Деньги для Украины

Эта статья не вторая часть, но логическое продолжение материала «Вербовка и повинность», где я рассказал о разнице подходов России и Украины к тому, как привлекаются люди на войну, требуемых для этого ресурсах, а также о дальнейших перспективах. Теперь о том, что Украина планирует делать дальше, почему и дадут ли на это деньги.

Канал автора: https://t.me/artjockey

Прошлая часть: https://telegra.ph/Kak-Ukraina-hochet-voevat-dalshe-11-06

Важно: статья заканчивается ссылкой на мой канал, если вы не видите ссылку, то статья забаговалась, что иногда бывает с ТГ. Попробуйте включить\отключить ВПН или открыть статью в браузере.

Важно: для хостинга картинок я использую сервис thumbsnap.com Если картинки не отображаются, проверьте доступность сайта, в случае необходимости включите\отключите ВПН.

Я остановился на том, что Украина планирует внедрить, помимо принудительной повинности, ряд вербовочных элементов, которые хорошо зарекомендовали себя в России. Это попытка решить проблему нехватки личного состава, которая проявляется всё острее и приводит к провалам на фронте. Поэтому у статьи будет две части: о перспективах выделения денег и о том, может ли Украине помочь увеличение зарплат или внедрение подписных бонусов за контракты.

Базовым для дальнейшего финансирования Украины является план Еврокомиссии о так называемом «репарационном кредите», который фактически является изъятием российских замороженных активов. Речь идёт о примерно 185 миллиардах евро, которые заморожены в бельгийском клиринговом центре Euroclear, но из них 45 миллиардов планируется сразу забрать для закрытия прошлого займа Украине, который был выдан в счёт процентов на эти средства, так что реально Киев может рассчитывать примерно на 140 миллиардов, предполагается, что этого хватит на два года войны.

Суть схемы, которую предлагает Урсула фон дер Ляйен, такова:

• Российские деньги передаются Украине в долг в виде кредита;
• Формально это кредит от ЕС Киеву, де-юре же российские деньги как бы продолжают лежать в Бельгии будучи замороженными;
• ЕК планирует держать российские активы замороженными пока Россия не согласится с выплатами репараций;
• Обязательство вернуть кредит у Украины возникнет лишь в том случае, если Россия выплатит репарации.

Может показаться немного запутанно, но схема на самом деле очень простая и нужна она лишь для одного: юридического обхода акта изъятия средств. Их де-факто изымут сейчас в надежде, что в будущем Россия согласится с такими условиями мира, в которых этой изъятие будет самой Россией легитимизировано.

Может показаться странным, что придумываются такие сложные схемы, но изъять деньги просто так нельзя, нет законов, которые бы позволяли это сделать. И как раз тот факт, что таких законов и прецедентов нет, и привёл к тому, что Россия и многие другие страны хранили часть своих активов в Европе, так работает репутация.

Сейчас в ходе дискуссий вокруг этого вопроса приводятся аргументы, что даже во время ВМВ немецкие активы не изымались, а лишь замораживались, дальнейшая их судьба решалась уже на переговорах о мире, где как раз капитулировавшая Германия признала изъятие средств нацистов, и то на определённых условиях.

Бельгия и ряд других стран Европы опасаются, что изъятие может нанести как репутационный ущерб, то есть заставит других держателей, в первую очередь Китай и арабские нефтяные монархии, вывести средства из ЕС, так и иметь конкретные юридические последствия. Проще говоря может выйти так, что Россия не заплатит Украине репарации, но в то же время получит доступ к своим деньгам, а это означает, что Бельгии придётся отдавать их из своего кармана или же банкротить Euroclear.

Произойти это может в двух случаях. Во-первых, санкции против России действуют полгода, затем их нужно продлять единогласным решением. Соответственно любая страна ЕС, например, Венгрия, может ветировать продление санкций и Россия получит доступ к деньгам. Во-вторых, Россия может обратиться в суд в третьей юрисдикции и доказать там, что «репарационный кредит» — это какая-то херня, а деньги на самом деле были изъяты, чего нельзя было делать, и их нужно вернуть.

