дыбом, а губы растягивались до ушей, когда они искали источник новой стимуляции.
— Убейте его!... Разорвите на части!
— Вырвите ему глаза, вырвите язык и бросьте в котёл!
— Сварите его в кипящей воде и приготовьте суп! Насадите его на вертел и зажарьте до хруста!
Ведьмы возбуждённо кричали. Несколько ведьм поблизости начали шуметь, и это быстро распространилось по всему полю.
— Человек вошёл? Человек здесь? Убьём его, сожрём его!
Ведьмы радостно хлопали в ладоши и топали ногами, ликуя от новой забавы.
Среди всего этого безумия, принц отрубил голову первой ведьме, которая бросилась на него, а затем снёс и голову быка. Он снял ткань, обмотанную вокруг ножен, и пропитал её их кровью, затем быстро перевязал плечо, чтобы заглушить запах своей крови. На время скрыв запах, принц повернулся к Айзеку.
— Ты идёшь против часовой стрелки, я — по часовой.
Принц коротко сказал и двинулся по тропе налево от костра. Айзек, немного помедлив, крепко сжал губы и пошёл в противоположном направлении.
— Где человек? Найдите его! Найдите его! — кричали ведьмы позади них, но Айзек продолжал идти.
Он не хотел расставаться с принцем. Особенно сейчас, когда ведьмы начали рыскать в поисках человека, а кровь начала сочиться из раны, и запах человека исходил от принца. Айзек не хотел оставлять его одного в такой ситуации, когда ведьмы могли напасть в любой момент.
Но.
Будь он на месте принца, то поступил бы так же. Времени не было. В такой ситуации, когда за ними гнались, разделиться было правильным решением. Кто-то должен был найти Аликису, даже если только один из них.
За принца можно не волноваться. Никто в этом мире не сможет причинить ему вред. Сейчас нужно было сосредоточиться на деле. Не оглядываясь, Айзек продолжал свой путь.
Запах крови, видимо, не успел широко распространиться, потому что Айзек смог уйти от ведьм, возбуждённых запахом человека. Перед ним снова раскинулась картина ведьминого праздника.
Вокруг огромного костра сидели и ходили группы ведьм. Айзек старался внимательно осматривать их, пока пробирался между ними. По мере того как он шёл, его лицо постепенно становилось всё мрачнее.
На небольшом костре кипел огромный котёл, в котором бурлили череп и глазные яблоки, явно принадлежавшие человеку. Еда, разложенная на столе рядом с котлом, мало чем отличалась: внутренности и кости неизвестного происхождения. Айзек с трудом сдерживал тошноту, стараясь не смотреть на это ужасное зрелище.
Пройдя ещё немного, Айзек увидел ведьм, которые, будучи пьяными и возбуждёнными, дрались между собой. Они раздували свои тела, демонстрируя чудовищные формы, и без колебаний разрывали друг друга когтями на куски. Рядом, на земле, извивались отрезанные части туловища, в то время как другие ведьмы, захватив диких зверей, сжигали их заживо на огне или протыкали вертелами, весело хохоча. А дальше ведьмы и получеловеческие, полузвериные существа были увлечены своими плотскими утехами. По краям дороги лежали тела ведьм, которые уже погибли в ходе этой вакханалии, но никто не обращал на это внимания.
Это был настоящий ад.
Всё было подчинено лишь удовольствию, убийствам, желаниям и инстинктам, без намёка на порядок, мораль или разум.
Это напоминало кошмар. Айзек потёр живот, пытаясь успокоить тошноту. Он чувствовал головокружение.
Он представлял себе ведьм весьма смутно. В памяти были несколько ведьм из его детства, образы из книг и летописей, а также часть инстинктов, текущих в его собственной крови.
Ему было не чуждо это чувство. Даже у него в определённые моменты, особенно на убывающую луну, пробуждались желания, которые становились сильнее, чем обычно. Несколько лет назад из-за этого он часто ввязывался в драки или делал что-то, о чём потом жалел.
Но только раз в семь лет.
Это день, когда вся их сущность проявляется в полной мере, отбрасывая всё остальное. Как человек, впавший в пьяный или наркотический транс, забывает о своей человечности и превращается в чудовище, так и сегодня ведьмы превращались в монстров.
