🍺 ⁠೧⁠ ⁠пущкины 🥂⁠෴⁠ 

— Пьяная правда.

@valerennka

На пороге парадной, где мягкий свет уличного огонька играл на мраморных плитах, стояли двое, один едва удерживающийся на ногах. Его щеки горели от алкоголя, а глаза чуть искрились, пока веки были расслаблены. Поэт наклонился, чуть припал на чужую грудь, словно искал опору, ведь доверять собственным ногам, которые вдруг стали слишком шатким и неустойчивым — себе дороже.

Мимо прошли соседки, пара пожилых женщин, которые бурчали что-то недовольное о шуме и беспорядке. Их взгляды были полны укоров, но молодой поэт лишь усмехнулся в ответ, не замечая их ворчания. Театрально попытался поклониться им, но чуть не упал, на что получил лишь более бурную реакцию, цоканье, а затем их фигуры скрылись за углом, пока их голоса продолжали запевать собственную оду — "алкоголь погубит поэта". В воздухе оставался лишь запах свежего хлеба из соседней квартиры и лёгкий аромат вина, который витал вокруг них.

Ванечки неловко. Всякий раз старался уводить взгляд в сторону, тихонько успокаивать чужой язык.

— Саша, прекращай. — бормочет в ответ на пьяный хохот.

Действительно угомонился. Лишь на секунду. Тихонечко вздохнув, Пушкин чуть виновато глядит на него. Глаза - пуговки.

— А я разве начинаю? — чуть невнятно выдавил, затем икнул, отчего пару раз захлопал ресницами.

Пущин закатил глаза.

— Пойдём-ка, отведу тебя до порога.

Пушкин хмыкнул, хотел было возразить — «веселье только начинается!», однако потеря субординации при лёгком опрокидывании головы дала о себе знать. Чуть прилёг на плечо товарища. Ванечка, немного тяжко выдохнул, покачал головой самому себе. Заметив, что Саша уже одной ногой в царстве Морфея, то с лёгкой улыбкой и заботой в глазах, осторожно вёл его по лестнице, стараясь не дать ему упасть.

— Держись, — произнёс с легким беспокойством, когда мужчина вдруг наклонился вперёд, будто пытаясь поймать баланс. Его рука крепко держала его за запястье.

— Ох, Саша, долгий путь нас ждёт. — тот ещё больше липнет, кажется отдав "штурвал" полностью.

Рыжеволосый мысленно клянётся себе, что вот это, точно, последний раз. Никакие кокетливые глазки не смогут его уговорить, чтобы они посидели чуть подольше. Ни-ка-кие.

— Мы как два корабля в шторме! — произнёс «неунывающий» с лёгкой иронией, поднимая голову и заглядывая в глаза, чуть пьяно ухмыльнувшись, надул губы и промычал. В его голосе звучала этакая искренность и радость. Да, даже лестница не имела значения.

— Ох, определено. Ноги поднимай. — на одном выдохе выдал первое, затем искоса поглядел на эту довольную рожу. — И смотри куда идёшь. — отрезал ещё раз, ели как сдерживая улыбку.

— А зачем? Я тебе полностью доверяю. Хоть глаза закро-..

— Нет-нет, давай лучше наоборот широко их раскроешь? Если ты упадешь вниз, я брошу идею нашего совместного "плаванья". И пойду домой. Спать.

Темнота коридора была пронизана мягким светом, исходящим из приоткрытой двери квартиры. Шум вечеринки затихал, оставляя лишь эхо смеха и разговоров позади. В этой парадной все любят веселиться, или конкретно на этом этаже? Осторожно вёл его к заветной двери.

Выдох, убирает руку с его плеча, позволяя ему опираться на ближайшую стену.

— Руки приподними. — неохотно командует, поправляя волосы.

Ключи звенели в кармане, как мелодия, ускользающая в темноту. Пушкин, смеясь, потянулся за ними, когда Пущину всё-таки удалось зацепить пальцем заветную связку, но в этот момент что-то в воздухе изменилось. Отчаянная идея в пьяном разуме.

