Altered
Место: Сцена «fine» (прошлое)
Ватару: «♪~♪~♪»
Нацуме: Ватару-нии-сан выглядит довольным собОЙ, не так ЛИ?
Шу: Согласен. На удивление, на самом деле я впервые вижу его на сцене в качестве айдола.
Я действительно впечатлён. Во мне проснулось вдохновение.
Ватару знает, что делает. Он знает, на что способен и что может продемонстрировать. Видя всё, он может справиться с чем угодно.
Ватару всегда был привязан к сцене. Но опыта айдола у него, по всей видимости, меньше, чем у обыкновенного студента.
Именно поэтому Ватару сейчас играет «роль айдола».
Всё это время, будучи свергнутым как один из «Пяти Чудаков», что являются корнем всего зла, он ведёт себя самым подходящим образом — как злодей этой истории.
Роль, которую от него все ожидают.
И когда дело доходит до отыгрывания роли, ни в Юменосаки, ни во всём мире нет человека более подходящего, чем Ватару.
На этой сцене Ватару отдаёт всего себя.
Он идеально следует данному ему сценарию, импровизирует время от времени, вмешивается в него, основываясь на реакции своих коллег и публики, и всё это вызывает волнение.
Он вкладывает в это тело и душу, чтобы сыграть одну-единственную роль идеально.
Это превосходно и артистично.
Театр — это кристаллизация того, что человечество совершенствовало ещё со своего зарождения — это форма искусства. Я изучу его.
Быть может, я воспользуюсь этим в будущем. Сделаю всё более драматичным, чем раньше.
Хотя я не знаю, когда наступит это «будущее», нет, наступит ли вообще...
Я жив. Все мы живы.
Поэтому время найдётся.
Возможно, мы даже сможем создать то будущее, которого желаем.
Каната: Да. В одиночку будет «трудно», но всё хорошо.
Мы здесь.
Теперь мы никогда не будем «одиноки».
Шу: Ты прав, я смог встретиться со всеми вами.
Мы соратники. Я уверен, что мы сможем стоять рядом и работать вместе на протяжении всей нашей жизни.
Как самые лучшие друзья.
Чего ещё мне желать, после того, как у меня появилась столь ценная вещь?
Это ни в коем случае не безвыходная ситуация!
Нацуме: (...Мои старшие братья потрясаЮЩИЕ, не правда ЛИ.)
(Они защитИЛИ меня. Мои братья закрыли меня своими телами. Поэтому меня почти не задеЛИ, и я могу оставаться собранным и воодушевлённЫМ.)
(Я не имею права быть мрачнее моих братьев, которых унизиЛИ, растоптаЛИ и сильно раниЛИ.)
(Это мои братья тут страдаЮТ.)
(Даже если я должен утешать их. Нет, именно ради этоГО... Я принёс этот проЕКТ.)
(Сценарий, где МЫ, «Пять Чудаков», идём против бесчестного студенческого совеТА — и выигрываем у «fine».)
Нацуме: (Но, как отметил Ватару-нии-сан, это всего лишь несбыточная мечТА. Это не что иное, как фантазия, которую невозможно воплотить в жиЗНЬ.)
(Я знаю эТО, я понимаЮ...)
(Но такой исход ужасЕН, и я думал, что хотя бы смогу утешить себя фантазиЕЙ.)
(Чтобы почувствовать себя лучШЕ, даже если это было эскапизмОМ.)
Рей: Мне жаль, Нацуме.
Нацуме: ...За что же ты извиняешься, Рей-нии-сан?
Рей: Даже ты, самый младший из «Чудаков», стараешься изо всех сил, чтобы поддержать нас.
Даже если то, что ты сделал, запутано, даже если мы не собираемся это принять, этот жест сам по себе очень ценен.
Но я не сделал ничего.
Нацуме: ...У тебя не было выбоРА. Ты справлялся с инцидентами, которые возникали заграниЦЕЙ, Рей-нии-сан.
Кроме тоГО, у меня ощущение, что это всё было подстроено студенческим советом — или «fine».
Чтобы сдержать теБЯ, того, с кем сложнее всего справиться, и представляющего большую опасность для их планОВ, вне эпицентРА событий.
Рей: Ага. Я тоже думаю, что это имело место быть, но... Мне следовало не обращать внимания на беспорядки и сразу спешить на помощь вам.
Но я этого не сделал. Я оставил вас умирать.
Нацуме: Несмотря на эТО, ты помог бесчисленному количеству людей заграницЕЙ, не так ЛИ, нии-сан?
Ты не можешь спасти всЕХ. Ни Сакума Рей, ни даже Бог, не могут.