Кофе после полуночи

Кейси пересекла небольшую лужайку перед домом, на которой валялись пустые банки из-под пива и другой мусор. Хлипкая дверь с грязной занавеской открылась не сразу. Мать Тесс оказалась неопрятной женщиной лет пятидесяти с седыми волосами, собранными кое-как в пучок на макушке, в растянутой майке и с сигаретой в руке. Эрин не было слышно что именно говорили Кейси и мисс МакКинли, но по тому как та пожимала плечами и махала рукой куда-то в сторону, стало понятно что она не знает где ее дочь.

Вернувшаяся Кейси подтвердила эти предположения.

– Тесс живет отдельно, но иногда навещает мать. Последний раз она была здесь два дня назад, в четверг. Значит ты ее видела последней.

– М-м-м, да… Она сказала что у нее какие-то дела еще этой ночью, когда уходила из моего номера.

Кейси посмотрела вопросительно.

– Вы не в баре познакомились?

– А, кхм, – Эрин смутилась. – Да, в баре. А потом провели некоторое время в номере.

– Ясно. Во-сколько она ушла?

– Мне кажется что было около трех…?

Кейси записала информацию в блокнот.

– Давай проверим ее квартиру, это в городе. Может она просто спит? – сказала Кейси, разворачивая машину.

– Насколько хорошо ты ее знаешь? Вы общались после школы?

– На самом деле мы и в школе-то не особо общались. У нас были разные компании. Точнее, я редко видела Тесс с кем-то. Она была больше одиночкой. Ни в каких клубах не состояла. После уроков сразу уходила, и я ее не видела, когда гуляла с друзьями вечером по городу. Я проучилась с ней 11 лет, но не знаю о ней почти ничего.

Эрин вспомнила себя в школьном возрасте. Она тоже не была частью какой-либо группы. Ей не нравилось просто шляться по улицам или сидеть в кафе, сплетничая о мальчиках. Или девочках. Она предпочитала сбегать от родительских скандалов в места, где можно было посидеть одной в тишине. Иногда с книгой.

Тесс снимала небольшую квартирку на двоих с соседом, который к этому времени уже тоже беспокоился о Тесс. Увидев Кейси в полицейской форме, он побледнел и прижал руку к груди:

– О боже, с Тесс что-то серьезное?

– Мы пока не знаем, – ответила Кейси как можно мягче.

Как оказалось, сосед, Дэвид, не видел Тесс с прошлого дня и тоже ничем не помог.

– Можно я возьму ваш номер? – Кейси достала служебный блокнот. – И, пожалуйста, если она выйдет на связь, сразу сообщите мне.

Она быстро записала контакты, вырвала листок с номером и протянула Дэвиду.

– Вот мои координаты. Это прямой номер, отвечаю сама.

– Конечно, – кивнул он.

– И ещё… У вас есть её фотография? Любая.

Он молча пролистал в телефоне галерею и показал снимок — Тесс стояла на балконе в вечернем свете, с насмешливым выражением лица и сигаретой в пальцах.

– Итак, дома ее нет, у матери нет, на работе тоже нет… Но мисс МакКинли сказала что она может быть у “папаши” – Кейси произнесла это слово, повторяя презрительную интонацию матери Тесс, – но адреса она не знает…

– У тебя написано “в душе не ебет” – покосилась Эрин в блокнот Кейси.

Та покраснела и пробормотала:

– Я старалась быстро записать… По смыслу же понятно…

– Кейси! – вскрикнула Эрин так, что та вздрогнула. – Когда Тесс пришла, я спросила не сильно ли я ее задерживаю, нормально ли ей будет потом домой ехать, ну обычная забота, и она сказала что ее возит один и тот же таксист все время! Он наверное должен быть где-то у отеля!

На парковке перед отелем Кейси заметила автомобиль — старенький седан с наклейкой службы такси. Водитель, мужчина лет шестидесяти, пил кофе из термоса, поглядывая на телефон.

-- Добрый день, -- сказала Кейси, показав удостоверение. — Мы ищем девушку по имени Тесс МакКинли. Вы подвозили ее вчера?

