Создание заставки фильма «Невероятный Халк»

Вторая часть нашего эксклюзивного материала в двух частях о вступительных титрах для «Халка» (2003) и «Невероятного Халка» (2008). На этой неделе у нас интервью с Кайлом Купером, дизайнером титров для «Невероятного Халка» Луи Леттерье.

Открывающая заставка Кайла Купера для «Невероятного Халка» показывает, как доктор Дэвид Бэннер подвергает свою жизнь опасности, с несколькими качественными визуальными цитатами из заставки оригинального сериала. Хрупкая дочь, Бетти Росс, лежит в крови, а грозный генерал Росс пускается по следу.

Отучившись в Йеле, Кайл Купер начал работать в R/Greenberg Associates в Нью-Йорке, а позже переехал в Лос-Анджелес, заняв должность креативного директора RGA/LA. В 1996-м он основал Imaginary Forces (результат смены владельца RGA/LA), а в 2003-м — Prologue Films. Он создавал титры для таких проектов, как «Рассвет мертвецов» (2004), фильмы про Человека-Паука, «Остров доктора Моро», «Семь», «Храброе сердце» и игры серии Metal Gear Solid.

Разговор с креативным директором Кайлом Купером.

Как ты изначально оказался вовлечён в работу над «Невероятным Халком»?

Кайл Купер: Ну, до этого я не работал с режиссёром Луи Леттерье, но немало поработал с Marvel. Я создавал дизайн анимированного комиксного логотипа Marvel вместе с Ави Арадом, а также делал титры для всей трилогии «Человека-Паука». Наша компания Prologue также создавала титры и визуальные эффекты для «Железного Человека». Вдобавок, я знал Гейл Энн Хёрд, а она была продюсером обоих фильмов про Халка, так что ещё на начальном этапе они позвонили мне. Мы встретились с Marvel и обсудили задачи. Луи снял несколько разных вступлений. В одном из альтернативных вариантов, к примеру, Эдвард Нортон был на вершине горы, снедаемый чувством вины за то, что покалечил Бетти Росс, и собирался застрелиться, чтобы другие были в безопасности.

Первоначальная идея для заставки состояла в том, чтобы создать пролог, который показывал бы предысторию Бэннера. Эта идея мне весьма понравилась. Вообще, одна из двух причин, почему я назвал свою вторую компанию «Пролог», была в том, что, как мне кажется, если заставка сделана хорошо, она часто может служить первой сценой или прологом к истории, которую вы собираетесь посмотреть. Зачастую студии проводят тестовые показы и понимают, что нужен пролог, и звонят нам. Я взял названия для обеих своих компаний, «Власть воображения» и «Пролог», из пролога шекспировского «Генриха V». Так что идея закладывания фундамента для грядущей истории — это то, что меня всегда интересовало, как в литературе, так и в кино. С помощью начальных титров можно создать вступление или передать предысторию фильма. Собрать воедино темы фильма и идеи персонажей — интересная задача.

В случае с Халком главной целью было рассказать историю происхождения в прологе, чтобы не тратить время на экспозицию в самом фильма, как сделал Энг Ли. Мы подходили к проблеме с разных сторон. Мы пробовали создать пролог, и поставить титры в конец. Пробовали добавить часть титров в пролог, а остальное в конец. В конце концов я предложил целиком интегрировать надписи в заставку, которая бы служила главными титрами и одновременно показывала историю Бэннера.

Я знал, что о многом прошу. Часто, если режиссёр оставляет титры на конец фильма, то в начало он просто вставляет заголовок. Но для Халка нам нужен был другой элемент — отдельная сцена для завязки сюжета. В прошлом зрители на тестовых показах часто отмечали, что они не вполне понимали некоторые аспекты фильма, которые можно было бы объяснить в прологе. И тем не менее, интегрирование титров с прологом почти никогда даже не рассматривалось. Многим кажется, что такой подход выльется в попытку передать слишком много информации — мол, чтение титров требует определённого времени, и попытка одновременно рассказать историю ввела бы зрителей в замешательство. Но я всегда говорю: «Давайте попробуем». И этот раз не был исключением. Так что я срежиссировал дополнительные съёмки с солдатами, которые выбивают двери лаборатории, ищут Бэннера и улики, и обнаруживают следы экспериментов в давно заброшенных комнатах мотеля. Мы наснимали много отличных моментов, что в итоге позволило нам рассказать историю в краткой и увлекательной манере.

