Формирование канона

Часть 1

В данной публикации будет всесторонняя критика православной апологетики в области формирования канона и мнения, что, якобы, канон Библии был создан на соборах спустя несколько веков после воскресения Христа.

Хотя преимущественно мы будем взаимодействовать с православной апологетикой, материал также будет полезен для ознакомления тем, кто увлекается теориями заговора относительно библии, верит мифам сродни “кода да Винчи” Дена Брауна. В частности, такие псевдонаучные мнения распространены в среде так называемых "скептиков". В статье будет рассмотрен вопрос формирования канона с точки зрения научных данных в том числе. Как бы удивительно это не было, у православных и католиков во взглядах на вопрос канона есть некоторые схожести с явными врагами и критиками христианства. Поэтому, «убьем» сразу двух зайцев. В свете научных данных будет как опровержение распространенного православного взгляда на формирование Библии, так и разных атеистов – скептиков, не отличающих науку от псевдонауки.

Поэтому, просим вас поделится данным материалом со знакомыми верующими и людьми, сомневающимся в Библии

В целом, речь пойдет именно о новозаветном каноне. Что касается ветхозаветных книг, можно ограничиться следующим: во времена апостолов уже существовал канон еврейских книг, который общепринято считался боговдохновенными. Самая ранняя церковь, которая возникла в Иерусалиме просто заимствовала иудейские Писания как авторитетное слово Божие, ведь члены первых церквей, зачастую, переходили в христианство из иудейских синагог. То есть с самого начала, община первых христиан Иерусалима, матерь всех церквей, дала церкви Танах - боговдохновенные писания Моисея и пророков. Уже в очень раннем периоде, начиная с Мелитона Сардийского мы видим траекторию, намеченную первыми христианами, которая стремится к канону еврейских Писаний. То, что было принято среди иудеев, было ориентиром для первой церкви. Даже были высказывания о том, что ветхозаветных книг должно быть строго 22 в соответствии с количеством букв иврита. Дело в том, что тогда чуть по-другому считались книги. Некоторые книги, которые мы поделили, считались одной книгой, но в целом, практически всегда это совпадало с 39 книгами, принятые у протестантов как каноничные. Были минимальные различия в разных церквях в зависимости от географии, но в целом верующих объединяло то, что принять следует те Писания, которые считались самими иудеями боговдохновенными. Об этом также можно почитать на православном портале азбука.

Итак, перейдем к вопросу о новозаветных книг:

Наши друзья, православные и католики часто нам говорят, что именно их церковь дала нам Библию. Чаще всего это заявление бывает в контексте обсуждения учения их церкви, то есть это ими рассматривается как защита так называемого “священного предания”.

Этот аргумент про канон звучит в разных вариациях. Например, можно слышать следующую претензию:

“Вы избирательно подходите к авторитету нашей церкви. Мы дали вам канон Писания и вы принимаете наш канон, а наше предание отвергаете.”

Или же:

“Церковное богословие преимущественно формировалось еще до 5 века, а канона Писания не существовало до пятого века. Следовательно, древняя церковь опиралась не на Писание, а на свое предание.”

Еще говорят так:

“Без нашей церкви вы даже не можете знать, что есть Писание, а что таковым не является.”

Или следующее заявление:

“Библия написана и составлена нашей православной церковью для нас, а вы сторонние люди не имеющие права на самостоятельное изучение и толкование нашего внутреннего церковного документа.”

Еще, часто, чтобы отсекать возможность критики православия на основании Библии, говорят так:

“Наша церковь написала Библию, а следовательно, Церковь стоит над Писанием, поэтому чему бы не учила наша церковь - это истина.”

Также иногда слышно от апологетов следующее рассуждение:

“Если вы опираетесь только на Писание, то покажите нам конкретное место где перечислены все 27 книг нового завета как каноничные. А иначе, вы не можете знать о каноне, если этого списка нету в самом Писании.”

Эти и другие подобные рассуждения являются некорректными, как из-за исторической неточности, так и из-за допущенных логических ошибок.

Брать то же последнее рассуждение, что у протестантов может быть обоснованный канон только в том случае, если в Писании есть список каноничных книг.

