Тень Затонувшего города. Глава I

Триш Скарборо вздохнула и откинулась на спинку стула. Дымный воздух кафешки сотрясался от звука. Музыка и голоса накатывали пульсирующими приливами, раздувая угольки зарождающейся головной боли. В Париже нынче стало громко, даже в тихих его уголках. Город Огней стал городом шума, и Триш затосковала по тихой Венеции.

Она отпила свой эспрессо, мечтая о чём-то покрепче, скинула пепел с сигареты на край блюдца и затянулась, чтобы успокоиться. Последние дни выдались напряжёнными. Она только что вернулась из разведывательной экспедиции в неприятный уголок Венгрии под названием Стрегоикавар. Большевики тоже интересовались этим местом — видимо, из-за документов, похищенных у немцев. Триш не увидела там ничего стоящего — разве что для тех, кто любит скверные чувства и ещё худшие воспоминания.

Ей было вдоволь и того, и другого, и она покинула Венгрию на шаг впереди русских. Большевики знали, как она выглядит, и всё точили на неё зуб после недоразумения в Триесте. Но она не особо об этом беспокоилась — у них были дела поважнее. Как и у всех.

Происходило нечто скрытое от глаз, в тёмных уголках по всему миру. Все спецслужбы западного полушария были приведены в состояние повышенной готовности, но не знали из-за чего. Все они чувствовали это, как дрожь, проходящую по линии разлома. Но выглядело будто она единственная имела понятие, что было причиной всему этому. И это пугало её.

Триш всегда умела решать головоломки. Она видела закономерности так же, как другие видят цвета. Порой, однако, эти закономерности были частью более крупного целого. Директор Ярдли, Бюро шифров и правительство США возложили на неё обязанность нащупать очертания общей картины. Вот только эта картина с каждым днём становилась всё более неприятной и неопределённой.

Ходили слухи, что Ярдли собирается покинуть пост. Придёт кто-то новый, но кто именно — неизвестно. Однако кто бы это ни был, они уже начали совать нос куда не следует. Нескольким агентам, в том числе Триш, мягко намекнули присоединиться к Ярдли в отставке. Но ей никогда не нравилось выходить из игры до окончания партии.

Ещё глоток эспрессо, ещё затяжка. Её взгляд остановился на двери. Её контакт опаздывал, а значит, и она опаздывала с отчётом в управление. А значит, парижский офис нервничал ещё больше, чем он нервничал прежде. После Массачусетса все были на взводе. После Аркхема. Не то чтобы она точно знала, что случилось в Аркхеме. Похоже, никто не знал, но всё это вызывало крайнее беспокойство у самых разных — и очень странных — людей. А это, в свою очередь, заставляло нервничать её.

Инстинкты кричали «Беги!», но не в каком-то конкретном направлении, а прочь. Но это было не очень продуктивно, так что она решила делать то, что у неё получается лучше всего — искать закономерности в хаосе.

— Скарборо. Выглядишь уставшей. Тяжёлый день?

Триш подняла взгляд. У столика стоял худой бледнолицый американец в узком костюме, расплывшись в улыбке. Чонси Свонн вряд ли мог сойти за красавца в чьих-то глазах, кроме разве что собственных.

— Ты опоздал, Чонси.

— Не думал, что у меня график, — ответил Чонси, сняв и бросив на стол соломенное канотье. Он щёлкнул пальцами куда-то в направлении официанта, получил в ответ неприятный взгляд, который он абсолютно проигнорировал, и заказал кофе на ломанном французском. Для человека, так много путешествующего, Чонси не был силён в языках.

— Что ты хотела, Скарборо? У меня много дел.

— И как твои дела, Чонси? Что-то ты выглядишь потрёпанно: локти лоснятся, шляпа растрепалась по краям. Чёрная полоса?

— Я сейчас между заказами, — сказал Свонн напряжённо. Он называл себя «активоприобретателем», что было напыщенным синонимом слова «вор». До недавнего времени он работал на Карла Сэнфорда и «Ложу Серебряных Сумерек». Сэнфорд платил Чонси, чтобы тот приворовывал эзотерические вещицы, прикидываясь коммивояжёром.

— Как насчёт такого заказа? — Триш похлопала по конверту. — Здесь достаточно денег, чтобы ты по меньшей мере месяц не отказывал себе в вине и круассанах. — Она знала, что Чонси любит жить на широкую ногу. По этой причине он, собственно, и начал работать на Сэнфорда.

