Great asthenic. The Road Book - Part 2 | Великий астеник. Дорожная книга - Часть 2

Prev part: https://telegra.ph/Great-asthenic---Part-1-10-22

We were sitting on a bench in silence. The autumn sun was already high in the sky. The city buzzed, people rushed here and there. In the time we had been sitting, several trams circled around us, heading to their loop. A mother passed by, holding the hand of a little boy. He stared at us and started tugging his mother's hand, pointing at us.

"Mom, mom, look, those are musicians," he rattled off. The woman slowed down, turned her head, and gave us an appraising look.

"I will be a musician too when I grow up," the boy continued. He was dressed in a blue puffer vest, a hoodie underneath, stylish brown leather boots with blue toes, and cuffed jeans.

"Don't talk nonsense," the mother tugged at the boy's hand, adding, thinking we couldn't hear, "and end up sitting around dirty and smelly, begging for money."

The boy clearly didn't understand the seriousness of her words and looked at his mother questioningly, then at us again.

"Run along, kid, your mom's got a point," Denis grinned a toothless smile.

The boy clung to his mother and quickened his pace, so now he was leading her by the hand rather than the other way around. An hour had passed since our cowboy friend had left us.

"Alright, enough," I said, "let's go to your hills."

"Vorobyovy Gory," Denis corrected me.

"Whatever. I need to use the bathroom, and there's a park there, right?"

"There should be, I think." Denis stood up and stretched.

"And what are we going to do about this?" Belka pointed at a huge green bag near the bench.

I leaned over to the bag and unzipped it.

"If there are any documents or anything important, we'll take it to the station and hand it over to the security," I replied and began rummaging through the bag. The bag was filled with stuff: a military coat took up most of the space. Pants, underwear, socks, a new toothbrush in its packaging, a lighter, and a new medical bandage. I searched through the other pockets of the bag, but they were empty. I took out two pairs of new wool socks, the toothbrush, and the lighter, and put them in my backpack. Belka gave me a disapproving look but added:

"Take the bandage too, just in case."

"I’m a bum now, I need it. And he's off chasing his dream on the fountain machine," I said in my defense and put the bandage in my backpack with the rest of the stolen items.

"You're right, life is tough. You never know where you'll find and where you'll lose," Denis slung his guitar over his shoulder and headed toward the metro.

I kicked the bag under the bench with my foot, and we headed off. The Moscow metro felt completely foreign and unpleasant. The massive Komsomolskaya station was teeming with a motley crowd of people. It was evident that the vast majority were newcomers seeking work or a better life. Their attire was a giveaway: one in a bright yellow puffer jacket, another in an English coat, someone in a tuxedo, someone else in a branded jacket from the auto service where they worked. This was one of the significant differences from St. Petersburg—there, people tended to look more alike, including in their manner of choosing clothes. Another giveaway was the variety of tans, whereas in St. Petersburg, the majority had a noble pale-grey skin tone, light circles under their eyes, and a generally slightly sickly appearance.

We approached the metro map on the wall and tried to figure out where to go.

"It's close, just nine stops on the red line," Denis traced his finger across the glass-covered map on the wall display.