Сколько материала уже было отснято и передано вам, и сколько сделали вы?

Мы пользовались материалами, которые получили от Marvel, но это было не так, что они просто дали нам их и сказали: «Вот, работайте с этим». Обычно я прошу то, что мне необходимо. Я просматриваю все отснятые материалы. Потом запрашиваю фрагменты, с которыми хочу работать, и начинаю монтировать. Иногда мы можем устроить съёмки с вспомогательной группой, чтобы заполнить пробелы, но зачастую это невозможно из-за бюджетных ограничений. В общем, зависит от проекта. В случае с «Халком» нам посчастливилось иметь доступ ко всему.

В финальной сцене есть момент, где генерал Росс смотрит на карту и курит сигару. Там есть кадры, которые мы превратили в кадры с камер наблюдения, ещё там стена с фотографиями и заметками, которые изучает генерал Росс. Вся суть в выслеживании: где он был, что он делал. Во многом заставка следует по пути разрушений Халка по всему миру с точки зрения Росса — Бэннер становится Халком, калечит Бетти, и начинается охота, в которой Росс следует по пятам.

Так вот, стена, которую мы соорудили, фактически стала иллюстрацией этой охоты. Главным элементом была большая карта, на которой Росс отслеживал все появления Халка, а к локациям привязаны материалы, собранные в них. Мы потратили уйму времени на исследования для этих кадров, искали образы разрушений, ярости, страха; искали и создавали изображения, которые предполагали бы присутствие чего-то, чего там больше нет. Нам хотелось создать ощущение, что вы постоянно упускали момент — постоянно на шаг позади, опаздывали всего на секунду; оставались ни с чем, кроме последствий. Разрушенный грузовик, размытое изображение с камеры наблюдения, пыльные останки кустарной лаборатории. Мы создали всевозможные медицинские отчёты и полицейские записи. Мы разработали целое досье по каждому известному сообщнику Халка, затем объединили их друг с другом на стене, показывая, как всё взаимосвязано.

Мы не хотели просто создать видимость масштабной стены из бесконечных данных и фотографий. Мы могли сделать это, сделав мелкие наброски для каждого кадра. Но нам хотелось, чтобы они были настоящими, так что мы сделали всё в натуральную величину. Вообще, нам даже пришлось всё переделать несколько раз, мы делали фотографии во время разработки заставки, а затем собирали окончательный вариант на съёмочной площадке.

С другой стороны, кадры в госпитале снимал сам режиссёр, но это не было полноценной сценой, просто сырой материал. Мне приходилось много монтировать и придумывать, как что-либо упростить. Изначально они снимали сцену происхождения, монтировали её по-разному, но она была долгой и недостаточно понятной. Однако, из неё получилась хорошая основа, так что, по сути, с неё мы начали разрабатывать сюжет.

На самом деле, в телесериале с Биллом Биксби тоже была история происхождения во вступительных титрах, и я думаю, Луи посчитал такой подход интересным. Хоть я и не хочу говорить за него, думаю, кое-какие отснятые ими кадры отсылают к той оригинальной заставке, причём очень здорово: Бэннер сидит в кресле, проводит эксперименты, Бетти смотрит через окно, и, разумеется, превращение. Но они не хотели показывать его слишком много в этой сцене, как и мы не хотели, чтобы его было чётко видно на фотографиях с расследования. Им не хотелось показывать его ещё до начала фильма. Так что нам пришлось искать обходные пути — как показать Халка, не раскрывая слишком много.

Мы сняли крупным планом на высокой скорости, как рвётся рубашка и расходятся швы. Сделали крупные планы зубов, сняли вены на руке и в глазном яблоке, затем использовали эти вены для перехода к линиям на карте, постоянно делая намёки, усиливая чувство спешки и загадочности, не выдавая подробностей. Мы даже сделали съёмки из-за плеча Халка, когда он встаёт с кресла, кадр с видом из глаз Халка с таким эффектом, чтобы сделать видение Халка похожим на старый сериал.