Резко остановился хрипло хохотать, и, не отпуская руки, схватил второго за оба запястья. Глаза горели от непонятного веселья, а дыхание было горячим и насыщенным запахом алкоголя.

— Слушай, — произнёс поэт, наклонившись ближе, — я должен тебе кое-что сказать…

Замер, мысли запутались в нити алкоголя и эмоций. Второй попытался понять, что происходит, но томная речь уже начала обжигать его сознание. Хуже спирта. Тон был серьёзным, но в то же время игривым. Пошлое клише.

— Как это сказать.. — продолжал Саша, его голос не дрожал от волнения. Не в первый раз связывал пьяные речи в таком контексте.

— ..Знаешь, ты мне очень дорог. Ммм..

В тот момент, когда взгляды встретились, воздух вокруг них стал густым и насыщенным. Сердце предательски забилось сильнее, заставляя чувствовать себя странно.

Его пальцы были теплыми и крепкими. Подушечки чуть плотными. Прикосновение вызвало мурашки по коже, словно электрический разряд пробежал по всему телу. Почувствовал, как его ладони начинают слегка потеть, а дыхание становится более частым. Внутри него разгорелось что-то новое — смесь волнения и страха.

— Протрезвей. — нервозно отзывается Пущин, словно стараясь уйти от диалога.

— П-подожди..

Время замедлилось, и каждый миг растянулся до бесконечности. Заметил, как пьяница наклонился ещё ближе, его лицо находилось всего в нескольких сантиметрах от его собственного. Тёплый воздух. Запах его кожи был знакомым и успокаивающим, но в то же время вызывал бурю эмоций. Губы почти щекотно касались линии скулы.

— Так хочется тебя касаться.. — это уже то самое признание? Так сухо, но, одновременно горячо. Ресницы "пленника" чуть вздрогнули.

— И вообще..Перестань смущаться. Робеть и стесняться..

— ..Я люблю тебя.

Эти слова повисли в воздухе, как густой туман. Ваня замер. Его разум метался между нервным смехом и удивлением. Он не знал, как реагировать на признание, которое пришло так неожиданно и с таким жаром. Пушкин продолжал держать его за руки, словно боясь отпустить. Их взгляды встретились, и в этот миг всё вокруг потеряло смысл. Взгляд был полон надежды и страсти.

..Мгновение. Он осторожно прижал свои губы к губам противоположного.

Когда успел все осознать, "капитан" ощутил, как по его телу пробежала волна тепла. Прикосновение было мягким и нежным, как легкий ветерок, касающийся кожи. Он почувствовал, как его сердце забилось быстрее, а дыхание стало более частым в мелких перерывах.

Губы дамского угодника были теплые и слегка влажные. Каждый миг поцелуя — нежные щекотки на губах вызывали мурашки по всему телу. Его руки сами собой нашли путь к щекам, нежно обнял, ощущая гладкость кожи. Пущин даже не осознавал, что сейчас отвечает на это. Язык коснулся его губ, вызывая легкую дрожь внутри. Поцелуй постепенно углублялся, становясь более уверенным. Пьяные поцелуи у него получаются лучше, чем ходьба.

Отвечает на его ласку; руки обвились вокруг талии, притягивая его ближе. Это было как будто они были созданы друг для друга — их губы идеально совпадали. Поцелуй стал более страстным, но в нём всё ещё сохранялась нежность. Они словно разговаривали без слов.

..Скрип чужой двери. Пущин сразу разрывает контакт, залпом глотает воздух, и смущённо отстраняется, сам оглядывается через плечо. Толпа выходит в парадную с весёлым хохотом, по очереди здороваясь с двумя «любовниками». Если у первого была лишь глуповатая улыбка с ямочками, второй же, неуверенно кивал каждому прошедшему. Гул разливается по лестничной площадке, уходя все дальше и дальше.

Нервный вздох.

Звон заветных ключей меж пальцев.

— Откроешь? Я тебе доверяю бошьше, чем себе. — иронично процедил поэт, чуть измученно вздохнув. Протянув руку, тот опрокинул голову и прикрыл глаза с довольным выражением лица.