We went to the platform, and there I saw the most disgusting electric train, which also made an unbearable noise as it stopped. It was the "Rusich" 81-740/741—an artistic masterpiece by the most talentless designer-engineer on the planet. Gray, featureless paint, blue "livery," awkward, slightly narrowed doors on the articulated cars. We got inside and collapsed into the free seats. Despite being at the main "station" hub, the electric train was fairly empty. But even those in the car seemed like foreigners to me. It felt as if, if you approached someone and spoke to them, they would respond in a language unknown to me. I started imagining a fictional language of Muscovites in my head. It seemed quite amusing. I turned and looked at Belka: a young, pretty girl with her head resting on Denis's shoulder, dozing off. "What must be going on in her head, agreeing to this desperate step?" I thought and tried to remember myself at about 16. At that age, I was already living in the apartment of my now ex-wife. I worked at a construction site at the intersection of Slavy Avenue and Sofiyskaya Street in St. Petersburg—it was a long-term construction, and I was a watchman. Much of what I saw during that job later shaped my worldview. I got the job through my ex-wife's former boyfriend, who was the site manager there. I vividly remember the trip to the security firm's office, where the chief conducted an interview with me. The conversation was short; he was mostly interested in "how I felt about snitches and rats?" I gave the desired and expected streetwise answer, "gotta snuff 'em out," and got the job. Plus, a "special forces" uniform in blue camo with the security firm's patches. At the construction site, I had a wooden hut on a high pedestal right by the main gates. The hut had a wooden table and two shelves for sleeping. My partner was an Uzbek named Bakha, who lived in the hut permanently. Initially, I took shifts three to one but quickly realized that life at the construction site wasn't so bad and soon found myself living in the hut for fifteen days straight. In the evenings, Bakha cooked pilaf in a cauldron near our hut using discarded pallets as firewood. Near the construction site was the military enlistment office and the Park of Internationalists, where there was a lake, and I would go to wash my feet in the evenings. On the way back, I would stop at the kiosk and buy a bottle of Massandra to go with the pilaf. Someone might wonder where we got the money for wine and pilaf with meat every day. And we did have money. It all started like this: every evening after 7:00 PM, five prostitutes would appear on Slavy Avenue near the construction site. They stood scattered between Sofiyskaya and Bucharestskaya streets. As soon as a client appeared and picked one of them up, the girls directed them to the park, which was actually paved with concrete slabs for dump trucks and led to our construction site. But they could drive a bit further and seclude themselves in the shade of the trees next to the enlistment office. Sitting in the hut, eating pilaf every evening and until morning, I watched caravans of cars coming in to do their dirty business. One such night, Bakha and I suddenly heard a woman's scream. It was coming from the very place where an old Zhiguli had driven in 15 minutes earlier. We exchanged glances.

"Don't pay attention, Serj bai, it's just prostitutes, it happens sometimes, I've been working here for a long time," Bakha always added "bai" to my name. The scream repeated, but this time it didn't sound like an argument between a prostitute and a client, it was a woman's scream: "A-a-aa-aa."

"Bakha, put on your balaclava and grab the 'Cheremukha'," I said, pointing to the pepper spray. Bakha silently got up and did as I said. I grabbed a rubber baton and said, "Let's go!" We ran out of the gates and headed towards the Zhiguli parked in the shade of the trees. As we ran, I noticed a rather large man holding a girl by her hair and saying something to her near the front passenger door. I was more scared than ever before. It's hard to say why, as I wasn't afraid of a potential fight, but I was afraid that Bakha and I, in our uniforms, were going to defend a prostitute from someone unknown, and the whole situation could look very ambiguous from the outside, who knows what consequences it could have for us. Probably, Bakha would be deported in the worst case, and I might end up in a juvenile colony. Thinking about this, I abruptly decided to change the initial plan of "sudden attack" and, straightening up to my full height and signaling Bakha with my hand, I deliberately loudly and quickly began to march, stomping my boots and doing everything to make him notice us. It worked—in the semi-darkness, seeing the silhouettes in uniform, the man let go of the girl, raised his hands, and began to babble quickly and barely intelligibly: "Don't hit me, don't hit me, I'll pay her, just don't hit me." At that moment, I realized that my hastily prepared speech about us supposedly being from the police was completely unnecessary here.

"Pay quickly and I don't want to see you here again," I tried to make my voice as deep as possible, but out of fear, it sounded strained and unnatural.

A man, his hands trembling, reached into his trouser pockets, pulled out 500 rubles, and handed them to the girl who was standing nearby, clearly as shocked by what had happened as he was. She snatched the 500 rubles from the man and stuffed them into the pocket of her coat.

"Throw in a bit more for upsetting our girl," I said, trying to pile on the moral pressure, but deep down, my inner voice was screaming, "Shut up, Serj, shut up."

The man started rummaging through his pockets again, without saying a word. He pulled out another 200 rubles and handed them to the girl sheepishly. The girl hesitated, and to stop anyone from changing their minds, I took the 200 rubles and said, "Get out of here quickly." The man, his knees buckling, ran around his Zhiguli, jumped into the driver's seat, and sped out of the park, executing a near-perfect J-turn.

Everything went quiet, and the three of us stood under the magnificent tree in complete silence and semi-darkness. Bakha lit a cigarette.

"Just so you know, I'm not going to pay you anything," the girl blurted out.

"We don't need anything. Just thank us for being there," I replied.

"Thanks," the girl said, clearly scared and probably expecting a trick.

"Come with us, we'll get you a coffee," I said, pointing towards the construction site.

"Yeah, right. A whole bunch of gastarbeiters fuck me there once every three months when they get paid."

"Come on, don't be scared," Bakha pulled his balaclava off. "We work there as security guards."