Однако всё это было тяжело. Даже если учесть, что он был полуведьмой и уже встречал убывающую луну, сцены, которые он наблюдал, были невыносимы. Память о жизни среди людей была сильнее, чем его инстинкты.
Айзек старался не смотреть на поведение ведьм, их действия или еду, сосредотачиваясь только на поиске. Однако задача оказалась сложной. Он не мог понять, кто из тех, что скрываются под тёмными капюшонами, может быть Аликисой. Кто среди этих теней может быть той самой ведьмой?
Где она может прятаться?
Наверное, она ждала рассвета где-то в незаметном месте.
— …..
Айзек прижал пальцы к вискам. С тех пор как он начал блуждать в этом кошмаре, головная боль только усилилась. Тошнота тоже не проходила.
Нужно было отдохнуть хотя бы несколько минут. Иначе он мог в любой момент упасть и потерять сознание среди этих ведьм.
Айзек направился к лесу, который располагался чуть дальше от костра. Хотя и там время от времени появлялись ведьмы, выходя из леса, этот участок всё равно был намного спокойнее по сравнению с плотной концентрацией безумия у костра.
Ведьмы, выходившие из леса, обычно были испачканы кровью или кусками плоти, пьяные и хихикающие, но всё равно это место было предпочтительнее по сравнению с адом возле костра.
Лес располагался на склоне. Поднявшись немного выше, Айзек увидел всё поле перед собой.
Огромный костёр был в центре, и вокруг него, охваченные безумием, множество ведьм праздновали.
Айзек присел между корнями огромного дерева и опёрся лбом на ладонь. Глубоко вдохнув, он подумал: «Интересно, как там принц Кайон? Всё ли в порядке?»
Он посмотрел на небо. Звёзды между ветвями деревьев уже стали тускнеть, и тьма небес слегка раздвигалась — скоро должен был наступить рассвет. Его сердце забилось быстрее.
Если они не найдут Аликису...
Тогда ещё многие люди станут жертвами. Никто не знал, сколько ещё будет жертв. И если сейчас её не поймают, следующее Великое Собрание произойдёт только через несколько лет, и, возможно, они снова потеряют её след.
— …..
7 лет. Это не короткий срок, особенно если задуматься о тех людях, которые погибнут за это время. Айзек, сжав голову руками, тихо застонал. Однако его стон был заглушён более продолжительным и мучительным стоном, доносившимся сзади.
Айзек обернулся. Стон раздавался из леса. Он ясно уловил его, потому что это был человеческий стон — вопль боли и отчаяния, который постепенно затихал.
Инстинктивно Айзек поднялся и направился в ту сторону. Между деревьями он увидел небольшую поляну.
На тёмной поляне среди деревьев возвышалось что-то, напоминающее небольшой холм. Рядом с этим холмом двигались несколько тёмных фигур — ведьмы. Они встали на четвереньки и, словно тощие бродячие псы, рылись в холме, как на свалке. Над этим холмом кружили бледные существа, похожие на призраков.
Айзек тихо подошёл ближе, пытаясь прислушаться, но стон больше не раздавался. Подумав, что, возможно, ему показалось, он подошёл к холму ещё ближе, и вдруг услышал этот стон снова, на этот раз с другой стороны холма. Подняв взгляд, он увидел ведьму, которая копошилась на холме, пронзая его железным прутом. Каждый раз, когда она тыкала прутом, слышался умирающий стон.
Айзек собрался было подойти поближе, но внезапно чуть не упал, споткнувшись о что-то под ногами. Балансируя, чтобы не упасть, он взглянул вниз.
Его нога зацепилась за что-то мягкое... что-то длинное и похожее на корень дерева...
— …..
Айзек остановился, когда осознал, что это было. Перед ним лежала высохшая рука. Подняв взгляд, он увидел холм.
Этот холм был сложен из человеческих тел.
Груда тел, изувеченных до такой степени, что невозможно было разглядеть целое тело.
Это были останки людей, которых ведьмы на поле использовали в своих отвратительных пирах.
Айзек в ужасе отступил. Стон, доносившийся откуда-то из этой груды тел, вдруг прекратился. Одна из ведьм, которая копошилась в телах, что-то сунула себе в рот.
Айзека затошнило.
