[Наварро] [4 том] Глава 13 (ч.1)

18+ | Предназначено для личного ознакомления и не является пропагандой. Запрещено копировать и распространять в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.

Проект: Bestiya
Ранний доступ: BOOSTY

▬▬▬▬▬||★||▬▬▬▬▬

…драки — это конёк Джуно.

Джихён хорош был не в драках, а в том, чтобы взвалить на плечи выдохшегося от драки приятеля и исчезнуть с места событий… или, как кто-то сказал, под конец потасовки оглушить её главных героев кирпичом по затылку и утащить.

В школьные годы он частенько так уносил Кан Джуно домой.

Но Кан Джуно проигрывал только одному-единственному противнику, так что случалось это нечасто. Вернее, почти никогда.

Этой «легенды», про которого говорили, что он одним своим лицом обманывает, в этот момент ужасно не хватало.

— А ты приехал на удивление быстро, а?

В тот момент, когда Джихён открыл дверь и вошёл, Юн Ходжин, сидевший на складном стуле в одном углу просторного, почти пустого офиса, удивлённо выпучил глаза. Он посмотрел на часы с искренним восхищением.

— С такой скоростью ты и с Чангёном потягаешься. Он, знаешь ли, неплохо водит мотоцикл.

Юн Ходжин говорил дружелюбным, поучительным тоном, даже изобразив на лице улыбку.

Назвать такое мастерство просто «неплохим вождением»… этот мужчина явно никогда в жизни не сидел на мотоцикле.

— А, да, — небрежно ответил Джихён и осмотрел офис.

Просторное помещение, площадью явно больше тридцати квадратных метров, было почти пустым, словно его никто не занимал. Из мебели — только стол, оставленный, видимо, предыдущими арендаторами, пара стульев и помятый шкаф.

И в этом просторном помещении до прихода Джихёна было четверо.

Юн Ходжин, сидевший на стуле, словно зритель; двое крепких, крупных мужчин, которых он, видимо, привёл с собой; и один молодой человек, который лежал ничком на холодном плиточном полу у их ног и стонал.

— Кёншик…

Джихён, помрачнев, позвал его по имени. 

На полу у его головы растеклась лужа крови, но он был в сознании. Когда Джихён позвал его, из него вырвался тихий стон. Он слегка дёрнулся, сжался и с трудом повернул голову в сторону Джихёна. Изуродованное, опухшее лицо посмотрело на него.

— Хён… — пробормотал он невнятно, но изо всех сил пытался встать, что говорило о том, что он, по крайней мере, не был покалечен окончательно.

«Уже хорошо», — с облегчением вздохнул Джихн.

— Вот почему друзей нужно выбирать правильно, — медленно произнёс Юн Ходжин, растягивая слова. 

Джихён повернул к нему голову. Юн Ходжин, лениво помахивая деревянной палкой длиной с предплечье, смотрел на него.

— За какие грехи в прошлой жизни, а? Этот парень так страдает из-за неправильного друга.

— Не стоило вам трогать невинных людей.

— Не стоило вам трогать невинных людей-то?

— Юн Ходжин, передразнивая Джихёна, встал со стула. 

Он подошёл к нему, легонько постукивая палкой по ладони. С каждым шагом его лицо становилось всё более злобным.

— Ты думаешь, сейчас подходящее время, чтобы строить из себя хорошего?

Не успел он договорить, как взмахнул палкой, которую держал в руке. 

<<Хрясь!>> 

Палка ударила Джихёна по виску и его голова резко дёрнулась. Палка была лёгкой, деревянной, так что удар был не очень сильным, но на щеке, оцарапанной шероховатой поверхностью, выступили капли крови.

Джихён, проверив рану, потёр щеку и впился взглядом в Юн Ходжина.

— Ублюдок. Ты ведь с самого начала всё задумал. Специально мне эту дрянь подсунул? Не так ли?!

Лицо, которое до этого, хоть и с издёвкой, но улыбалось, в одно мгновение исказилось от ярости. Выпученные глаза в упор смотрели на Джихёна, на расстоянии вытянутой руки.

