Грязный Харликинг
Hoodlum's shelter
Глава 114
– Ну, что скажешь?
На мгновение исчезнувший феромон снова мягко окутал Хиу, вернув ему ощущение спокойствия. Он едва успел удивиться, куда же подевались все эти люди, как тут же сконцентрировался на внезапном вопросе Сынёна.
"Что мне сказать?"
Хиу внимательно оглядел его с ног до головы. Лучи света, проникавшие сквозь огромное стеклянное окно, скользили по его лицу с невероятно притягательными чертами. Костюмы всегда шли Сынёну, но в этом безупречно классическом образе он выглядел просто потрясающе.
Увидев, что Хиу, слегка покраснев, удивлённо смотрит на него, Сынён пояснил:
– Я про свою речь. Как тебе? Я старался выглядеть как настоящий, внушительный начальник.
Это была шутка с долей правды: он хотел узнать, насколько убедительно звучали его слова, когда он пытался снять напряжение с жениха. Хиу улыбнулся, глядя на мужчину, который так заразительно смеялся.
– Вышло отлично. Скажите мне так же перед моим экзаменом.
– ... Тогда слова будут совсем другими. – ответил Сынён после небольшой паузы, потому что залюбовался Хиу, который в свете софитов выглядел просто невероятно. Хиу спросил:
– Какими?
– Как подобает возлюбленному. Хм... может, немного сексуальнее? – слегка понизив голос ответил Сынён, потирая подбородок.
Его взгляд медленно скользил по раскрасневшимся щекам Хиу, мочкам ушей и плавной линии подбородка. От тяжести этого взгляда, который он видел только в спальне, улыбка Хиу померкла.
Зато улыбка Сынёна стала ещё шире.
– Жду не дождусь, – прошептал он, хватая Хиу за руку под столом.
– … Я тоже, – только и смог выдавить Хиу.
Не решаясь посмотреть ему в глаза, он всё же незаметно переплёл свои пальцы с пальцами мужчины. Чан Сынён тихо рассмеялся и игриво покачал их крепко сцепленными руками.
Пока они болтали о пустяках, вокруг стало тише. Затем, нарушая тишину, на сцену вышел ведущий.
– Большое спасибо всем присутствующим гостям! Объявляю начало свадебной церемонии господина Сон Дживона и госпожи Хан Сохён!
Зал взорвался оглушительными криками и аплодисментами. Всё потому, что
среди гостей было много крупных, крепких мужчин. Хиу, который сам
аплодировал, пока не заболели ладони, сразу узнал ведущего – это был
друг жениха, тот самый, что постоянно сопровождал Сон Дживона во время визитов в больницу.
Ощущая необъяснимую радость, он улыбнулся и тихо вздохнул. У него
никогда не было семьи, кроме бабушки, так что это была его первая
свадьба. Он ждал выхода жениха и невесты, чувствуя небольшое волнение,
но вскоре понял, что его нервозность – ничто по сравнению с тем, что переживал жених.
Потому что на протяжении всей церемонии тот ужасно нервничал.
Вначале казалось, что слова Чан Сынёна возымели эффект: жених энергично вышел под радостные аплодисменты. Но в тот момент, когда появилась невеста в ослепительном платье, жених, на глаза которого навернулись слёзы, закрыл рот рукой, и стало ясно, что эффект от ободряющих слов был временным.
– Как вы знаете, я человек невероятной преданности. Но единственный человек, которому я буду верен больше всего на свете – это ты. Я клянусь, что всегда буду защищать тебя, и в горе, и в радости...
Напряжение жениха, который всю церемонию беспокойно оглядывался на
невесту, достигло своего пика к концу. Когда они читали друг другу письма, его голос сильно дрожал, а когда ведущий объявил их мужем и женой, он и вовсе разрыдался, как маленький ребёнок.
А вот невеста, напротив, отличалась невероятной выдержкой. Казалось бы, рядом с таким взволнованным женихом и она должна была занервничать, но та, на удивление, оставалась совершенно спокойной. Она лишь слегка прослезилась в тот момент, когда жених читал свою клятву, и крепко сжала руку своего расчувствовавшегося партнёра.
Её стойкость была настолько непоколебимой и величественной до самого конца, что она выглядела даже более внушительно, чем Сынён, который пытался подбодрить жениха.
Глубоко впечатлённый Хиу подумал, что хотел бы быть таким же стойким,
как невеста, а не как Сон Дживон. В этот момент, невольно представив свою собственную свадьбу, он прижал тыльной стороной ладони свои раскрасневшиеся щёки.
– А наш трусишка тоже будет так же нервничать? – спросил Чан Сынён, воспользовавшись моментом, когда жених и невеста прошли под аплодисменты, а затем началась суматоха во время фотосессии. – Если ты будешь нервничать на нашей свадьбе, обязательно скажи мне.
Он говорил о женихе, который сейчас фотографировался с родственниками.
Жених с покрасневшими от слёз глазами, никак не мог понять указания фотографа. Он то и дело брал невесту под руку, но тут же поспешно отпускал её.
"Впервые вижу, чтобы жених брал невесту под руку! Ну, выглядит мило!" – засмеялись гости.