Когда ты начал, у тебя был список деталей или идей о прошлых историях про Халка, которые ты хотел использовать?

Я делаю большие исследования. Я много лет не читал «Халка», но в юности читал много комиксов. У меня были все выпуски «Халка» и целая подборка комиксов про Халка и Подводника, так что я определённо был в курсе истории. Я был таким хардкорным фанатом Вселенной Marvel. В юности у нас с братом было шесть тысяч комиксов. У нас даже был The Amazing Spider-Man #1, но мама выбросила его, потому что она так обычно делала, когда мы оставляли их на полу. А ещё она не разрешала нам смотреть «Трёх балбесов», ну вы знаете этих мам. Я любил Халка, любил Фантастическую Четвёрку, и мне очень повезло, что все они вернулись ко мне в работе над этими проектами.

В случае с комиксом, да и с любыми другими главными титрами, первая стадия — это всегда исследование. Я читаю сценарий. Выясняю всё, что могу. Выслушиваю режиссёра и смотрю фильм. Затем я пытаюсь придумать лучшее решение для поставленной задачи. Мы хотели перейти прямо к фильму, рассказав историю происхождения в сцене с титрами, и всё же эта история была крайне важна. Я не хотел подходить к этому так, будто мы должны просто по-быстрому показать происхождение, чтобы мог начаться сам фильм. Я хотел, чтобы это было важной частью фильма, добавляло новый смысловой слой всему сценарию. Все считали, что это будет очень сложно осуществить. Вообще, меня очень удивило, как много людей писало о заставке в сети и в прессе. Я взял оттуда много цитат для нашего сайта, потому что меня потрясло, сколько народу упоминают о том, что история происхождения показана во вступительных титрах. Я не понимал, почему это поражает людей. Лично мне это всегда виделось возможным вариантом. Более того, это казалось естественным. Это всегда выглядело правильным решением, хотя, оглядываясь назад, полагаю, это был вызов.

Я был на премьере «Халка» с Гарсоном Ю, который был дизайнером титров в том фильме. Мы с ним давние друзья. Вместе ходили в школу, и я нанял его в R/Greenberg Associates в Нью-Йорке. У меня была встреча с Энгом Ли насчёт работы над первым фильмом, но тогда проект получил Гарсон. В обоих фильмах есть несколько общих продюсеров, но они не хотели идти тем же путём, так что в итоге в этот раз титры делал я.

Помимо этого, ты делал титры для франшизы «Человек-Паук». Есть какое-то отличие при работе над супергеройским фильмом от работы над любым другим? Твой подход отличается?

Не думаю, что процесс как-то отличается. Есть тенденция к тому, чтобы делать что-то рисованное или анимированное. Это другая проблема, но я не подхожу к этому как-то иначе. Я люблю работать над комиксами. Мне очень нравилось работать над «Человеком-Пауком». Тут есть необходимость каждый раз делать завязку сюжета, рассказывать зрителям, что происходит и что было до этого, хотя первый «Человек-Паук» был исключением. Для первого фильма у нас был чистый лист, и мы могли работать более свободно, придумывая визуальные метафоры и идеи, которые не должны были быть привязаны к повествованию. Мне понравилась идея с буквами, пойманными в паутину, так что мы использовали этот подход. Но в каждом последующем фильме нам нужно было рассказать историю о том, что происходило в предыдущем, так что, опять же, заставка превращалась в пролог, закладывая основу для предстоящей главы.

Когда появилась музыкальная тема от Крейга Армстронга? Вам её предоставили с самого начала?

Когда мы только начали делать наброски, у нас не было музыки. Сначала мы монтировали под временную музыку, а по мере продвижения Крейг давал нам разные отрывки. Он всё продолжал улучшать тему, а мы подстраивали под неё монтаж.

Но вообще каждый раз по-разному. Иногда у нас есть музыка, как получилось с фильмом «Миссия: Невыполнима», где она уже была готова, но часто я выбираю музыку, под которую хочу монтировать, и предлагаю свой вариант композитору. Иногда получается получить права на использованную музыку, но этот процесс может быть долгим. Как правило, у композиторов сильные чувства к заглавной теме, и они предпочитают, чтобы музыка в заставке была их собственной.