— …откуда я мог знать, что вы возьмёте деньги в долг у ростовщиков? Или я вас к этому подталкивал? Решение о привлечении средств приняли вы.

Джихён в ответ посмотрел на Юн Ходжина. Когда он ответил резким, колючим голосом, Юн Ходжин выпучил глаза ещё сильнее.

На самом деле, нельзя было сказать, что он совсем не виноват. Джихён, несомненно, выдвинул это условие, рассчитывая именно на такой результат.

Но Джихён не был настолько наивен, чтобы чувствовать вину и извиняться за это. И не был настолько глуп, чтобы говорить правду.

Однако, скажи он правду или соври, как сейчас, результат был бы один. Юн Ходжин в ярости начал размахивать палкой.

— Ах ты, ублюдок! Ублюдок! Из-за тебя я!

«Если бы я сказал правду, было бы ещё хуже», — подумал Джихён и, начиная с третьего удара, стал уворачиваться.

Он был не Кан Джуно, и не собирался изображать героя из фильма, который в одиночку побеждает трёх человек (тем более, что двое из них явно были профессионалами), а потом спасает друга. Но и покорно подставляться под удары он, конечно, не собирался.

— Я не особо силён в драках, но раз уж я якшался с таким, как Джуно, то, значит, я вполне себе выше среднего…

Вырвав палку из рук Юн Ходжина, он сломал её и отбросил. Затем Джихён легко притянул Юн Ходжина за ворот и со всей силы врезал ему кулаком в лицо. Приятный звук отозвался в кулаке таким же приятным ощущением.

Когда бьёшь человека, невозможно не испытывать никаких эмоций. Бывают редкие исключения, вроде того типа, что курит сейчас внизу, но в большинстве случаев в момент удара возникает хотя бы крупица ненависти или возбуждения.

И у Джихёна тоже.

Гнев, который он подавлял, в момент удара по Юн Ходжину разом вырвался наружу.

— Что ты вчера сделал с Чхольджином? Из-за тебя он сейчас в больнице. Ну что ж, очень удачно. Я и сам хотел с тобой вот так встретиться. Когда у меня был бар, ты же до смерти замучил моих ребят, да? Выгонял их, выгонял клиентов, а потом даже до их семей добрался, так? Пожалуйста, раз уж ты родился человеком, так живи, сохраняя хотя бы минимум человеческого достоинства, а?

Да, очень удачно встретились.

Даже если его сейчас размажут по стенке эти двое здоровяков, которые уже спешат сюда, в этот момент он должен радоваться этой встрече.

Он хотел отвешивать по удару за каждую фразу, но, к сожалению, здоровяки растащили их, и остаток он просто выкрикнул.

Юн Ходжин, которому за эти несколько ударов он успел разбить нос и выбить пару зубов, сквозь невнятное бормотание выкрикнул ругательства и приказ:

— Убейте этого ублюдка!!

— Когда такое говорит тип, который, работая в строительстве, берёт в долг и играет в азартные игры, это не звучит как шутка… Кха!

Он хотел договорить, но ему в солнечное сплетение прилетел кулак, и слова застряли в горле.

Он, как мог, уворачивался от ударов кулаками и ногами, и даже пару раз ответил этим здоровякам, но силы были явно не равны. Хотя он и считал себя не совсем безнадёжным в драке, с профессионалами ему было не тягаться.

«Чёрт. Ладно, бейте. Избивайте до отвала, только бы с завтрашнего дня не трогали моих знакомых.»

Джихён сжался в комок под градом ударов, от которых его начало тошнить, а в ушах зазвенело. Он решил считать это наказанием за то, что, хоть и ради другого, но всё же подстроил ловушку, чтобы поставить человека в трудное положение.

Но обиднее всего было то, что этот Юн Ходжин, скорее всего, до самой смерти так и не поймёт, что он сделал что-то не так. Он так и будет помнить только то, что его несправедливо подставили. И будет продолжать делать то же самое, так и проживёт свою жизнь.

[«Ну, плохие парни чаще совершают зло, чем страдают от него, поэтому они к этому привыкли, а хорошие люди постоянно страдают, поэтому они привыкли к этому.]

