Страшные истории с Реддита №23 (страница 1)

Исчезновение дома номер 426

Я отчетливо помню ту ночь. В то время я жил в центре города.

Я спал, когда ровно в три часа ночи меня разбудил оглушительный звук — будто прямо над ухом затрубил гигантский горн. Одновременно началось такое мощное землетрясение, какого я в жизни не чувствовал. Казалось, сама земля под ногами рассыпается на части.

Но как только шум стих, дрожь тоже прекратилась.

Я выглянул в окно, но не увидел ничего, кроме густого тумана. Он был такой плотный, будто кто-то обклеил мои стекла толстым слоем ваты из подушек. Снизу, с улицы, доносились голоса. Решив, что на город обрушилось страшное землетрясение, я выскочил наружу.

На другой стороне улицы уже собралась толпа. Люди растерянно переговаривались, кто-то был в истерике. Все твердили одно и то же: один из домов исчез.

Я посмотрел туда, где раньше стоял дом №426. Там был просто пустой пустырь. Как будто здания никогда и не существовало. Посреди ночи семиэтажный жилой комплекс просто испарился вместе со всеми жильцами.

Полиция искала их месяцами. Эта история не сходила с новостных полос. Весь город был заклеен листовками с именами двухсот пропавших жильцов 426-го дома. Копы рыли землю носом, пытаясь найти хоть какой-то след. Но время шло, зацепок не было, и жизнь потекла дальше. Другие дела вытеснили это из заголовков, и люди начали забывать.

Остались только воспоминания тех, кто видел это своими глазами.

Настоящую разгадку (или что-то похожее на нее) я узнал лишь спустя годы.

Мы сидели у моего отца, выпивали с его приятелем. Этот парень раньше работал в полиции, и когда разговор зашел о странных исчезновениях, я спросил, нашли ли они хоть что-то о доме 426.

Его лицо изменилось. Он нахмурился, подался вперед и заговорил почти шепотом:

— Послушай, мне вообще-то нельзя об этом болтать. Но прошло уже много лет, и я верю, что вы оба не проболтаетесь. Мы нашли здание.

Это случилось через пару месяцев после исчезновения. Один из патрульных стоял на том самом пустыре, когда его рация вдруг поймала странный сигнал. Он клялся, что слышал крики сотен людей одновременно. Будто звуки самого ада пробивались сквозь помехи.

Мы решили, что сигнал идет из-под земли, и предположили, что здание каким-то образом провалилось вниз. Пригнали радар, который просвечивает почву. И — матерь божья — вот оно. В шестидесяти метрах под поверхностью. Самое странное, что мы сканировали это место сразу после исчезновения, и там ничего не было. Откуда оно взялось спустя два месяца?

В общем, они начали бурить из ближайшего тоннеля метро. Это заняло уйму времени. Никто не надеялся найти выживших — если бы люди не умерли от голода, они бы задохнулись. Полиция просто хотела понять, что произошло.

Но когда они наконец пробились внутрь, здание было абсолютно пустым. Ни единой живой души. И ни одного тела. При этом дом был полностью замурован в породе, никаких выходов. Они обыскали каждый сантиметр — люди просто исчезли.

Хотя, это не совсем правда. Одного из них все-таки нашли. Спустя еще пару месяцев.

В старом порту рабочие раскапывали фундамент старого склада и наткнулись на что-то мягкое. Экскаваторщик вышел из кабины и увидел, что всё залито кровью. Ковш расколол огромный валун, и внутри него оказался человек.

Он буквально врос в камень.

Но самое жуткое — его кожа была прозрачной. Как тонкая пленка на сосиске. Сквозь нее было видно всё: внутренности, кости, сосуды. И кровь была еще теплой, как будто он только что был жив.

Полицейские, которые приехали на вызов, сначала посмеивались, пока сами не заглянули в расколотый камень. Мои друзья-копы говорили, что в жизни так не пугались. Мужчина был частью этого валуна — невозможно было понять, где заканчивается его кожа и начинается камень.

Тело доставили судмедэксперту. Тот за двадцать лет работы такого не видел. Знаете, что стало причиной смерти? Черепно-мозговая травма от удара ковшом экскаватора. То есть, понимаете? Он был жив внутри камня, пока по нему не ударили железом.

По анализу крови выяснили, что это один из пропавших жильцов дома 426. Вызвали семью на опознание. Но к тому моменту, как они приехали, тело... просто исчезло из морга. Пшик — и нету. Испарилось. Камеры ничего не зафиксировали. Мы так его и не нашли. И никого из остальных тоже.

