Глава 6

— Чего так долго? Кто-то дома? Может, мне зайти поздороваться?

Голос Сухвана прозвучал неожиданно. Он заглядывал внутрь, стоя в проходе.

— Нет. Не надо.

Быстро ответил Нанён.

— Пошли скорее.

Он схватил гостя за руку и потянул за собой прочь. Но тот не сдвинулся с места — стоял как вкопанный.

— А! Добрый вечер!

Сухван вдруг громко поздоровался. За спиной Нанёна стоял Ли Тэрок.

— Привет. Не укладывай Нанёна спать слишком поздно.

— Д-да…конечно!

— Пить будете?

— Нет.

— Угу. Не стоит. Даже под алкоголем с Нанёном ничего не выйдет.

— А…да…

— Отправь его домой пораньше.

— Пошли.

Буркнул Нанён.

— Нанён-а.

Тэрок окликнул его, в тот самый момент, когда он уже тянул за собой Сухвана, не желая слышать больше ни слова.

Но стоило услышать своё имя из его уст, как тело откликнулось. Он ещё не пришёл в себя после его прикосновения — весь был как на иголках.

— Спокойной ночи.

Нанёну чудилось, будто из ступней прорастают тонкие побеги, тянущиеся вверх. Они оплетают его лодыжки, бедра, грудь. Он пытался раздавить их шагами, сбросить, но те всё равно росли быстрее, словно знали, что их не остановить.

Он не ответил. Просто выволок Сухвана за ворота.

— Эй, твой дядя офигеть какой красивый. Я подумал, передо мной актёр. Что он за человек такой?

Одноклассник, как обычно, скакал рядом и болтал без умолку, не замечая, что у Нанёна дрожат пальцы.

— Но вы совсем не похожи. Ты ж сам знаешь, да?

«Знаю. Так что замолчи».

— Заткнись.

Сухван не сдержал смешка. Нанён не матерился и не ругался обычно. Даже такая лёгкая грубость с его стороны показалась ему милой. Он потянул Нанёна за щёки, хохоча, но тот раздражённо откинул голову, освобождаясь.

— Давай на такси. Быстрее будет, и не топать самим.

Он уже запускал приложение, а Нанён…Нанён обернулся. Знал, что не должен. Но ощущение чужого взгляда будто вцепилось в затылок.

Он пнул землю, стиснув зубы, и провёл рукой по волосам, словно хотел стряхнуть мысли, что цеплялись, как репейник.

— Сим Сухван.

Он резко поднял голову и подошёл к однокласснику почти вплотную.

В этом движении чувствовалось что-то от Тэрока. Нанён, сам того не замечая, перенял его манеры.

— Я красивый?

Равнодушный. Безучастный. Безжалостный.

Сухван сжал кулаки, глядя на лицо, оказавшееся всего в нескольких сантиметрах от его собственного, освещённое оранжевым уличным фонарём.

Он находился в самом разгаре юности, внутри кипело, жгло и металось. Не зная даже слова «мучение», он ощущал его каждой клеткой.

Парень шумно сглотнул и отвёл взгляд.

А Нанён, напротив, смотрел прямо. Открыто. Смело. Будто ему и терять нечего.

— Ты…

Сухван провёл ладонью по лицу.

— Ты…правда…иногда слишком жесток…

Он не успел договорить то, что планировал. Нанёна резко дёрнули назад — словно потянув за невидимый поводок.

— Прости.

Это был Тэрок.

Он стоял за Нанёном: одной рукой крепко обхватил его за талию, а другой удерживал запястье, отведённое назад.

Нанён с испугом посмотрел на него. Но его взгляд уже не был тем, каким он смотрел на Сухвана. Его затрясло.

— Тебе лучше уйти.

— Нанён сегодня переночует у меня.

Тэрок сунул деньги Сухвану в ладонь. Слишком крупную сумму, чтобы просто расплатиться за такси.

Затем развернулся, увлекая племянника за собой.

Нанён даже не взглянул на Сухвана. Только через несколько шагов начал оглядываться, будто вспомнил о его существовании.

Хотел что-то сказать, но Тэрок, пугающе красивый и властный, ничего не дал произнести.

Сейчас он не его родственник. Он мужчина.

Нанён беззвучно прошептал однокласснику:

«Я тебе напишу».

Лишь движение губ.

Но Сухван понимал, что это не так. Он не напишет и не станет ему отвечать.

Так и стоял, не двигаясь, пока гудком о себе не напомнило такси.

Он сжал купюры и вдруг осознал, что это не на такси. Ему заплатили, чтобы он исчез. Чтобы не лез в их тайну.

— Эй! Почему вдруг…ай, больно! Отпустите запястье!

Воскликнул Нанён, пытаясь вырваться.

Они подошли к входной двери.

Нанён скорчился, прижимая руку к себе. Запястье так ныло, что глаза защипало. Он сгорбился, обхватив больное, пульсирующее место.

— Б-больно…ых…

Его бормотание и всхлип заставили Тэрока цокнуть языком.

Это его вина. Никаких оправданий. Но при всём этом просить прощения мужчина не собирался.

— Это всё неправильно…

Прошептал Нанён, тяжело дыша.

— Я не хочу быть с вами. Совсем. Не хочу больше ни на секунду оставаться здесь.

Кажется, он действительно плакал.

Почему Тэрок оказался внизу? Что подтолкнуло его? Всё случилось спонтанно. Нанён поднял голову и посмотрел вверх, на окна дома. А он в это же мгновение вниз. И пусть их взгляды не встретились, но когда оба поняли, что выискивали друг друга, что-то внутри дрогнуло.

