Жена

Жена


Я сидел на лавочке около подъезда и, наслаждаясь ядовито крепким сигаретным дымом и блаженным вкусом колы, наблюдал за происходящим. Большие снежные хлопья, отражая свет фонарей, подобно миллиону жёлтых светлячков планировали во власти тёплого ветра. В моих наушниках Джимми Пейдж запиливал скрипучие соло под гениальный драм Джона Бонэма, второй играл как бы немного неровно, создавая небольшую натяжку в игре. Сейчас это было особенно заметно. Я стал считать доли в такте, хлопая себя ладонями по коленям, и на миг почувствовал себя счастливым. Мы по-настоящему счастливы только в такие моменты, когда на секунду отвлекаемся от реальности, но чтобы разрушить заоблачный замок, нужно осознать иллюзию происходящего. Я выключил музыку, закурил новую сигарету и направил взор в сторону проезжающего мимо Deow Matiz. Автомобиль дерзко припарковался напротив меня, частично заградив проезжую часть. Можно было бы поставить машину более разумно, мест было хоть отбавляй, но водитель не обращал внимания на такие нюансы. Из машины вышла особа с раздутыми от сладостей лицом, руками, ногами и необъятнейшей жопой, задницей назвать увиденные мной ягодицы язык не повернётся, скорее это был монстр, монстр разрушающий надежды, амбиции и людские жизни, огромная жирная жопа в тугих красных лосинах, колбаса в сетке. Тучная дама нарядилась в красный спортивный пуховик с надписью "Russia", на голове у женщины горделиво размешалась шапка, которая всем своим видом напоминала огромную мокрую белку. Следом за жопой из машины выбрался низкорослый, худой и ничем не запоминающийся мужичёк с кучей пакетов.

— Я тебе говорю, если ты сорвёшь контракт, то считай больше не увидишься с детьми.— Проскрипел женский голосище, похожий на звук гитары подключенной к дешёвому китайскому комбику на максимальном гейне.

— Это капризный клиент, но я постараюсь. — Ответил мужичёк, закрывая дверь и включая сигнализацию.

— Ты никогда не стараешься, если бы ты старался, то не был бы в той жопе, в которой оказался! — Грянул пробивающий мозги визг, который был способен на разрушение небольшого государства, Польши например.

— Слушай, я могу повидаться с детьми? — Грустное лицо несчастного сменилось детской гримасой, гримасой ребёнка, который разрывает обёртку новогоднего подарка.

— Ты не помогаешь, если бы помогал, то мог бы. — Ехидно ответила жирная жопа, вызывая мой гнев и желание вновь закурить.

— Да как же так? Я же больше половины своих денег им отдаю, живу в коммуналке и работаю по двенадцать часов в сутки... — Мужик проронил небольшое откровение, но сказал он это он не со злости, нет, это было чистой воды отчаянье.

— Ладно, можешь зайти, но только недолго. — Прокудахтала курица в лосинах.

Мужик с дамой удалились, а я вновь уставился на снежки. В ритме дьявольского вальса, они то пикировали, то вздымали ввысь, грациозно вращаясь. Луч фонаря открывал глазам обывателя настоящий бал, бал хаотичный и завораживающий. Я зациклился на огромных размеров снежинке, королеве бала, она парила в воздухе не шевелясь и находилась как бы в центре происходящего. Казалось, что время для неё остановилось.

— Приятель, есть закурить? — Обратилась ко мне измученная физиономия мужичка, который совсем недавно приехал сюда на выкидыше корейского автопрома.

— Дружище, угощайся. — Я перевёл взгляд и щедро протянул раскрытую пачку. Когда я вновь захотел найти глазами неподвижную снежинку, то у меня ничего не вышло. Стало грустно.

— Я присяду здесь? — Робко спросил мужичёк.

— Дружище, присаживайся. Ты чего такой грустный? — С видом самого счастливого человека прозвучал я своим больным и сорванным голосом.

— Да, приехал к бывшей жене, чтобы детей повидать. А эта сука их на меня натравливает, а я стараюсь, из ряда вон лезу, въёбываю как негр на плантациях. Так мало того, она ещё мои деньги спускает, в Турцию и в Египет летает, шмотьё покупает. — Вымолвил мужичёк, отражая своими глазами одиночество, тоску и злобу.

— Достаётся тебе. Слушай, а она всегда такой была? Ну пивной бочкой, сальным паровозом? - Задорно поинтересовался я.

— Ахаха. Раньше она была редкой красавицей. Во время беременности она стала много жрать, а после родов не смогла оставить эту привычку. — Заметно повеселев, но оставаясь грустным, сказал мужик.

— Слушай, а ты сериалы не пропускал, когда она мимо телевизора проходила? — С видом неподкупного интереса начинал я.

— Ахахах.— Немного помолчав, взорвался мужичёк.

— Она такая жирная, что если у нее на спине нарисовать букву "H", то можно посадить вертолет.

— А ты карту не составляешь, когда хочешь её трахнуть?

— Ночь на земле - это тень твоей бывшей.

— Она такая жирная, что сфотографировать её можно только со спутника. — Я, выдавив из себя всё запомненное, предложил собеседнику очередную сигарету.

— Ох, ну и уморил. Спасибо тебе за настроение и компанию, а мне нужно идти. Удачи тебе. — Мужичёк вытер слёзы и протянул мне руку.

— Счастливо. — Пожав руку собеседнику, я достал шоколадку и принялся её точить.

Меня отпускало, снежинки больше не цепляли. Я пошёл домой, сварил себе кофе и разогрел хавчик, зарекаясь про себя о том, что никогда не женюсь.