Мальчик у реки
ДейВся кожа Уилбура синяя. Особенно губы. У него потрёпанная, старая, всегда чуть влажная одежда. И отвратительная белёсая плёнка на глазах.
— Пойдёшь сегодня на речку? — спрашивает он, зубасто улыбаясь и приподнимаясь на цыпочках, чтобы дотянуться до окна.
Техноблейд вновь поворачивается к книге на коленях, дочитывает последнее предложение и перелистывает страницу.
— Мех. Сегодня сыро.
— Бу-у-у, — дуется Уил, притворно хмуря брови, — Почему ты такой скучный? Мы давно не гуляли к лесу! Пойдём, порвём земляники.
— Ещё рано для земляники, — вздыхает Техно. — Я не пойду, Уилбур, и не упрашивай. Мы опять будем плутать до вечера, а у меня уроков много.
Он кидает взгляд на тихую утреннюю природу, вдалеке подёрнутую дымкой тумана. Из окна тянет прохладной свежестью, и Техно с отвращением морщится на грязь внизу. Уилбуру, впрочем, грязь совсем не в тягость: он безмятежно шлёпает по ней босыми, тоже ужасно синими, ногами, мешая в мерзкую кашу.
С Уилбуром Техно познакомился в начале весны, когда таял последний снег и совсем сошёл лёд с реки. Тогда мальчик чуть не полоснул незнакомца лопатой по голове, и спасло того только чудо и железное терпение Блейда.
Чаще всего Уилбур появлялся у реки и с улыбкой предлагал пойти погулять с ним, спустившись к самой водной глади. Техно, естественно, отказывался и уходил подальше: синюшняя кожа и блеклые глаза ни в малейшей степени не внушали доверия. Потом, поняв, что если не считать острословного языка, речной мальчик безобиден, Техноблейд перестал убегать и даже начал от скуки поддерживать диалог. Не считая всё тех же просьб «помочить немного ноги», их разговоры были вполне обычными.
Странно, но правда. Глаза и шестое чувство по краям разума вопят, что стоит перед тобой. Но когда Уил смеётся над твоими шутками, возмущается, притворно или искренне, над подначками и шутливыми оскорблениями, и спорит о начинках пирогов, предупреждающие об опасности инстинкты затихают.
К тому же, прогуливаться у реки в компании Уилбура всё же можно. Просто на почтенном расстоянии от воды — когда Техно поступил так в первый раз, Уилбур корчил обиженные рожи и обзывался, но потом переключился на расспросы, как же прошла сдача просроченной книги в библиотеку и что опять учудил малыш Томми.
— Всё-то у него уроки, всё-то у него дела, — Уилбур страдальчески вздыхает и даже ладонь к щеке прикладывает, актёр погорелого театра, — А я один скучаю.
— Ты просто бездельник.
— Неа, это просто тебе слишком много ерунды всякой задают!
— Ещё и неуч. Ну ка, расскажи мне хоть один стих.
— Ты сомневаешься в моих способностях, Техно? Узри же, — Уил набирает воздуха в грудь, и с чувством произносит: — Муха села на варенье — вот конец стихотворенья.
Уилбур раскланивается, Техно фыркает.
— Действительно, истинный гений. Раз так, может ты всю домашнюю работу за меня сделаешь? — ухмыляется Техноблейд.
— А какая оплата? — щурится Уил.
— Э-э-э… — Техно пожимает плечами, — Моя тебе признательность и уважение?
— Как мне кажется, это очень несбалансированная сделка, — Уилбур закладывает руки за спину и покачивается на пятках. И ведь не боится упасть. — Как насчёт булочек с повидлом?
— Значит, обойдёмся без признательности и уважения, — кивает Техно.
Уил смеётся. Майское солнце потихоньку нагревает округу, но день сегодня вряд ли станет менее сырым. Стрекочут кузнечики.
— Я зайду вечером, жди мою великолепную помощь!
— Если ты опять насоветуешь мне плохих советов и собьёшь мой режим, булочек не получишь!