Свонн с осторожностью поглядел на конверт, будто ожидая подвоха.

— Не люблю круассаны.

— Купишь выпечку на свой вкус.

— И какие же услуги я должен оказать в ответ на столь великодушный жест?

— Мне нужны сведения.

— О чём?

— Расскажи мне про Аркхэм, — ответила Триш.

— Да нечего особо рассказывать. Я туда не возвращался с тех пор как Сэнфорд… Ну, ты понимаешь, — Свонн почесал подбородок и нервно обвёл глазами кафе. Интересно, чего он боялся. Чонси не из слабонервных, так что должен быть весомый повод. Он облизнул губы и его взгляд вернулся к Триш. — Я теперь вольный наёмник, если ты не слышала.

— Я много чего слышала. Но ничего — об Аркхэме. О потопе. Почему?

Свонн пожал плечами.

— Ты мне скажи. Из нас двоих на правительство работаешь ты.

Триш допила эспрессо и звякнула чашкой по блюдцу.

— Правительство говорит, что это было стихийное бедствие. Божья воля. Один случай на миллион.

— Ну вот и ответ на твой вопрос.

Триш неподвижно уставилась на него.

— Я хочу знать, что действительно там произошло.

Свонн отвернулся.

— Почему ты считаешь, что мне что-то известно? Я же говорю: я там уже больше года не был. Между нами говоря, я не скучаю. В Аркхэм никто не ездил — не ездит за приятным времяпрепровождением, так ведь?

Триш крутила чашку в руках.

— Чонси, как бы это помягче сказать? Ты таракан. Ты мелкими перебежками прыгаешь из одной тени в другую в поисках крошек и объедков.

Свонн шмыгнул носом:

— Это ты называешь «помягче»?

— Учитывая, что я о тебе знаю — да. Ты падальщик, Чонси. Ты слышишь всякое. Так что ты слышал?

— Про Аркхэм?

— О чём угодно, — холодно ответила Триш. Чонси прикидывался дурачком, и это начинало ей надоедать. Она решила показать зубы. — Ложа тебя больше не прикрывает, Чонси. Сэнфорд в бегах, и как я поняла, ему пришлось растратить всё своё влияние, чтобы сохранить свою шкуру. Возможно, хорошие отношения со мной помогут тебе однажды сохранить твою.

Свонн закурил. Она заметила, как у него дрожат руки.

— Знаешь, я что-то припоминаю, — выдавил он, помолчав. — Я был там на прошлой неделе.

— Значит, ты мне соврал? — она не была удивлена. Чонси лгал как другие дышат. Общаясь с ним, нужно было внимательно отделять зёрна от плевел.

— Я слукавил. Был там проездом. Ложи больше нет, конечно, но у меня там была припрятана заначка на чёрный день. И боже, кажется, это был самый чернющий день. Аркхэм выглядел будто по нему прошёл каток. Заводы, конторы, жилые дома — всё снесено. Смыло, будто и не было никогда, — взгляд Свонна затуманился. — Когда я приехал, они ещё разбирали завалы и вывозили тела. Я решил по-быстрому забрать свои вещички и сматываться. — он замолк. — Но я не один там ошивался. Имя «Рэндалл Тиллингаст» тебе что-то говорит?

— Звучит отдалённо знакомо. Богатая аристократия? Члены Ложи?

Свонн коротко усмехнулся.

— Не совсем. Тот же бизнес, но другая компания.

Триш нахмурилась:

— Какая именно? — по всем уголкам мира было разбросано множество тайных обществ. Шпионы и оккультисты всегда были где-то рядом, как яйца и молоко. За годы службы она столкнулась с достаточным их количеством. Сообщества вроде Красной клики и Фессальского сестринства — все странно-жуткие, но неприятности от каждого свои.

— Они зовут себя «Паломники Затонувшего города». Вряд ли про них что-то есть в чертогах твоего разума, а? — Свонн отмахнулся, не дождавшись. — Неважно. Мне мало что про них известно, и не очень хочется. Меньше знаешь — крепче спишь, так ведь? Особенно когда речь о таких вещах. Знаю только, что Тиллингаст был — и остаётся — как-то связан с ними.

— И откуда ты это знаешь?

— Потому что парень, прижавший меня в Аркхэме, искал его.