– Вы тоже поможете мне сбежать? – Хиу отшутился, чувствуя одновременно облегчение от того, что не он один думал о свадьбе с Чан Сынёном, и смущение.
Чан Сынён, наигранно нахмурившись, повернулся к Хиу.
– На нашей свадьбе? Куда это ты собрался бежать? Если будешь слишком нервничать, я просто подхвачу тебя на руки и мы вместе войдём.
Может, потому, что мужчина и так часто носил его на руках, Хиу смог в деталях представить эту картину, будто она происходила прямо перед его глазами. Он видел мужчину в смокинге с его обычной беззаботной улыбкой, и себя, по-дурацки повисшего у него на руках.
Словно боясь, что это произойдёт на самом деле, Хиу поспешно отбросил эту мысль. У него не было времени возразить, потому что началась фотосессия с коллегами и друзьями.
Хиу хотел отойти в сторону, но Сынён, сказав, что "чем больше людей, тем лучше", повёл его за собой.
Он оказался в толпе мужчин в тёмных костюмах, среди которых были и жених, и невеста. Хиу на мгновение смутился, увидев их поцелуй так близко. "Так, готовы! Улыбаемся!" – раздался весёлый голос фотографа. Поддавшись этому бодрому тону, Хиу естественно улыбнулся.
Раз, два, три, щёлк!
Раздался звук затвора, запечатлевший счастливый момент, который надолго останется в памяти.
***
Проведя выходные на такой необычной, но такой прекрасной свадьбе, Хиу с
нетерпением ждал понедельника – дня, когда должны были объявить результаты экзамена
– Ну что, давай проверим? – с торжественным видом предложил Чан Сынён, который даже взял полдня отгула. Они, позавтракав пораньше, уселись перед компьютером.
Хиу улыбнулся, хотя его губы пересохли от волнения. Он собрался с духом, сжав пальцы в кулак, и зашёл на сайт управления образования. Без колебаний кликнул на баннер и ввёл номер экзаменуемого.
Через мгновение они оба моргнули и посмотрели друг на друга.
[Квон Хиу, вы успешно сдали первый экзамен 20** года.]
Сдал.
На лице Чан Сынёна медленно расплылась широкая улыбка. И, словно поймав его настроение, Хиу тоже заулыбался. Когда его улыбка стала настолько широкой, что на щеках появились ямочки, крепкие руки обняли его.
– Поздравляю, – прошептал мужчина.
Это был всего лишь экзамен, а не поступление в университет, поэтому Хиу
чувствовал смущение от такого бурного поздравления, но в то же время ему
было невероятно приятно. С чувством, которое трудно было описать, Хиу
уткнулся лицом в грудь мужчины, крепко обнимая его, и снова посмотрел на монитор.
[Вы успешно сдали.]
Эти слова вдруг приобрели для него другой смысл. Они прозвучали как разрешение вернуться в безопасную жизнь, где нет никакой угрозы.
– Может, устроим сегодня вечеринку? – услышал Хиу расслабленный голос, который прервал его размышления.
Хиу поднял глаза на улыбающегося мужчину и смущённо ответил:
– Но это же всего лишь экзамен.
Помолчав некоторое время и встретившись взглядом с Сынёном, Хиу продолжил:
– Тогда давайте заодно отпразднуем и ваше достижение. В честь того, что вы закончили свои дела с компанией.
Он имел в виду окончательное урегулирование ситуации в "Кымсане", когда Чан Чхонун и старики из "Тэган" были арестованы, а оставшиеся фракции, которые устраивали локальные беспорядки – устранены. Чан Сынён рассмеялся.
– Хорошо. Тогда устроим вечеринку для нас двоих.
Сказав это, он наклонился и поцеловал Хиу. От тёплого, мягкого прикосновения его лицо, которое было бледным даже после долгожданных новостей об успешной сдаче экзамена, порозовело, словно он отведал чего-то сладкого.
Увидев это, Чан Сынён снова рассмеялся. На покрасневшее лицо Хиу посыпались нежные поцелуи.
Принимая поцелуи на лоб, веки и переносицу, Хиу осторожно обнял мужчину, который был для него настоящим чудом. Ведь если он действительно сдал "экзамен" на право жить безопасной жизнью, то это полностью заслуга этого человека.
Благодаря ему он избавился от огромного долга и от тяжёлого бремени в лице Ким Джинхвана. Он вернул себе своё "я", которое, как ему казалось, было потеряно в водовороте отчаяния. Как же так вышло, что человек, которого он любит, стал для него и спасителем, и благодетелем?
Может ли быть что-то ещё более чудесное и одновременно такое невероятное?
Хиу долго обнимал и целовал человека, который был для него воплощением чуда, а затем посмотрел в окно поверх его надёжного плеча.
Весна уже подходила к концу, уступая место лету. Было время, когда он
даже не замечал смены времён года, но теперь мог ясно видеть мир. Потому что мужчина в его объятиях подарил ему надёжную и прочную опору.
Мир, на который он смотрел вместе с ним, был таким ярким, изменчивым и полным жизни.
Хиу крепче прижал к себе своё чудо.
Подняв голову, он смотрел в небо, а не в пол, и приветствовал наступившее лето.