Уилбур снова смеётся и убегает, сначала махом перебирается через забор, а потом несётся сквозь высокую росистую траву прямо к виднеющейся на горизонте ленте реки. Быстро и очень уж прытко для мёртвого.
***
Река поблёскивает в дневном свете, ветер громко шумит в листве и траве, продувая тонкую рубашку, накинутую поверх футболки. Ноги покусаны комарами, старые шлёпанцы норовят скоро порваться. Волос лезет в рот, и Техно заправляет его за ухо.
Уилбур уже стоит на берегу, задумчиво глядя на горизонт. Потом слышит шаги, поворачивает голову, и пустое выражение его лица сменяется радостной улыбкой.
— Что, отмучился? Ничего, несколько дней осталось, и будешь на три месяца свободен.
Техноблейд согласно мычит и неспешно проходит дальше, Уил следует за ним.
— Эта женщина снова приехала?
— Её зовут Кристин, — лениво отвечает Техно. Свежий воздух приятно прочищает мозги, и даже прохладная погода не мешает наслаждаться прогулкой. — Да, приехала на неделю примерно.
— Я сегодня видел, как она и твой отец на лавочке сидели, ворковали, — Уилбур ухмыляется, — Не боишься мачехой обзавестись, а?
— Чего бояться? Кристин милая, к нам хорошо относится, Томми её любит. И папу я таким счастливым давно не видел.
Уил хмыкает и замедляет шаг, чтобы подобрать камешек и кинуть его в реку. Техно тоже останавливается, смотрит на круги на воде, поднимает другой камень и пытается кинуть его так, чтобы он поскакал по воде. Не получается: он тихо булькает прямиком на дно. Мальчики пытаются ещё, но блинчики получаться никак не желают. В итоге Уилбур берёт какой-то особенно увесистый камень, чуть не роняет его себе на ноги, кидает в реку, и громкий всплеск заглушает хихиканья Уила и негодования Техно, на которого попали брызги.
— Хватит плескаться!
— Бе-бе-бе, неженка!
Техноблейд стоит рядом с Уилбуром у самой воды. Ни одного из них это ничуть не беспокоит.
***
— Ты не упадёшь?
Техно, задрав голову, смотрит на ветки и взгромоздившегося на них Уила. Они нашли в лесу, неподалёку от кромки, интересное дерево с огромным дуплом, и широкими, раскидистыми ветками, и Уилбур по случаю решил проявить свои навыки древолазанья.
— Не упаду! — упрямо заявляет он и цепляется за ещё одну ветку. К сожалению для него, больше лезть некуда, поэтому Уил только отплёвывается от прилетевшего в лицо жука и усаживается на дереве, болтая ногами в воздухе.
Птицы заливаются громкими трелями. Листья яркие, их насыщенный зелёный цвет кажется почти неестественным, будто их кто-то раскрасил краской. В лесных тенях жара, медленно, но верно набиравшая обороты, не страшна.
— Знаешь, я понял, кто ты, — Техноблейд скрещивает руки на груди.
— И кто же? — Уилбур не только изо всех сил болтает ногами, но и начинает наклонять туловище туда-сюда, рассматривая то Техно, то листву и небо.
— Бродячий кот. Гуляешь сам по себе где тебе вздумается, орёшь, лазаешь по деревьям, и я тебя подкармливаю.
— Тогда ты тоже кот, — Уилбур наклоняется вперёд совсем низко, так, что Техноблейд ощущает лёгкое беспокойство. Не за Уилбура, конечно, а за себя: вдруг это недоразумение на него упадёт? — Домашний. Любишь поспать, греться на солнце, и делаешь вид, что моя компания тебе неприятна и ты делаешь мне огромное одолжение, находясь со мной.
— Я передумал. Ты рыбёшка, и я тебе сейчас зажарю, — Техно подпрыгивает и пытается хлопнуть чужую пятку, промахивается, но Уилбур всё равно шатается и взвизгивает.