Таксист поднял брови, кивнул:

– Конечно. Я ее часто вожу. Вчера она попросила отвезти не домой, как обычно, а в трейлерный парк на восточной окраине, – он покряхтывая вылез из машины, – это был первый раз когда она ехала не домой. Но я не стал ничего спрашивать.

– Вы не заметили ничего необычного в ее поведении?

– Она не особо любит болтать, вчера тоже молчала, смотрела в телефон, знаете, сейчас молодежь не расстается с ними, – он почесал голову, – потом набрала кому-то и сказала “у меня столько нет” и “я скоро буду, поговорим”.

Эрин и Кейси переглянулись.

– Покажете где ее высадили?

– Без проблем. Езжайте за мной.

Кейси села за руль, Эрин устроилась рядом. Машина таксиста медленно вырулила с парковки.

– Я не знаю, чего боюсь больше, – сказала Эрин, глядя в окно. – Что мы ее не найдем… или что найдем слишком поздно.

Трейлерный парк был мрачным местом на окраине Ашбриджа. Место представляло собой несколько десятков трейлеров, расположенных вплотную друг к другу на земле, где даже трава давно перестала расти. Между домами валялись старые покрышки, пластиковые бутылки, кто-то сушил белье прямо на тросе, натянутом между деревьями. Пыль, бурьян, обрывки пакетов, запутавшиеся в засохших кустах.

Здесь все казалось заброшенным, даже люди. В окнах промелькнули лица, и шторы тут же закрылись. Кто-то хлопнул дверью. Старик с пустыми глазами курил на крыльце ближайшего трейлера, не отрывая взгляда от формы Кейси.

— Добрый день, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мы ищем девушку. Имя Тесс МакКинли. Вы могли её видеть вчера вечером или сегодня?

Молчание. Никто ничего не говорит, даже если видел. Кейси обошла несколько трейлеров, и везде люди говорили что ничего не знают, даже не взглянув на фотографию в ее телефоне.

– Как думаешь, а таксист мог с ней что-нибудь сделать? – спросила Эрин, когда они возвращались к машине. – Странно, что Тесс не попросила его подождать, что-то здесь не так.

– Это не исключено, – кивнула Кейси, – мы вызовем его на допрос.

В участке Эрин допросили, не Кейси, а другой полицейский – мужчина лет пятидесяти с седыми усами. Она написала заявление о пропаже Тесс, чтобы ускорить расследование.

Был уже вечер и так как больше она ничего не могла сделать полезного для поисков, Эрин забронировала билет в Бостон на следующее утро. Ночевать ей пришлось снова в Ашбридж Инн. На ресепшене была женщина вместо Мэтта.

***

– Я не могу ни о чем другом думать, мысль о том, что она жива и страдает просто парализует меня. Еще хуже думать что ее больше нет.

– Понимаю. Ты принимаешь успокоительное? Снотворное?

– Кофе и вино считаются?

– … Нет. – Том вздохнул, – может пообедаем на днях? Вдруг ты захочешь поделиться тревожностью, я как раз от своей избавился…

– Что?

– Хожу к терапевту. Это, пожалуй, лучшее, что я для себя сделал за последние годы.

– Я думала это миф, что сейчас у всех есть терапевты. Ты серьезно?

– Вполне. Забота о ментальном здоровье так же важна, как и физическом.

– Оправдываешь свое школьное прозвище, – Эрин смогла слегка улыбнуться. – Ладно, если ты достаточно “проработан” и “тебе отзывается”, давай завтра увидимся.

***

– Вино в 12? Ты уверена?

– О, больше чем уверена, еле двенадцати дождалась. Убери это брезгливое выражение с лица, я не пью каждый день. Поверить не могу, что в Ашбридже мог родится такой святоша.

Эрин и Том сидели в кафе в Саут-Энде. Было раннее послеполуденное время, когда улицы еще не заполнились шумом.

– Ой да брось, я обычный человек.

– Угу, еще скажи что у тебя нет “синдрома бога”.

Том только покачал головой и отпил воды.

– Никаких новостей про Тесс?

– Угу, – Эрин проверила телефон, – Кейси говорит что ее ищут. Куда в той дыре мог пропасть человек, ума не приложу.

– Это действительно дыра, ты права. Люди там пропадают во всех смыслах. Поэтому я и уехал при первой же возможности.