Как ты работаешь с членами производственной команды, в плане участия? Сколько людей работало над этой заставкой?

Всегда есть кто-то, кто должен вести команду. В этом проекте это был я. Но люди сотрудничают на разных уровнях. Есть аниматоры, есть монтажёры. Иногда я могу взять больше одного монтажёра, чтобы попробовать разные вещи. Над «Невероятным Халком» работали два монтажёра, по крайней мере три аниматора и целая группа для живой съёмки. Команда в Prologue создавала реквизит для съёмок и все вроде как сплотились вокруг этого проекта.

Над большинством фильмов или рекламных роликов обычно работает команда. Я понимаю, что в наши дни один человек способен работать за всю команды: один дизайнер может сам делать раскадровки, сам работать над шрифтами, снимать собственный материал и даже создавать анимацию. Но обычно нам приходится работать быстро, и наличие команды позволяет назначить каждого человека заниматься чем-то одним. Лично я обычно работаю над парой вещей за раз и действую скорее как режиссёр, и это мне нравится больше всего.

Какие у тебя любимые элементы этой заставки? Ты использовал живую съёмку, шрифтовое оформление и фотокадры, целый спектр медиа. Кажется, в ней есть почти всё, с чем тебе нравится работать.

Всё, кроме кухонной раковины? Да уж. Сергей Эйзенштейн говорил о «неизменном фрагменте фактической действительности». Это как рушить реальность на части и думать о каждом фрагменте как об уникальной композиции — и о каждом элементе внутри композиции этого фрагмента, тоже как об отдельной сущности. Настолько далеко можно в этом зайти.

Каждую заставку я стараюсь просматривать покадрово и убедиться, что нет ни одного кадра или последовательности кадров, в которых на мой взгляд была бы плохая цветокоррекция или композиция. Отвечая на вопрос — что мне понравилось больше всего в этом «Халке»? Ну, для галереи на нашем сайте я просмотрел заставку кадр за кадром и загрузил свои любимые. Есть пара кадров, которые можно было сделать лучше, но те, которые мне нравятся, я выбрал для сайта. Есть один кадр, который даже не заметить, если смотреть заставку в реальном времени — момент, в который видно рвущийся шов на рубашке Халка. Мне нравится цветокоррекция в этом кадре. Нравится композиция. По-моему, это красиво, даже несмотря на то, что это демонстрирует жестокий момент. В общем, я считаю, что этот элемент хорош, хоть его и трудно заметить. Ещё мне нравится череп Эдварда Нортона прямо перед появлением названия фильма. Люблю такие моменты, когда ты видишь много вещей одновременно, много слоёв соединяются, чтобы создать целое.

Ранее ты упоминал съёмки глазных вен и карты, и этот образ сильно бросился в глаза при покадровом просмотре финала заставки перед этим интервью.

Спасибо за напоминание! Это было бы следующее, о чём бы я сказал. Мне очень нравится идея с венами в глазу, которые превращаются в карту — он меняется, но также он находится в бегах. Это очень короткий момент, но как кадр, как идея, мне это очень нравится. Здорово сделано. Это красиво, и это рассказывает историю очень быстрым и лаконичным образом. В общем, такие кадры — такие маленькие детали — совершенство состоит из мелочей. Я не говорю, что это идеально, но такие мелочи для меня интересны.

Из-за идеальных моментов, состоящих из них?

Да, и это может быть аргументом для покадрового просмотра. С другой стороны, даже если каждый кадр прекрасен, если анимация не поставлена интересным образом или если это не интересно смотреть, если это просто серия красивых кадров — тогда это не станет чем-то большим. Есть так много вариантов. Есть столько материалов, столько элементов, столько кадров. Столько всего происходит в заставке, в офисе, в моей жизни, что приходится спрашивать себя: «Что я делаю в данный момент?» И ответ, кажется, всегда будет один — «Для начала просто сосредоточься на какой-то одной мелочи».

Над титрами работали

Дизайнер титров: Кайл Купер
Производственная студия: Prologue Films

Монтажёр: Натэниел Парк

Художница раскадровок: Лиза Болан

Оригинал на сайте Art of the Title
Перевод: Антон Данилов