We went into the booth, boiled the kettle, and poured three cups of coffee. The clock showed one in the morning. After getting acquainted with the girl, we learned that her name was Oksana. She appeared to be around 23 to 25 years old. Slightly plump, her hair was dyed a straw-yellow colour, and there was a wedding ring on her hand, which surprised me. I began to scrutinise her teeth, but she caught my gaze.

"I don’t do drugs like the other girls," she said, looking at me. "You’ve probably spoken to them, haven’t you?"

"Yes, they often come over to chat after a client leaves and have a cigarette," I stammered.

"They’re all old; they all do drugs, everything about them is decaying. Each one has served some time in prison," Oksana remarked, staring out the window at the road where they worked. "I’ve only been with them recently."

Bakha stood up, took his coat from a hook on the wall, and said, "I’m off to sleep in the neighbouring booth, Serj, I’ll take over from you at half five."

"Good night, Bakha."

"Goodbye," Bakha replied, glancing at Oksana.

"Take care!" she said in return.

We were left alone. I had no idea what to talk about with my guest. It seemed to me that all the questions I wanted to ask Oksana would be somehow offensive, as if they hinted that she was a prostitute. "But she is a prostitute!," I reasoned with myself. "Yes, but it still feels a bit awkward."

"Well, let me quickly do something nice for you, and then I’ll get back to work," Oksana said, extinguishing her cigarette and rolling up her sleeves as if preparing for surgery.

I unexpectedly leapt back into the far corner of the booth, probably looking like a frightened gerbil cornered at that moment.

"Don’t be scared, it’s free, of course; I ought to thank you," she reassured me.

Cold sweat broke out on my brow. Trying to remedy the situation, I seized the opportunity and began to ramble:

"A-ah, free, I...just...got frightened, you see, that you’d ask for money, and I haven’t got any on me, but if I did, of course… I’m a man, after all…"

"Come here already, young one," she said, her hands with sharp nails slipping under my sweater and, gripping my hips, pulling me sharply towards her. With skill and remarkable speed, she dealt with all the layers of clothing and buttons I wore. Within a couple of seconds, I was completely lost to the world, wanting to know nothing of who I was or where I was. I simply watched the endless, colourful planets soaring through the vast expanses of the universe.

A few minutes later, we stood by the gates of the construction site, smoking once more.

"Listen, is there any way we could drop by your construction site with the girls instead of going to the park with clients? You know how it is; various situations arise, and the police sometimes lurk about, confiscating all our earnings. This way, we could pay you a little something for each entry, and everyone would feel more at ease."

"Hmmm. How much is ‘a little’ exactly? How much do you charge the clients?"

"Well, the standard rates are 500 roubles for blow job and 1000 roubles for sex. We could pay 50 roubles if we come in for blow job and 100 roubles for sex. So, what do you think? Can we agree?"

"What about the other girls? Will they agree?"

"Those who don’t want to can keep going to the park."

I smiled. "So, it’s settled."

After that, our lives with Bakha transformed into a paradise: every day by 8 in the morning, we consistently found between 1500 to 3000 roubles in the bowl, "honestly" earned money that we used to make pilaf, buy wine, and cigarettes…

The train suddenly emerged from underground, and bright light flooded in.

"Welcome to ‘Vorobyovy Gory’ station," a female voice announced over the loudspeaker...

Next part: https://telegra.ph/Great-asthenic---Part-3-11-02

In Rus

Предыдущая часть: https://telegra.ph/Great-asthenic---Part-1-10-22

Мы сидели на лавочке и молчали. Осеннее солнце было уже высоко. Город жужжал, люди спешили кто куда. За все время пока мы сидели несколько трамваев объехали нас кругом заезжая на свое кольцо. Одна мамаша прошла мимо нас ведя за руку маленького пацаненка. Он засмотрелся на нас и начал дергать руку матери и тыкать в нас пальцем.

- Мама, мама, смотри, дяди и тетя музыканты - протараторил он. Женщина сбавила шаг, повернула голову и оценивающим взглядом окинула нас.

- Я тоже когда вырасту буду музыкантом - продолжал пацан. Он был одет в синюю дутую безрукавку, под ней была толстовка с капюшоном. На ногах были стиляжные коричневые кожаные ботинки с голубыми носами и джинсы с подворотами.

- Не говори глупостей - мамаша дернула малыша за руку, и добавила, думая что мы не слышим - и будешь сидеть вот так же грязный и вонючий и деньги просить.