— Я уволился после этого дела, — закончил рассказ бывший коп. — Просто не смог больше там находиться.

Мы долго сидели в тишине. Я знал, что этот человек никогда не лжет. К тому же, я сам был там в ту ночь. Я видел, как дом исчез. И эти подробности сделали ту старую историю слишком реальной.

Через какое-то время он натянуто улыбнулся и перевел тему.

Я ушел от отца вскоре после этого. Сейчас я дома, и за окном снова чертовски густой туман. Я пишу это вам, потому что не могу выкинуть это из головы. Люди должны знать. У них были семьи, были жизни. Я не могу позволить им просто раствориться в небытии.

Я попробую разузнать что-то еще. Ради них. Скоро выйду на связь.

Источник

65 миллионов лет лжи

Я что, схожу с ума? Неужели все забыли, что динозавры вымерли 65 миллионов лет назад?

Окей, я знаю, заголовок звучит дико. Знаю. Но, пожалуйста, выслушайте меня. Мне кажется, я схожу с ума, и мне нужно, чтобы кто-то — хоть кто-нибудь — сказал мне, что это не так.

Все началось три недели назад на уроке истории США. Мы как раз закончили тему Вьетнамской войны, и мистер Хендерсон начал рассказывать про «Реконструкцию». Обычное дело, да? Нет.

Он вывел на экран слайд, и я клянусь — там была фотография Тираннозавра Рекса в костюме. В полноценном костюме-тройке, с галстуком. Он стоял на президентской трибуне с национальным гербом и всем прочим.

Я подумал: это шутка. Ну, какой-то мем, чтобы привлечь наше внимание. Мистер Хендерсон и раньше чудил: в прошлом месяце он вырядился Александром Гамильтоном и весь урок вел лекцию от его лица. Так что я сидел и ждал, когда же он рассмеется. Но шутки не было.

Мистер Хендерсон продолжал: «Президент Скейлз (запишите по буквам: С-К-Е-Й-Л-З, не ошибитесь в тесте) одержал сокрушительную победу на выборах 1974 года. Его предвыборный слоган — "Решать современные проблемы доисторическими методами" — нашел отклик у американцев, уставших от политической системы».

Я огляделся. Все записывали. Все. Моя подруга Джессика выделяла текст в учебнике маркером. Там была целая глава о президенте-динозавре. Я наклонился посмотреть: там были фото. Много фото. Президент Скейлз жмет руку Джеральду Форду. Президент Скейлз бросает первый мяч на бейсбольном матче. Президент Скейлз на инаугурации, его крошечные лапки тираннозавра едва достают до микрофона.

— Э-э, мистер Хендерсон? — я поднял руку. — Да, Коннор? — Это что... мы проходим какое-то упражнение по альтернативной истории? Ну, типа «Человека в высоком замке»?

Весь класс обернулся и уставился на меня так, будто я спросил несусветную глупость. Мистер Хендерсон нахмурился: — Я не понимаю, Коннор. Мы изучаем эпоху Скейлза, это стандартная учебная программа. — Но... он же динозавр! Тираннозавр Рекс! А динозавры вымерли 65 миллионов лет назад!

Наступила мертвая тишина. Оглушительная. Потом кто-то хохотнул. Это был Брэд из футбольной команды. — Чувак, ты о чем? Ты под кайфом, что ли? — Нет! Я имею в виду, что динозавры и люди никогда не жили вместе! Он не мог быть президентом в семидесятых, потому что они вымерли за тысячи лет до того, как появились люди!

Мистер Хендерсон нахмурился еще сильнее. У него появился этот специфический взгляд — «учительское беспокойство», который обычно предшествует звонку родителям. — Коннор, боюсь, ты ошибаешься. Да, мезозойские динозавры вымерли, но динозавры кайнозоя — те, что пережили удар астероида — эволюционировали бок о бок с людьми, а некоторые даже развили интеллект. Мы же проходили это на биологии в девятом классе. Ты в порядке?

Мне стало дурно. Было чувство, будто я проснулся в другом измерении. — Не было никаких динозавров кайнозоя, — прошептал я дрожащим голосом. — Астероид убил их всех. Всех до единого. Это же азы науки!