— Ах ты ж! Вепрь! — Уил ложится на ветку животом и обхватывает её руками и ногами, — Злющий!
Техно скалится воображаемыми бивнями, не сдерживая поднимающиеся уголки губ, а Уилбур дуется наверху. Будем надеяться, слезать рыбокот умеет также хорошо, как и карабкаться.
***
Крадучись на цыпочках в темноте, пытаясь не наступить на скрипучие половицы и при этом держа в руках две тарелки с кусочками торта и одноразовые вилки, трудно бесшумно открыть входную дверь. Да что там бесшумно, ему хотя бы просто открыть.
С занятыми руками отпереть засов всё же не удаётся, так что приходится признать поражение и отставить тарелки в сторону. Потом Техноблейд наконец выходит на крыльцо, в прохладный ночной воздух, закрывает дверь, выходит со двора и идёт за забор. Высокие кусты отбрасывают густые тени. На низенькой лавочке сидит Уил.
Техно подходит, садится рядом и протягивает торт Уилбуру. Тот радостно вздыхает и с улыбкой принимает угощение.
— Ну что, с днём рождения тебя, — тихо смеётся он, — Ах, малыш Техно теперь уже совсем большой! Сколько, говоришь, тебе?
— Тринадцать, — Техноблейд выдыхает смешок и подцепляет на вилку кусочек.
— Теперь мой ровесник. Скоро перерастёшь… — Уил пробует торт и довольно жмурится. — М-м-м, какая вкуснота! Домашний, да?
— Агась. Всей семьёй делали.
— Вчетвером? Томми тоже?
— Естественно, самый главный кулинар.
Мальчики хихикают и продолжают есть. Да, праздник удался на славу, вышло очень уютно и по-домашнему: Филза весь день весело суетился и смотрел на Техно с гордостью, Кристин приехала и сделала вид, будто не узнала «этого взрослого парня», Томми хвостиком ходил за всеми с намерением помогать во всём. Отпраздновали на кухне, в тесной компании. Техно понравилось.
Холодно, приходится то и дело прихлопывать комаров и отгонять мошек. Безветренно. Глаза потихоньку привыкают к темноте. Где-то вдалеке лает собака.
Когда с тортом закончено, Уилбур ставит тарелку рядом и тянется к чему-то под скамейкой.
— А теперь черёд моего подарка.
Техноблейд с удивлением моргает, когда перед его носом возникает букет. Совсем маленький, какой можно насобирать на прогулке. Полевые цветочки переплетаются с вкусно пахнущими травами, всё перевязано вьюнком.
— Извини, вещей у меня, сам понимаешь, особо нет, — Уилбур ухмыляется, немного смущённо, — да и денег тоже. А сырой рыбе, как я догадываюсь, ты был бы не очень рад… Блин! Вот я дурак! Я же мог тебе какой-нибудь красивый камешек со дна выловить!
— Ничего, в следующий раз выловишь, — Техно аккуратно берёт цветы, не касаясь холодных пальцев, пусть и не старался этого сделать. — …А когда твой день рождения?
— Сентябрь, — Уил упирается лопатками в забор и вытягивает ноги, — Четырнадцатое число.
Техноблейд хмыкает и кивает, а Уилбур вроде как хочет что-то спросить, но не спрашивает. Они сидят в тишине, пока Техно не зевает, и под причитания Уилбура о том, что «малыш Техно ещё не дорос до бодрствования по ночам, ути-пути», уходит в дом.
***
Техно пересаживает перцы из теплицы на грядки, соломенная шляпа защищает макушку от солнца, руки и ноги в пыли и грязи. Филза в гараже, жужжит столярными инструментами, Томми рядом, поливает щавель и траву из своей игрушечной лейки.
Шебуршание впереди и ощущение чужого взгляда заставляет поднять голову. А знакомая синяя кожа за забором — замереть.
— Ты что тут делаешь? — громко шепчет Техноблейд.
— Просто поздороваться пришёл, — Уилбур прячется за кустом, но в мозгу сам собой возникает образ хитрой широкой улыбки.