С юридической точки зрения заморозка и изъятие — два совершенно разных действия. Заморозка не меняет права собственности, деньги всё равно остаются российскими. В теории можно обратиться в суд в третьей юрисдикции и по поводу заморозки, он постановит их разморозить, а как заставить Бельгию исполнить это решение? И совсем другое дело изъятие, если суд в третьей юрисдикции, например, в США, Великобритании или Китае, не так важно где, постановит, что средства были изъяты незаконно, то затем Россия может уже на территории этой страны добиться конфискации или ареста бельгийской собственности в счёт компенсации изъятого.

Правительство Бельгии всё это прекрасно понимает и поэтому требует:

• Гарантий, что Венгрия или любая другая страна не отменит в любой момент санкции;
• Юридически обязывающих гарантий от европейских правительств моментально покрыть Бельгии ущерб если придётся отдавать России активы, причём сумма гарантий должна быть выше, чем сумма активов, а срок их действия дольше, чем активы будут заморожены;
• Обязательств рассмотреть использования для помощи Украине бюджета ЕС, включая следующий семилетний план, который будет действовать с 2028 года.

ЕК контраргументирует тем, что они всё просчитали и юридические риски минимальны. На что Бельгия вполне резонно отвечает, что раз они минимальны, то в чём же тогда проблема дать гарантии?

На самом деле если страны ЕС возьмут на себя гарантии компенсации Бельгии российских средств, то фактически это будет означать лишь спонсирование Украины из собственных бюджетов под ширмой «репарационного кредита». А на это европейский страны идти не хотят и Еврокомиссия не может к этому никого принудить.

Последний пункт тоже интересный. Действующий бюджет ЕС (на период 2020-2027) — 1,8 триллионов евро. На днях Урсула объявила, что на следующую семилетку, которая начнёт действовать с 2028 года, планируется увеличение бюджета до 2 триллионов. Однако где на это будут взяты деньги неизвестно, возможно за счёт очередного повышения налогов для европейцев.

Есть несколько статей дохода ЕС, но основная (около 3\4) — это просто взносы стран, которые считаются исходя из ВВП, а затем страны получают различные выплаты, в итоге получается, что часть ЕС — это страны-доноры, которые вносят в бюджет больше, чем получают из него, а другие, наоборот, получают от ЕС больше, чем дают в «общий котёл». Поэтому план использовать деньги ЕС — а они так-то есть — нереалистичен, его заблокируют те страны, которые зависят от этих дотацией.

Многолетним рекордсменом по объему дотаций, кстати, является Польша, они каждый год примерно на 10 миллиардов евро в плюсе.

На данный момент переговоры о «репарационном кредите» подходят к своему финалу и всё выглядит так, что Бельгия его не одобрит. Но окончательного решения пока нет, оно будет принято в декабре на очередном саммите лидеров стран ЕС, до этого времени Брюссель будет давить на Брюссель.

И Еврокомиссия, и правительство Украины говорили, что хотя план с активами основной, но есть и запасные варианты. Только кажется, что этих вариантов нет, точнее он всего один и очень простой: скинуться «кто сколько может». А с этим у Европы большие проблемы и здесь вряд ли может идти речь о 140 миллиардах.

Практически все деньги, что получала Украина от Европы как кредиты и гранты, проходили через единые механизмы ЕК. Проще говоря Еврокомиссия придумывала очередной «общий котёл» для Украины, частично пополняла его из бюджета ЕС, частично пополняли страны из национальных бюджетов, а потом это передавалось Украине. По данным института Киля с начала войны и по конец августа 2025 года Украина получила от ЕС 66,9 миллиардов евро:

Это только прямая финансовая помощь, военная и гуманитарная сюда не включена. Почти весь объем прошёл через институты ЕС, прямые дотации от стран ЕС были незначительным, например, Германия сверху передала ещё 1,45 миллиарда, Польша 910 миллионов и так далее, этим можно пренебречь.

Страны, которые не входят в ЕС — кроме США — также передали:

• Великобритания 3,87 миллиарда;
• Япония 12 миллиардов;
• Канада 8,4 миллиарда;
• Норвегия 1,74 миллиарда.

Все эти данные, повторюсь, за 3,5 года войны, то есть найти даже дополнительные 10-20 миллиардов для Украины европейцам сложно.

