Глава двадцатая
Alex_NeroСледующие несколько дней они провели, наслаждаясь атмосферой Оаху и посещая туристические достопримечательности, в том числе и мемориал ВМС США «Аризона». Тревор был тронут до слез, когда увидел мраморную стену в зале славы, испещренную именами павших.
— Так много погибших. Когда же это закончится?
Джесси положил руку ему на плечо.
— Свобода имеет свою цену, — тихо сказал он.
Они поплавали с маской и трубкой в бухте Ханаума и поднялись на Даймонд-Хед (кратер спящего вулкана на гавайском острове Оаху — прим. пер.), где Тревор, качая головой, разглядывал старые блиндажи, попадавшиеся на протяжении всего пути.
— И здесь война, — с грустью заметил он.
Они ели в ресторанах, которые сами по себе являлись известными достопримечательностями, например «Duke's Waikiki», и в более скромных, отдаленных заведениях, рекомендованных дружелюбными местными жителями.
— Райли был гораздо смелее меня в плане еды, — сообщил Джесси. — Он попробовал, и ему понравилось, можешь себе представить, — СПАМ-мусуби.
Он с отвращением поморщился.
— Спам? Серьезно? В смысле... СПАМ?
— Да, мясо в банках. Оно здесь повсюду. (Прим. пер. — SPAM — бренд консервированной ветчины. Гавайи имеют самое высокое потребление на душу населения в Соединенных Штатах, более 7 миллионов банок в год. Также на Гавайях встречаются разновидности, недоступные на других рынках, включая медовый спам, спам с беконом, острый и пряный спам.)
Тревор спросил у официантки, что такое мусуби, в итоге та принесла маленькую тарелку, поставила перед ним, коротко пояснив:
— СПАМ-мусуби. СПАМ, обжаренный на гриле в соусе терияки, выложенный поверх риса и завернутый в лист нори. Очень вкусно.
Тревор осторожно откусил кусочек и заявил, что это действительно «оно» (по-гавайски что-то типа «круто» — прим. пер.) или «вкусно», забавляясь отвращением на лице Джесси.
Каждый вечер они без сил валились в постель, но, однажды проснувшись посреди ночи, Тревор сильно удивился, когда обнаружил Джесси, сидевшего на балконе.
— Не спится? — спросил он, распахивая раздвижную стеклянную дверь и присоединяясь к нему за маленьким кофейным столиком. — Я уже почти выспался.
— То же самое.
Джесси вглядывался в бескрайний серебристый простор океана. Они разговаривали до тех пор, пока прохлада не загнала их обратно в номер, после чего улеглись на свои кровати. Когда это повторилось на следующую ночь, они даже не стали выходить на балкон. Джесси сварил кофе в маленькой кофеварке, стоявшей в номере, протянул чашку Тревору и уселся на край его кровати, скрестив ноги.
— Как долго вы были с Карлом? — спросил он.
В номере царил интимный полумрак — лишь лунный свет проникал через окно с открытыми шторами. Тревор подложил под спину пару подушек и взглянул на часы — те показывали три ночи.
— Чуть больше двух лет. — Он поморщился, потягивая некрепкий кофе, и посмотрел на Джесси сквозь ресницы. — А как насчет тебя? У тебя были парни? Девушки?
Джесси пожал плечами.
— Ничего серьезного.
— В старших классах я отжигал. — Тревор вкратце рассказал историю зачатия Райли. — А после его рождения у меня несколько лет никого не было.
— Почему? Просто был слишком занят?
Джесси выглядел озадаченным.
— Это тоже, но ко всему прочему он родился в 87-м. В разгар эпидемии СПИДа, — продолжил Тревор.
— Вот дерьмо.
— Тогда мы не знали, как он передается, думали, может даже через поцелуй или рукопожатие. Я не хотел подвергать риску себя и своего ребенка, поэтому ни с кем не встречался, не ходил на свидания.
— Наверно, тебе было одиноко.
— Было. Но я не мог так рисковать. Почти все знакомые из гей-сообщества потеряли кого-то. А оно в Спрингсе было не особо большим. — Он отпил глоток кофе и мрачно усмехнулся. — Конечно, когда все улеглось, и мы стали больше понимать, я наверстал упущенное, поверь.
— Правда? — Джесси поставил чашку на тумбочку, с интересом посмотрев на него. — Как?
Тревор пожал плечами.
— Клубы, круизинг (Круизинг или съём (англ. cruising) — поиск сексуальных партнёров в общественных местах. Термин чаще употребляется по отношению к поиску гей-партнёра. — прим. пер.). С пачкой презервативов в кармане я чувствовал себя неуязвимым. Райли к тому времени уже подрос, его можно было оставить дома одного на пару часов, и я этим пользовался. Никогда никого не приводил домой, ни у кого не ночевал, но...
