О незавершенности материи

Незавершенность материи, о которой пишет Марина Бурик - это мысль, требующая апробации внутри философского сообщества. Здесь же я позволю себе пересказать её идею и порассуждать на тему, тем более политические выводы из её идеи будут очень важными. Смысл идеи состоит в том, что у истории нет никакого генерального божественно госплана развития мира по заранее заданной материалистической необходимости. Что это значит? Мы знаем принцип детерминизма – у каждого следствия есть причина, а каждая причина даёт следствие. Также мы знаем, что именно этот принцип раскрывается с разных сторон науками, выявляя закономерности. В конце концов, в марксизме исторический материализм, как логика развития истории, тоже является такой закономерностью – генплан истории. Так вот, Марина усомнилась в наличии этого генплана. При этом она не отрицает необходимость, но предлагает смотреть на неё иначе, не так, как мы привыкли - как исторические рельсы, свернуть с которых история не может. Марина показывает, что может! И более того, история постоянно это делает даже без человека. А всё потому, что рельсы истории остаются только позади паровоза, а впереди – множество ещё не завершённых битв различных тенденций, исход которых формирует рельсы каждый метр своего пути. То есть, впереди ничего нет. Заранее всё предсказать невозможно не потому что тенденций очень много и нам их тяжело посчитать, а потому, что результат борьбы и снятие противоречий – это не математическая формула, а предсказывать их можно лишь обще-логически.

Тут не последнюю роль играет случай. Например, слабая тенденция на большой выборке будет проигрывать и в конце концов исчезнет. Но если она однажды выиграла, а выборка случая оказалась единичной, то мы имеем другую историю. Не упади метеорит, возможно млекопитающие так и не получили бы эволюционного шанса на развитие из-за тирании «ящеров» и не появились бы разумные люди. Но глядя назад, мы видим чёткую причинно-следственную связь появления людей. Это и есть рельсы истории, которые хорошо просматриваются сзади, но можно ли было предсказать появление людей из законов эволюции? Пришлось бы учесть ещё и астрономию, как фактор окружающей среды. Хотя это совершенно другая наука. И как легко нам говорить, когда задним числом мы уже знаем результат! По сути, когда мы говорим о господстве необходимости в движении истории, мы очень хитрим, т.к. просто подгоняем известные нам законы, под известный результат. На практике же, рельсы истории не проложены даже в следующую секунду нашего бытия, но прокладываются каждый миг. Надеюсь, мои метафоры верно передают идею.

Мы привыкли, что всё складывается только одним определенным образом и сложиться иначе никак не может. Но как тогда возможна свобода и субъектность? «Есть генеральный план истории, познавай его и следуй ему - вот тебе и свобода» скажут многие. Это спинозовское понимание свободы, которое не устраивает Марину.

Хотя, если мы сами составим план нашего развития - то это уже другой разговор, это уже наша свобода составить его тем или иным. Но Марина критикует другой план - внечеловеческий, природный, физический, биологический, социальный (бытие определяет сознание) - всё это хоть и имеет известное влияние на человека и закономерности общественного развития, но дело в том, что человек всякий раз умеет увертываться от событий, которые вроде бы должны случиться с неизбежностью. Чего только стоит усилие человечества (во всяком случае усилие одного класса и недостаточное усилие другого), чтобы не допустить коммунизм в ХХ в! Да и не только человек, в природе такие «увёртывания» повсеместны. Но когда мы смотрим назад, то всегда видим, что это произошло в строгом соответствии с законами действительности и нигде они не были нарушены (ай как удобно быть умным, когда уже всё случилось!). Однако то, какой будет жизнь, определяется не только отдельными законам природы, а согласно сложной борьбе всевозможных тенденций. Всё это сложит единый поток движения материи. Есть ли у этого движения логика? Есть. Есть ли у него направление? Есть. Есть ли цель? Если мы верим в материю, как в бога, то да, у этого движения даже цель есть. Но нам всё-таки интересна философия, в которой мы сможем понять свободу и субъектность без бога.