В 2023 году была принята программа Ukraine Facility, предполагавшая выделение Украине 50 миллиардов евро в период 2024-2027 годов, её пополняли напрямую собственными средствами. Когда оказалось, что война не кончается, а средства из Ukraine Facility кончаются, то ЕС то была придумана программа ERA Loans, которая предполагает последующий возврат взносов за счёт изъятия прибыли от замороженных российских активов. Вот только ERA Loans рассчитана уже не на ЕС, а на страны G7, из 45 миллиардов ЕС внёс в неё только 18. И это средства, которые должны в будущем вернуться.

Сейчас положение стран Европы относительно 2022-2023 годов ухудшилось: нужно увеличивать расходы на оборону до 5% согласно взятым обязательствам в рамках НАТО, Урсула хочет увеличить бюджет ЕС почти на 200 миллиардов, на них давят пошлины Трампа, европейские компании теряют свои позиции в Китае и так далее.

Получается, что реальные возможности ЕС — это выделение нескольких десятков миллиардов евро в год, а у отдельных европейских государств ситуация не лучше учитывая состояние перманентного кризиса в самых крупных экономиках:

• Во Франции затянувшийся политический кризис, представить, что Макрон протащит через парламент дополнительные миллиарды для Украины практически невозможно;
• В Великобритании то же самое, Стармер — самый непопулярный премьер в истории страны, а в конце ноября он должен объявить о повышении налогов и есть вероятность, что ему его же партия вынесет вотум недоверия;
• В Германии тоже намечается кризис в коалиции, а Шольц признался, что именно обсуждение выделения дополнительных 15 миллиардов на поддержку Украины привело к развалу его правительства и досрочным выборам.

Ситуацию, наверное, мог бы спасти Трамп, но он полностью отказался от финансовой поддержки Украины. Хотя это не помешало ему дотировать Аргентину на 20 миллиардов лишь для того, чтобы помочь Милею выиграть промежуточные выборы.

Кроме финансовой поддержки есть ещё и военная, причём из-за Трампа нагрузка на ЕС тоже возросла, теперь США не передают, а продают Украине вооружение по программе PURL, которую спонсирует Европа. Так, например, в Германии на 2026 год уже запланировано выделение 11,5 миллиардов евро включая и покупку вооружения. Поэтому то, что для Германии выделить Украине лишние 10-20-100 миллиардов легко — это миф. Шольц потерял власть из-за попытки согласовать всего лишь 15 миллиардов.

Потребности Украины на 2026 год согласно проекту бюджета составляют 16 миллиардов евро непокрытого дефицита. Но он значительно занижен, как минимум в нём не учтена дыра в 300 миллиардов гривен, то есть реальный дефицит уже сейчас 24 миллиарда евро. Поэтому «план Б» для Украины выглядит крайне плохим, а ведь речь только про 2026 год. На 2027 год, если война продолжится, непокрытый дефицит будет уже около 60 миллиардов.

Недавно в СМИ промелькнул ещё один план. Он предполагал, что гарантии для Бельгии даст Норвегия, у которой есть самый большой в мире фонд национального благосостояния, в котором накопилось 1,8 триллиона евро, причём чуть более 100 миллиардов — это сверхдоходы Норвегии, полученные от продажи нефти и газа в Европу с начала войны. Некоторые датские политики предложили норвежцам поделиться. Напомню, что Норвегия не входит в ЕС, но является членом НАТО, поэтому план обсуждался даже не в рамках Еврокомиссии, она к Норвегии отношения не имеет.

На этой теме можно больше не спекулировать, министр финансов Норвегии Йенс Столтенберг — бывший глава НАТО и сторонник Украины — заявил, что его страна может поддержать план ЕС по изъятию активов, однако суверенный фонд для этого использован не будет.

Поэтому из реальных возможностей получить деньги у Украины есть лишь три варианта:

• «План А» — Бельгию всё же сломают и она согласится передать 140 миллиардов евро. Пока кажется, что шансы на реализацию этого плана минимальны, я считаю, что Бельгия уже приняла решение, а переговоры ведёт лишь для приличия;
• «План Б» — Украину продолжат спонсировать по принципу «кто сколько может» на грани текущих потребностей, пока это наиболее вероятный вариант;
• «План В» — Трамп всё же изменит своё мнение, как изменил его по вопросу санкций, и вернёт Украине прямые бюджетные дотации из бюджета США.

Итоговое решение как минимум по Бельгии мы должны узнать не позже середины декабря.

