Глава 28
И Мён, уловив чьё-то присутствие, медленно открыл глаза.
Через распахнутые шторы хлынул ослепительный свет. Повернув голову к окну, он заметил силуэт — кто-то сидел рядом, наблюдая за ним. Лицо скрывалось в тени.
— М-м-м…
Парень, щурясь, поднял взгляд.
— Привет.
По его спине пробежал холодок.
Это голос Хан Дживана, не Сольёна.
— Выспался?
Ласковый тон, от которого волосы встали дыбом.
«Я думал, он в самолёте. Он не может быть здесь. Как?!»
— Хён. Ты уже успел влюбиться в другого?
Дживан хитро улыбнулся, играючи приподняв уголки губ.
Он и не собирался уезжать.
Осознание этого тяжело сдавило в груди.
Всё было частью одного плана.
— Вы вчера с ним так сладко таяли в руках друг друга.
Он следил. Видел, с кем И Мён встретился, куда пошёл…и всё ради этого момента. Чтобы прижать его к стенке в самый уязвимый миг.
— Я знал много развратников, но с таким сталкиваюсь впервые. Живёшь со мной — и при этом находишь время на кого-то ещё? Впечатляет.
В голосе нарастало возмущение.
— Как ты его соблазнил? Только встретились и сразу в постель? Вот это да, хён.
— Угх!
Омега попытался подняться и понял, что его запястья надёжно привязаны к изголовью кровати. Хан Дживан тут же прижал его за талию, вдавливая в матрас и наваливаясь сверху.
— Когда ты так себя ведёшь, скажи, как мне не злиться?
И Мён дёрнулся, пытаясь высвободиться, но запястья были плотно стянуты чёрной изолентой. Стоило напрячься — ленты лишь больнее впивались в кожу, грозя оставить раны. Он не мог даже ударить этого ублюдка по лицу — и это сводило с ума.
С яростью и презрением парень плюнул Хан Дживану прямо в лицо.
Неожиданный плевок застал его врасплох — он резко зажмурился.
— Ха…
Медленно выдохнув, Дживан не спеша стёр каплю с лица тыльной стороной ладони, будто смахнул пылинку с дорогого костюма.
В глазах цвета янтаря клокотал гнев — такой, какого И Мён ещё ни разу не видел.
А в следующее мгновение прозвучал резкий шлепок. Голова дёрнулась вбок — удар оказался настолько сильным, что внутри всё звенело. Из носа сразу хлынула кровь, и омега закашлялся.
Он сплюнул тёмно-красную слюну на простыню и, ни на секунду не дрогнув, поднял взгляд.
— Где Сольён?
— Кто знает…
— Не смей его трогать.
И Мён не успел договорить.
Второй удар обрушился как молот — резкий, оглушающий. Мир вокруг на миг исчез, будто кто-то выдернул шнур из розетки — всё затянулось серыми помехами. Только спустя несколько секунд постепенно вернулись краски. Но теперь он ощущал себя так, словно тонет. Сознание с трудом удерживалось на грани.
— Я думал, ты умный. Видимо, ошибался, хён.
— Кх…
Из горла вырвался сдавленный звук. Боль пульсировала в висках, но он молчал.
— По крайней мере, если хочешь, чтобы я бил тебя реже, не говори того, что я не хочу слышать.
Хан Дживан схватил И Мёна за волосы одной рукой, а другой резко сорвал с него простыню, прикрывавшую обнажённое тело.
Кожа парня была покрыта следами чужих прикосновений — следами ночи, проведённой не с ним.
— Чёрт…ты такой грязный.
Он смотрел на него как на испорченный товар, утративший ценность. Провёл рукой от ключицы вниз, по груди, животу. Прикосновение вызывало неприязнь и отторжение. И Мён дёрнулся, отстранился, но Дживан лишь усмехнулся и опустил ладонь ниже.
Когда пальцы скользнули меж его ног, омега задышал чаще, испытывая ужас и отчаяние.