Джессика толкнула меня локтем: — Коннор, серьезно, с тобой всё нормально? Может, сходишь в медпункт? — Да хватит притворяться! Будто живой динозавр в кресле президента — это норма!

Мистер Хендерсон встал: — Коннор, думаю, тебе стоит выйти подышать свежим воздухом. Поговорим после урока.

Я вышел в коридор, и меня просто затрясло. Я достал телефон и начал гуглить этот бред. Интернет-то уж точно докажет, что я не сумасшедший. Я ввел: «Президент Скейлз динозавр».

Результаты поиска: Википедия: Скейлз (1920–2003) — американский политик, 38-й президент США (1974–1982). Будучи членом Демократической партии динозавров, Скейлз стал первым тероподом, избранным на пост президента...

Там были сотни фотографий. Черно-белые снимки 50-х годов: молодой тираннозавр в военной форме. Цветные фото инаугурации 70-х: его когтистая лапа лежит на Библии, которую держит очень терпеливый судья Верховного суда.

Руки дрожали, когда я листал статью про «эпоху Скейлза». Ключевые достижения: Закон о примирении динозавров и людей 1975 года, создание Министерства палеонтологии, скандальная поправка о равных правах «двухпалых и двукогтых». И, конечно, скандал с «Парком Юрского периода» 1979 года...

Я нашел видео. Настоящие кадры выступления президента Скейлза. Его голос был хриплым, глубоким — голос гигантской рептилии. Его пресс-конференции выглядели безумно: репортерам приходилось использовать специальные высокие микрофоны, которые он то и дело случайно сбивал хвостом. На кадрах было видно, как он пытается подписывать законопроекты специально изготовленной длинной ручкой, зажатой в крошечных когтях, иногда преуспевая только с третьей попытки.

Вернувшись в класс, я не мог сосредоточиться. Мистер Хендерсон рассуждал о «движении за права велоцирапторов» и «трудовом споре с бронтозаврами 1976 года», упомянул назначение первого стегозавра в Верховный суд.

После урока он меня задержал. — Коннор, я волнуюсь. Твоя вспышка... это на тебя не похоже. Дома всё хорошо? — Мистер Хендерсон, при всем уважении, всё это — неправда. Динозавры вымерли. Их больше нет миллионы лет.

Он присел на край стола. — Коннор, я знаю, десятый класс — это стресс. Но выдумывание небылиц ничего не решит. Если у тебя проблемы с учебой, я могу назначить репетитора. — Я ничего не выдумывал! Это вы учите меня какому-то динозавру-президенту! — Верно, потому что в истории действительно были президенты-динозавры. На самом деле их было несколько, но Скейлз, несомненно, самый популярный. В конце девяностых пост занимал велоцираптор, хотя его срок был более спорным. — Замолчите! — крикнул я. — Не делайте вид, что это нормально!

Мистер Хендерсон встал с видом искренней тревоги: — Я позвоню твоим родителям. Думаю, тебе стоит зайти к школьному психологу.

Это было в понедельник. К среде я побывал у психолога дважды. Миссис Патерсон с раздражающим спокойствием заставляла меня «обсудить мое отрицание вымирания динозавров». — Это не отрицание, — твердил я. — Это факт! Вымирание, удар астероида, иридиевый слой в геологической летописи. Динозавры вымерли!

Она медленно кивала, что-то записывая. — Когда у тебя впервые появились эти идеи, противоречащие официальной истории? — Они не противоречат! Это и есть история! Настоящая!

— Коннор, я хочу, чтобы ты допустил мысль о диссоциативном эпизоде. Иногда давление заставляет нас сомневаться в реальности. Я хотел орать. Но сдержался и спросил: — Вы можете предъявить хоть одно доказательство, что динозавры выжили?

Она развернула монитор и зашла на сайт Смитсоновского института. Раздел: «Эволюция динозавров кайнозоя». Научные статьи, рецензируемые журналы, фото скелетов в музеях — не тех окаменелостей, что я помнил, а останков последних нескольких тысяч лет. На сайте была подробная хронология того, как мелкие тероподы выжили, зарываясь в землю, и за миллионы лет развили интеллект и мелкие, полностью функционирующие противопоставленные пальцы. Оказалось, мы сосуществовали с ними тысячелетиями.