Они замолчали, ожидая пока официант поставит перед ними тарелки с едой. Поблагодарив его, Эрин обратилась к Тому:

– Ты уехал сразу после школы?

Он кивнул и добавил:

– Поступил в Коннектикутский, в Уотербери, потом сюда, в Бостон, перебрался.

– Вау. “Жизнь, свобода и стремление к счастью”. Цитата об "Американской мечте" из Декларации независимости.

– И труд.

– И привилегии.

– У меня? – Том удивленно поднял брови.

– Ты еще в школе решил что хочешь стать врачом? У тебя было время подумать над этим, так? Тебе не мешали крики пьяных родителей готовиться к экзаменам?

– Хм, нет, мои родители не пили… Но я бы пошел в библиотеку заниматься, туда где тихо.

– А после тебя ждал бы ужин от мамы или приветствие со словом “шлюха”?

– Боже, Эрин, у тебя так было?

– Да чего только не было. Не хочу вспоминать. – Она поморщилась.

Том со вздохом потер лоб.

– Я хотел, чтобы тебе стало хоть немного легче, – тихо сказал он. – Но, кажется, провалил эту миссию. Прости.

– Да нормально все. Я и правда отвлеклась от мыслей про Тесс, – сказала Эрин и залпом допила вино из бокала.

***

Вечером того же дня Эрин сидела дома перед телевизором, но понятия не имела, о чем была идущая передача. Мысли уносились далеко — к Тесс. Она в который раз открыла фотографию, которую Дэвид передал Кейси, а та -- ей. На снимке Тесс держала в пальцах сигарету, и взгляд Эрин вдруг зацепился за неё. «Где же ты?» — мысленно прошептала она. И в ту же секунду что-то щёлкнуло в памяти.

“Кейси, извини что поздно. Я только что вспомнила: Тесс взяла с собой пачку «Парламента» из моего номера. Может где-то в трейлерном парке найдете эту пачку или окурки? Я заметила там все курят Ньюпорт, а у них желтый фильтр.”

Она посмотрела на сообщение, чуть поколебалась, потом нажала “Отправить”.

Ответ пришёл быстро:

“Отлично. Это важно. Мы завтра как раз отправляем туда следователей.”

В следующие несколько дней Эрин несколько раз ловила себя на том, что проверяет мессенджер каждые пятнадцать минут. Кейси молчала. Она сказала что напишет или позвонит сразу, как только узнает что-то важное. Эрин старалась себя отвлечь: проводила время с сыном, пыталась писать книгу, разгребала отложенные дела, но не могла ни на чем сосредоточиться. Просыпаясь по утрам, она по привычке в первые минуты проверяла реальность и каждый день начинался с тяжелого ощущения в груди: Тесс все еще не дома.

***

“Тесс нашлась! Она жива. Лечу в Лейкфорд”

– Ты летишь прямо сейчас? – Том тут же набрал номер Эрин.

– Нет. Черт, билетов нет, придется арендовать машину и ехать несколько часов…

– Как Тесс? Что с ней?

– Ты не представляешь какой ужас она пережила… Ее постоянно опаивали и… насиловали, – последнее слово Эрин сказала севшим голосом.

– Господи. – Том не знал что сказать. – Кто это сделал?

– Местные наркоманы. Я не знаю подробностей, поэтому хочу скорее поговорить с Кейси и увидеть Тесс.

– Слушай, хочешь я тебя подвезу?

– Подвезешь? Ты же знаешь сколько ехать до Лейкфорда? Часа четыре, но сегодня суббота, так что выйдет и того дольше.

– Знаю, – Том хмыкнул, – как-то проделывал такой путь.

– Мне неудобно так тебя напрягать. Ты и так занят на работе, и что ты скажешь своей девушке?

– Не беспокойся об этом. Если я предложил – значит имею такую возможность. Через сколько за тобой заехать?

***

Том помог Эрин положить в багажник небольшую сумку, затем он сел за руль, а Эрин – рядом на пассажирское сидение.

– Так, какие у тебя тут правила? Кто ведет, тот ставит свою музыку? – спросила Эрин, пристегиваясь.

– Обычно подкасты, но так уж и быть, можем послушать музыку. Тем более есть повод.

– Сын? – спросил Том, когда у Эрин пискнул телефон, оповещая о сообщении.

