Предвестники смерти

Назад к оглавлению

< Возвращение домой ------

— Ха! Проиграл, — невесёлый голос донесся до ушей Гектора. — Попробуешь ещё раз?

Мрачные кварталы трудяг шумели ночной пересменкой, сверкали всполохами искр из открытых дверей заводов, и вонь пота, навоза, металла и гари делали воздух тяжёлым, будто на голову взвалили чугунный котелок.

— А ты другие-то стаканцы переверни, — другой, спокойный, голос в ответ.

Этот показался Гектору знакомым, и он обернулся, взглядом ища говоривших. Нашёл их у стены: на перевёрнутых вёдрах, за сложенными один на другой ящиками, сверху — три стакана, густо замазанных краской. Игрок скрестил руки на груди и так холодно смотрел на ведущего, будто готов в любой момент протянуть ручища и схватить того за горло, но ещё пока держал себя в руках.

— В эту игру не так играют, — отвечал ведущий, пряча монетку в карман потёртого, с торчащими ниточками, пиджака. — Делаешь ставку?

Взгляд его метнулся к Гектору. Ведущий подмигнул ему и снова уставился на игрока.

Гектор бы сделал ставку. Точно сделал бы, всего одна монетка, зажатая между пальцев, её бы хватило на один раунд и, если ведущий не циничный лжец, то и на один маленький выигрыш.

— Переверни стаканы, — требовал игрок, взглядом сверля своего обидчика.

А у ног ведущего копошился дух, мелкий, с крепким длинным клювом. Заметив на себе взгляд Гектора, усмехнулся, показал острые зубки. Ещё раз прильнул к ногам ведущего. Костлявая грудь вздымалась, будто бы дух вдыхал аромат живого человека.

Предвестник смерти.

— Ой-ёй, какой поздний час! — воскликнул ведущий, картинно взглянув на часы. Он поспешно засобирался. — Мне уже пора, жена ждёт…

Желание играть вмиг исчезло. Гектора словно из ведра ледяной водой облили. Он и так уже какое-то время таращился на людей, а теперь и вовсе замер на месте, даже пальцем не мог пошевелить, и мысленно приказывал себе идти, сдвинуться с места, но не мог.

Не только потому что здесь крутился предвестник. Этих ребят он уже видел раньше, во снах умерших людей, каким бы странным тогда это ни казалось. Духи сами по себе безобидные, можно даже сказать, милые, как собаки, ждущие поблизости, когда же хозяин кинет им кость. 

Предвестник смерти снова ухмыльнулся. Казалось, в его пустых глазницах мелькнуло предвосхищение лучшей добычи. В момент, когда игрок всё же перевернул импровизированный стол, схватил за руки ведущего и прижал того к стене, маленький дух метнулся к ногам Гектора и вцепился в них острыми коготками, как котёнок цепляется за штаны, пытаясь забраться по человеку наверх.

Шум, крик людей и боль в ноге привели Гектора в чувство. Отступил на шаг, второй, отвернулся и пошёл прочь, а мимо пробегали люди, спешившие разнять дерущихся.

Предвестник вскарабкался на плечо.

— Отвали, — буркнул Гектор, натягивая капюшон. Так хоть не всё призрачное тельце видно.

В ответ дух задрожал. Смешно ему, конечно же.

За поворотом оказалась короткая улочка с баром на первом этаже узкого дома и кучей угля поодаль. Оголённый по пояс мужчина, чёрный от рук до ушей, набирал неполную лопату и закидывал уголь в тележку. Гектор прошёл мимо, то и дело оглядываясь, но рабочий им не интересовался, и из-за угла никто следом не показался.

Думай, думай, пустая ты башка…

Предвестник в нетерпении перебирал лапами, то и дело когтями царапая плечо. В книгах, смутно припоминал Гектор, писалось о том, что эти духи не являлись причиной смерти — они просто следовали за теми, у кого больше шансов в ближайшее время распрощаться с жизнью.

И речь там шла о минутах.

В обычной ситуации Гектор бы и дальше бродил по улицам, по более-менее освещённым местам, где-то среди людей, искал бы объявления о поиске работников. Может, небольшую лавку с не слишком ценными товарами.

Остановился на развилке: по левую руку дорога немного поднималась, переходила в железную лестницу и мост, перекинутый через что-то сокрытое за стеной, и скрывалась за башней с часами; справа же, под аркой, безлюдная темень узкой улочки между домов.