— А как же «Парк Юрского периода»? — в отчаянии спросил я. — Фильм? Где их клонировали, потому что они вымерли? Миссис Патерсон в замешательстве моргнула: — Ты имеешь в виду документалку о нарушениях техники безопасности в тематических парках? Коннор, там не было клонирования. Фильм о том, как ради развлечения пытались генетически модифицировать умственно отсталых динозавров, чтобы сделать их агрессивнее, что привело к трагедии 1993 года. — Нет, нет, нет! Этот фильм вышел в 93-м, это фантастика, там было... — Фильм вышел в 95-м, он основан на расследовании Сената. Его снял Стивен Спилберг. Если хочешь пересмотреть, он есть в нашей библиотеке.

Меня едва не вырвало.

В четверг стало еще хуже. Мистер Хендерсон заболел (видимо, из-за стресса от общения со мной), и пришел замещающий учитель, мистер Гарсия. Он продолжил тему президента Скейлза. — Сегодня мы посмотрим кадры времен правления Скейлза, — сказал он, вкатывая старый телевизор. — Это выпуск новостей 1976 года.

Видео началось. Картинка была зернистой, старой, но абсолютно реальной. Уолтер Кронкайт сидел за столом, обсуждая рейтинги Скейлза. Потом показали самого президента на пресс-конференции. Меня поразило, насколько настоящим он выглядел. Его движения были плавными, естественными — никакой компьютерной анимации тех лет. Пока он говорил, его маленькие лапки неуклюже подергивались. Хвост мотался туда-сюда, сбив горшок с цветком. Агент Секретной службы невозмутимо поднял его.

Репортер спросил об экономике, и Скейлз ответил глубоким, резонирующим голосом: «Американский народ — и люди, и ящеры — заслуживает лучшего, чем экономический застой...»

Я встал, весь дрожа: — Это подделка! Это монтаж, дипфейк, этого не может быть! Весь класс вздохнул. Кто-то бросил в меня скомканную бумажку. — Коннор, сядь, пожалуйста, — сказал мистер Гарсия. — Нет! Вы что, не видите, какой это абсурд?! Динозавры не носят костюмы! Они не умеют говорить! Они не смыслят в экономике! Это ящерицы! Мертвые ящерицы! — Это не ящерицы, — поправил Брэд. — Это тероподы, они родственники птиц, мы учили это в девятом классе. — В моей реальности они родственники птиц, потому что птицы — единственные выжившие динозавры! Маленькие такие! Они стали птицами! Они не становились политиками в галстуках!

Джессика расплакалась: — Коннор, ты пугаешь меня. Мистер Гарсия выключил телевизор: — Коннор, мне нужно отвести тебя к директору. — Ну и ладно! Может, директор Родригес — единственный нормальный человек в этом здании!

Предупреждение: директор Родригес оказался не совсем «человеком».

Директор Родригес — велоцираптор. Конечно, я видел его раньше. Я учусь в этой школе три года. Но я никогда не вглядывался в него по-настоящему. Ростом около полутора метров, покрытый перьями, с теми самыми изогнутыми когтями. Когда я вошел, он встал из-за стола, балансируя хвостом.

— Коннор, присаживайся. До меня дошли слухи о твоем странном поведении. Я просто смотрел на него. На гребень на голове. На когти, которыми он держал ручку. На его янтарные глаза — глаза хищника, которые, казалось, отслеживали каждое мое микродвижение. — Вы динозавр, — сказал я. — Я велоцираптор, верно. А ты человек. Рад, что мы определились с видами. Теперь скажи, что значит это твое «отрицание существования динозавров»? — Я не отрицаю. Вы здесь, я вас вижу. Но это ненормально. Мир так не устроен!

Он откинулся в кресле (в спинке которого было специальное отверстие для хвоста). — Коннор, честно говоря, это похоже на нечто большее, чем просто стресс. Я советую тебе обратиться к врачу. Я звоню твоим родителям.

Через час приехали родители. Поездка домой была тихой, пока мама не обернулась с переднего сиденья. — Коннор, милый, что происходит? Мистер Родригес сказал, ты утверждаешь, будто динозавров не существует? — Не то чтобы их не существует сейчас. Их не должно было быть в прошлом! Они вымерли 65 миллионов лет назад, не эволюционировали вместе с людьми и уж точно никогда не были президентами!

Отец крепко вцепился в руль: — Сын, я не знаю, что за этап у тебя в жизни, но это надо прекратить. Ты срываешь уроки и пугаешь учителей. Твое отрицание динозавров звучит так, будто ты начитался конспирологии в интернете. — Это не конспирология! Это настоящая история! Астероид! Массовое вымирание! — Да, было вымирание, — терпеливо сказала мама. — Большинство видов погибло. Но мелкие динозавры и тираннозавры выжили. Они эволюционировали. Это же база, Коннор. Ты учил это в начальной школе. — Нет! Я учил, что выжили только птицы!

