Глава двадцать седьмая
Alex_NeroАккуратный стук в дверь показался настоящим грохотом. Тревор стоял в гостиной, глубоко дыша и изо всех сил пытаясь разжать кулаки. Наконец он распахнул дверь, надеясь, что выглядел не таким бледным и измученным, как ему самому казалось. Однако, судя по выражению лица Карла, именно так оно и было.
— Привет, Трев, — неуверенно поздоровался Карл. — Ты в порядке?
Тревор посторонился и пропустил его внутрь, больше не чувствуя необходимости притворяться.
— Нет, не совсем.
Он предложил Карлу кофе, тот с облегчением согласился, ведь это позволяло еще немного потянуть время. Несколько минут они посидели на кухне, беседуя на отвлеченные темы, пока наконец Карл не положил руку ему на предплечье.
— Ты уверен, что хочешь сделать это сейчас?
Тревор поморщился.
— Если не сейчас, то когда? Легче уже не станет.
Бросив на него обеспокоенный взгляд, Карл поднялся и поставил свою кружку в раковину.
— Ладно, — тихо согласился он. — Я, пожалуй, начну. — Почему бы тебе не посидеть на улице или еще где-нибудь, дорогой? — Он смущенно замолчал и продолжил после паузы. — Прости. Я по старой привычке.
Тревор прикусил губу.
— Если уж вспоминать старые привычки, то мне бы сейчас не помешали объятия. — Без лишних слов Карл притянул его к себе и крепко обнял, Тревор прислонился к нему и положил голову на плечо. Он вдыхал аромат дорогого парфюма, которым всегда пользовался Карл, и удивлялся, почему тот больше не казался знакомым. И еще сильнее затосковал по Джесси, по твердым мышцам его груди, по запаху свежего пота после тяжелого рабочего дня. И все же уверенное, успокаивающее присутствие Карла стало бальзамом для израненного сердца, которое снова и снова разбивалось на мелкие кусочки. Наконец Тревор отстранился. — Спасибо. И да, я посижу снаружи, пока ты... — Он беспомощно взмахнул рукой. Карл похлопал его по плечу, подождал, пока он допьет кофе и заберет свой ноутбук, после чего поспешно открыл перед ним дверь во внутренний дворик и мягко закрыл обратно.
Тревор уселся на любимое кресло, чувствуя холод несмотря на то, что уже вовсю пригревало утреннее солнце. Он сжимал в ладонях горячую кружку, прислушиваясь к приглушенным звукам, доносившимся из дома, и стараясь не представлять себе, чем там занимался Карл.
Бросив бесполезные попытки заняться работой, Тревор взял телефон и открыл контакты. Он пролистал их до имени Джесси, перечитал около дюжины последних сообщений и невольно заулыбался от милых глупостей их переписки, свойственных скорее подросткам в период первой влюбленности.
— О, Джесс.
Тревор положил телефон на колени и уставился на бассейн, вспоминая последний звонок от Джесси тремя днями ранее.
— Наконец-то появился сигнал! Боже, как я по тебе скучаю. — Его голос был наполнен желанием. — Как ты? Чем занимаешься?
— Да так, ничем особенным. Пытаюсь втянуться в работу, общаюсь по телефону с клиентами. Скучаю по тебе. — Джесси вздохнул, и Тревор спросил: — Не знаешь еще, когда вернешься домой?
— Нет пока, — с сожалением ответил Джесси. — Мы уже далеко забрались, и не очень понятно, когда доберемся. — Он сделал паузу. — Хотя это помогает. Очень. Нам всем нужно разгрести кучу дерьма и...
Он снова прервался, и Тревор мягко сказал:
— Не торопись, ладно? Я в порядке, честно.
Джесси еще раз вздохнул.
— Хорошо. Я позвоню снова, как только смогу.
— Я люблю тебя.