Под градом ударов, когда ему попали прямо в челюсть и сознание на мгновение помутилось, ему вспомнились слова того молодого человека, который лежал сейчас на полу.

Да, так устроен мир.

И хотя Джихён жил, молча проходя мимо этого, ему это ужасно не нравилось.

Для этих ублюдков избиение — работа, а для хороших парней из его окружения — это дело случая, когда они попадаются по несчастью, или, как сказал тот тип, из-за не тех друзей.

…даже если он будет лежать в луже крови, он хотел перед уходом обязательно врезать этому типу ещё раз.

Но мысли Джихёна были бесполезны. Удары двух человек одновременно было довольно трудно выдержать. А тут ещё и Юн Ходжин, у которого от вида собственной крови снесло крышу, присоединился и начал пинать его.

— Ах ты ублюдок, ты что, думаешь, ты прав, а? Таких ублюдков надо просто..!

<<ХРЯСЬ!!>>

Внезапно перед глазами вспыхнуло красным.

Жар. Голова горела. Это горячее ощущение началось в голове, перешло в ухо, а оттуда потекло по щеке. Он невольно провёл рукой, и на тыльной стороне ладони осталась кровь.

Подняв помутневшие глаза, он увидел, что Юн Ходжин держит в руках стул.

Ли Джихён прижал руку ко лбу и медленно покачал головой. Голова немного кружилась, но, к счастью, серьёзных травм, кажется, не было. Похоже, кожа на голове была рассечена.

Может, стоило поблагодарить его за то, что он избавил его от жалкого чувства вины?

Джихён, постоянно вытирая тыльной стороной ладони струящуюся кровь, мельком взглянул на Юн Ходжина.

«Этого ублюдка я позже найду и обязательно изобью до полусмерти».

Подумав так, он протёр пальцем кровь, попавшую в глаз.

На очень короткий миг вокруг воцарилась тишина.

Джихён, вытиравший плечом кровь, стекавшую по уху, подумал, что его, должно быть, сильно ударили по голове, раз пропали звуки, и поднял голову и встретился взглядом. С мужчиной, который только что вошёл.

— …..

— …..

Как и Джихён, Чхве Чангён смотрел прямо на него.

Его безразличное лицо, на котором не дрогнул ни один мускул, медленно скользнуло от макушки Джихёна до кончиков его ног.

«Долго же он курил эту сигарету.»

Вот что пришло в голову первым.

Пока Джихён, постоянно вытирая залитые кровью глаза, молча смотрел на него, Юн Ходжин, который только что пинал его, увидел вошедшего Чхве Чангёна и удивлённо уставился на него.

— Э… Чан… гён-а… Ты что здесь делаешь?

Голос, которым он только что кричал, куда-то пропал, и Юн Ходжин заговорил неуверенно, с некоторой робостью. 

Джихён и раньше смутно это чувствовал, но, похоже, этот мужчина очень боялся Чхве Чангёна. Впрочем, мало кто мог запросто с ним общаться.

— Пришёл на экскурсию. Продолжайте. Не обращайте на меня внимания.

Чхве Чангён, как всегда, монотонно пробормотал это и, пнув ногой стул, на котором до этого сидел Юн Ходжин, сел. Он скрестил руки на груди, склонил голову набок и стал наблюдать за происходящим.

То ли сработала поговорка, что под давлением и привычное дело не делается, но Юн Ходжин, помедлив мгновение, бросил стул, который держал в руках, и нерешительно направился к Чхве Чангёну. Уходя, он не забыл бросить слово двум мужчинам, которые всё ещё держали Джихёна: «Продолжайте».

Пока Джихёна снова избивали, Юн Ходжин что-то говорил Чхве Чангёну. Доносились обрывки фраз, всё сплошь пустая болтовня. После приветствий он спрашивал, как дела у его отца, чем он сейчас занимается, говорил, что и сам хотел бы попробовать этим заняться, и всё в таком духе.

А Чхве Чангён, небрежно отвечая на его слова, сидел, скрестив руки на груди, не двигаясь, и пристально смотрел только на Джихёна.