Папа заехал на дорожку к дому и заглушил мотор. Он посмотрел на меня в зеркало заднего вида, и я увидел, что ему по-настоящему страшно. — Тебе нужна помощь. Правда. Это ненормально.

И тут я совершил ошибку. Я достал телефон, чтобы показать им ту самую «правильную» Википедию из моей памяти. Но когда я открыл страницу, там было всё то же самое. Президент Скейлз. Демократы-динозавры. Закон о примирении. Я бросился к своим старым учебникам. Выхватил книгу по всемирной истории с полки. Четырнадцатая глава называлась: «Эпоха сотрудничества динозавров и людей». Иллюстрация: трицератопс тянет плуг, а человек-фермер направляет его.

— Это не моя книга, — прошептал я. — Кто-то их подменил. Мама заплакала: — Ох, малыш...

В ту ночь меня отвезли в приемный покой. Врач была доброй. Слишком доброй. Такой добротой светятся люди, когда думают, что ты окончательно лишился рассудка. — Коннор, это доктор Патель. Расскажи, что ты чувствуешь? — Все думают, что в истории был президент-динозавр. Все ведут себя так, будто мы всегда жили вместе. Но это не так. Она кивала, делая пометки. — Когда ты впервые заметил это... противоречие? — Три недели назад. В понедельник. На уроке истории. — Ты принимал наркотики? Травку? — Нет. — В семье были случаи психических расстройств? Шизофрения? — Нет! Я не сумасшедший! — Я не говорю, что ты сумасшедший, Коннор. Но у тебя случился разрыв с общепринятой реальностью.

Меня положили в психиатрическое отделение на обследование. Я провел неделю в подростковой палате больницы Святой Марии. Это была худшая неделя в моей жизни. Все были такими милыми, такими понимающими. «Мальчик, который думает, что динозавры вымерли».

На групповой терапии я сидел с ребятами, у которых были реальные проблемы, и пытался объяснить: нет, у меня нет галлюцинаций. Да, я знаю, что динозавры существуют сейчас, но их не должно быть. Девочка по имени Сара, которая лежала там из-за панических атак, пыталась мне помочь: — Может, ты пересмотрел каких-то фильмов? Фантастики? — Я помню, как учил это. В школе. В книгах. В музеях. Чиксулубский кратер. Иридиевый слой! — Но это же частичное вымирание, — мягко сказала она. — Большинство погибло, но не все. Мелкие выжили. Как ледниковый период не стер всех млекопитающих.

Мой терапевт, доктор Ривз, выбрала другой подход. Она хотела, чтобы я «принял реальность такой, какая она есть, а не такой, какой хочу ее видеть». — Иногда наш мозг создает ложные воспоминания. Это случается чаще, чем ты думаешь. Ты мог что-то перепутать или принять сюжет книги за реальность. — И так всю жизнь? Я всю жизнь путался? — Это не твоя вина. Мозг сложен. Но хорошая новость в том, что мы справимся с этим вместе.

Мне прописали таблетки. Антипсихотики. Но у меня не было галлюцинаций. Галлюцинации были у всех остальных. Или они все находились в коллективном бреду. Или я действительно провалился в параллельную вселенную, где динозавры интегрировались в общество и баллотировались в президенты.

К пятому дню я выдохся. От таблеток кружилась голова. Каждый разговор, каждая процедура подтачивали мою веру в себя. Может, я правда ошибся? Доктор Ривз показала мне фото из моего детства. Пятилетний я стою в секции «Современные динозавры» в Музее естествознания рядом с живым стегозавром. Я восьмилетний в контактном зоопарке кормлю зверушку, похожую на маленького пахицефалозавра.

— Ты помнишь это? — спросила она. Я помнил. Смутно. Воспоминания были одновременно реальными и нет, как 3D-картинка, которая проявляется, только если расфокусировать взгляд. — Я... я помню этот зоопарк. Но там не было динозавров. Были козы. — Ты уверен? Посмотри на себя на фото. Ты выглядишь счастливым. И правда, я улыбался до ушей, протягивая еду существу, которого не должно существовать.