Часто возникает вопрос об украинских ЗВР, в них на конец октября находилось 49,5 миллиардов долларов и это абсолютный рекорд для страны. Кажется, что можно их перенаправить в бюджет, но на самом деле нельзя. Всё довольно просто: украинский бюджет верстается в гривнах, зарплаты платятся тоже в гривнах, за экспорт же Украина получает валюту, валютой платит потом за импорт. Всё это называется платёжным балансом, который будет разрушен если в экономику просто влить необеспеченные миллиарды валюты. Писал про это в статье про украинскую экономику более детально: https://t.me/artjockey/1592

Перенаправление ЗВР на внутренний рынок приведёт к тому же эффекту, что и эмиссия гривны, но зачем на это тратить ЗВР, если эмиссию гривны можно провести и так? От Украины, кстати, этого требуют в МВФ, но Киев пока сопротивляется.

ЗВР в теории можно потратить, например, на покупку вооружения, а не на поддержку бюджета, но и этого Украине не дадут сделать. ЗВР нужны для поддержания стабильности платёжного баланса, курса гривны и выплатам по внешним обязательствам, а от этого зависит финансирование из других источников. Например МВФ не даёт Украине кредиты просто так, их дают в обмен на реформы и выполнение ряда требований, которые направлены как раз на то, чтобы экономика оставалась стабильной и в будущем Украина эти кредиты могла вернуть. Сами кредиты же не так велики, но финансирование со стороны МВФ — индикатор для других доноров.

В общем расходование ЗВР на войну — это крайняя мера и к ней прибегнут примерно в то же время, когда ВС РФ будут подходить если не к Киеву, то хотя бы к Днепру. Поэтому пока то, что находится в ЗВР стоит держать за пределами скобок, эти деньги сейчас не могут быть задействованы.

Усугубляются переговоры о дальнейшей поддержке Украины Миндич-гейтом. Момент публикации результатов расследования НАБУ крайне неудачен для Зеленского по причинам, описанным выше. Финансовое положение Украины тяжелое, перспективы выделения денег очень туманны, а коррупционный скандал и поведение украинских властей в ходе него может серьёзно повлиять на то, сколько Киев в итоге получит денег и на каких условиях.

В момент написания этой статьи, то есть 13 ноября, прошёл очередной раунд технических переговоров с участием министров финансов стран ЕС о «репарационном кредите». Опять уговаривали Бельгию согласиться с предложениями Еврокомиссии, но получили очередной отказ. Итальянская La Repubblica инсайдит:

Во время заседания Еврогруппы несколько министров финансов неоднократно упоминали «дело», которое стало причиной скандала в Украине. Юридические сложности, связанные с использованием замороженных российских активов, теперь усугубляются подозрениями относительно того, как могут быть использованы эти деньги.

Отдельно упомянута попытка Зеленского летом ликвидировать НАБУ. То есть важен не столько факт коррупции, а именно то, кто в нём замешан и как Зеленский на это отреагировал. Вероятно попытка ликвидировать антикоррупционные органы станет главной политической ошибкой украинского президента, если в июле это было ещё не всем очевидно, то сейчас последствия проявляются всё ярче.

А теперь предположим, что Бельгия всё же согласилась на изъятие российских активов и у ЕС образовался фонд в 140 миллиардов евро наличности для помощи Украине. Дальше перед лидерами ЕС встанет вопрос о том, как именно эти деньги нужно тратить. Есть три предложения:

• Украина настаивает, что деньги должны быть переданы Киеву в полное распоряжение, потому что именно непосредственный участник войны знает, как распоряжаться финансами наиболее эффективно;
• Ряд европейских политиков, например, Макрон, настаивают, что изъятые средства должны использоваться только внутри ЕС;
• Другие политики, например, Мерц, считают, что часть денег нужно потратить на закупку вооружения у США.

В целом передача денег просто так не принята, упомянутая ранее программа Ukraine Facility предполагает схему «деньги в обмен на реформы». То есть Украина регулярно получает списки того, какие реформы нужно сделать, выполняет их, а лишь затем получает денежные транши или штрафы, если «маяки» не выполнены.