Закрыв рот рукой, он сделал шаг назад и тут же наткнулся на что-то позади. Испуганно обернувшись, он увидел фигуру, которая рыскала среди тел, и та, заметив его, сжалась и поспешно скрылась. Спустя мгновение она вернулась и снова начала рыться в телах.
Приглядевшись, Айзек заметил, что таких теней было несколько, и все они рвались к груде тел.
Это были ведьмы, которые не могли присоединиться к своим сёстрам — самые жалкие и слабые. Они не могли охотиться на людей сами, и их презирали другие ведьмы. Оставшиеся без ничего, они рылись в разлагающихся телах, как черви, в поисках хоть чего-то, чтобы утолить голод.
— …..
Айзек не выдержал и наклонился к ближайшему дереву, его начало рвать. Он изверг всё, что съел на ужин, и, тяжело дыша, закрыл глаза. Если бы это был сон... Как же он хотел поскорее выбраться из этого ужасающего ада.
Айзек подумал, что лучше вернуться на поле и попытаться найти Аликису, и, вытерев рот, поднял голову.
— Убей...
— Человек... убей его...
— Схвати живьём, выпей его кровь и откуси его плоть!
Издалека доносились вопли.
Айзек повернул голову в сторону, откуда доносились звуки, и увидел, как в одном месте на поле, как муравьи, начали собираться тёмные тени. В центре этого скопления было маленькое свободное пространство. Там стоял человек.
Несмотря на расстояние, из-за которого было сложно разглядеть, кто это, Айзек быстро понял, что это был принц.
Принц безжалостно рубил ведьм. Вокруг него, подобно чёрному облаку, начали собираться злые духи и чудовища, вызванные ведьмами. Его окружила беспорядочная толпа теней, словно тёмный туман, скрывший его из виду. Лишь крики вокруг него продолжали доноситься: «Убей! Разорви его! Мы разорвём тебя на куски!»
Айзек почувствовал, как его сердце сжалось.
Чёрный туман, окружавший принца, становился всё гуще, а чудовища и магия, направленные на него, становились всё более яростными. Те, кто бросались на него — чудовища, ведьмы — погибали под его мечом. Крики ведьм становились всё громче, их проклятия взмывали в воздух.
Нужно было помочь.
Каким бы непреодолимым ни казался меч принца, ведьмы, вызвавшие эти тёмные сущности, окружали его всё плотнее. Он не мог сразить их всех.
Айзек поспешно бросился вперёд.
Однако в этот момент, перепрыгивая через небольшую груду тел, он столкнулся с маленькой тенью, которая сидела за холмом, согнувшись. Споткнувшись обо что-то, Айзек упал прямо на эту тень. Она сжалась, словно пытаясь спрятаться за грудой тел.
Как только он упал на маленькое тело, укутанное плащ с капюшоном до самой головы, его нос тут же пронзил резкий запах гнили. От этой ужасной вони было трудно даже открыть рот. Его снова затошнило.
Падая, он рукой случайно опёрся на тело, которое оказалось настолько мягким, что рука словно погрузилась в вязкую грязь. Когда он поднял руку, к ней прилипли куски разлагающейся плоти, источавшие ужасный запах.
Ведьма с телом, которое выглядело так, будто она была поражена проказой, отшатнулась в ужасе. Куски гниющей плоти отваливались с её тела.
Наверное, именно из-за этого она не могла находиться среди остальных ведьм и оставалась в одиночестве. Её облик и запах были настолько отвратительными, что никто не захотел бы приближаться к ней. Даже другие худосочные ведьмы, бродившие поблизости, не осмеливались подойти ближе.
— ...прости, — невольно пробормотал Айзек, глядя на ведьму.
Её лицо, настолько ужасное, что любой, даже другая ведьма или падальщик, постарались бы избежать её, мелькнуло из-под капюшона. Чёрная, разлагающаяся плоть обнажила кости в нескольких местах. Вместо глазниц были лишь глубокие тёмные впадины, в которых едва заметно мерцал слабый свет.
Когда взгляд Айзека случайно встретился с этим светом, ведьма резко схватилась за край своего капюшона. Он тут же скрыл её разлагающееся тело. Она отшатнулась, как от удара молнии и поспешно скрылась за грудой тел.
— …..