Мальчик явно не понял всей серьезности угрозы и вопросительно уставился сначала на маму, а потом снова на нас.

- Беги, беги пацан, мамка дело говорит - Денис расплылся в беззубой улыбке.

Мальчик прижался к матери и быстрее зашевелил ногами, так, что теперь он вел маму за руку, а не на оборот. С момента как нас покинул наш знакомый ковбой прошло уже около часа.

- Все, баста - сказал я - поехали на твои горы.

- Воробьевы Горы - поправил меня Денис.

- Да хоть Голубевы. В туалет охота, а там же вроде парк?

- Должен быть, вроде как. - Денис встал и потянулся.

- А что с этим будем делать? - Белка показала на огромную сумку цвета хаки около скамейки.

Я наклонился к сумке и расстегнул молнию.

- Если будут документы или что-то важное, то отнесем на вокзал и сдадим охранникам - ответил я и начал рыться в сумке. Сумка была набита вещами: военный бушлат занимал основную часть сумки. Штаны, трусы, носки, новая зубная щетка в упаковке, зажигалка и новый медицинский бинт. Я обшарил остальные карманы сумки, но там было пусто. Я вытащил две пары новых шерстяных носков, зубную щетку и зажигалку и убрал к себе в рюкзак. Белка посмотрела на меня осуждающе, но добавила:

- Бинт тоже возьми, вдруг чего.

- Я теперь бомж, мне нужно. А ему и так хорошо, он уехал за мечтой на фонтан-машине - сказал я как бы в оправдание и переложил бинт в рюкзак к остальным украденным вещам.

- Правильно, жизнь она штука сложная. Не знаешь где найдешь, а где потеряешь - Денис одел гитару на плечо и пошагал в сторону метро.

Я запихал сумку ногой под лавку и мы пошли. Метро в Москве было совершенно чужим и неприятным. Огромная станция Комсомольская была наводнена толпой разношерстных людей. Было видно, что абсолютное большинство это приезжие на заработки или за лучшей жизнью. Их выдавало то, что практически все были одеты кто во что горазд: у кого то яркий жёлтый пуховик, кто то в английском пальто, кто то в смокинге, кто то в фирменной куртке автосервиса где он трудится. В этом одно из важных отличий от Питера - там люди больше похожи друг на друга и в том числе в манере выбирать себе одежду. А еще людей выдавал совершенно разный загар в то время как в Питере абсолютное большинство имело благородный блекло-серый оттенок кожи, легкие круги под глазами и в целом немного болезненный вид. Мы подошли к карте метро на стене и попытались понять куда нам идти.

- Да тут близко оказывается, прямо по красной ветке всего 9 станций - Денис провел пальцем по стеклу настенного щита под которым была карта.

Мы пошли на платформу и тут я увидел самый отвратительный электропоезд который к тому же просто неимоверно шумел во время остановки. Это был "Русич" 81-740/741 - произведение искусства от самого бездарного дизайнера-инженера на этой планете. Серая, безликая краска, голубая "ливрея", несуразные, как будто немного зауженные, двери в сочлененных вагонах. Мы зашли внутрь и упали на свободные места. Несмотря на то, что мы были на главной "вокзальной" станции, народу в электропоезде было довольно мало. Но даже те, кто был в вагоне, воспринимались мной как какие то иностранцы. Казалось, что если подойти к кому-нибудь и заговорить, то он ответит на неизвестном мне языке. Я задумался и начал придумывать в голове вымышленный язык москвичей. Это казалось довольно забавным. Я повернулся и посмотрел на Белку: молодая и симпатичная девчонка склонила голову на плечо Дениса и дремала. "Что же у нее в голове творится, если она согласилась на этот отчаянный шаг" - подумал я и попытался вспомнить себя примерно в 16 лет. В этом возрасте я уже жил в квартире своей теперь уже бывшей жены. Работал я на стройке на перекрестке проспекта Славы и Софийской улицы в Питере - там был долгострой, а я был сторожем. Многое увиденное там за время работы впоследствии сформировало мой взгляд на мир. Устроил на эту стройку меня бывший парень моей жены, который был там начальником участка. Отлично помню поездку в офис ЧОПа, где со мной проводил беседу главный начальник. Беседа была короткая, в основном его интересовало "как я отношусь к стукачам и крысам?". Высказав в ответ вожделенное для начальника и закономерное пацанское "гасить таких надо" я получил работу. А в придачу еще и "форму спецназовца" цвета голубой хаки и шевронами с логотипом ЧОПа. На стройке у меня была деревянная будка, стоящая на высоком постаменте прямо около главных ворот. В будке был деревянный стол и две полки для сна. Напарником у меня был узбек Баха, который в этой будке жил на постоянной основе. По началу я брал смены три через одну, но быстро понял, что на стройке не так уж и плохо и в какой-то момент обнаружил, что живу в будке уже пятнадцать дней подряд. По вечерам Баха готовил плов в казане около нашей будки используя брошенные палеты из-под кирпича в качестве дров. Рядом со стройкой был военкомат и парк Интернационалистов, где было озеро и куда я ходил мыть ноги по вечерам. На обратном пути я заходил в ларек и покупал бутылку Массандры к плову. Кто-то мог бы спросить откуда у нас были деньги на вино и плов с мясом каждый день. И они у нас действительно были. А началось все так: каждый вечер после 19:00 на проспекте Славы около стройки появлялось пять проституток. Они стояли рассредоточено между Софийской и Бухарестской улицами. Как только появлялся клиент и сажал одну из них к себе в машину, девушки указывали им на заезд в парк, который на самом деле был проложен в виде бетонных плит для самосвалов и вел к нам на стройку. Но по нему можно было проехать чуть дальше и уединиться в тени деревьев рядом с военкоматом. Сидя в будке и поедая плов, каждый вечер и до самого утра я наблюдал караваны машин, которые заезжали под деревья чтобы сделать свое грязное дело. В одну из таких ночей мы с Бахой вдруг услышали женский крик. Он доносился как раз из того самого места, куда 15 минут назад заехали старые жигули. Мы переглянулись.