Также все украинские кредиты и гранты целевые. Их нельзя тратить на ВСУ ни в каком виде, это много раз описанный мною принцип, что Украина воюет  — точнее содержит ВСУ — на свои деньги, на те доходы, что получает украинский бюджет, а ЕС спонсирует его «гражданскую часть». Единственное нарушение этого правила впервые произошло недавно, когда ЕС разрешил правительству Украины закрыть дыру в 300 миллиардов гривен чтобы военные не остались без зарплат. Это, конечно, прецедент на будущее, тем не менее каждый подобный транш на ВСУ Украине нужно согласовывать с донорами и обосновывать его необходимость.

И вот здесь, на мой взгляд, могут вылезти главные последствия Миндич-гейта. Даже если мы сделаем допущение, что Бельгия выделит деньги, то дальше шанс, что Киев получит эти деньги в своё распоряжение стремятся к нулю. Фондом будет распоряжаться ЕК, поэтому средства будут тратиться согласно представлениям лидеров Европы о том, как нужно воевать, а не Киева.

Зеленскому нужны деньги чтобы их украл Миндич, но если оставить шутки, то на самом деле они ему нужны чтобы дофинансировать ВСУ. В Киеве стали признавать некоторые сложности с личным составом на фронте и ищут возможности исправить ситуацию. Сейчас решение они видят в том, чтобы перенять у противника — то есть у России — рабочие методики привлечения добровольцев, а именно финансовую мотивацию. Зеленскому нужны деньги чтобы ввести в ВСУ подпивной бонус и, вероятно, увеличить базовые, «тыловые» зарплаты.

План с подписными бонусами официально, хотя ещё не реализован, поэтому точные детали мы не знаем, но по слухам условия такие:

▪️Контракт 1 год: 50 тысяч сразу и 480 тысяч в течение года;

▪️Контракт 2 года: 100 тысяч сразу и 1,6 миллионов в течение двух лет;

▪️Контракт 3 года: 150 тысяч сразу и 1,75 миллионов в течение трёх лет.

Другие бонусы представлены на инфографике:

У этих контрактов, в отличие от российской схемы, будет особенность. Бонус хотят выплачивать не сразу, а в течение всего контракта, что на мой взгляд делает эту схему нерабочей, но про это дальше. Фактически речь про увеличении зарплаты у тех, кто воюет на нуле, те самые «дефицитные специальности».

Еще по слухам Киев очень хочет поднять зарплаты тыловикам, как ни странно, но с ними в ВСУ тоже есть проблемы, во всяком случае с квалифицированными кадрами. Зарплата тыловика без доплат на офицерской должности около 30 тысяч гривен в месяц, у рядовых и сержантов 20-25 тысяч (для перевода в рубли умножайте на два). Это может показаться нормальным, на уровне средней зарплаты по Украине, однако действительно квалифицированные кадры получают больше на гражданке не говоря уже об условиях работы.

Но правда в том, что говоря о повышении зарплат тыловикам речь идёт не конкретно о тыловиках, а о каждом украинском солдате. То есть в ВСУ просто хотят увеличить базовую зарплату, что приведёт к росту зарплат как у тыловиков, так и фронтовиков. Например повысив «тыловые зарплаты» на 30 тысяч тыловики начнут получать вместо 20-30 тысяч 50-60 тысяч, а фронтовики вместо 130 тысяч начнут получать 160 тысяч. Вот на это Украине и нужны деньги, Зеленский хочет таким образом решить проблемы с количеством солдат.

Только и по этому вопросу с Европой и США много разногласий. В свежем интервью президент Украины подтвердил, что сейчас мобилизуют около 30 тысяч человек в месяц — а если быть точным, то столько доставляют в ТЦК, а не мобилизуют, — но партнёры требуют усилить мобилизацию и призывать больше, чего Киев пока делать не собирается. Зеленский объяснил это тем, что правительство пытается соблюдать некий баланс между армией и тылом, ведь нужны люди, которые работают и платят налоги. Также Зеленский ранее много раз говорил, что на него давят на тему дальнейшего снижения возраста мобилизации.

Реальная ситуация же обстоит иначе. Украина исчерпала свой мобилизационный ресурс, который состоит не только в количестве номинально подходящих по параметрам людей, но и в количестве потенциально мотивированных людей, а их гораздо меньше. Я уже давно вывел концепцию существования трёх категорий призывников:

• Добровольцы;
• Позовут — пойду;
• Ухылянты.