Айзек застыл на месте и посмотрел на свои грязные руки. Разложившаяся плоть, как чёрная грязь, облепила его пальцы и источала ужасный запах. Этот отвратительный запах показался ему знакомым. Однажды он уже встречался с этим зловонным разложением, и даже со слабым запахом магии, витавшим над ним.
— Хуспельт.
Имя, случайно сорвавшееся с его губ, было давно забыто. Это было имя человека, который когда-то был величайшим магом среди людей. Он был Главой королевских магов, оболочкой Аликисы, и теперь его труп, разложившийся за столь долгое время, был здесь.
Айзек резко поднял голову, взглянув на ведьму, рыскающую среди тел. Что-то его насторожило. Какой-то инстинкт в его голове словно царапал его разум. Что-то. Что-то было не так.
Из разложившихся глазниц трупа на него смотрел мерцающий свет. Этот свет, как если бы он был заключён в ледяную оболочку, исходил голубоватым сиянием.
Тот слабый, но отчётливый свет... где он его видел?
Пруд. Пруд, покрытый мхом. Из него исходил тот же голубоватый свет. Это было...
В следующий момент Айзек резко вскочил и бросился бежать. Ведьма, которая пыталась скрыться в груде тел, заметила его. Её разлагающееся лицо исказилось в ярости, а свет, пробивавшийся из её глазниц, стал ещё ярче.
— Ты видел.
Грубый, резкий голос, словно доносящийся из самого ада, скрежетал, как металл по металлу. Ошибки быть не могло.
Аликиса!
Омерзительный звук разорвал его слух, как будто барабанные перепонки готовы были лопнуть. В то же мгновение вокруг ведьмы взорвались волны жара и ветра. Она выкрикивала заклинание с ужасной силой, несмотря на то, что её плоть осыпалась, а обнажившиеся кости крошились. Ведьма выкрикивала проклятия и заклинания, полные ненависти и жажды мести, и из её слов возникло чудовищное пламя, которое превратилось в десятки, если не сотни, звериных форм, нападающих на Айзека.
Айзек выхватил меч и стал кромсать зверей. Эти существа, похожие на диких собак, атаковали его непрерывно, даже когда он раз за разом рассекал их своим оружием.
Каждый раз, когда когти или зубы зверей касались его кожи, на ней оставались острые, болезненные порезы. Между Айзеком и ведьмой бесконечно роилась стая этих созданий, и он не мог приблизиться ни на шаг. Его мышцы вопили от напряжения, но даже после множества ударов по этим неутомимым созданиям их всё больше и больше продолжало нападать на него.
В то время как бесконечная стая продолжала нападать, небо над ними начинало медленно светлеть. Сколько оставалось до рассвета? Минуты, десятки минут? Он не знал. На горизонте начало проявляться слабое розоватое свечение.
Ведьма повернулась и побежала прочь. Но даже убегая, она продолжала выкрикивать проклятия, не давая Айзеку передышки. Когда её фигура начала удаляться, Айзек, занятый сражением с бесконечными зверями, стиснул зубы.
Он не мог позволить ей уйти.
Издалека доносились крики других ведьм, которые вопили: «Убейте его! Разорвите его!» Он беспокоился за принца. Всё ли с ним в порядке? Беспокойство и отчаяние начали поглощать его. Что ему делать? Как ему поступить?
Конец лунной ночи приближался. Лунная ночь, время магии.
Именно в этот момент Айзека осенило.
Лунная ночь — единственное время, когда он мог использовать магию. Единственная ночь, когда он мог одолжить её силу. И у него всё ещё оставалось одно желание.
Не было времени думать. Айзек остановился. В тот же миг звери накинулись на его руки, плечи и бока, кусая его. Он не мог их сбросить. Он вытащил из кармана огниво и, несмотря на их укусы, ударил по нему.
И в этот момент...
Ураганный ветер внезапно обрушился на Айзека. Мощный порыв ветра был настолько силён, что едва не сбил его с ног. Звери, цеплявшиеся за него, были отброшены этим сильным ветром. Когда всё стихло, перед Айзеком сидел огромный чёрный тигр. Звери, окружавшие Айзека, пригнулись и начали рычать. Но тигр, глядя на них, не спеша осмотрелся. Звери пятясь отступили.
「Я исполню твоё желание. Чего ты хочешь?」 — спросил тигр, сверкая чёрными, как ночь, глазами.