— Мокро…
Пробормотал Дживан и грубо погрузил палец внутрь И Мёна. Намеренно выгнув фалангу, он выскоблил всё до последней капли, заставив парня судорожно выгнуться в дугу.
Его дыхание сбилось, боль ударила в поясницу как ток.
— А-а-ах!
— Что, просишь ещё? Чего ты так провоцирующе крутишь задом?
— Отъ…ебись. Убери…руку! Ых…
— Знаешь, я терпеть не могу насилие. Но ты прямо-таки заставляешь меня.
Металлический звон пряжки, звук расстёгивающейся молнии. По побледневшему лицу И Мёна пробежала тень понимания.
— Ты спрашивал, где Квон Сольён?
Неспешно проведя ладонью по дрожащему бедру, Дживан уверенно занял позицию между его ног. Нахмурившись, он облизал пересохшие губы, прежде чем направить затвердевшую плоть к щели. Головка с болезненным усилием раздвинула складки, заставив омегу до крови закусить губу.
— Расслабься, почему ты так напряжён?
Сквозь зубы процедил альфа.
В этот момент за дверью послышался едва уловимый шорох — чужие шаги, приглушённые гостиничным ковром. Их взгляды встретились. Зрачки Мёна судорожно дрожали.
— Ах да, Квон Сольён…
С театральным придыханием протянул Дживан.
— Не знаю, где он. Куда-то вышел.
Равнодушно бросил альфа.
И Мён в ужасе дернулся, желая вырваться. Но даже прикладывая все силы, он не мог сбросить того, кто пригвоздил его к кровати.
Шаги замерли у самой двери.
Дживан с усилием стал проталкивать член в неподатливую щель.
— Только не порвись…
Прошипел он, наблюдая, как паникует И Мён.
— Интересно, этот придурок знает, что его школьная любовь — шлюха?
Раздался звук электронного замка.
— Расслабься уже!
Дживан раздражённо щёлкнул по вялому члену омеги пальцами, с неудовольствием оглядывая его одеревеневшее тело.
— Кх…ых...
Новый рывок — и его орган глубже вошёл в раскрасневшуюся щель.
— Ыпф...кхык…
Мён подавил стон, уставившись на дверь.
Она приоткрылась — и тут же резко остановилась, наткнувшись на цепочку.
— Мён-а?
Голос из-за двери заставил подбородок омеги задрожать. Он видел часть фигуры за дверью — значит, если бы Сольён сместился на полшага, ему удалось бы рассмотреть всё.
Мён замер, как подстреленный зверь. Малейший звук — и Сольён обратит внимание…
«Уходи…умоляю, просто уйди».
— Ты спишь? Открой дверь.
Мён отчаянно надеялся, что тот уйдёт: к администратору, в бар, куда угодно…
Дверь тихонько закрылась.
Трр-трр!
Телефон на тумбе завибрировал, на экране высветилось: [Сольён].
— Ты там?
Осторожный стук в дверь.
Пауза.
Снова звук электронного замка.
Дживан, наблюдавший эту картину, едва сдерживал смех. Как будто это было самое забавное зрелище на свете.
Он потянулся к телефону.
Глаза Мёна налились яростью. Будь его руки свободны, то они давно бы уже сжимали горло этого ублюдка.
— Алло?
— Кто это?
Прозвучало одновременно из трубки и из-за двери.
Хан Дживан, наслаждаясь, достал из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет. Не торопясь, щёлкнул зажигалкой. Мобильный телефон он небрежно швырнул на кровать — рядом с обнажённым телом Мёна.
— Кто это?
Голос Сольёна изменился, в нём появились нотки настороженности. Дживан усмехнулся, вдыхая дым. Он знал — альфа за дверью уже почуял неладное.
— Смотри внимательно.
Эти слова были адресованы не Мёну, а тому, кто стоял по ту сторону двери.
В следующую секунду, не колеблясь, он прижал тлеющий конец сигареты к груди И Мёна.