Тэрок сорвался и, как загипнотизированный, спустился вниз.

То, что он застал, выглядело как кадр из фильма о юности. Настоящей, наивной, хрупкой.

Поразительно живо. Невыносимо красиво.

И именно эта красота сделала его жалким. Внутри всё сжалось от горечи и отвращения к самому себе.

Тэрок начал остывать.

— Что вы хотите со мной сделать?

Нанён поднял взгляд.

Сенсорная лампа у двери мигнула и погасла, а потом зажглась вновь. Тэроку показалось, будто это сам Нанён моргнул — широко распахнутыми глазами.

— Что вы вообще хотите от меня, дядя?

Он умел провоцировать Нанёна. Точно знал, на какие болезненные точки надавить, как сбить с толку. Он дразнил его, а тот неизменно реагировал. Так, как он и ожидал. Как мальчишка, не умеющий скрывать чувств. Всё шло по знакомому сценарию. Но сейчас…всё было иначе. Никаких колких реплик. Никаких упрямых взглядов или неловких пауз. Слова Нанёна звучали прямо. Чётко. И били в самое сердце. Не царапали — ранили.

— Вот именно…

Тихо сказал Тэрок.

Свет снова мигнул.

— Давай разберёмся. Кто мы друг другу? Что между нами может быть?

— Мы ведь не в тех отношениях, чтобы выяснять…

Растерянность на лице Нанёна говорила сама за себя. Тэрок же оставался спокойным. Хотя прекрасно знал, насколько это опасно. Что такие слова нельзя говорить. Нельзя! Но сказал:

— Даже если нельзя…я всё равно собираюсь.

— Мы…мы ведь…

— Угу. Мы уже перешли эту грань.

Парень опустился на корточки.

Под его ногами начали прорастать побеги. Он думал, что это просто ростки. Но они в одно мгновение вытянулись в густые, вьющиеся плети, оплели всё тело, стянули запястья, грудь, горло. Он думал, что связан один. Но потом увидел — Тэрок тоже опутан.

Нанён смотрел на мужчину, который присел перед ним, опустившись до его уровня. Без слов.

Он был ошеломлён.

— С…с какого момента вы всё поняли?

— С самого начала.

— Я хочу…хочу просто жить, будто ничего не было.

— А разве между нами что-то было?

Запястье опять заныло. От него исходил жар.

Нанён не отличался крепким здоровьем. Даже на физкультуре чаще сидел на скамейке, чем бегал.

А сейчас — всё в нём было выжато до предела.

Он уткнулся лбом в колени и прошептал:

— Хочу, чтобы ничего не было…

— Ты можешь так сделать.

— А вы?

— А я поступлю иначе.

— Но вы же сами сказали, что нужно разобраться…

— Это была ложь.

Тэрок смотрел на него спокойно. Нагло. Без страха.

Все чувства Нанёна обострились. Страх поднимался изнутри — липкий, тянущий, тошнотворный. Сердце грохотало, как будто хотело выскочить. Он не знал, куда себя деть. Хотел вырваться, убежать прочь — подальше от этого дома, от него, от всего.

Свет потух и не включился. Молчание затянулось.

Нанён медленно поднял голову. Глаза, долго зажмуренные, теперь видели мир в дымке. Он смотрел на всё сквозь пелену и тихо спросил:

— А вдруг…вы с папой не кровные родственники? Или меня усыновили? Что-то такое…

Тэрок рассмеялся — громко, от души. Затем, с нарочитой лёгкостью, ответил:

— Увы, нет. Ты на сто процентов мой племянник.

Нанён с досадой посмотрел на него. Тэрок, небрежно похлопав его по щеке, поднялся и протянул руку.

Он не хотел брать её. Хотел встать сам. Но ногу свело. Без опоры он бы просто рухнул. Сжав губы, он всё же принял помощь. Рука Тэрока оказалась холодной.

«Говорят, холодные руки — тёплое сердце».

Но у того и сердце было ледяным.

После этого ничего не произошло. Удивительно, но всё словно исчезло. Будто являлось сном, коротким, нереальным.

Сначала Нанён старался избегать Тэрока. Если тот выходил в гостиную, он запирался в комнате. Но с началом каникул это стало невозможно. В доме было слишком тихо, слишком пусто. Он начал забываться. Осторожность притупилась.

Так было и в тот день.

Тэрок ушёл на работу. Нанён остался в одиночестве. Смотрел фильмы, читал…и не заметил, как уснул прямо на ковре в гостиной.

Тёплое зимнее солнце мягко заливало комнату. Он лежал беззащитно открытым этому свету и не подозревал, что у Тэрока освободилось время, и тот вернулся пораньше.

Дядя остановился на пороге. Сонный племянник, свернувшийся калачиком на полу, лежал у дивана, словно не нашёл в себе сил дойти до него.

«Ковёр хоть и мягкий. Но…почему здесь?»

Будить его не хотелось.Тэрок медленно ослабил галстук. И просто смотрел.

Солнечный свет цвета лимона падал прямо на лицо Нанёна. Наверняка слепил. Мужчина шагнул ближе и встал у его головы. Его высокая фигура заслонила свет. На лице Нанёна дрогнули мышцы, а потом расслабились.

Тэрок медленно присел рядом. Наклонился. Широкая спина закрыла лицо племянника полностью.

А что произошло дальше — не знает никто.

Перейти к 7 главе.
Вернуться на канал.
Поддержать: boosty