ИССЛЕДУЙТЕ СЕБЯ
@nebomoydomВоспоминания
Часть V
«НАКАЖИТЕ ЕЕ!»
Солнце светило, но было очень прохладно. Меня так и подмывало залезть в этот ворох соломы, чтобы согреться и уснуть. Я с вожделением поглядывала на близкое, но недоступное убежище. Но вот поднимавшееся солнышко стало пригревать, и мысли повеселели. Бездонный синий небесный купол и бескрайнее море спелых колосьев, конечно, восхищали, но одиночество... И мысль, что комбайн может не увидеть нас, тревожила. Переживала за Машеньку: я-то сложением покрепче, а она совсем ребенок! И как она перенесет то, что мы ведь без завтрака? И как она выдержит всё это? Вдруг сильно испугается? А вдруг там с нею что-нибудь случится?
И тут прилетел воробышек – как я обрадовалась ему! Живое существо! Он попрыгал, попрыгал, вспорхнул несколько раз – и улетел. А сколько радости! Ведь больше птиц не было.
Наконец на горизонте показалось нечто... Да, это был комбайн. Он постепенно увеличивался в размерах и шел прямо на меня. Наконец-то! А следом подвезли и обед. Про Машеньку они ничего не знали, но сказали, что ее не оставят. Это было в три часа дня.
Все уехали, солнце пошло к закату, и вот опустилась настоящая ночь. Только звёзды, и никаких земных осветителей. Холод пробирает до костей. Найдет ли нас в такой темноте эта наша подвода? Ночью так нетрудно сбиться с дороги. Нигде не видно никаких столбов, никаких фонарей...
Хожу, хожу, чтобы двигаться, садиться нельзя, надо стоять, ходить...
И вот слышится скрип колес – приехали! И Машенька сидит там! Мои руки и ноги не слушаются, забираюсь с трудом, и мы едем.
Дорога кажется бесконечной. Нигде ни огонечка, а всё тело уже задеревенело. Но вот появились огоньки, и мы въезжаем в селение. Я хотела спросить, наше ли это селение? Кажется, деревьев тут не должно быть? Но не могу: скулы свело... И вдруг слышу голос моего папы! Невероятно, но это не сон. Но ведь мои родители за три тысячи километров! Галлюцинация? Да нет же! Папа говорит нашему куратору из института:
– Олег Николаевич! Как так получилось, что вся группа на месте, а моей дочери нет? Где она может быть? Уже одиннадцатый час ночи!
Я хочу крикнуть:
– Я здесь! – но губы совсем не подчиняются мне, руки и ноги не слушаются, и я кое-как слезаю с подводы...
Еле-еле ковыляю в этой тьме к папе... И только и смогла:
– Па...
Он растерялся, смотрит, ничего не поймет... И вдруг в сильном волнении говорит:
– Олег Николаевич, накажите ее! Накажите ее! Как она могла не послушаться вас!
Что мог подумать папа, глядя на окоченевшую от холода дочку? Папа нас никогда не наказывал... Если я болела, он сидел рядом с кроватью, сокрушался, жалел. Сколько ласковых слов!
Потом уже, в нашем домике, ребята рассказывали, как папа побледнел, когда ему сказали, что его дочери не стало с утра, как он кинулся искать, выложив привезённые гостинцы на стол всей группе...
А я вот сейчас думаю, как так получилось, что именно в этот день всё произошло? Такое удивительное совпадение! В то время не было сотовых телефонов, да и с домашнего номера не позвонишь в другой город, но, чтобы поговорить, идешь на городскую телефонную станцию. Какая же есть такая беспроводная связь между родными, которая передается за тысячи вёрст? Но подумать только: ведь есть Некто, Который знает о каждом на Земле всё, знает каждый наш шаг, каждое движение мысли, потому что всё находится в Его ведении. И это Вседержитель, Господь, Спаситель наш.
Однако вернемся в тот день, когда я была «вехой», потому что именно в этот день папа решает утром вылететь на самолете, чтобы повидаться со мной и, узнав, что я на уборочной, приезжает сюда на поезде. А меня нет... И вот встреча!
Когда мы вернулись на занятия, Машенька тяжело заболела, и мы ее больше не видели. Осталась ли она жива?
Я тоже однажды, выйдя из учебного корпуса и пройдя немного по улице, почувствовала такую боль в груди, что не смогла дышать, опустилась по стенке прямо на мостовую… Тут меня и подобрала «скорая», и это тоже было началом многолетнего заболевания, закончившегося, правда, исцелением. Но сколько полезных опытов было приобретено за эти годы!
А через десятилетия тяжкая болезнь моего папы побудила меня впервые в жизни опуститься на колени и обратиться к Богу. Я стала верующей. Благодарность Господу за весь путь, которым Он меня вел!
Валентина Тонина