«Коколорс» (2017)

Еще не оскудели недра японского постапокалипсиса — и мы продолжаем добывать оттуда если не бриллианты, то алмазы. Сегодня Лёша Филиппов рассказывает о «Коколорс» Тосихисы Ёкосимы, который сделал нестыдное 3D о детях подземелья и (не)исповедимых путях надежды. Производство — студия Kamikaze Douga («Попсовый эпос», «Страна песков»).

❣️ Подписывайтесь на наши бусти или патреон, где выходят дополнительные материалы об аниме и манге

Мощное извержение вулкана сделало непригодным для жизни один японский город — или всю страну, или даже земной шар. Уцелевшие укрылись в подземных тоннелях, где ведут обреченное существование: бродят по катакомбам в защитных скафандрах, изредка снаряжая отряды искателей, чтобы приносили с поверхности полезный мусор. Воздух по-прежнему опасен: с небес продолжает сыпаться пепел, чье воздействие заставляет людей плавиться. Бродят по подземному городу и откровенные небылицы: например, о жутких летающих монстрах, чье дыхание стирает здания, будто их и не было никогда.

❣️ Это всего лишь конец света: 10 аниме в постапокалиптических мирах

В атмосфере такой вырождающейся фантастики живет мечтательный мальчик Фую, который объясняется с окружающими при помощи флейты в форме сердца с тремя кнопками: есть гудки «да», «нет» и «ладно». Старшие товарищи слегка над ним посмеиваются, дразня байками о внешнем мире, куда они все мечтают однажды попасть. Только пугливый болтун Аки подпитывает фантазии Фую — то ли из благих побуждений, то ли желая хоть перед кем-то выглядеть круто (за что получает тумаки от строгого Шу). Детвора потихоньку растет — и кому-то скоро посчастливится выйти на поверхность.

«Коколорс» — авторский средний метр Тосихисы Ёкосимы, выполненный в стенах Kamikaze Douga («Попсовый эпос», «Страна песков»). Звеняще-клокочущее название образовано от японского слова Kokoro (Cocolo) и английского Colors — то есть «сердце» и «цвета, краски». Оба понятия занимают в аниме центральное место: персонажи борются с загадочным недугом, который обостряется при повышении кровяного давления, а Фую рисует пеструю картину поверхности, вдохновляясь рассказами Аки, приносящего снаружи разноцветные камешки. Что на самом деле там любоваться особенно нечем, спойлерит хотя бы постер, но степень апокалиптичности и безнадеги меняется в зависимости от героя: суровый Шу просто видит снег и развалины.

❣️ «Вопреки ожиданиям фанатов»: создательница «Подземелья вкусностей» — о D&D, экосистеме и сексапильности дварфов

Применительно к подземному городу аксиома, что красота (и ужас) в глазах смотрящего, эволюционирует в мысль, что и надежда — в сердце ходящего [наружу]. Под тяжелыми потолками «Коколорс» сталкиваются трюизмы о «Тьме низких истин» и «возвышающем обмане», а также «ужасном конце» и «ужасе без конца». К какому выводу приходит Ёкосима, можно догадаться по эмоциональной сцене на эскалаторе, но степень условности детей в масках и мира после катастрофы запирают эти наблюдения внутри причудливого (социального) эксперимента. В истории просто слишком много черных пятен и пунктира, чтобы пробная зарисовка обратилась притчей.

Ёкосима же, судя по Q&A, настолько погружен в микрокосм «Коколорс», что позабыл, насколько больше он знает о нем, чем любой зритель. И о сроке жизни детей, и о миссии взрослого Гидоку, и о том, что смайлик, который Аки рисует на пыльном «забрале» Фую, — это попытка не столько поддержать, сколько навязать кому-то удобную эмоцию. Вероятно, из обрывочных сценок быта можно достроить, что персонажи в скафандрах никогда не видели собственных лиц, — так же, как и внешний мир, неведомый и полный проекций. Символизм имен при этом остается в голове автора: оттолкнувшись от мысли, что дети никогда не видели весну (как, впрочем, и другие времена года), Ёкосима назвал их Зимой (Фую) и Осенью (Аки). Никаких 500 дней лета.

❣️ «Игра в прятки» — 3D-коротыш с масками и демонами от режиссера «Токийского гуля»

В сущности — расхожий набор ошибок для «дипломных работ», в особенности когда их заслоняет техническое исполнение. Абстрактных зарисовок о сущности бытия — много, а вот 3DCG-анимация, стилизованная под ксилографию, — вещь действительно штучная и выразительная. В её изгибах и углублениях интересно искать отголоски «Звездной ночи» Ван Гога или «Мы не можем жить без космоса» Бронзита, влияние архитектуры Тиаки Араи или храмоподобного арт-музея-храма Отани в Уцуномии, префектура Тотиги.

Возможно, из такого сора и произрастает готовность человечества продолжать движение: в поисках не цельной картины, но интересных находок. Ведь, как говорил один великий обманщик, рисунок ключа — это даже лучше, чем он сам.

❣️ Спасибо, что дочитали, будет здорово, если вы поддержите развитие и новые материалы «Покебола»

(На этой неделе под землю погружался Лёша Филиппов, который в прошлый раз посещал выставочный матч «Синей тюрьмы: Блю Лок — Эпизода с Наги».)