Глава 9
Пока чистил зубы, И Мён вдруг почувствовал резкую боль.
Рот внутри оказался настолько изранен, что даже слабый мятный привкус пасты обжигал слизистую.
Когда он сглотнул, то ощутил неприятное першение — горло саднило, будто он перенёс сильное воспаление.
Выйдя из ванной, он столкнулся с Дживаном.
— Ты из тех, кто не переходит к следующему этапу, пока не начнёте встречаться?
«Опять он…»
— По тебе видно. Мимолётные связи не для тебя, да?
И Мён не стал ни отрицать, ни подтверждать. Если Дживан решил, что так, пусть так и думает.
Ведь если бы он признался, что не имел опыта, что его первый раз случился с ним, под давлением и угрозами…это бы только раззадорило Дживана.
Но и делать вид, что он опытен, было не лучшей идеей.
И Мён пока не до конца понимал, каким человеком он был, но одно знал точно: его лучше не провоцировать.
В любом случае, он действительно не мог придумать подходящей лжи, потому что просто не имел подобного опыта.
А в таких ситуациях лучше всего было просто молчать.
— Мне нравятся те, кого есть чему научить в сексе. Так что ты в самый раз.
И Мён невольно сжал губы.
Неужели всё только начинается?
Если он всё ещё ему не наскучил…значит, до свободы далеко.
Спустя мгновение Дживан улёгся рядом и крепко обхватил его, сжимая, словно подушку.
— Мой идеал…
Задумчиво пробормотал он.
— Говорят, у меня странные вкусы. Мне нравится то, что вызывает отвращение.
И Мён вспомнил их первую встречу.
Тогда, во время собеседования, Дживан рассказал ему о той огромной, безликой, уродливой картине и о том, как он мечтал заполучить её.
Завораживающее отвращение. Желание одновременно спрятать и показать.
«Он также думает про меня?»
И Мён тут же отбросил эти мысли.
— Хм…
Дживан выдохнул, его дыхание коснулось подбородка.
По коже пробежал озноб.
Как же отвратительно чувствовать дыхание человека, которого ты не переносишь.
С этой мыслью И Мён слегка отвернул голову, но Дживан тут же потянулся ближе.
Его волосы — мягкие, блестящие — защекотали шею.
— Но знаешь, мне правда интересно…твой первый раз…
Голос Дживана звучал сонно.
— Ну расскажи, а? Честно, я даже не буду тебя трогать…просто подрочу на твой рассказ.
Дживан рассмеялся.
И Мён сжал веки, притворяясь спящим.
Может, из-за усталости, а может, из-за отчаянного желания сбежать от реальности — но вскоре он и правда провалился в сон.
Пока он засыпал, Дживан поглаживал его губы кончиками пальцев, заворожённо наблюдая за его лицом.
После пробуждения омега-гена И Мён намеренно поступил в старшую школу в другом районе. Он не хотел, чтобы рядом оказался хоть кто-то, кто знал бы его прошлое.
Они с матерью сняли небольшую квартиру где-то между её работой и его школой. В тесном пространстве не было места для всего нажитого когда-то имущества, поэтому им пришлось от многого отказаться.
Но у И Мёна не было времени на сожаления. Он сразу же начал подрабатывать, чтобы помочь семье. Отсутствие друзей и возможности с кем-то проводить время казалось ему скорее удачей, чем потерей.
Со временем он стал ещё более замкнутым.
Всего-навсего боялся, что случайная ошибка раскроет его секрет.
Хотя И Мён и раньше не был особо общительным, теперь он почти совсем перестал взаимодействовать с окружающими.
— Эй, ты же Мён, да? У тебя есть девушка?
Иногда кто-то пытался завязать с ним разговор, но он просто молчал, позволяя людям говорить самим с собой.
Они быстро уставали от его безразличия и уходили, смущённые или раздражённые.
О нём ходили слухи: холодный, высокомерный, невоспитанный.
И Мён не опровергал ничего.
Ему даже нравилось, что люди сами отдалялись от него.
Ему было всего семнадцать.
Он просто пытался защитить себя.
Заключая в сердце секрет, он будто обрекал себя на прогрессирующую неизлечимую болезнь. Со временем оно всё сильнее ныло от пустоты.
Когда боль становилась невыносимой, он выходил на школьный стадион.
Спиной к тёмному зданию школы, он мчался по песчаному полю, пока лёгкие не сжимались от нехватки воздуха.
Бег был единственным, что помогало ему заглушить навязчивые мысли.
И вот однажды он заговорил с ним.
Прошло много лет, но И Мён до сих пор помнил этот момент до мельчайших деталей.
Это была летняя ночь, душная. Земля ещё хранила в себе остатки дневного зноя. Луна светила так ярко, что можно было обходиться без фонарей.
И Мён, как обычно, загнал себя до изнеможения. Горло горело от жажды.
Пошатываясь, он направился к уличному крану, открыл его на полную мощность и жадно припал к воде.
И в этот момент раздался голос:
— Если хочешь пить, возьми это.
И Мён замер и, скрипнув вентилем, перекрыл воду.
Мокрый, тяжело дыша, он поднял голову.
Перед ним стоял Квон Сольён.
Стройный парень с красивым лицом и спортивной сумкой через плечо.
И Мён знал его ещё до того, как они заговорили друг с другом.
Все знали Квона Сольёна.
Многообещающий спортсмен, юниор национальной сборной по прыжкам в воду.
Из-за частых тренировок за пределами школы его редко можно было встретить в коридорах, но, даже несмотря на это, И Мён легко запомнил его лицо.
Такое лицо невозможно забыть после одной встречи.
Кожа, словно светящаяся изнутри — возможно, потому что он всё время проводил в воде.