Триш постаралась не выдать своего удивления:

— Что за парень?

Своннн улыбнулся:

— Федерал, Бэнкс.

Триш запнулась.

— Бэнкс… Роланд Бэнкс?

Улыбка сошла с лица Свонна.

— Он. Вы друзья?

Она нахмурилась и отбросила внезапно нахлынувший поток воспоминаний — в основном дурных — из другого мира и времени.

— Не то чтобы. Чего он хотел?

— Того же, что и ты. Не хочу расстраивать, но ты не единственная ищейка, пытающаяся раскопать это крысиное гнездо. Этот твой Бэнкс вышел на ту же охоту. — Свонн задумался. — Конечно, я ему соврал. У меня с копами разговор короткий, особенно с федералами.

— Но со мной-то ты говоришь, — отстранённо ответила Триш.

— Ты не коп. — Свонн снова обвёл взглядом кафе. Интересно, кого или что он там высматривает. — Если Тиллингаст замешан в произошедшем с Аркхэмом, плохо дело. Я работал на него разок-другой, до того как Сэнфорд сделал предложение получше. Старина Карл был с заскоками, но Тиллингаст — рыба совсем другого сорта. Буквально.

— Я плачу тебе не за загадки, Чонси. Не отнимай у меня работу.

— Клянусь, это всё что мне известно. — Чонси потянулся через стол, будто собирался взять её за руку, но резко остановился на полпути. — Слушай, Триш, ты мне не нравишься, но я тебя всегда уважал. Так что прими то, что я сейчас скажу, как сказанное с самыми благими намерениями: Триш, оставь это в покое. Забудь Аркхэм. Забудь Тиллингаста. Найди другое занятие себе по зубам.

— Ты напуган, — мягко сказала Триш. Чонси в целом не был из смелого десятка, но чтоб нагнать на него столько страха, малокалиберного культа мало. Так взволновать его могло только что-то действительно большое. А это, в свою очередь, волновало её.

Свонн встал из-за стола, взял своё канотье.

— Да, чрезвычайно. Будь у тебя хоть немного мозгов, ты б тоже боялась. Мы мальки, Триш. Мы теперь в открытом море, здесь плавает большая рыба, и она голодна. Если прохлопаешь, съедят целиком. — Он бросил на стол несколько монеток. — Спасибо за кофе. Как насчёт никогда этого больше не повторять, м?

Триш проследила, как он протиснулся сквозь многолюдное кафе и исчез за дверью. Было чувство, что это последняя её встреча с Чонси. Может, и к лучшему. Хрупкий союз между Чёрной комнатой и Ложей Серебряных Сумерек канул в лету. Там ему и место. Она с самого начала выступала против этого, и убедилась, что это её мнение задокументировано. Недавние события подтвердили её правоту, но она и не надеялась, что Ярдли это признает. Но не то чтобы она собиралась злорадствовать — отношения с боссами оставались натянутыми.

Может, Чонси и прав. Может, стоит залечь на дно, и пусть надвигающаяся буря пройдёт мимо. Она тихонько усмехнулась. Ну нет. Это не в её духе. Никогда не было. Тут есть какая-то загадка, и она её разгадает.

Триш кинула на стол несколько су и поднялась. Надо сменить заведение. Она тут засиделась, и поблизости нет полицейской будки. Она забрала пальто и направилась к выходу. Но как только дверь за ней захлопнулась, она почувствовала резкую вспышку тревоги. За ней следили. И то был недобрый глаз.

Она задержалась на крыльце, прикинувшись туристом, что пытается сориентироваться в новом для себя месте. В Париже было много наблюдателей, приглядывавшихся в основном друг к другу: шпионы, большевики, и похуже. Она украдкой осмотрела улицу, но не заметила ничего за пределами обычного. Никто не крался в тенях, поджидая момента, чтобы схватить её. Никто не смотрел на неё явно. Однако она чувствовала на себе внимание невидимого наблюдателя, как зуд на шее.

Кто-то был здесь. Может, они шли за Чонси. Может, русские всё ещё хотели свести счёты. А может, это был кто-то — или что-то — ещё. Триш поёжилась, подняла воротник пальто и двинулась прочь от кафе. Что-то ей подсказывало, что в Париже ей больше не рады.

Пора домой.

Перевод: Евгений Сарнецкий

Оригинал: arkhamhorror.com