— Это кто там? Это готи? — Томми вскидывается и прекращает поливать.
— Нет, Томми, там нет никого… Не ходи по грядкам!
— Да я посто тататю! — ребёнок действительно начинает идти к брату по дорожкам между грядками. Год назад его такие условности не волновали, но с каждым днём малыш взрослеет и умнеет, чему Техноблейд не устаёт дивиться, а с каждой неделей становится всё болтливее.
— Чего? — спрашивает Уил.
— Просто посмотришь? Ну да, конечно, — Техно кладёт забытый в руках перец в лунку.
Томми подходит к Техноблейду и пытается разглядеть неизвестного за забором.
— Э-э-эй! Ты кто? — командирским тоном вопрошает он, упирая руки в бока.
— Я друг твоего брата, — в голосе Уила слышна улыбка, — А ты кто?
— Бата? Теки, у тебя есть дуг?
Уилбур смеётся, Техно закатывает глаза и продолжает высаживать перцы.
— Как тебя зовут, маленький? Сколько тебе лет? — Уил приподнимается на цыпочки, силясь незаметно выглянуть.
— Я Томми! Мне… Много! Я ого-омный! — ребёнок поднимает руки, «показывая мышцы», — Я гагагаю Теки поиват!
— Ему три, — говорит Техноблейд.
— Да, тыи! — Томми гордо показывает забору пятерню.
Уилбур снова заливается хихиканьем.
— Ясно, два огородника. Фу, и как вы в такую жару существуете вообще?
— Ещё совсем не жарко, — и это правда. Скоро станет гораздо, гораздо жарче.
— Да, не жалко! Это тепо-о! — подтверждает Томми.
— Ящерицы! — восклицает Уилбур.
Шум из гаража стихает. Техно оглядывается назад, потом поворачивается обратно и ищет совок, а когда поднимает голову, за забором уже никого нет.
— А де? Теки, дуга нету! Он паол себе домой!
— Ага. Домой.
В реку, вообще-то, но это лишь детали.
***
Когда Техно в первый раз касается Уила, то удивляется, что кожа его почти и не влажная. Только холодная. Ледяная даже. И гладкая, и как будто бы немного окоченевшая.
Они играют в догонялки и салят друг друга хлопками ладоней.
Они шутливо дерутся, раздувая одуванчики и марая одежду травяным соком.
Они плескают ноги в реке и поднимают друг на друга брызги, иногда задевая своими пятками чужие щиколотки.
И хотя Техноблейд где-то на подкорке сознания всё ещё ощущает, что касаться болезненно синей, гладкой и не по-живому холодной кожи неправильно, он относится к этому спокойно. Уилбур не выглядит и не чувствуется так плохо, как мог бы. У него энергичные, совсем не скованные движения, звучный голос и смех, всё ещё пушистые волосы, нет трупных пятен, и пахнет он только водяной стылостью, и то не всегда.
В конце концов, можно закрыть глаза и представить, что у Уилбура есть румянец на щеках. Что его глаза обычные, тёплые карие, без плёнки, и нет под ними тёмных провалов синяков. Что его волосы не просто пушистые, но и абсолютно сухие. Что его губы и кончики пальцев согреты кровью.
Это обман, конечно. Глупый и бесполезный. Но Техно интересно, хотел бы Уилбур действительно быть таким?
***
Уилбур забирается в дом, чтобы попробовать бутерброд с варёной сгущёнкой. Сначала он хотел забраться через окно, но его остановили сетка на окне («Видишь, прекрасно работает против вредителей!») и гневное возражение Техно («Не смей своими грязными ногами топтать мою кровать! Что значит чистые? Уилбур, они не могут быть чистыми по определению. И с подоконника ты прыгать тоже не будешь, прыгун несчастный.»).
Так что мальчик заходит через дверь, тщательно вытирая ноги о коврик. Он с неподдельным интересом рассматривает всё: от фотографий и памятных безделушек до мебели и липучек для мух.