Показывать только то, как тебя избивают, было довольно неловко. Если бы он пришёл чуть раньше, у него ещё остались бы силы, и он мог бы показать, как наносит пару ответных ударов.

«Неужели так себя чувствует маленький мальчик, которого избивают на глазах у понравившейся ему девочки?» — внезапно подумал он и усмехнулся про себя. 

Вернее, это было больше похоже на искажённую гримасу.

Вскоре Джихён, как мокрая тряпка, обмяк и рухнул на пол. Мужчинам, видимо, стало лень поднимать его и бить, и они лишь изредка, чтобы угодить Юн Ходжину, отвешивали ему по паре пинков.

Джихён решил просто закрыть глаза. Отчасти потому, что кровь постоянно лезла в глаза, а отчасти потому, что безразличный взгляд Чхве Чангёна, который не отрываясь смотрел на него, был почему-то тяжеловат.

Когда голос Юн Ходжина немного стих, Чхве Чангён наконец равнодушно спросил:

— Хён, это он тебе лицо разукрасил?

— А? Э-э, да, я на секунду отвлёкся, а он вдруг с кулаками… — послышался смущённый голос Юн Ходжина. 

Джихён, даже с закрытыми глазами, почувствовал лёгкое удовлетворение.

— Хм… Похоже, без кирпича ты и человека толком избить не можешь.

От этого холодного, пренебрежительного тона настроение снова испортилось.

— А, кстати, то здание. Я решил переоформить его на себя. Этот тип согласился.

— Да, это хорошо. Хотя, на самом деле, и без этого с юридической точки зрения не было бы никаких проблем.

— Верно. И ипотеку, и арест я тоже на себя взял.

— Э… — донёсся смущённый голос Юн Ходжина.

Из-за того, что глаза были закрыты, тонкие оттенки эмоций в его голосе ощущались ещё отчётливее. И в тот же миг Джихён понял.

Юн Ходжин знал, что деньги на самом деле принадлежали Чхве Чангёну. Он, вероятно, уже знал, что имя в реестре недвижимости было просто подставным.

И всё же он не мог сказать Чхве Чангёну ни слова.

— …..

Если бы горло и рот были в чуть лучшем состоянии, он бы громко рассмеялся над этим донельзя трусливым и мелочным человеком.

Не столько от злости, сколько от веселья Джихён улыбнулся. Щека слегка дёрнулась.

— Впервые в жизни вижу парня, который лежит избитый в кровь и при этом улыбается.

— …..

Похоже, он всё ещё не сводил с него глаз.

— А? Ах ты, ублюдок…

В словах Юн Ходжина, брошенных в сторону Джихёна, чувствовалась злость. После нескольких ударов на его лице, должно быть, тоже появились синяки. Будет больно умываться, так что пусть злится, это нормально.

Но всё же жаль, что не удалось избить его как следует. Ладно, пока что стоит немного успокоиться.

Говорят, человеческая душа коварна. Чтобы ненавидеть, тоже нужна немалая энергия. Поэтому Джихён, чувствуя, как ослабевает тело, немного расслабил и разум. Долго ненавидеть кого-то — не лучшее занятие для собственного душевного здоровья.

Его так долго избивали, что теперь редкие пинки в живот или по рёбрам уже не казались такими уж болезненными.

Именно в этот момент Юн Ходжин, словно внезапно вспомнив, сказал: — А, точно.

Кстати. Я у тебя кое-чему научился. Тому, что можно изнасиловать мужика и шантажировать его.

Сознание Джихёна, до этого мутное, внезапно прояснилось. Он даже открыл закрытые глаза и тут же встретился взглядом с Чхве Чангёном.

Возможно, тот всё это время не сводил с него глаз. Ведь стоило ему открыть глаза, как он тут же встретился с его взглядом.

Сидя перед Юн Ходжином, который так легкомысленно говорил о таких вещах, Чхве Чангён, выслушав его, немного помедлил и ответил:

— Это ты мне? 

«…изнасиловать и шантажировать. Разве я когда-то такое делал?»