Очевидно, что это абсурдное заявление, так как даже если мы, например, в книге Откровения Иоанна имели бы список каноничных книг, все равно возник бы вопрос о каноничности самой этой книги, в которой перечислены другие книги. Таким образом эта реплика православных апологетов, хоть и для некоторых может иметь риторическую убедительность, но на самом деле является отвлекающим маневром. То, что для познания канона Писания, по определению, нужно выйти за рамки самого Писания, очевидная для всех вещь, а иначе возник бы замкнутый круг.

Удивительно, что к таким рассуждениям прибегают не только рядовые православные, но и эрудированные верующие занимающиеся апологетикой.

Другой невежественный вопрос от православных: “А почему вы в канон включили только эти четыре евангелия? Почему вы не считаете каноничными евангелие от Петра или от Фома, или от Варнавы?.”

Однако, достаточно иметь минимальные познания в библейской текстологии, чтобы понять, что единственные евангелия, которые сейчас существуют и которые датируются первым веком, это те самые евангелия, которые нам всем известны. Остальные возникли позднее первого века, а значит, не имеют апостольского происхождения.

Вернемся к теме:

Православные, выдвигающие аргумент о формировании канона, в его разных вариациях(кстати все это можно отнести и к католицизму, так как аргумент один и тот же) делятся на две категории:

Те, которые думают о власти церкви, практически как о чем-то безграничном, это те, которые скажут что церковь прямо имеет власть определять канон опираясь на свой авторитет, имеет власть решить какая книга исходит от Бога, и что именно решение церкви и придает тем или иным книгам авторитет.

Православные, которые исследуют глубже, конечно же заметят, что такие заявления граничат с богохульством и будут довольствоваться более скромными заявлениями.

Перед тем, как перейти к опровержению аргументов православных апологетов, было бы полезно на примере продемонстрировать наши различия во взглядах на развитие канона.

Дело в том, что несмотря на то, что мы одинаково считаем церковь надежным проводником канона, мы часто имеем в виду совершенно разное говоря то же самое. Православный говоря такое, подразумевает непогрешимость церкви. Церкви, которая может авторитетно провозглашать или создавать канон, или определять в силу своей власти, тем самым наделяя авторитетом те Писания, которые мы считаем каноничными. Протестанты же, говоря то же самое, что церковь является надежным проводником канона Писания, имеют в виду, что церковь, ведомая Духом Божьим будет надежно реагировать на все, что подкреплено авторитетом самого Бога.

Чтобы продемонстрировать это различие более наглядно, то есть различие взгляда протестантов от взгляда многих православных, полезно тут привести в пример, как аналогию, различие термометра от термостата.

С нашей точки зрения, постановления церкви о каноне Писания сопоставимы или имеют некоторую аналогию с работой термометра. В то время, как многие представители православия или католицизма склонны на это смотреть в аналогии с работой термостата.

С нашей точки зрения, церковь, когда говорит о каноне, производит постановление в ответ на авторитет боговдохновенных книг, то есть Церковь реагирует на природу писаний, в которых обнаруживается Божий авторитет, точно также как термометр распознает тепло и с точностью нам передает соответствующую информацию. Этот прибор просто фиксирует, а не создает.

С точки же зрения многих православных, церковь авторитетно создает канон своей властью, решает и устанавливает, что является боговдохновенным, а что таковым не является. Также как и термостат устанавливает, поддерживает или создает нужную меру тепла.

Поэтому, протестантский взгляд на взаимосвязь церкви и канона радикально отличается от взгляда многих православных.

Англиканский служитель Джеймс Пэкер приводит другую интересную аналогию. Он пишет:

"Церковь дала нам канон Нового Завета не в большей мере, чем Исаак Ньютон дал нам силу тяжести."