Посиделки обыкновенные и довольно уютные. Почти как если бы Техно просто пригласил друга со школы. Они смотрят телевизор, пьют чай, разговаривают, негромко поют дуэтом, даже успевают поиграть в настольные игры.
А ещё выясняется, что Уилбур умеет втискиваться в тесные места. Ладно под кроватью, там и Техно с лёгкостью помещается, но вот пространство между шкафом и тумбочкой, под маленьким столиком, за креслом — вот это уже интересно. И немного жутко, потому что в тенях стиснутые синие конечности выглядят ужасно неестественно и навевают определённые нехорошие ассоциации.
А потом скрипит калитка и слышатся голоса Фила и Томми. Техноблейд на минутку выбегает в коридор, чтобы посмотреть в окно и убедиться, что это они, но когда возвращается в спальню, не видит в ней никого. Только влажные следы пят на полу.
Вот падла. В следующий раз будет вытирать за собой.
***
К середине лета Уилбур всё чаще выбирается с Техноблейдом гулять по деревне. По безлюдным улицам, а если прохожие и встречаются, то Уил, как обычно бесшумно и незаметно, прячется от них. И так же незаметно потом появляется на краю поля зрения, заставляя Техно вздрагивать и угрожающе махать в его сторону граблями или тяжёлым пакетом продуктов. Уилу, впрочем, всё равно, он на такое только хихикает и шутливо заслоняется. А потом призывает побегать наперегонки до ближайшего столба, или забора, или дерева.
Иногда он говорит что-то жуткое, и не всегда понятно, шутит он или нет. Например, страшилки про чёрный гробик на колёсиках распознать просто. Но однажды Уилбур остановился перед заколоченным, давно заброшенным и поросшим травой входом в какое-то полуподвальное помещение и сказал негромко и без театральных ужимок:
— Знаешь, однажды, когда я ещё был жив, я ошивался около этого места. Гулял, задержался допоздна, сумерки уже были. Я стоял тихо-тихо во-о-он у того угла и просто рассматривал округу в каких-то своих мыслях. А потом заметил, что из этого входа торчат руки. С бурыми разводами на пальцах и будто обугленные, елозили и пытались то ли что-то найти, то ли ухватиться. Или вообще вылезти. Видел бы ты, как я тогда домой бежал!
А в другой раз, лукаво поглядывая на фигуры каких-то людей далеко в стороне, выдал такую мудрость:
— А вот и нет. Кто угодно может оказаться чем-то нечеловеческим. Откуда знаю? Понятия не имею, просто знаю и знаю. Ага, везде, и в деревне, и в городе, разницы нет. Но, думаю, вычислить можно, по крайней мере по интуиции. Слыхал про эффект зловещей долины? Во-от. Ну, если человек просто болен, а ты думаешь, что он какое-то неведомое чудовище… Ну, неловко наверно будет. Хм.
Но даже этими россказнями прогулки почти не омрачались. Мальчики бегали по деревне, рвали цветы у дороги, гладили кошек и собак (Техно гладил, Уилбура животные не особо любили), качались на качели из шины на дереве, лазили на яблоню в заброшенном дворе, пили холодную воду из колонок и по вечерам в красных закатных лучах бежали домой, обгоняя идущих с пастбища коров.
***
Что-то пробралось в их дом.
Пару дней назад, ранним туманным утром, Техно увидел высокое, худое существо со сморщенной багряной кожей во дворе.
Когда он, сдерживая панику и пытаясь успокоить дыхание, прятался за забором, существо куда-то делось. Техноблейд осмотрел всё по нескольку раз: двор, гараж, баню, все комнаты дома. Ничего не нашёл. Успокоился.
Но с тех пор по ночам его одолевало странное, тревожное чувство. Он подолгу не мог уснуть: лишь бестолку ворочался в кровати, но затихал, чувствуя какой-то иррациональной настороженностью, что стоит быть тише.
А ещё он уловил запах. Неприятный, спёртый запах землянки и гнилого картофеля.