Он увидел, как Джесси тяжело сглотнул.
— Вау.
— В какой-то момент я понял, что сыт этим по горло и начал ходить на свидания, даже знакомил своих парней с Райли. Он был уже достаточно большим и не придавал особого значения тому, что у нас с кем-то не складывалось. — Тревор поставил свою чашку. — Карл был единственным, с кем я жил.
— Я «сидел в шкафу» и в школе, и после нее, а потом, когда пошел в армию, разумеется тоже.
Джесси пожал плечами.
Вдруг он девственник. Тревору неожиданно пришла в голову эта мысль. Теперь уже он сам судорожно сглотнул, и, как бы невзначай, натянул подушку на колени. Господи, Трев! Возьми себя в руки, блядь!
— Разве не тяжело было решиться пойти в армию, зная, что ты гей?
— Решиться нет. Ну, в смысле, я считал, что секс — это здорово, но далеко не главное. Особенно когда переживал смерть родителей и пытался понять, что дальше делать со своей жизнью. Но, конечно, через некоторое время мне стало одиноко.
— И очень захотелось секса.
Джесси перевел на него взгляд, а потом посмотрел в пол.
— Разумеется. Кроме того, некоторые парни женились, кто-то хвастался фотографиями своих подружек. — Он фыркнул. — Чувакам, живущим вместе в казарме, всегда надо знать, кто с кем мутит. А если у тебя никого нет, то всех интересует, почему. Так что мне приходилось постоянно выдумывать всякую хуйню, изображать из себя того, кем я не был. Это так, блядь, заебывало, не говоря уже о том, что я начинал себя ненавидеть.
— Значит, у тебя никого не было с тех пор, как...? О, как неосторожно, сейчас спалишься, Тревор.
— Иногда в увольнении мне удавалось сходить в гей-клубы, но это было нечасто. — Джесси лег на кровать и приподнялся на локте. — Однажды, Райли заметил, что по возвращении я выглядел так же, как ты после клуба. Мне казалось, что я был максимально осторожен, но…
Что ж, вот и ответ на твой вопрос. Он не девственник. Но от этой мысли Тревор тоже напрягся, вспомнив те давние ночи, наполненные жарким анонимным сексом. В основном это были минеты или быстрые перепихоны с кем-нибудь на заднем сиденье чужой машины.
Он прочистил горло, и изо всех сил постарался не представлять Джесси на коленях...
— Неудивительно, что он это заметил, — хрипло ответил он. — Он всегда был очень внимателен ко мне.
Отчаянно желая сменить тему, пока не наделал глупостей, он продолжил:
— Итак, мы здесь уже почти неделю. Что дальше? Я начинаю немного уставать от Вайкики.
Джесси засмеялся и перекатился на спину, заложив руки за голову.
— Ну, мы чувствовали то же самое, поэтому взяли напрокат мотоциклы.
— Мотоциклы? Черт возьми!
Джесси подмигнул ему.
— Да. У нас обоих были права.
— Погоди-погоди, — Тревор сел прямо, забыв о назойливом стояке в трусах. — Правда?
— Перед командировкой, мы прошли курс вождения мотоциклов в Форт-Карсоне. Это обязательно, чтобы управлять любым транспортом на военном объекте. Так мы получили права.
Джесси настороженно посмотрел на него, весьма удивленного этой новой информацией.
— Ничего себе. Я... я не знал об этом.
Джесси не сводил с него глаз.
— Он собирался купить байк по возвращении.
Тревор тяжело вздохнул. Через мгновение Джесси положил ладонь ему на голень и утешительно сжал.
— Ну, он был взрослым, — выдавил из себя Тревор, стараясь, говорить ровно. — Ему не нужно было спрашивать у меня разрешения. Это просто… Господи, мотоцикл?
Джесси обеспокоенно гладил его по ноге, но внезапно Тревора охватило веселье. Он фыркнул, а потом расхохотался, рухнув обратно на подушки.
— О, Райлс. Неужели ты никогда не перестанешь меня удивлять? — Он повернул голову и посмотрел на Джесси. — Чем еще ты поразишь меня сегодня? У него была тайная жена или что-то в этом роде?
Джесси криво улыбнулся.
— Жены не было, хотя я уверен, что он влюбился в девушку-фотографа, которая работала с нами несколько месяцев.
— Серьезно? Что за девушка?
Джесси отрешенно посмотрел в пол и стал рассеянно поглаживать большим пальцем ногу Тревора, отчего тот резко вздохнул.
— Веселая и смелая. Красивая. Все парни были немного влюблены в нее. Она была как яркий лучик в нашей унылой действительности.
— Что с ней случилось?
Тревор снова прочистил горло, стараясь не обращать внимания на то, что по всей ноге к паху побежали мурашки, когда Джесси провел большим пальцем по лодыжке, затем по ступне и обратно. Господи, кто бы мог подумать, что лодыжка — такая, блядь, эрогенная зона?