Мы можем предсказать, через сколько времени в земле разложится пластик, когда выгорит солнце и даже когда остынет вселенная. Но это всё отдельные необходимости, рассмотренные по отдельности и независимо друг от друга. Однако общий характер развития материи в этом плане предсказать вряд-ли получится. Предположу, что предсказание невозможно, т.к. материя не конечна в пространстве. Или говоря иначе, если бы материя была замкнутой средой (запаянной колбой с веществом), то её можно было бы описать по-спинозовски, говорить о её себе-равности и логической завершенности, где каждое твоё личное решение было бы просто твоим отражением необходимости на пути к равности самой себе. То есть ты в этой схеме - шестерёнка субстанции или раб божий (отчего, конечно, должен испытать восторг, т.к. другие не смогли дослужиться до такого великого звания и остались слепцами).

Короче, идея Бурик состоит в том, что жизнь и история - это результат НЕ только строгих причинно-следственных связей, но и борьбы разных тенденций и стихий. Всякий закон и всякая необходимость хорошо себя проявляют в одних условиях и совершенно бессмысленны и незначительны в других. Это как взять сообщающиеся сосуды, кинуть их в багажник шестёрки, на которой подросток дрифтит по городу и ожидать, что в процессе езды, жидкость выровняется, ибо есть закон! А потом удивляться, что колбы разбиты, а закон так и не успел себя нам показать.

Легко предсказать, что результатом борьбы зайца с волком, будет сытость волка. Можно заметить за этим также и роль этой борьбы в ещё большем процессе - пищевой цепи. А там разглядеть эволюционные законы. И т.д. Тем самым вписать гибель ушастого в генеральный план необходимости (или бога, что одно и тоже). Однако такой взгляд абстрактен и не замечает случайности, при которой заяц удирает от своей судьбы, а мы потом этот побег культивируем и снимем многосерийный мультфильм (Ну, погоди!), возводя тем самым спасение зайца в абсолют, что является чисто нашей забавной прихотью в области идеала. Эта борьба зайца всегда «побеждающего вопреки» пищевой цепи, как говорят, часть культурного кода. У американцев правда есть свой аналог (Том и Джерри), где «необходимость» также попрана. Особенно поражает живучесть кота. Уйдём от художественных образов и вырвем реального зайца из его тяжёлой лесной жизни, поместим его в клетку и начнём откармливать, защищая от хищников, готовя ему участие в той необходимости, которую придумали мы. Ещё мы можем составить гистограмму распределения плотности вероятностей для того, чтобы увидеть статистический закон поедания зайцев в дикой природе. Тем самым даже за случайностью найти необходимость. Но какая-нибудь засуха или вытекшая из резервуаров патанинская нефть, уничтожает флору, а за ней и фауну вместе с тем законом распределения поедания зайцев волками, который мы обнаруживали ранее. Поэтому любая необходимость будет работать только в известных и неизменных условиях.

Природа постоянно демонстрирует изолирование одних законов и выдвижение на передний план действие других. Именно это и складывает незавершенность материи, а для нас, для людей - условие свободы. Мы познаем законы в определённых условиях, а потом можем воспроизводить эти условия в других местах и получать действие нужных для нас законов. И это есть свобода. Она возможна потому, что в природе так и происходит даже без людей.

В каждый момент времени происходит определение того, каким быть настоящему. Любо мы в этом участвуем, либо нет. И оно может быть разным! Сама необходимость позволяет ему быть разным! Кажется (пусть эксперты меня поправят), это то, чего нет у других философов материалистов, которые предполагают только один исход необходимого движения. Жизнь - это задача, в которой не один правильный ответ, а куча! Причём неправильные ответы тоже правильные и участвуют в построении рельс истории.

Получается материя развивается вслепую: как сложилось – так и сойдёт. А разум, в конечном счёте, может принять участие в её развитии. Если Спиноза говорил, что даже бог не свободен и подчинен необходимости, то мы теперь говорим, что необходимость сама не знает чего хочет. Главное, чтобы мы знали, чего мы хотим. Именно это отличает нас от бога. Мы можем быть свободны!

Отсюда вытекает важный политический вывод - “Коммунизм - не новый год. Не построишь - не наступит”. Да, этот вывод не нов, но ново его теоретическое обоснование, из которого следует, что и коммунизм может быть разным. Это обращает нас к пониманию нового аспекта свободы. Свобода - это ответственность за то, как мы проживаем жизнь, за то, как мы понимаем мир и как действуем в нём. Здесь с нового ракурса становятся актуальны слова Андрея Шигина: “А наши не придут… Все наши – это мы”.

Ещё раз, вы же понимаете, что коммунизма может и не стать?