- Не обращай внимания Сергей бай, проститутки, такое бывает иногда, я давно тут работаю - Баха всегда добавлял к моему имени "бай". Крик повторился, но на этот раз это было не похоже на ругань проститутки с клиентом, это был именно женский крик: "А-а-аа-аа".

- Баха, одевай свою балаклаву и возьми "Черемуху" - сказал я, указывая пальцем на перцовый баллончик. Баха молча встал и сделал все что я сказал. Я взял резиновую дубинку и сказал - "Побежали!" Мы выбежали за ворота и направились к стоящим в тени деревьев жигулям. Уже на бегу я заметил, как весьма полный мужчина держал за волосы девушку и что то ей говорил около передней пассажирской двери. Мне было страшно как никогда раньше. Сложно сказать почему, ведь я не боялся возможной драки, но я боялся того, что мы с Бахой в форме идем защищать проститутку непонятно от кого и вся эта ситуация со стороны впоследствии могла бы выглядеть весьма неоднозначно и кто знает, чем это для нас могло обернуться. Вероятно, Баху бы депортировали в самом крайнем случае, а меня могла ждать колония для малолеток. Думая об этом, я резко решил изменить первоначальный план "внезапного нападения" и выпрямившись в полный рост и подав рукой сигнал Бахе я нарочито громко и быстро начал шагать, топая своими берцами и делая все чтобы он нас заметил. Это сработало - в полутьме увидев силуэты в форме мужчина отпустил девушку, поднял руки вверх и начал быстро и еле разборчиво причитать: "Не бейте, не бейте, не надо, я заплачу ей, только не бейте". В этот момент я понял, что вся моя наспех заготовленная речь про то, что мы якобы из милиции совершенно тут не нужна. - Плати быстро и чтоб я тебя тут не видел - я старался максимально выдавить из себя бас, но от страха голос звучал сдавленно и неестественно.

Мужчина полез трясущимися руками в карманы брюк, вытащил 500 рублей и протянул девушке, которая стояла рядом и явно тоже была в шоке от происходящего. Она резко выдернула у мужчины 500 рублей и убрала их к себе в карман пальто.

- Сверху накинь за то, что нашу девушку обидел - произнес я пытаясь окончательно морально додавить мужика, но в глубине души мое второе "я" кричало "заткнись Серега, заткнись".

Мужчина начал снова рыться по карманам, не говоря ни слова, вытащил еще 200 рублей и виновато протянул девушке. Девушка замялась, и чтобы не дать ни кому опомниться я взял 200 рублей и сказал - езжай отсюда быстро. Мужик на подкашивающихся ногах оббежал свой жигуль, быстро запрыгнул за руль и с пробуксовкой унесся из парка сделав практически идеальный полицейский разворот. Все стихло, и мы стояли втроем под роскошным деревом в полной тишине и полумраке. Баха закурил сигарету.