Повисла длинная пауза, Тревор подумал, что его армейские приятели грели уши. Он уже собирался попрощаться с Джесси, когда тот громко и твердо произнес:
— Я тоже тебя люблю. Пока, малыш.
Как раз перед тем, как Джесси нажал отбой, Тревор услышал крики и возгласы парней рядом с ним: «О, Бирни! Кого это ты...»
Тревор покачал головой, надеясь, что Джесси не слишком сильно нагрубил друзьям, и одновременно задаваясь вопросом, что он им ответил.
Изнутри дома послышался какой-то грохот, Тревор напрягся — горе и тревога снова накатили тошнотворной волной. Но прежде чем та успела захлестнуть его, Карл открыл дверь во внутренний дворик и высунул голову наружу.
— Извини, — пробормотал он. — Опять задел эту чертову подставку под кашпо, которую я вечно опрокидываю.
Он захлопнул дверь, его раздраженный, недовольный тон почему-то вызвал у Тревора улыбку, а потом и вовсе заставил рассмеяться вслух. Возможно, этот смех был с небольшой долей истерики, но Тревора это не волновало, поскольку несколькими мгновениями ранее он находился почти на грани слез, и в тот момент предпочитал им его.
— Я так устал плакать, Райлс, — прохрипел он. — Так устал. Ты ведь понимаешь, правда?
Ответа, как и всегда, не последовало, но бассейн, казалось, вдруг заблестел еще ярче под лучами июльского солнца.
Охуенно тусим, сука!
Тревор протер глаза. Как символично было расстаться с вещами из комнаты Райли в том же месяце, что произошла вечеринка, когда он провел последнюю ночь дома. Эта мысль не отпускала. Итог бесценной жизни, своебразная точка, необходимая, но все еще грозившая вырвать из груди сердце Тревора.
Он сдержал рыдания. Может быть, ему следовало попросить Джесси сделать это? Подождать, пока тот вернется домой из похода? Стоило представить, что придется пережить следующую ночь в одиночестве... Нет. Он принял решение после тщательных, мучительных раздумий, и не стоило его пересматривать.
Тревор безучастно смотрел на бассейн, потеряв счет времени. Вдруг за спиной снова открылась дверь. Он перевел взгляд на Карла, который опустился в кресло напротив и уткнулся лбом в кулаки.
— Закончил? — он мысленно похвалил себя за то, что смог говорить ровно. Карл кивнул, подняв вгляд. Тревор с удивлением заметил, что он немного побледнел, а его глаза покраснели. — Ты в порядке?
— Да. — Карл прочистил горло. — Просто... ну, это оказалось труднее, чем я думал...
Он сконфуженно замолчал, Тревор потянулся и взял его за руку, тронутый явной печалью в его голосе.
— Понимаю, — все, что ответил он, сжав пальцы Карла.
Карл сжал его пальцы в ответ.
— Хочешь взглянуть?
Нет, Тревор не хотел, но все равно собрал все самообладание и поднялся. Он не отпускал руку Карла, пока они шли к дому и по коридору. У двери в комнату Райли, Карл сам отпустил его и отступил на полшага — Тревор по-прежнему чувствовал плечом тепло его тела.
Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и снова открыл их. Солнечный свет, проникавший через жалюзи, создавал яркие полосы на полу и стенах. Мебель по-прежнему стояла на месте — комод, двуспальная кровать и тумбочка, но все остальное исчезло, даже коробки, что прислали из армии, которые Джесси перенес столько месяцев назад.
— Я сложил все коробки во встроенный шкаф в гараже. Как ты и хотел, правильно? — Тревор отрывисто кивнул, не доверяя своему голосу. — Все коробки пронумерованы, я упаковал их системно, например, «сувениры и награды с полки» или «книги», и так далее. В списке все указано рядом с номером каждой коробки, я собрал все листы по порядку и положил сюда.
Карл подошел к комоду и взял папку-конверт, которую Тревор сразу не заметил.