— Она ушла в отпуск в то же время, что и мы с Райли. Повидаться с женихом.
— С женихом? Ох, бедный Райлс.
Джесси еще раз сжал ладонь и убрал руку с лодыжки Тревора к его большому сожалению.
— Да. У него не было шансов, хотя думаю, Кими испытывала к нему больше чувств, чем хотела бы признать. После его смерти она написала мне, что не может продолжать этот проект, что ей слишком больно редактировать фотографии.
Тревор повернулся на бок, встретившись с ним взглядом.
— Фотографии? — с тоской спросил он. — Чего бы я только не отдал, чтобы увидеть их.
Джесси с пониманием смотрел на него.
— Знаю. Именно поэтому я позвонил ей перед отъездом и попросил прислать мне флешку.
Тревор перевел дыхание и, не дождавшись ответа, потянулся к Джесси, схватив его за голое плечо.
— Правда, Джесс?
— Да. Она должна уже прийти, когда мы вернемся домой. — Джесси прикусил губу. — После того, как ты сказал, что я не могу свозить тебя в Афганистан, я подумал и понял, что в некотором смысле могу. На большинстве этих фотографий Райли.
Тревор закрыл глаза — внезапно нахлынули слезы.
— Когда будешь готов, Трев. Только когда будешь готов.
У него сдавило горло от нахлынувших эмоций.
— Я хочу знать, что с ним происходило. Но я... я не...
— Эй. Я никуда не денусь, — мягко сказал Джесси. — Когда ты будешь готов, обещаю, что буду рядом.
Не открывая глаз, Тревор кивнул и почувствовал, как матрас прогнулся, когда Джесси приподнялся и устроился на подушке рядом с ним. Они молча лежали, пока Тревор не погрузился в сон под его тихое дыхание.
* * *
Они заехали на спуск, Тревор крепко обхватил Джесси за талию, прильнув к нему. Через несколько секунд они с ревом влетели в туннель Тецуо Харано на трассе Н-3. Джесси с нетерпением ждал реакции Тревора на вид, который должен был открыться перед ними с противоположной стороны.
Он чувствовал невероятную смесь драйва от управления мощной машиной и возбуждения от того, что Тревор, сидевший позади, сжимал колени на его бедрах.
Черт, у меня все плохо.
Они вырвались из туннеля. Как он и предполагал, через гарнитуру шлема прозвучал восторженный возглас Тревора, когда перед ними открылась невероятная панорама.
— Боже мой, это великолепно, — выдохнул Тревор.
— Залив Канеохе. Весь полуостров — база морской пехоты, там и находится наш пляжный домик. — Они спустились с хребта Ко'олау в долину Ха'ику. Впереди, насколько хватало глаз, простирался сверкающий сине-зеленый океан. — Добро пожаловать на наветренную сторону Оаху, Тревор.
По мере приближения к КПП при въезде на базу движение на дороге становилось все плотнее. Наконец Джесси потянулся за удостоверением личности в карман на молнии своей кожаной куртки. Вскоре они свернули налево на Мокапу-роуд, в сторону аэродрома.
— Дома находятся сразу за взлетно-посадочной полосой, Трев, держись крепче, когда их увидишь. Мы с Райли пожалели, что не остановились здесь на весь отпуск.
Джесси остановил мотоцикл рядом с их домиком, Тревор снял шлем и спустился на землю.
— Вау! — воскликнул он. — Как здесь красиво! Почти как частный пляж.
С дюжину коттеджей на две спальни располагались на достаточном расстоянии друг от друга, поэтому небольшой кусочек пляжа перед каждым из них действительно был уединенным.
— Однажды утром мы видели, как тюлени нежились на солнце. Круто. — Джесси заглушил двигатель мотоцикла и опустил подставку. — Ну и как тебе первая поездка на мотоцикле?
Щеки Тревора раскраснелись, а глаза сияли.
— Немного страшно, но весело, — ответил он. — Прости, если я прижимался к тебе слишком крепко, надеюсь ты мог дышать.
О, но мне это очень понравилось. Джесси не стал высказывать эту мысль вслух, а лишь пожал плечами.
— Ничего страшного. Может быть, завтра мы прокатимся через весь остров. Уверен, это заставит тебя почувствовать себя живым, как ничто другое.
Он достал из кармана джинсов ключ от входной двери и направился вверх по ступенькам.
— Ты оставил арендованную машину в салоне проката байков?
— Ага. Следующие три дня, куда бы мы ни захотели поехать, поедем на мотоцикле. Надеюсь, ты справишься, — поддразнил он.
Он показал Тревору, где находилась главная спальня, а сам направился в другую комнату, чтобы переодеться в шорты для плавания. Выйдя из домика, он трусцой побежал к кромке воды и нырнул в волны, наслаждаясь прохладой, в которой сильно нуждались как его разгоряченное тело, так и ноющий член.