Идеально очерченные, густые брови.
Глаза — тёмные, глубокие, излучающие доброту.
— Уже не нужно.
Пробормотал И Мён, отворачиваясь.
— Водопроводная вода вредна для организма.
Квон Сольён снова протянул ему бутылку воды.
Его ладони были такими большими, что пластиковая бутылка казалась крошечной.
И Мён молча посмотрел на него, затем стянул ворот футболки и вытер мокрое лицо.
— Бери.
Судя по его тону, пока он не возьмёт воду, тот не отступит.
Вздохнув, И Мён всё же принял бутылку.
Она была ледяной, а на её поверхности выступили мелкие капли влаги.
— Спасибо.
Даже после благодарности Сольён не сдвинулся с места.
И Мён украдкой взглянул на него, затем развернулся, намереваясь уйти.
Но не успел сделать и пары шагов, как тот заговорил вновь.
— Ты легкоатлет?
— Нет.
— Тогда?
«Я никто».
— Ты же каждый вечер приходишь сюда бегать, верно?
— Ты за мной наблюдал?
И Мён невольно напрягся.
Он и не догадывался, что кто-то мог видеть его.
— Ага. Ты быстрый.
Странное чувство.
Отчасти это пугало, но вместе с тем…
Было в этом что-то тёплое.
— В последнее время тренируюсь прямо в школе.
Сказал Сольён, кивая в сторону спортзала.
И Мён безразлично кивнул.
— Может, хочешь присоединиться? Раз уж тебе нравится бегать.
— Я…
Он не стал договаривать.
Нет, он не собирался ни с кем тренироваться.
— Мне пора.
И Мён молча попятился, даже не пытаясь что-то объяснить.
На лице Квон Сольёна мелькнуло лёгкое замешательство.
— Пока.
С того дня тот растерянный взгляд преследовал И Мёна.
Он вспоминал его в самые неожиданные моменты — когда пробивал товары на кассе во время подработки, когда ехал в автобусе к отцу в больницу…
Сначала он думал, что всё дело в самом факте: редкая возможность поговорить с таким известным человеком один на один.
Но почему же тогда он чувствовал что-то ещё?
Прошло три недели, прежде чем они снова столкнулись.
— Ты был занят всё это время?
И Мён специально проверил — в спортзале не горел свет, значит, там никого не должно было быть.
Но Квон Сольён появился словно из ниоткуда.
И Мён не смог скрыть удивления.
— Да, был.
Его ответ был коротким, скупым.
Где-то в глубине души он будто пытался найти пути к отступлению.
На самом деле все три недели он намеренно избегал школьного стадиона, предпочитая бегать где-то подальше.
Сегодня он оказался здесь случайно — возвращался с подработки, заметил, что спортзал пуст, и решил, что можно пробежаться.
Но вот он снова здесь.
И от этого И Мён чувствовал странное беспокойство.
Неужели он ждал его?
Эта мысль заставила его невольно сделать шаг назад.
— Кстати, ты в каком классе?
Внезапно спросил Сольён.
— Я все пересмотрел, но тебя нигде не нашёл.
Сердце, уже и так ускоренное от пробежки, забилось ещё сильнее.
— Я…просто обычно сплю за партой.
— Вот как? Наверное, поэтому и не заметил.
«Но зачем он вообще меня искал?»
И Мён не хотел спрашивать.
Ему было некомфортно от самого факта, что кто-то так пристально его изучал.
Чувство, будто за ним гонятся.
Но странное дело…где-то глубоко внутри было и что-то ещё.
Что-то, что напоминало: ты не просто тень. Кто-то помнит о тебе.
— Ты всё же не хочешь тренироваться в зале? Там хотя бы беговая дорожка есть.
И Мён колебался.
— В спортзале прохладнее.
Добавил Сольён с лёгкой улыбкой.
«Почему он так настойчив? Может, ему просто нужны новые люди в команду?»
И Мён уже сталкивался с подобным — ещё в начальной и средней школе учителя физкультуры часто предлагали ему попробовать себя в разных видах спорта.
Но спорт стоил денег, и со временем он просто забросил всё, что когда-то любил.
— Вам в секцию не хватает людей?
— М?
Удивлённо вскинул брови Сольён.
И Мён тут же пожалел, что заговорил.
Наверное, сказал что-то глупое.
Из-за того, что он почти ни с кем не общался, его социальные навыки, кажется, совсем атрофировались.
Как же это раздражало.
— Я пошёл.
Он резко развернулся, намереваясь уйти.
— Эй, подожди.
И Мён не стал останавливаться.
Он почувствовал, что Сольён может его схватить, и, не дав тому такой возможности, ускорил шаг.
А затем — побежал.
Откуда-то из-за спины донеслось:
— Да скажи уже, в каком ты классе?!
В голосе прозвучала лёгкая досада.
Судя по всему, Сольён даже попытался его догнать, но быстро понял, что это бессмысленно.
Если он решил убежать, его никто не догонит.
И всё же…
Ветер, проносившийся между мокрых прядей волос, ощущался приятнее обычного.
И Мён даже сам не понял, почему вдруг улыбнулся.
Но его побег оказался напрасным.
Скольких бы встреч он ни избегал, Сольён всё равно его нашёл.
Шумная перемена, гул голосов в классе.
И Мён, как обычно, дремал, уткнувшись в сложенные на столе руки.
А затем почувствовал, как кто-то слегка трясёт его за плечо.
— Так ты из второго класса.
Тяжёлая ладонь на столе, низкий голос.
И Мён приоткрыл глаза.
Перед ним стоял Квон Сольён.
Перейти к 10 главе.
Вернуться на канал.
Поддержать: boosty