– Угу, – она улыбнулась экрану.

– Сколько ему лет, он один остался?

– Пятнадцать. Он вполне самостоятелен, но если что всегда может обратиться к своей второй матери.

– Второй матери? Так ты… Это было донорство?

– А, нет, все не совсем так, – она убавила громкость, – вот тебе подкаст.

Эрин вышла замуж в 17 лет, сразу после окончания школы. В будущего отца своего сына она не была безумно влюблена, но увидела в нем возможность покинуть отчий дом. Не смотря на то что он был старше Эрин, ему было 25, с работой у него не ладилось и пара начала ссориться в первые же месяцы брака. По наивности, Эрин думала что рождение ребенка исправит ситуацию, и, когда поняла что беременна, решила рожать. Но муж, вместо того чтобы взяться за ум и найти постоянную работу, словно почуял что Эрин в уязвимом положении и ей некуда идти, поэтому стал поднимать на нее руку.

Но Эрин не стала это терпеть, и не дожидаясь родов сбежала в Бостон. Никто не хотел брать беременного подростка на работу и даже комнату не на что было снять. Ей пришлось жить в приюте для женщин какое-то время. Потом случилось чудо – ее взяли продавщицей в маленький угловой магазинчик, причем владелец будто совсем не замечал уже лезущий на нос живот Эрин. Она смогла снять комнату на окраине Бостона, куда вернулась в новорожденным сыном. И там она познакомилась с Барбарой, женщиной, которая стала партнершей Эрин и буквально второй матерью Брендону. Пока сын был совсем маленьким, Эрин брала его на работу, он спал в люльке на полу за кассой, и там же его было можно кормить и переодевать.

Когда он стал постарше и начал чаще бодрствовать, пришлось оставлять его с Барбарой, которая работала из дома. Эрин до сих пор не знала как ей выразить всю благодарность этой женщине.

Они были парой и растили Брендона в любви и заботе. Эрин хотела продолжить образование, но уже на этапе подготовки к экзаменам поняла, что ей будет не на что жить, если она пойдет в колледж.

Но оставаться в магазине она тоже не хотела.

Барбара работала редактором и заметила что у Эрин есть “чувство языка”, когда та совала нос в ее бумаги. Она поделилась работой, и у Эрин стало получаться!

Потом её стали рекомендовать дальше. У неё был хороший язык, внимательность к деталям и чёткое понимание, как текст должен “звучать”. Через пару лет она уже редактировала материалы для небольших издательств и новостных сайтов. Работа была непостоянной, но позволяла больше времени проводить с сыном и не терять связи с письмом.

Писательство началось с коротких эссе — о материнстве, усталости, одиночестве. О том, каково это — пытаться быть хорошей, когда тебе самой никто не помогает. Несколько ее текстов разошлись в соцсетях, и вскоре ей предложили опубликовать сборник. А потом — и роман.

С Барбарой они расстались, но тихо и без скандалов, просто любовь себя исчерпала, такое бывает. Но они остались лучшими подругами. Так тоже бывает.

– Ты много прошла. Не представляю, как ты справилась, – после продолжительного молчания сказал Том.

Эрин усмехнулась:

– Иногда я тоже не представляю. Но вот я здесь, и снова еду в сторону Ашбриджа.

– Я смотрела “Клинику”, у врачей вообще нет времени, а ты едешь со мной? – сказала Эрин, когда они отъезжали от заправки посередине пути, где купили кофе и что-то перекусить.

– “Клиника” это про интернов, это уже в прошлом. Сейчас скорее “Анатомия страсти”, потом будет “Хаус”, а если решу занять руководящую должность, начнется “Игра престолов”.

– Боже, надеюсь обойдется без инцестов, – пробормотала Эрин.

***

Кейси встретила Эрин и Тома возле входа в больницу и повела к палате Тесс, на ходу рассказывая как проходили поиски.

Том предпочел остаться в коридоре. В положении Тесс даже просто видеть мужчину могло бы вызвать лишний стресс, и он это прекрасно понимал.

Эрин аккуратно приоткрыла дверь и увидела, что Тесс лежит с закрытыми глазами, ее грудь мерно поднималась и опускалась, никаких пищащих приборов рядом с кроватью не было, а на стене без звука работал телевизор.