— Здесь? — спросил он духа, сделав шаг в сторону лестницы.

Неподалёку находилась станция. Возможно, тут проходили пути, и потому сделали такой переход. Может, мостик под ним сломается, и Гектор ухнет под колёса поезда.

Коготки быстро-быстро закололи в кожу. Тогда Гектор направился под арку, и с каждым шагом предвкушение предвестника о скорой добычи утихало. Казалось, от его недовольства подвывало над ухом. Но эти духи безмолвны; то, должно быть, где-то сверху ветер задувал в крыши и дымоходы.

Ускорить шаг и идти не в ту сторону, от которой предвестник начинал  топтаться, — вот и весь план, сложившийся в голове Гектора. Принять тот факт, что в последние несколько минут он мог умереть, или, может, вот умрёт сейчас, здесь, перед кучей мусора и битого стекла, — что может быть проще? Ведь и полгода не прошло с тех пор, как он и так чуть не умер при столкновении с нечеловеческим созданием, откуда и получил эти скверные шрамы на лице, шее, всей левой руке. Подумаешь, ещё раз на волоске повисеть, это же просто!

Ещё бы часы с собой, чтобы знать, сколько так шёл по улицам. Предвестник потаптывался перед калиткой в сквер и почти не ощущался в квартале с пёстрыми лентами на каждом окне. Гектор прошёл мимо грозного вида мужчины, с каменным лицом смотревшего на всяких, кто пытался проникнуть ему за спину в закрытые двери. Оттуда доносился гомон мужских голосов.

Дух на плече засуетился, перебрался на правое, и в этот момент двери распахнулись. Двое мужчин в одних брюках вылетели оттуда, сбили собой охранника. Упали в грязь. Один оказался сверху и пытался кулаками попасть в лицо другому, тот защищал голову руками, а предвестник чуть ли не пританцовывал коготками на плече Гектора, и ещё к этому добавилось чувство, будто его душили, крепко сдавив горло. Он ощущал это раньше — в Калемшоре, всего-то полгода назад, но этого оказалось достаточно, чтобы навсегда запомнить ощущение рези в спине, когда кто-то сверлит взглядом. Запомнить, как чужое намерение сдавливает, выбивает землю из-под ног, перехватывает дыхание и обжигает лёгкие.

Гектор увидел их: двое людей, чуть поодаль, у стены, смотревших отнюдь не на сцепившихся мужчин, и не на толпу, вывалившуюся следом, с пачками купюр в руках. Нет, их привлекла суета, и благодаря ей Гектор понял, кого всё время ждал предвестник.

Наёмники семьи Капелль. Вряд ли пришли только чтобы поприветствовать Гектора и отсыпать ему немного золота.

Самым сложным оказалось не поддаваться панике. Какое-то время он успешно сохранял спокойствие, всё так же быстро шёл вперёд, пытаясь сообразить, и что теперь делать? Предвестник уже не помогал — он одинаково возбуждённо реагировал на любой поворот, будто возможное стало неизбежным. Обратиться Гектору тоже не к кому, оружия с собой никакого, и на некоторых улицах без ламп уже настолько темно, что он скорей сам обо что-нибудь убьётся, чем его догонят.

И он шёл, подгоняемый страхом, взглядом бегал туда-сюда, ища, куда нырнуть, где скрыться.

Обернулся.

Две тени шли следом. На воротниках блестели брошки — знак семьи в виде трёх больших и трёх малых лучей звезды. Гектор же таким никогда не обладал и вряд ли уже будет, а вскоре и вовсе не понадобится. 

В куче сваленных коробок и досок кто-то неожиданно всхрапнул. До того громко, что Гектор подпрыгнул и едва не влетел в такую же кучу напротив. Мельком во мраке, в образовавшейся нише, он заметил спящего человека, а на его груди — ещё один предвестник. Дух неспешно оборачивался. Ему и одного взгляда на пришедшего хватило, чтобы отстать от спящего и начать ползти к Гектору.

— Чтоб тебя, — ругнулся тот.

Нервы сдали.

Теперь два предвестника вцепились в него.

В голове — ни единой идеи.

И Гектор побежал со всех ног, вперёд, прямо и за поворот. В зловоние канализации, кашель больных, разруху от нищеты. Бежал мимо мест, которые не различал. Работный дом? Ночлежка? Столовая? Пробегал мимо несвятых братьев, мимо блуждающих у воды духов, мимо людей, в ночную смену не дававших мехам остынуть. Под балками мостов, под строительными лесами, под развешанным бельём.