Даже по мнению Джихёна, Чхве Чангён не был таким человеком. Он скорее просто изнасиловал бы, но не стал бы насиловать ради шантажа.

Однако, к удивлению, Юн Ходжин указал пальцем на Джихёна.

— Что, не помнишь? Ты же с ним это сделал. В том офисе.

— …ааа.

Чхве Чангён кивнул, как будто вспомнил.

И Джихён, конечно же, вспомнил, о каком случае говорит Юн Ходжин. Но он не мог так же согласно кивнуть.

Это не было изнасилованием. Нет, ситуация и обстановка были очень похожи, но это был не тот случай, когда Чхве Чангён мог бы согласно кивать.

«Какого чёрта ты там киваешь», — мысленно цокнул языком Джихён. 

А Юн Ходжин продолжил:

— Мне показалось, что будет забавно попробовать это снова, и я послал к нему человека, но этот идиот замешкался и вернулся ни с чем. Ну что ж, как раз сейчас и попробуем.

В тот момент, когда Юн Ходжин небрежно произнёс эти слова, Джихён замер и мельком перевёл взгляд в ту сторону, куда тот указывал пальцем.

Мужчиной, которого он назвал «этот идиот», был один из тех здоровяков, что до этого избивали Джихёна. Этот мужчина, который по телосложению был похож на Чхве Чангёна, смущённо почесал в затылке.

— Да я как-то не горю желанием с мужиком… Да и чтобы настроение было, нужно хоть какое-то сопротивление, а этот просто лежал смирно и делал, что говорят.

Услышав это оправдательное бормотание, Джихён мысленно застонал.

Точно, было такое. Загадка, которая осталась неразгаданной, разрешилась в самом неожиданном месте. Но радоваться разгадке этой неприятной тайны совсем не хотелось.

«Так вот оно что.»

Внезапно все эти странные события обрели смысл.

— Ха… — коротко вздохнул Джихён и с затуманенным от крови взглядом посмотрел на Юн Ходжина с недоумением.

Он много раз видел людей, опустившихся на самое дно, но этот был на самом дне дна.

— Смирно лежал? Хм, похоже, его уже не раз так. Тогда и шантажировать особо нечем, — разочарованно пробормотал Юн Ходжин.

И Джихён подумал, что для ненависти к этому человеку не понадобится много энергии. Такого человека можно было бы избить без всякой ненависти, без колебаний.

«Лучше бы я потерял сознание, чем слушать всё это», — со вздохом подумал он.

— Хаа… значит, ты послал вон того парня изнасиловать его, чтобы было чем шантажировать?... — с усмешкой сказал Чхве Чангён. 

Это был первый раз, когда он рассмеялся с тех пор, как вошёл. Он больше не смотрел на Джихёна. Его взгляд был устремлён на мужчину, который неловко стоял рядом с Джихёном.

— Ну, и как далеко ты зашёл? Рассказывай. Мне интересно.

Когда Чхве Чангён медленно спросил это, мужчина, поколебавшись, посмотрел на Юн Ходжина. 

Юн Ходжин тоже выглядел удивлённым таким вопросом, но кивнул, мол, говори. Мужчина, почесав в затылке, пробормотал:

— Да ничего особенного. Только собрался, а тут телефон зазвонил, и он сразу выбежал… Просто немного поцеловались…

Говоря это, мужчина, видимо, вспомнил что-то, и с отвращением потёр губы. Вряд ли это было приятное воспоминание и для него.

— То есть, это ты тот, кому сказали: «Вернусь и продолжим»? — с усмешкой спросил Чхве Чангён. 

Мужчина кивнул, «а, да», но потом, словно что-то заподозрив, нахмурился и склонил голову набок. 

Юн Ходжин, который был сообразительнее, растерянно посмотрел на Чхве Чангёна.

— Откуда ты это знаешь?

— Да… Ну и ладно. А то меня уже начало раздражать просто стоять и наблюдать, соблюдая нейтралитет.

Чхве Чангён медленно поднялся. И направился в эту сторону.

* * * * *
Глава 13 (ч.2)