Она подошла и коснулась руки девушки. Тесс открыла глаза и слабо улыбнулась:

– Привет.

– Привет. Как ты?

– Самое ужасное похмелье в моей жизни, – она пошевелила рукой, в которую была воткнута игла капельницы.

Эрин не знала что сказать, чтобы не упоминать того, что случилось с Тесс, поэтому она легко сжав ее ладонь произнесла:

– Я рада что тебе удалось выбраться из этого.

– Кейси Рейнс, эм, от есть офицер Рейнс, – Тесс закатила глаза, – сказала что ты первая забеспокоилась обо мне.

– У меня было плохое предчувствие, и я просто не могла улететь домой и оставить все так.

– Спасибо тебе, – теперь уже Тесс сжала ладонь Эрин.

Том нахмурившись смотрел в телефон, когда она вышла из палаты Тесс.

– Как она? – спросил он, вставая.

– Физически лучше, чем я предполагала. А вот морально… я не знаю. – Эрин опустила голову, – старается держаться. Она боец.

– Хочешь, я поспрашиваю коллег в Бостоне насчет хорошего психотерапевта? Или любого другого врача?

– Это нужно у самой Тесс узнавать.

– Ты права, – Том кивнул, – я сначала поговорю с ее лечащим врачом.

– Прямо сейчас? Я лично умираю от голода, а ты?

– Тоже. Давай пообедаем и я вернусь сюда.

Они нашли небольшую закусочную недалеко от больницы, Эрин настояла не ходить в кафетерий внутри, справедливо подумав, что Тому и так такой еды хватает на работе.

После того как они сделали заказ, Том сказал спросил, когда Эрин собирается назад.

– А ты? Ты отвезешь меня обратно в Бостон?

– Конечно, – просто отозвался Том, – Когда?

– Завтра утром? Думаю что тебе нужно отдохнуть от дороги.

– Кстати об отдыхе! Я как раз пытался забронировать номера в отелях, но на ближайшие сутки есть только в придорожном мотеле места. Не понимаю, почему вдруг в этом городе заняты все гостиницы.

– Мне мотель сойдет, – Эрин уже жевала принесенную картошку-фри.

После того как Том поговорил с врачом Тесс, они с Эрин прошлись по городу, болтая ни о чем. По Эрин было заметно, что её тревога уменьшилась, и она была в хорошем настроении. Они завезли вещи в отель и решили сходить в бар — точнее, Эрин решила и позвала Тома, и тот, конечно, не отказался.

Сначала он, как обычно, держался строго, но настрой Эрин в итоге передался и ему. Они болтали без умолку, даже смеялись, но в какой-то момент над их столиком повисло молчание, когда они просто смотрели друг на друга.

Откашлявшись, Том посмотрел на часы, и пробормотал:

– Наверное пора пойти отдыхать, завтра за руль…

– Точно, - Эрин хлопнула себя легонько по лбу, – я тебя совсем заболтала. Нам, богемным писательницам, незачем следить за временем.

Том не улыбнулся и ей пришлось уточнить:

– Шутка. Я не живу богемной жизнью.

– Я понял.

Эрин покосилась на Тома, гадая, что стало причиной сменой его настроения, но пока они ехали в такси, решила не забивать этим голову.

Том проводил ее до двери в номер, но не спешил уходить. Неожиданно, он подошел к Эрин слишком близко, так что их тела почти касались друг друга и тихо сказал:

– Это была ты.

Эрин, смущенная, но тем не менее ощутившая неуместный жар, с трудом ответила:

– Где?

– В школе. Ты была моей первой любовью.

Он смотрел ей в глаза с близкого расстояния и их губы были слишком близко друг к другу, так что Эрин ощущала нотки джина в его дыхании. Том медленно прикрыл, а затем открыл глаза, а Эрин казалось что ее сердце бьется так громко, что он может его услышать. Она задержалась в этой неопределеннности, и когда она уже была готова его поцеловать, все-таки сделала полшага назад.

– Том, я не знаю что сказать.

Тот грустно помотал головой:

– И не нужно. Прости. Завтра я пожалею о том что это сказал, но сейчас не смог удержаться. Прости.