Бежал. Спотыкался, хватался за что было рядом и снова бежал. До боли в ногах, боках, пока дышать стало невозможно.

Остановился на углу тёмного дома. Рядом стояли бочки и ящики, а сверху на них сидел парнишка, игрался огрызком. За спиной эхом катились торопливые шаги тех, кто ни на миг не отставал от Гектора.

— Эй, ты. Малыш с лицом бледней луны, жить хочешь?

Без сомнений, обращались к нему. Но как же больно двигаться, каждый вдох отдавался под рёбра, заставлял согнуться пуще прежнего.

Гектора стошнило на бочку. От запаха его нутро ещё раз скрутило, только желудок был пуст.

Запоздало подумал, что видел же патруль несвятых братьев. Почему не обратился за помощью? Вытер рукавом рот, обернулся. Ожидал увидеть подоспевших наёмников, ещё пару-тройку предвестников, скучающих клоунов и призраков утонувших моряков, да кого угодно, кому он мог не угодить своим существованием, но взглядом встретился с парой тёмных-тёмных, как ночное небо, глаз. Девушка отвела голову, моргнула и кивнула куда-то в сторону от себя. Вскинула руку, указывая направление.

— Туда, в окно наверху. Огонёк горит там, шатается, видишь? Беги, может, выживешь.

Горло пекло, язык едва поворачивался. Так и оставив девушку без слов благодарности, Гектор за неимением других вариантов тотчас рванул в указанном направлении.

Окошко то находилось на втором этаже невзрачного кирпичного здания. Да таких тут — каждый второй дом, и Гектор бы не отличил его от другого даже в безоблачный полдень. Разве что фонарей в этом месте не установили, улица темна, людей почти нет — и на этом его ориентиры закончились. Добежав до стены под окном, Гектор приложил к ней руки. Гладкая. Уцепиться не за что, разве что за водосточную трубу на углу, а от неё уже по подоконникам аккуратно пролезть…

— Выживу ли я? Да я убьюсь раньше, чем заберусь, — бурчал Гектор, а сам уже примерялся как ему поудобней взяться за ту трубу.

Может, если подтащить ящик какой и с него подпрыгнуть, ухватиться повыше, и ногами на крепежи в стене?.. Хорошо ещё, что его преследователи, похоже, немного отстали. Впрочем, если облака расступятся, то в лунном свете Гектор сразу будет виден.

Повезло ещё, что сам он лёгкий. Труба даже не скрипнула, когда повис на ней. Начал взбираться выше. С окошками выдалось куда проще — там, чуть ниже рам, оказался небольшой карнизик, на который Гектор встал, держась за подоконник. Так он перебирал поочередно рука-нога-рука-нога.

Нужное окошко — четвёртое от трубы. Отсюда все окна казались тёмными, и того огонька, который он действительно мельком заметил, со стены никак не видать. Гектор уверенно продвигался вперёд. По крайней мере, его преследователи сейчас не стояли под стеной и не лезли по трубе.

Может, зашли в здание с другой стороны?

Нога соскользнула. В руках от напряжения появилась дрожь — настолько сильно Гектор вцепился в подоконник. Сердце выдало такой бешеный ритм, что он перестал собственные мысли слышать, только тук-тук-тук в ушах, висках, всей груди. Сейчас бы предвестникам скакать от радости, но только в этот момент медиум осознал, что духов-то при нём и нет. Не смог вспомнить, в какой момент те отстали, да оно и к лучшему же.

Лбом прижался к оконной раме. Облизал пересохшие губы. Всё в порядке. Всё под контролем. Нужно двигаться дальше. К окошку. Оно ничем не отличалось от других: такая же страшненькая деревянная рама, грозящая занозами в ладонях, такое же мутное стекло, такой же карнизик. Единственное отличие — открыто то окно, будто приглашало войти в помещение.

А что ещё оставалось?

Гектор забрался на раму, перекинул ногу через неё. В темноте вспыхнуло что-то яркое-светлое. Гектор дёрнулся в сторону, от окна, зацепился второй ногой за раму и с размаху влетел головой в стену.

Светлое-горящее миновало его.

Кажется, она была голая, — последнее, о чём подумалось Гектору. А дальше — кромешная тьма.