Первые — это те, кто стоял в очередях в военкоматы в 2022-2023 годах, вторые — это те, кто не стремился в армию, но попав туда смирился и воюет. Такие люди шли по повесткам, которые им приходили по почте, часть до сих пор есть и среди бусифицированных. Третьи — это те, кто принципиально не хочет в армию и на войну, их тяжело не только затащить в ТЦК, но и удержать в ВСУ, а потом заставить воевать или хотя бы делать что-то полезное. Отчасти этого можно добиться принуждением и страхом, но для этого тоже нужны лишние ресурсы.

Украина уже выгребла две первые категории людей, что стало причиной внедрения практики бусификации. Это делают не от хорошей жизни или злобности Зеленского, просто иначе у ВСУ вообще не было бы пополнений на текущий момент, повестки давно перестали работать. Но бусификация затрагивает больше третью категорию людей, что видно по графику роста СЗЧ. То есть это своеобразное сито, через которое просеиваются украинские пригодные к мобилизации и отсеиваются оставшиеся «позовут — пойду». Остальные уходят в СЗЧ и мы знаем, что таковых около 2\3:

• До 30 тысяч в месяц доставляются в ТЦК;
• Около 20 тысяч в месяц уголовных дел о СЗЧ;
• В основном в СЗЧ бегут не с фронта, из учебок;
• Ещё какая-то часть после попадания в ТЦК отпускается домой, так как имеет отсрочку или основания для её оформления, они в статистику СЗЧ не попадают, но и ВСУ не пополняют.

Иными словами реальное пополнение ВСУ в месяц составляет менее 10 тысяч человек, причём похоже это число уже приближается к 5 тысячам, что не покрывает потери, с чем и связаны проблемы на фронте. «Боевая» часть ВСУ сейчас сокращается и дальше это может привести к появлению совсем пустых участков фронта как у ВС РФ в 2022 году до мобилизации.

Год назад, когда началась первая тряска по поводу бусификации и в ход шли аргументы о том, чтобы самих ТЦК отправить на фронт, было озвучено, что их численность «всего» 36 тысяч человек, из которых 7000 — гражданский персонал. Рискну предположить, что за год их численность выросла, в итоге чтобы просеять через сито призыва 30 тысяч человек за месяц, из которых в ВСУ останется хорошо если 5 тысяч, нужно на постоянной основе содержать как минимум 36 тысяч человек, платить им зарплаты, кормить, обувать, одевать и так далее. И они уже сейчас себя «окупают» лишь за полгода мобилизации.

Может и правда проще их на фронт отправить? Это целый корпус так-то.

А чтобы усилить мобилизацию численность ТЦК нужно будет увеличить, вот только мобилизационный резерв не увеличится, то есть продуктивность их работы не будет линейной. Иными словами усиление мобилизации в два раза приведёт к росту затрат на эти мероприятия гораздо больше, чем в два раза, при этом резко повысится и социальное напряжение.

По этой же причине Украина ничего не делает с СЗЧшниками. Сейчас на Украине 200-300 тысяч человек находятся в таком статусе, а на всю страну есть всего чуть более 100 тысяч полицейских, у которых есть и другая работа, в том числе, кстати, помощь ТЦК. То есть у Киева просто нет ресурсов, чтобы найти такую массу «преступников».

Если их всё же найти и даже отбросить тот факт, что такое количество дел парализует прокуратуру, суды и следователей, то Украина просто не сможет столько людей посадить, некуда. В стране всего примерно 78 тысяч мест в тюрьмах, но в них уже содержится около 40 тысяч заключённых. Да и смысла в этом нет, «ухылянт» на свободе хотя бы кормит себя сам, охранять его не надо и он даже работая без оформления всё равно платит косвенные налоги вроде НДС.

Зеленский, правда, про это не говорит, я уверен, что он руководствуется неправильными предпосылками и мотивами, но удачно для себя всё равно пришёл к правильному выводу: усиливать мобилизацию нельзя, но делать с недобором в армию что-то нужно.

Вариант с увеличением выплат кажется на первый взгляд логичным, вот только я думаю, что он тоже сделан на основе неправильных предпосылок, но здесь с правильными выводами уже не повезло.

Дело в том, что о маленьких зарплатах в армии говорят те, кто уже там служит. Среди действующих военных это две самые популярные темы: размер зарплат и сроки службы, а учитывая, что план с контрактами закрывает именно эти вопросы, я совершенно уверен, что на основе опросов военных и было принято решение увеличивать зарплаты. Только это является не более чем вариацией «ошибки выжившего», решения принимаются на основе мнения тех, кто уже в армии, а не тех, кто оттуда сбежал или уклоняется.