— С-спасибо, — выдавил он из себя, желая сказать что-то еще, но так и не найдя слов.
— Что ты собираешься делать с мебелью?
Тревор сцепил пальцы.
— Завтра утром приедут ребята из «Гудвилла», разберут ее и увезут.
Карл кивнул, Тревор напоследок окинул взглядом комнату и отступил за порог, понимая, что на тот момент достиг предела своих возможностей. Однако дверь он оставил открытой, повернулся и направился обратно на кухню. Карл следовал за ним по пятам. Часы на плите показывали уже четыре, Тревор, прочистив горло, хрипло спросил:
— Может задержишься на поздний ланч или ранний ужин?
— Мы договорились с Грейсоном поужинать в «Бродмуре», но Трев, если нужно, я позвоню ему. Он сам посоветовал мне остаться, если это будет необходимо, так что он точно поймет.
У Тревора к глазам поступили слезы. Он был потрясен тем, что неизвестный Грейсон проявил сострадание к человеку, которого никогда не видел и на которого имел полное право обижаться.
— Со мной все будет в порядке, Карл. Я просто не хотел отпускать тебя голодным.
У него задрожали губы, Карл со всхлипом потянулся к нему и крепко обнял.
— Мне так жаль, Тревор, — прошептал он ему в волосы. — Боже, мне так жаль.
Тревор прижался к нему, чудом сохраняя самообладание. Он не желал причинять Карлу еще больше страданий, тот и без этого натерпелся от него.
— Спасибо тебе, — прохрипел он. — Спасибо, что ты здесь, что оказался таким хорошим другом. — Он отступил на шаг и взял в ладони его лицо. — И поблагодари Грейсона от меня. Передай ему это, ладно? — Приподнявшись на цыпочки, он прошептал Карлу в губы. — Похоже, он замечательный парень.
— Так и есть. — Напоследок еще раз прижав его к себе, Карл освободился из объятий и взял со столешницы ключи с телефоном. — Ты же знаешь, если что, просто звони, Трев.
— Знаю.
Тревор проводил его до машины и подождал, пока он отъедет, прежде чем вернуться в дом. А затем долго неподвижно стоял в конце коридора, уставившись на полоску солнечного света, проникавшего из комнаты Райли через дверной проем. Наконец он сделал шаг, потом еще один и еще, пока не оказался рядом с кроватью, лишенной постельного белья. Он дрожащей рукой провел по матрасу и окинул взглядом пустые стены. В штукатурке виднелись крошечные отверстия, где были прикреплены постеры. Тревор смахнул слезы, осознав, что не помнил, где что висело. На комоде он заметил следы пыли от какого-то предмета, который там стоял, но совершенно не мог вспомнить какой. Он нервно запустил пальцы в волосы. Черт возьми, надо было заставить себя зайти в комнату до того, как Карл все соберет. Он должен был, блядь, заставить себя посмотреть на нее еще раз, чтобы запомнить...
— Прекрати, — прорычал он вслух сам себе. — Все уже сделано.
Он взял конверт, который оставил Карл, и прижал к груди. Карл сказал, что все переписал, рассортировал по категориям и местам расположения. Когда-нибудь Тревор, если захочет, сможет собрать воедино то, что стояло на комоде Райли, и, возможно, увидев постеры снова, вспомнит, где те висели.
— Спасибо тебе, Карл, — яростно прошептал он.
Выйдя из комнаты, он отнес конверт в кабинет и аккуратно положил в ящик стола.
* * *
На следующее утро Тревор встал пораньше, чтобы протереть от пыли всю мебель в комнате Райли, перед тем, как передать ее в Гудвилл. Он с опаской открывал каждый ящик, но Карл освободил их все. Сняв матрас с каркаса кровати, Тревор поставил его у стены. Его внимание привлек какой-то предмет на ковре. Он нагнулся и не сдержал улыбки, поняв, что это была обертка от овсяного печенья с кремом, одного из любимых снеков Райли; должно быть, она прилипла сбоку к матрасу. Пол оказался тщательно вымыт, Тревор невольно восхитился работой по дому миссис Сэйрес. Ему самому никогда бы не пришло в голову убирать под чужой кроватью.