– Все нормально. Кхм, -- она прочистила горло, чтобы перестать говорить шепотом. – Думаю нам обоим пора спать. Спокойной ночи, Том.

И Эрин проскользнула в свою комнату не дожидаясь ответа.

“О черт. Что это было вообще? Браво, Эрин Слоун, на тебе остались джинсы после того как кто-то проявил к тебе симпатию. Это определенно прогресс.”

– Заткнись, – сказала она вслух своему внутреннему голосу. – Он помолвлен.

“Ха-ха-ха. Разве же это не главная причина, почему ты обычно спала с тем кто несвободен? Признайся что тебе льстит, когда мужчина выбирает тебя, забыв о жене? Разве ты не чувствуешь превосходство? Тем более ты весь вечер не спускала глаз с его пальцев и наверняка думала о том, какое у него лицо при оргазме?”

– Больше я таким не занимаюсь. Видишь, я в своем номере. Одна. Сейчас пойду в душ и лягу спать. К тому же, он сказал что я ему нравилась в школе. Значит сейчас нет.

Внутренний голос ничего не ответил, хотя возможно фыркнул, но Эрин действительно легла спать после душа и быстро уснула.

Утром Том был, как обычно бодр, выбрит и в свежей рубашке. Следов похмелья на его лице не наблюдалось, в отличие от смущения. Эрин сказала первой:

– Прежде чем ты начнешь снова извиняться – все нормально. Давай сделаем вид что ничего не было. Тем более ничего и не было. Ты поделился школьными воспоминаниями и все.

– Спасибо… – с явным облегчением сказал Том. – Хочешь заехать к Тесс перед дорогой?

***

Подготовка к суду над похитителями Тесс заняла год.

В ту ночь, когда Тесс уехала из отеля, она действительно навестила отца. Она не видела его почти всю свою жизнь, но он появился за несколько месяцев до той ночи и пытался взывать к дочерним чувствам, в основном жалуясь на жизнь и безденежье. Тесс считала, что отцу нужна она, но, как оказалось, ему нужны были только деньги на алкоголь и наркотики.

У него в ту ночь были его дружки, один из которых недавно вернулся из тюрьмы, а у второго был условный срок. Вскоре разговор перешел в ссору: Тесс отказалась давать деньги, и один из мужчин ударил ее. Дальше было хуже. Ее, без сознания, унесли в трейлер на самом краю парка, туда, где жили самые потерянные обитатели.

Там ее удерживали против воли, опаивали алкоголем и не давали выйти, насиловали, используя ее тело как расплату за дозу.

На суде она дала показания. Спокойно, почти отстраненно, будто пересказывала чужую историю. У Эрин сжималось горло, когда она слушала. А потом и сама вышла в зал, рассказала о последних часах перед исчезновением Тесс, о том как первой забила тревогу, и как Кейси Рейнс сразу взялась за дело.

Прокурор упомянул улику, без которой, возможно, не удалось бы найти девушку: окурок сигареты, белоснежный “Парламент” у дома ее отца, и та самая смятая пачка, которую позже нашли в его трейлере. Выкурив все, он не потрудился даже выбросить упаковку, она так и лежала на полу среди другого мусора.

Когда приговор был вынесен, Эрин обняла Тесс и сказала, что гордится ей. Та не плакала, лишь выдохнула, будто позволила себе снова дышать полной грудью.

Несмотря на близость, возникшую между ними в ту ночь, за пределами суда Эрин и Тесс почти не виделись. У Тесс, судя по всему, была своя жизнь, и, возможно, кто-то рядом. Эрин не пыталась выяснять подробности.

Том на суде не присутствовал. После той поездки в Лейкфорд они с Эрин не встречались: работа, сын, книга, все понемногу затягивало ее обратно в повседневную жизнь.

Но примерно через неделю после суда Эрин получила сообщение:

“Увидел, что дело закрыто. Рад, что всё закончилось благополучно. Если ты не против, было бы здорово пересечься. Просто пообедать. Если хочешь – с вином.”

Она совсем недолго колебалась и ответила:

“Привет. Спасибо. Думаю, пообедать – хорошая идея. Давно не виделись”

Она положила телефон на стол и, прежде чем вернуться к работе, позволила себе улыбнуться.

Начало