- Если что, я не собираюсь вам ни чего платить - вдруг выпалила девушка.

- Нам ни чего и не нужно. Скажи спасибо что мы были рядом - ответил я

- Спасибо - девушка явно была испугана и, вероятно, ожидала подвоха.

- Пойдем к нам, кофе выпьем - сказал я, показывая пальцем в строну стройки.

- Ага, конечно, меня на этой стройке толпа гастарбайтеров трахает раз в три месяца, когда им дают зарплату.

- Пойдем, не бойся - Баха стянул с головы свою балаклаву - мы там охранниками работаем.

Мы пошли в будку, вскипятили чайник и налили три чашки кофе. На часах был час ночи. Познакомившись с девушкой, мы узнали, что ее зовут Оксана. На вид ей было около 23–25 лет. Немного полноватая, волосы были покрашены в соломенно-желтый цвет, на руке было обручальное кольцо, что меня удивило. Я начал присматриваться к ее зубам, но она поймала мой взгляд.

- Я не ширяюсь как остальные девчонки - она посмотрела на меня - ты, наверное, общался с ними?

- Да, они частенько подходят поговорить после того, как клиент уезжает и стреляют сигареты - я смутился.

- Они старые, все героинщицы, все гниет у них. Каждая отмотала какой-то срок в тюрьме - Оксана посмотрела в окно на дорогу, где они работали. - Я с ними около года. Баха встал, взял куртку с гвоздя на стене и сказал:

- Я спать пошел в соседнюю будку Сергей бай, в 5:30 утра сменю тебя.

- Спокойной ночи Баха.

- До свидания - Баха посмотрел на Оксану.

- Счастливо! - ответила она.

Мы остались одни. Я не знал о чем разговаривать со своей гостьей. Мне казалось, что все вопросы, которые я хотел задать Оксане, были какими-то оскорбительными и как будто намекали на то, что она проститутка. "Но ведь она и есть проститутка" - отвечал я сам себе. "Да, но все равно как-то неудобно".

- Ладно, давай быстро сделаю тебе приятно и пойду работать - Оксана затушила сигарету и начала закатывать рукава как будто хирург перед операцией.

Я неожиданно отпрыгнул в дальний угол будки и вероятно выглядел как испуганный суслик зажатый в угол в этот момент.

- Да не бойся, бесплатно, конечно, надо же тебя отблагодарить.

Меня прошиб холодный пот. Пытаясь исправить ситуацию, я решил воспользоваться случаем и затараторил:

- А-а-а, бесплатно, а я то просто испугался понимаешь ли, что ты денег попросишь, а у меня просто с собой тут денег нет, а так бы если были, то я бы конечно...я же мужик…

- Иди ты уже сюда молоденький - руки с острыми коготками проникли под мой свитер и взяв за бедра резко подтащили к себе. Она умело и очень быстро справилась со всеми слоями одежды и пуговиц, которые были на мне. Через пару секунд я уже отключился и не хотел знать кто я, что я и где я. Я лишь то наблюдал за копной желтых волос, которые шевелились около моего пояса, то за бесконечными красочными планетами, которые летали по бескрайним просторам вселенной.

Через несколько минут мы стояли у ворот на стройку и снова курили.

- Слушай, а можно сделать так, чтобы мы с девчонками заезжали с клиентами не в парк, а на вашу стройку? А то сам понимаешь, ситуации всякие бывают, да еще и менты нас там иногда караулят и отбирают всю выручку. А так мы бы вам немного платили за каждый въезд и всем бы спокойно было.

- Хмм. Немного это сколько? Сколько вы берете с клиентов?

- Да стандартно - 500 рублей минет, 1000 рублей секс. Можем платить по 50 рублей если будем заезжать на минет и 100 рублей если на секс. Ну как, договорились?

- А остальные девушки согласятся?

- Кто не согласится те пусть в парк так и ездят.

- Договорились - я улыбнулся.

После этого наша жизнь с Бахой превратилась в райские дни: каждый день к 8 утра у нас стабильно лежало в вазочке от 1500 до 3000 рублей "честно" заработанных денег на которые мы делали плов, покупали вино и сигареты...

Поезд внезапно вынырнул из-под земли и в глаза ударил свет.

- Станция "Воробьевы Горы" - произнес женский голос в динамике.

Следующая часть: https://telegra.ph/Great-asthenic---Part-3-11-02