Однако если опросить кого нужно, их ответы вряд ли понравятся тем, кто принимает решения, но самое главное, что эти ответы не дадут никакого решения, так как проблема истощения мобилизационного резерва, усталости населения от войны и отсутствия мотивации у населения умирать в посадках в целом не имеют простых и быстрых решений. Я уверен, что это естественный процесс, который происходит с обществом и армией во время длительной войны, и его нельзя обратить, можно лишь немного замедлить, надеясь, что твоего противника он развалит раньше, чем тебя.

Сейчас у ВСУ нет проблем с теми, кто уже в армии даже «на нуле». Украинские солдаты стойко воюют, не сдаются массово в плен, не расстреливают своих командиров и почти не дезертируют с фронта. Проблема Украины именно с пополнением, бегут свеженабранные из учебок, нет новых людей, которые могли бы стать в строй вместо убитых и раненых. Поэтому сейчас Киев решает несуществующую проблему опираясь на неверные данные.

Даже если Украина получит деньги на увеличение выплат, предложенная схема принципиально отличается от того, что практикуется в ВС РФ. То, что подписавший контракт получает не прибавку к зарплате, а 2-3 миллиона сразу же — очень серьёзное, ключевое различие. Зарплата на «дефицитных» должностях у ВСУ и так высокая, она выше, чем у российских солдат, очень большая по меркам самой Украины, а это значит, что работает принцип «много» из анекдотов про не умеющего считать чукчу.

Если до какого-то предела зарплата имеет осязаемый счёт, то после определённой границы она воспринимается просто как «много» и перестаёт быть мотивацией работника, а в нашем случае солдата. Причём обладая доступом к статистике можно найти даже точный уровень, где дальнейшее увеличение выплат не даёт какого-либо заметного эффекта.

Полагаю, Россия с этим эффектом уже столкнулась и для российского социума как раз 2,5-3 миллиона — это предел. Если увеличение бонуса с 1 до 2 миллионов даёт заметный прирост желающих заключить контракт, то увеличение с 3 до 4 миллионов уже не оказывает какого-либо заметного эффекта, ведь и то, и другое — много. То же самое будет, уверен, с зарплатами в ВСУ при реализации обсуждаемой схемы выплат. Те, кто и так служат, начнут больше получать, но те, кто не хотели «идти на ноль» за 120 тысяч, в основной массе не захотят и за 190 тысяч.

Доказывает это крайне низкая эффективность «контракта за миллион» для молодых украинцев. По словам заместителя Ермака Палисы за первые два месяца действия программы контракт подписало всего 500 человек. Также проблемы с набором добровольцев и у Мадяра, о чём я рассказывал здесь: https://t.me/artjockey/2562

Поэтому я не вижу оснований думать, что увеличение зарплат в ВСУ окажет значимое влияние на число добровольцев или снизит количество СЗЧ. Разовый бонус был бы лучше.

Также нет сомнений, что эти новые контракты смогут заключать действующие военные, как минимум сейчас в ВСУ нет никаких запретов перейти с мобилизации на контракт. Также очень вероятно, что какие-то положения будут иметь обратную силу, например, бонус начнут выплачивать тем, кто уже на контракте, ведь такая практика была введена вместе с контрактами 18-24: те кто соответствовал условиям, но заключил его раньше, могут получить свой миллион. Соответственно всё это может привести к значительному увеличению затрат на содержание армии, но окажет очень небольшое влияние на размер пополнений и даже не факт, что снизит количество тех, кто после «бусификации» уходит в СЗЧ. Возможно контракты будут подписывать те, кто и так бы остался в ВСУ даже без контракта. А в «папочках Сырского» всё будет хорошо, там будут большие цифры тех, кто заключил контракты.

Но пока всё это демагогия. Бельгия не даёт деньги, а значит реально пока Украине не стоит рассчитывать на возможность значительно увеличить выплаты солдатам. Плюс Миндич-гейт точно не помогает Зеленскому, и даже если деньги каким-то чудом найдут — во что мало веры, — то ещё меньше веры в то, что их передадут Украине в полное распоряжение.

Канал автора: https://t.me/artjockey