— Ах…
Тот подавил крик, впиваясь зубами в собственную губу до крови. Его тело изогнулось в немой агонии, но связанные запястья не позволяли даже защититься.
Воздух наполнился запахом палёной кожи. На бледном теле осталось красное клеймо — физическое воплощение их извращённой связи.
Спина покрылась холодным потом. И во второй раз он уже не выдержал.
Когда Дживан безжалостно надавил на обожжённую кожу пальцем, И Мён не сдержал мучительного стона.
— А-а-а!
— И Мён!
Сольён рванул дверную цепь до предела, яростно колотя в створку. В маленьком отверстии мелькнуло его лицо — Мён в ужасе отвернулся. В этот момент грубый толчок снизу заставил его тело дёрнуться. Влажный шлепок прозвучал неприлично громко.
— Вот сука…как узко.
Прошипел Дживан, едва дыша.
— Ублюдок! Ты кто такой?!
Голос Сольёна за дверью сорвался на крик. Он всё понял.
— Открой! Сейчас же открой дверь!
Теперь парень не просто стучал — он бил в дверь всем телом. Но всё было напрасно. Цепочка держалась.
— Хык…кх…
Дживан сжал челюсти, ускоряя движения. Ему стало всё равно, порвёт ли он И Мёна. Вытащив мокрый член, он без предупреждения вставил его в заднюю дырочку.
Внутренняя поверхность бёдер Мёна покраснела, будто после порки. Неподготовленное отверстие воспалилось от трения.
— Я вызываю полицию! Это изнасилование!
Дверь уже перекосилась от ударов.
— Вызывай.
Дживан ударил Мёна по ягодицам, заставив его вздрогнуть.
— Только учти — мы с ним партнёры. Думаешь, посадят только меня?
— Что?
— Мы оба виноваты. Я просто получил то, за что заплатил. Ты не знал? Этот подонок — я купил его.
Хан Дживан перекинул ногу Мёна через своё плечо, с невозмутимостью меняя угол проникновения. При смещении позиции бёдра омеги затряслись — он нашёл то самое чувствительное место.
Даже сквозь стиснутые зубы, даже с гримасой отвращения — когда член входил глубже, тело предательски отвечало. Они знали друг друга слишком хорошо. Дживан изучил каждую реакцию, как партитуру для инструмента.
— Ах…мх…
— Шлюшка. Сразу потёк. Нравится?
Он нарочно говорил громче, чтобы было слышно за пределами комнаты.
Его пальцы впились в ягодицы, грубо раздвигая их для нового вторжения.
За дверью Сольён хрипло прошептал.
— Не верю.
— А зря. Это правда.
— Кто поверит словам насильника?
— Попробуй вызвать полицию. Только знай — тогда он возненавидит тебя самого. Отдал тело даром, остался без денег, ещё и срок получит...несправедливо, да?
— Я думал…я первый.
Дживан разразился искренним хохотом.
— Ты это слышал? Он думал, что был у тебя первым! Интересно, как ты изображал невинность? Наверное, секс у вас был до жути скучный. Только вот этому телу такого недостаточно. Эту дырочку не надо ласкать — её нужно брать штурмом. Вот так…
— Кхык!
Резкий толчок — и лицо Мёна исказилось. Дживан намеренно использовал самый болезненный угол, зная, что именно это доведёт его до исступления. Слюна тонкой нитью стекала по подбородку омеги.
— Мён-а…скажи, что это неправда…скажи, что он врёт. Пожалуйста…скажи.
— Какая трогательная сцена! Прям романтика.
— Прошу тебя…
Дживан всадил себя до упора, всё внутри затрепетало и И Мён кончил, задыхаясь от спазмов, вызванных мощным оргазмом.
— Ты кончил? Без единого прикосновения?
— Ха…ха…
Насильно доведённый до разрядки, Мён ощутил жгучую волну стыда.
Перейти к 29 главе.
Вернуться на канал.
Поддержать: boosty