Наплававшись и приподнявшись над водой, он увидел, что Тревор расстелил на песке пару полотенец, а следом заметил и его мокрую темную голову в прибое неподалеку. Джесси подплыл к нему.
— В корзине на крыльце есть доски для буги. Ты как? Волны на этой стороне острова гораздо сильнее, чем в Вайкики, — предупредил он.
Тревор ахнул.
— Черт, если я могу доверить тебе свою жизнь на мотоцикле, то что там какие-то буги-борды. Давай! (Буги-бординг, еще называется бодибординг, является одной из разновидностей катания на волнах. Доска обычно меньше, чем для традиционного серфинга, и серфер плывет, лежа на ней животом — прим. пер.)
Джесси ухмыльнулся и поплыл к берегу за досками.
Когда через некоторое время они рухнули на полотенца, у Джесси уже болел живот от смеха. Тревор мрачно посмотрел на него, потом сердито пнул свою доску.
— Кусок дерьма, — пробормотал он, вздохнув с досадой.
— Что? Я бы сказал, тут скорее ошибка оператора, — хмыкнул Джесси.
Тревор потянулся и пихнул его.
— Я старый, — ворчал он. — Куда мне тягаться с современной молодежью.
Он откинулся на локти, по его коже стекала вода, а соски затвердели от холода. Джесси едва не застонал, борясь с внезапным желанием наклониться и согреть ртом эти твердые комочки. Он бы ласкал их языком, покусывал... Мысленно выругавшись, он перекатился на живот, чтобы скрыть свою растущую эрекцию, и положил голову на сложенные руки.
— Ты не старый, и для первого раза у тебя сносно получилось, — прохрипел он. — Райли отстойно справился, если что.
— Да? — расслабленно отозвался Тревор. Он закрыл глаза, подставляя лицо солнечным лучам. — Это удивительно, потому что он был хорош почти во всем, что пробовал. Футбол, бейсбол, даже оркестр.
— Оркестр? — Джесси поднял голову и посмотрел на него. — Он играл в оркестре? — Он фыркнул, когда Тревор кивнул. — Черт, если бы я это знал, мало ему не показалось бы. Оркестр, блин!
— Да, он играл на трубе.
— Ха. Вот так, думаешь, ты знаешь парня, и на тебе.
Они замолчали. Теплое полуденное солнце и ритмичный шум волн успокаивали, в конце концов Джесси полностью расслабился и задремал.
— Я мог бы остаться здесь навсегда, Джесси.
Он открыл глаза, увидел, что Тревор повернулся на бок лицом к нему, и сонно моргнул.
— Я тоже.
— Если съездишь за продуктами, я приготовлю нам что-нибудь сегодня. Я видел неплохой гриль во внутреннем дворике.
— Конечно. — Джесси перевернулся на спину и лениво потянулся. — Поскольку я умираю с голода, а ты задолжал мне стейк, это звучит как фантастическая идея.
Он потер свой плоский живот, как бы обещая ему вкусный ужин.
— Отлично, — чуть хрипло сказал Тревор, отводя взгляд от ладони Джесси. — Пойду составлю тебе список.
Он схватил полотенце и рванул обратно в дом, словно за ним вдруг понеслись адские гончие. Джесси провел пальцами по еще влажным волосам и, поднявшись на ноги, побрел к кромке воды. Разгоряченное тело едва слушалось, а в животе бурлила дрожь предвкушения чего-то, заставляя его нервничать. Волны с белыми гребнями накатывали на песок, вода пенилась вокруг его ног. Боже, Райли обожал этот пляж. Каждое утро он вставал на рассвете, чтобы попрактиковаться в катании на буги-борде, пока Джесси сидел на террасе с кружкой кофе и смеялся над его эпическими падениями.
О, Райлс, как бы я хотел, чтобы ты был здесь с нами.
Стоило этой мысли прийти в голову, Джесси фыркнул от ее абсурдности. Если бы Райли был жив, ничего из этого не случилось бы. Тревор находился бы в Колорадо, будучи счастлив в браке с Карлом, а Джесси по-прежнему служил бы в армии, скрывался от посторонних глаз, тайком посещая гей-бары в надежде подцепить кого-нибудь, и, если очень повезет, получить минет где-нибудь в переулке.
Он смотрел на горизонт, на бескрайние просторы океана. Удивительно, как жизнь и смерть одного человека изменили ход жизни многих других, оставив их на волю судьбы, подобно обломкам плота в разъяренном море. Столько потерь, столько боли, и все из-за того, что пуля выбрала не ту цель...
Внезапно нахлынувшее горе вновь поглотило Джесси. Всхлипнув, он побежал в волны, чтобы соленая вода смыла слезы.