Известный и уважаемый ученый внесший неоценимый вклад в библеистику и текстологию, Брюс Мецгер, в работе “Канон Нового Завета” пишет:

“Послеапостольские поколения свидетельствовали о воздействии определенных книг на их веру и жизнь. Самоочевидная действенность слова подтверждала божественное происхождение Благой вести, породившей церковь; это и говорит апостол Павел Фессалоникийцам: "Посему и мы непрестанно благодарим Бога, что, приняв от нас слышанное слово Божие, вы приняли не как слово человеческое, но как слово Божие, — каково оно есть по истине, — которое и действует в вас, верующих" Во II и последующих веках эти слова, исполненные авторитетной силы, находили не в поучениях современных руководителей и учителей, а в апостольском свидетельстве, содержавшемся в определенных древнехристианских писаниях. С этой точки зрения Церковь канона не создавала, а только признала, приняла и подтвердила самоочевидную ценность определенных документов. Если мы это игнорируем, мы войдем в серьезное противоречие не с догмой, а с реальной историей.”

Поэтому, для нас очевидно, что церковь никогда не наделяла авторитетом те Писания, которые мы читаем. Никогда не создавала канон и не определяла его основываясь на своем авторитете, а лишь расчерчивала формальные границы, смиренно принимая боговдохновенные Писания распознавая в них ту авторитетность, которая есть в новозаветных документах, независимо от мнения церкви. То есть церковь всего лишь письменно зафиксировала нечто, авторитет чего была вынуждена признать, надежно реагируя на Откровение Бога.

Итак, есть радикальная разница между этими двумя взглядами. В первом случае Церковь опирается на свою власть и таким образом создает канон, во втором случае просто реагирует на Божий авторитет.

В первом случае церковь наделяет авторитетом те Писания, которые мы читаем, а в другом - церковь всего лишь признает авторитетные Писания таковыми и фиксирует, предавая формальный вид.

Поэтому, православным апологетам нужно задуматься над этими вопросами:

Мы должны считать канон авторитетным, потому что так говорит собор или наоборот? Мы должны считать, что собор не заблуждался, так как он признал власть и авторитет именно апостольских писаний?

Авторитетность канона исходит от собора или авторитетность постановления исходит от авторитета новозаветных книг? 

Давайте разберёмся с первой и смелой версией аргумента.

Православным, считающим, что их церковь имеет «власть» решать, что такое Священное Писание на самом деле, предлагаю следующий мысленный эксперимент.

Представим, мы оказались иудее, первый век. Иисус наклоняется к земле, пишет заповедь, которую нужно исполнить, а после, приходит человек и говорит:

"Пока я сам не подтвержу, что написанное Иисусом авторитетно, оно не будет иметь авторитета."

Конечно же этот человек по определению становиться богохульником, так как он считает себя инстанцией выше самого Христа. Но добавим к этому человеку ещё сто таких же человек и именуем их епископами и представим, что среди этих ста епископов есть все патриархи, все главы поместных общин, вместе с епископом Рима. Что-то изменится? Нет! Богохульников стало только больше! Все равно мы имеем людей, которые считают, что слова Христа нуждаются в подтверждении ими, в наделении авторитетности, которого, якобы, не хватает словам Христа!

Или можно привести другое рассуждение:

Если бы Иисус написал предложение на папирусе, оно, естественно, автоматически было бы боговдохновенным. И так, православная церковь будет просто признавать авторитет, распознавая в нем истину от Бога или же скажет, что церковь определяет истинность или ложность этого текста?

В этом случае имеет ли православная церковь власть решать является ли этот текст боговдохновенным или нет? Если православная церковь опирается на свой авторитет приписывая себя власть решать, правда это или ложь, то она ставит себя выше слов Христа. С другой стороны, если православная церковь всего лишь признает, а не определяет слова Иисуса авторитетными, то в случае канона она также просто признает то, что уже является авторитетным.

Таким образом, ясно, что христианская церковь признает слово Божье вдохновленным и истинным. Она не определяет и не создает канон, опираясь на свой авторитет, а вместо этого смиренно принимает авторитетность всего, что подкрепляется авторитетом самого Бога!

Христианский философ и апологет Норман Гейслер так пишет об этом вопросе:

«Книга является Словом Божьим не потому, что принимается народом Божьим, напротив, народ Божий принимает её потому, что она является Словом Божьим. То есть божественным авторитетом книгу наделяет Бог, а не народ Божий. Народ лишь признал Божий авторитет, который был дан Богом этой книге» (Норман Гейслер / Вилльем Никс «Общее введение в Библию»).