Гардеробная тоже была абсолютно пуста, как и ванная, в душевой кабине не осталось даже старого флакона шампуня. Тревор со вздохом прислонился к стене. Он сам попросил Карла сделать это, зная о его внимательности и щепетильности, так? И неудивительно, блядь, что тот отлично справился.
— Что ж, Райлс, вот и все, дружище, — произнес Тревор в тишину пустой комнаты. — Теперь здесь только я и мои воспоминания.
Он собрал тряпки и вернулся обратно на кухню. Как раз в этот момент раздался громкий стук в дверь. Он открыл ее, у порога стояли двое крепких мужчин в рубашках-поло с надписью Goodwill.
— Приветствую, мистер, — поздоровался один из них. — Что-то не так с Вашим дверным звонком. Мы уже пять минут здесь стоим!
— Прошу прощения, он сломался, — пробормотал Тревор, после чего впустил их, показал направление к комнате и объяснил, что забирать. — Через несколько минут мне необходимо присоединиться к конференц-связи, вы не против закончить все без меня?
— Без проблем, мы просто оставим квитанцию для налоговой на кухонной стойке. Хорошего дня, мистер.
Тревор удалился в свой кабинет и закрыл раздвижные двери. Из комнаты Райли периодически доносился гул шуруповерта, пока мужчины разбирали каркас кровати и переносили мебель в свой грузовик. Все было проделано быстро, эффективно и заняло всего десять минут.
Когда последние звуки стихли, Тревор выглянул из кабинета и на цыпочках прошел по коридору до комнаты. У него сдавило горло — та была абсолютно пуста, лишь на ковровом покрытии остались следы от мебели. Следы, которые со временем исчезнут.
Точно так же, как присутствие Райли постепенно исчезало из его жизни, фрагмент за фрагментом, частичка за частичкой.
Тревор со всхлипом прижался спиной к стене и медленно сполз на пол. Его душили слезы.
— Я скучаю по тебе, Райли Джеймс.
Небольшое отступление от переводчика.
Goodwill Industries — сеть благотворительных магазинов в США
Основным направлением деятельности благотворительной организации Goodwill является переобучение и устройство на работу людей из самых разных слоев общества. Помощь оказывается людям с ограниченными возможностями, ветеранам, иммигрантам, бывшим заключенным. Также переобучение могут пройти пожилые или очень молодые люди, ищущие работу.
Не секрет, что представителю каждой из этих групп сложно трудоустроиться. Компания Goodwill организует учебные курсы (с соответствующей сертификацией), договаривается о стажировках и помогает найти новую занятость.
На все это требуются деньги, поэтому компанией были организованы благотворительные магазины. Принцип их работы аналогичен другим подобным проектам: сданные жертвователями вещи продаются, а вырученные средства направляются на оплату преподавателей, аренду помещений и другие расходы.
За короткое время сеть магазинов настолько расширилась, что в США их логотип и концепция работы известны каждому. Отсылки к ним проникли даже в популярную культуру: в некоторых фильмах можно заметить, как родители пугают детей тем, что отдадут на благотворительность их игрушки, если сами дети срочно не начнут себя хорошо вести.
Организация Goodwill отличается тем, что смогла добиться налоговых льгот не только для своих магазинов, но и для своих жертвователей. Если вы сдаете что-то в магазин, вам выдают чек, который вы прикладываете к своей налоговой декларации (конечно, это все при условии, что вы платите налоги в США). За это вам насчитают налоговый вычет.
В организации прошло переобучение порядка 36 миллионов человек. Некоторые из них не просто трудоустроились, а попали в такие престижные отрасли, как IT, банковское дело и медицина (около 313 тысяч человек).