Айзек посмотрел мимо него. Ведьма убегала, её капюшон мелькал всё дальше и дальше.
— Аликиса...
Айзек начал говорить, но внезапно замолчал. Было известно, что желание, связанное с более могущественным противником, не могло быть исполнено. Тогда:
— Перемести меня на тот большой камень. Прямо сейчас.
Айзек указал на камень, который виднелся на краю его поля зрения. Не успел он договорить, как тигр ответил:
「Я исполню это желание.」
Голос, казалось, заполнил его разум. В тот же миг снова налетел сильный ветер. Айзек, не осознавая этого, прикрыл лицо, а когда снова посмотрел, понял, что находится высоко в воздухе, зажатый в пасти тигра. Внизу он увидел злобно завывающих зверей.
Высокие берёзы были теперь у него под ногами. Звёзды, потерявшие свой блеск, были на уровне его глаз, а где-то вдали на горизонте зарождалась красноватая заря.
Внезапно он почувствовал падение и оказался на том самом камне, что был на десятки шагов впереди. Всего в нескольких шагах от него виднелась ведьма, которая яростно бежала к нему.
Айзек спрыгнул с высокого камня. Не обращая внимания на то, что при этом он, казалось, подвернул лодыжку, Айзек бросился вперёд. Ведьма уже была на расстоянии нескольких шагов.
Поражённая, она остановилась, увидев Айзека, появившегося прямо перед ней. Её обезображенное лицо исказилось, и она поспешно начала шептать заклинание. В тот же миг между ними появилась свора свирепых псов, но они опоздали. Айзек протянул руку, позволив одной из собак вцепиться в его предплечье, но одновременно он схватил за полы капюшона ведьмы и сильно дёрнул.
Под ним скрывалось тело — разлагающийся труп.
Оно уже давно умерло, жёлтые, сгнившие кости едва держались под остатками разложившейся плоти. От тела исходил ужасный смрад, распространявшийся во все стороны. То, что осталось от некогда живого мага, теперь было лишь гниющим трупом, которым воспользовалась ведьма, захватив его душу. Маг, лишившись покоя даже после смерти, продолжал разлагаться в этом жалком виде.
— Проклятый!
Из пустых глазниц черепа магического существа вырвался яркий синий свет. Ведьма, ослеплённая яростью и страхом, закричала. Айзек смотрел прямо в этот холодный и ослепляющий свет, напоминающий ледяной блеск, и затем сунул руку в её грудь, глубоко погрузившись в гниющую плоть.
— Нашёл... — тихо произнёс он.
Ведьма всё ещё оставалась внутри тела мага.
Чтобы ведьма могла обитать в теле, оно должно было быть живым и обладать магической силой. Но почему она до сих пор оставалась в этом трупе?
— …..!
Айзек схватил кость, что попала под руку, и резко дёрнул. Сгнившая кость легко разломилась, раздался слабый треск. От тела полетели куски разлагающейся плоти, и воздух снова наполнился тошнотворным запахом гнили. В этот момент, под плотью и костями, Айзек увидел что-то гладкое и прозрачное.
Плоть медленно спадала, обнажая гладкую поверхность, словно долгое время лежавшую под водой.
Это было настоящее тело Аликисы.
Тело Аликисы, спрятанное под слоем разложения и гнили.
Она пряталась вдалеке от ярких костров и людской суеты, в лесу, где никто не искал бы её, в теле, спрятанном под отвратительной оболочкой разложившегося трупа.
Как только это тело обнажилось…
— Аликиса!!!
— Это же присутствие Аликисы!!!
— Аликииииииииии!!!
Бледные клубы дыма начали заполнять небо.
Они появлялись повсюду, как вспышки пламени, приближаясь к Айзеку. Эти клубы дыма приняли искривлённые формы умирающих ведьм и начали устремляться к её телу, словно черви к разлагающемуся трупу. Проклятия накрыли это тело плотной завесой.
И затем...
— Ки-я-я-я-я-я-я-я-я-я!
Жуткий крик, разрывающий барабанные перепонки, эхом разнёсся по лесу.
В тот момент раздался звук, словно что-то треснуло. Возможно, если бы молния ударила с невероятной силой, разрезав небо, то именно такой звук она бы произвела. Звук повторился несколько раз — громкий, раскалывающий, как будто небо разрывало на части.