Наш вывод, кстати, можно также подкрепить словами древнего епископа Немезия Эмесского. Рассуждая о природе души, он пишет:

“Нам же достаточно для доказательства бессмертия души учение Слова Божия, само по себе имеющее авторитет – по причине своей богодухновенности.”

"О природе человека", глава 2

Как видим этот епископ тоже согласен с тем, что мы продемонстрировали, а именно, что никакой инстанции, которая может наделять слово Божие авторитетом, не существует. Слово Божие, по словам этого епископа, авторитетно само по себе в силу своей богодухновенности.

То, что первая и более грубая версия аргумента является несостоятельной, мы уже продемонстрировали.

Православные люди, которые исследуют глубже, может быть скажут:

“Хорошо, я согласен, что церковь не имеет власти наделять апостольские писания авторитетом, но как же вопрос обнаружения или распознавания канона? Как нам узнать какие книги каноничны?”

Однако этот вопрос содержит по крайней мере один из следующих предположений:

1)Без постановления собора о каноне невозможно узнать, что является Писанием.

2)Протестанты принимают канон, опираясь на постановление собора.

Но дело в том, что оба предположения несостоятельны. Диалог с таким православным можно уже на этом этапе закончить, пока не будет доказано, что без собора мы не можем знать о Писании, или что протестанты имеют свой канон именно из-за того, что на соборе провозгласили этот канон. На самом деле у протестантов есть гораздо более веские основания для канона из 27 книг нежели собор состоявшийся в конце четвертого века.

В данном материале, для опровержения претензий православных основанных на вопросе формирования канона, я приведу 6 опровержений

Опровержение от статуса собора

Православные верующие приводящие подобного рода аргументы, чаще всего утверждают, что канон Библии был установлен на карфагенском соборе, что именно через этот собор Церковь и дала нам Библию. Но так ли это? Могут ли православные опираться на этот собор так уверенно? Можно ли на основании этого собора утверждать, что именно в конце 4-го века Церковь поняла и непогрешимо твердо установила какие книги боговдохновенные, а какие нет? И правильный ответ – нет! Даже в рамках православной догматики нельзя делать таких утверждений. Дело в том, что карфагенский собор был поместным, а поместные соборы согласно православному учению не могут быть источником твердой и несомненной истины, пока не пройдет достаточное количество времени и постановление не будет одобрено повсеместно. Таким образом, православные, которые опираются на карфагенский собор, как на источник с непогрешимой точностью установивший канон в 4 веке, действуют не совсем честно. Согласится ли православный с таким же энтузиазмом опираться на авторитет другого поместного собора? Скажем на Эльвирский собор, который в начале пятого века запретил почитание изображений? Конечно же нет! Православные будут избирательно относится к поместным соборам. Но в таком случае, раз уж поместные соборы не непогрешимы, мы не можем сказать, что можно всецело доверять постановлению карфагенского собора и принять это как истину в последней инстанции. Утверждение православных, что в конце 4-го века Церковь на основании собора могла понимать какие книги каноничные, а какие нет, является несостоятельными, и является очередным примером наличия у православных двойных стандартов. Ведь если мы хотим привязать канон к собору, то даже на карфагенском соборе у нас нет твердого понимания канона. Таким образом нам нужно дождаться подтверждения этого канона вселенским собором и что-то похожее на это мы находим в конце седьмого века.

Можно предположить, что Трулльский собор, уже в конце седьмого века, во вселенском масштабе подтвердил этот канон, однако, такой православный, если хочет быть последовательным, должен утверждать, что в церкви не было канона до конца седьмого века, а если не было канона, то и не было понятия о том, что есть Библия. Но это является откровенной чушью. Читая отцов церкви, начиная с самих древних, таких как Климент Римский или Игнатий Антиохийский, заканчивая более поздними, такими как Августин, или Златоуст, абсолютно все отцы свои богословские старания связывали с Библией. Когда, например, еретики Ариане подобно нашим друзьям православным призвали следовать известному им церковному преданию Василий Великий дал весьма примечательный ответ.