И Филза тоже заметил его, и однажды днём пошёл спускаться в погреб, а Техно, в ужасе от осознания, побежал следом.
В погребе они никого и ничего не нашли.
Но это не значит, что там никого не было.
Всем этим Техноблейд поделился с Уилбуром, сминая в пальцах край одежды и говоря как можно ровнее. По голосу нельзя было сказать, что он особенно волнуется. Но Уил видел его выражение лица, жёсткие плечи, позу. Он улыбнулся.
— Не волнуйся, я с этим разберусь.
Сначала, когда Фил и Томми гуляли, Уилбур зашёл в дом и спустился в погреб, на этот раз один. Через пару минут он вышел и сказал расслаблено и с улыбкой:
— Не запирай сегодня ночью входную дверь.
Техноблейд глухо кивнул. И той ночью, когда все уснули, отпер засов, прибежал в кровать, накрылся одеялом и схватил загодя припрятанный топор. Притворился спящим.
Тикали часы.
Смеркалось.
И вот, спустя пару вечностей, когда становится совсем темно, глухо хлопает крышка погреба, и в нос ударяет запах гнилой картошки и земли.
Техно перестаёт дышать и силится не распахивать глаза. Половицы тихо скрипят под странными, кривыми шагами. Ресницы на полуприкрытых веках подрагивают. Он видит только тёмные очертания стены и двери, но в груди застывает страх, что существо даже так может почувствовать его взгляд. И обернуться. И пойти к его двери.
Рука сжимает рукоятку топора. Один шаг этой твари в сторону спальни папы и Томми — и он сам выбежит ей навстречу.
Но существо идёт прямо. Открывается входная дверь, что-то снаружи хлюпает. Кроме редкого скрипа досок звуков нет — сверчки стихли, не стрекочут кузнечики, молчат собаки. Ничего живого не слышно. Холодно.
Оно выходит на крыльцо, снова хлюпанья, на этот раз удаляющиеся в сторону. Какие-то доски негромко падают.
А потом, после шелеста травы, что-то сбивает тварь с ног, тело падает глухо, слышится короткие возня, хрип, возня — и резкий придушенный вой, тут же затихнувший. И снова молчание.
Техно судорожно вздыхает уткнувшимся в подушку носом.
Кто-то снаружи тащит что-то тяжелое по траве. Потом небрежно бросает это что-то к забору, вновь шелест травы. Звучат насекомые, ночной воздух по-летнему стылый, недвижимый.
Едва-едва слышится негромкое чавканье.
Техноблейд снова начинает полноценно дышать и аккуратно кладёт топор на пол, медленно отпуская прикосновение. После неуклюже садится на кровати, путаясь в одеяле, холод обвевает тело. Мальчик оборачивается и смотрит в окно.
Знакомый силуэт сидит на некотором отдалении, сгорбившись. Он, должно быть, замечает взгляд и тоже оборачивается. Лунный свет неясно освещает очертания серебром, но почти всё погружено в темноту.
Уилбур машет ему и улыбается. Улыбается своей обычной искренней, зубастой улыбкой. Техно рад, что не может разглядеть тела, сваленного у его ног, пятен на лице и одежде и месива, в которое уткнулась его вторая рука.
Техно закрывает штору, поднимает наполовину свалившееся одеяло и ложится в постель.
***
Нашлась коробочка, оставшаяся ещё в начальной школы, в которой маленький Техноблейд хранил всякую всячину. В том числе и остатки набора для плетения браслетиков.
Он колеблется некоторое время, но берёт пластмассовый крючок, рогатку и резинки, и принимается мастерить.
Получившийся спустя пару дней браслет простой, без хитрых переплетений, но вроде симпатичный. Цветастый. Пахнет резиной.
Техно думает некоторое время, держит безделушку в ладони и, после размышления, прячет её глубоко в ящек тумбочки. Влага этому браслету ни по чём, верно? Да и на худое запястье с пустыми венами должно подойти. Но это потом. Пока рано.