И вот, после внезапного громкого треска, лес и поле, где ведьмы устраивали свои празднества, внезапно наполнились ощущением, будто что-то огромное было разрушено.
Айзек почувствовал, как невидимая сила разрушилась. Казалось, что в воздухе мелькнули едва заметные искры, которые тут же исчезли, но ощущение, что что-то сломалось, передалось всем: и Айзеку, и ведьмам в лесу, и блуждающим по небу духам.
...барьер разрушился.
Воздух, который прежде был словно заморожен, вдруг растаял, и подул ветер. Это был воздух, прорывавшийся извне, из-за пределов барьера.
Вместе с ним издалека доносились грубые, мощные крики. Это были звуки столкновения оружия и крики солдат, наполняющие пространство, словно они всё это время ждали за пределами поля. В высоком небе одна огромная белая птица, парившая среди воронов, разогнала их своим полётом.
Айзек повернулся к тому месту, откуда доносились звуки. Он увидел, как по склону поля хлынули солдаты, как будто появившись ниоткуда. Барьер рухнул, и солдаты смешались с ведьмами, когда пространство слилось в единое целое.
— Убейте их!
— Убейте всех!
Грубые и сильные солдаты с пограничья, размахивая оружием, безжалостно убивали ведьм. Те в ужасе кричали и разбегались во все стороны, но солдаты сжимали кольцо, окружая ведьм и загоняя их в центр. Их мечи и копья беспощадно пронзали ведьм.
Айзек застыл в оцепенении, наблюдая за этим зрелищем, когда внезапно услышал рядом с собой слабое движение. Он резко повернулся.
Тело Аликисы трепетало под натиском проклятий.
— Будьте прокляты! Ненавижу!
Духи, наполненные ненавистью, бросились на тело Аликисы и начали его разрывать. Проклятия, словно хищники, безжалостно рвали её тело на части, и с каждым исчезающим проклятием исчезала и часть её тела.
— Ааааааа.
Крик ведьмы разнёсся по воздуху. Тем временем проклятия продолжали набрасываться на её тело, пока, наконец, почти все не исчезли. От Аликисы осталось лишь несколько фрагментов.
Сгнившие останки мага и полупрозрачные, скользкие куски тела ведьмы перемешались и растеклись по земле.
Айзек неподвижно стоял, глядя вниз на эту липкую, вязкую массу. От ведьмы оставалась только её голова с перекошенным от ужаса лицом. Её глаза дико вращались, отражая смертельный страх, дрожа на полусгнившем черепе.
— …..
Айзек долгое время стоял молча, глядя на ведьму, которая была на пороге смерти. Ведьма, совершившая множество жестоких поступков, теперь наконец-то встречала свой конец. Так же быстро, как падает разрушенный замок.
Злобная ведьма, прожившая долгую жизнь, меняя тела одно за другим, наконец умирала. Она была охвачена ужасом смерти, более сильным, чем боль от разорванного на куски тела.
Небо медленно начинало светлеть. Ночной кошмар подходил к концу.
— Пожалуйста, пусть это всё закончится. Пожалуйста.
Та ведьма, которую Айзек с таким отчаянием пытался найти и уничтожить, теперь умирала на его глазах. Ведьма, которая поглотила множество людей, скоро умрёт, и больше никто не будет страдать или погибать от её рук. Но, несмотря на это, Айзек не чувствовал радости. Он был истощён, как после долгого кошмара, и бессильно опустил плечи.
— Айзек!
В этот момент кто-то окликнул его издалека.
Айзек сразу узнал его. Это был принц. Принц звал его с отчаянием, может быть, даже с тревогой в голосе.
Айзек повернул голову в его сторону. Всё было кончено. Этот ночной кошмар закончился. Принц наконец добился того, чего так долго хотел, и теперь его страдания могли закончиться. А я...
— ...давай заключим договор.
Когда Айзек уже собирался сделать шаг, он услышал слабый шёпот.
Едва слышный, словно ветер, слабый голос остановил Айзека. Он замер и оглянулся. Ведьма, оставшаяся с одним глазом, смотрела на него. В её взгляде смешались жажда жизни и страх смерти.
— Я не заключаю договоры с ведьмами, — тихо сказал Айзек, собираясь вновь отвернуться.
Но в этот момент…
* * * * *