В письме к Евстафию он так говорил об этом:

“Обвиняя в этом, они говорят еще, что сего нет у них в обычае и что не согласуется сие с Писанием. Что же сказать мне на сие? Не почитаю справедливым для ортодоксального учения законом и правилом признавать господствующий у них обычай. Ибо если обычай имеет силу в доказательстве ортодоксии, то и мне, конечно, позволительно противопоставить господствующий у нас обычай. А если они отвергают наш обычай, то и я, без сомнения, не обязан следовать их обычаю. Итак, пусть рассудит нас богодухновенное Писание, и у кого учение окажется согласным с Божиим словом, на стороне того, без сомнения, будет голос истины.”

Так на каком Писании должен был быть основан диалог Василия с арианами если последовательный православный должен считать, что до конца седьмого века люди не могли твердо знать что есть Библия? Очевидно же, что это полнейшая чушь, которой может придерживаться лишь человек не имеющий понятия о церковной истории или патристике. Таким образом, по определению, невозможно канон Писания привязать к соборам. Это приводит к откровенно нелепым выводам.

Кроме того, что еще более интересно, оказывается даже не существует собора на который мы могли бы опираться и перенять оттуда наш канон.

На православном сайте азбука мы читаем:

“Библейский канон – состав Священных книг (66 книг Библии, 39 из которых содержатся в Ветхом Завете и 27 – в Новом), признанных Вселенской Церковью богодухновенными, в отличие от 11 неканонических (к последним относятся: Послание Иеремии, книги Варуха, Товита, Иудифи, Премудрости Соломона, Премудрости Иисуса, сына Сирахова, 2-я и 3-я книги Ездры и три книги Маккавейские).

В православной традиции 11 книг, не вошедших в канон, признаются назидательными и полезными для чтения, однако в их наименовании нет единообразия: они могут называться «второканоническими» (как у католиков), «неканоническими» или «анагиноскомена» (т. е. рекомендуемые для чтения, полезные).”

На самом деле несмотря на то, что канон православных согласно этому источнику, как и у протестантов, состоит из 66 книг, в православии нет ни единого собора, который утверждает такой канон.

Мнение, что есть хоть какой-то собор, который дал нам окончательный и неизменный канон Писания, не выдерживает критики.

Поэтому, утверждение православных, что протестанты следуют в вопросе канона какому-то собору откровенно нелепо, ведь даже они сами не следуют какому-то собору в отношении канона.

Например на Лаодикийском соборе среди каноничных книг присутствует послание Иеремии, книга Варуха, а вот Откровение Иоанна отсутствует. А следовательно, православие в вопросе канона на этот собор не опирается!

Так может опирается на собор Карфагена? Вот незадача, там каноническими книгами признаются книги Юдифи, Товита, четвертую соломонову, а эти книги, в православии, имеют только статус назидательных и второканонических согласно православному порталу азбука. Значит и карфагенский собор не берем во внимание!

Может православные опираются на постановление своего же вселенского Трулльского собора? Но и этот собор видимо не нравится православным, ведь там среди каноничных книг ветхого завета есть три Маккавейские, а среди новозаветных послания Климента.

Таким образом православная церковь не опирается ни на поместный, ни на вселенский собор! И уж если православные не опираются на соборы в вопросе канона, тем более не опираемся и мы. Наш канон из 66 книг не установлен ни на одном из соборов, а потому претензии православных абсолютно ни на чем не основаны.

Тут даже возникает вопрос о том, а есть ли вообще общепринятый в православии канон?

Ведь православный библеист Михаил Селезнев, пишет:

“Решения Соборов XVII века не могли поставить точку в дискуссии греческих богословов о каноничности спорных книг. О том, что дискуссия не завершена, говорит, например, тот факт, что на I Всеправославном совещании на острове Родос (1961) по подготовке Всеправославного Предсобора предлагалось включить вопрос о каноне ВЗ в повестку дня Собора.”

Итак, есть ли вообще у православных канон? Или канон принимается по принципу кто во что горазд?

Пусть над этим вопросом подумают православные, а мы двинемся дальше, к следующему опровержению.

Продолжение...
https://telegra.ph/Formirovanie-kanona-06-07-2