На седьмой день я сдался. — Хорошо, — сказал я. — Хорошо. Вы правы. Я ошибся. Динозавры выжили. Они эволюционировали. Президент Скейлз был настоящим.

Доктор Ривз улыбнулась: — Очень хорошо, Коннор. Это огромный прогресс. Как ты себя чувствуешь? — Я устал. — Это нормально. Ты долго боролся с реальностью. Теперь ты можешь отдохнуть. На следующий день меня выписали.

Родители забрали меня. Они светились от облегчения. Мама обнимала меня минут пять, пока папа подписывал документы. В понедельник я вернулся в школу. Все были необычайно дружелюбны. Знаете, это такое специфическое дружелюбие — когда все за тобой втайне наблюдают, ожидая, когда ты снова сорвешься.

Мистер Хендерсон отвел меня в сторонку перед уроком: — Коннор, рад твоему возвращению. Готов продолжать? — Да, сэр. — Вот и славно. На этой неделе мы заканчиваем администрацию Скейлза и переходим к эпохе Рейгана.

Я сел на место. Джессика сочувственно улыбнулась. Брэд кивнул. Мистер Хендерсон начал лекцию: — Как мы уже обсуждали, экономическая политика президента Скейлза, хоть и была спорной, в итоге оказалась успешной. Программа «Юрские рабочие места» вернула миллионы американцев — и людей, и динозавров — к труду после рецессии...

Я делал записи. Подчеркивал важное. Смотрел на фото президента Скейлза на государственных приемах: вот его короткая лапа тираннозавра жмет руку иностранному дипломату, вот его хвост аккуратно прижат, чтобы не снести антикварную мебель в Белом доме. Я принимал всё это. А что мне еще оставалось?

Это было две недели назад. А вчера я поехал к бабушке. Она живет в доме престарелых «Поместье Средневековья» в часе езды от города. Мы пили чай, и вдруг она сказала нечто такое, от чего у меня мороз пошел по коже.

— Слышал новости? — спросила она, макая печенье в чай. — Семья Скейлза подумывает снова выдвигаться. Я замер: — Что? — Ну, не сам президент, конечно. Его внук, Скейлз Третий. Он станет первым политиком в третьем поколении в президентской семье. Как волнительно! — Бабушка?.. — О, дорогой, его внук — видная фигура в Демократической партии ящеров. Говорят, пойдет на выборы 2028-го или 2029-го. — Это... это... — Через три-четыре года, да. Удивительные времена! Я голосовала за его деда в 1974-м. По мне, он был лучшим президентом. Он по-настоящему объединил страну после Вьетнама.

Руки задрожали. — Бабушка, можно вопрос? Ты помнишь Вьетнамскую войну? Вот прям по-настоящему помнишь? — Конечно, милый. Страшное было время. Твой дедушка ведь служил. В 23-й воздушно-десантной дивизии, в разведотряде птеранодонов. — Разведотряде... кого? — Птеранодонов. Летающих динозавров. Они были незаменимы для воздушной разведки. Дед рассказывал истории о своем друге-птеранодоне, милой диморфодонше по имени Ширли.

Я поставил чашку, иначе я бы ее разбил. — Бабушка, динозавры воевали во Вьетнаме? — Да, некоторые виды. В основном летуны и мелкие велоцирапторы. Тогда было много споров, этично ли отправлять динозавров в зону боевых действий. Альянс по правам динозавров устраивал кучу протестов.

Я отпросился в туалет. Заперся там и достал телефон. Ввел в поиске: «Динозавры во Вьетнамской войне». Страница за страницей. Документы Пентагона, раздел об операции «Громовая ящерица». Зернистые цветные фото 60-х: солдаты в вертолетах, а вокруг кружат птерозавры. Репортажи о протестах. Свидетельства ветеранов о том, как они сражались бок о бок с динозаврами. Целая статья в Википедии о «Красной угрозе рапторов» — о том, как американцы боялись, что коммунистические динозавры из Китая проникнут в Штаты.

Я посмотрел на себя в зеркало. Бледный, дрожащий, на грани срыва. Но в этот раз я не стал бороться. Я не хотел больше спорить. Я не хотел возвращаться в больницу.

Поэтому я пишу это на Reddit. Сейчас два часа ночи. Кажется, у меня начинается нервный тик. Я просто хочу знать:

Хоть кто-нибудь помнит, что динозавры вымерли 65 миллионов лет назад?

Источник

ПРОДОЛЖЕНИЕ (ТЫК)