за незапертой дверью

2016-й год. Дэрри. Неудачники только недавно воссоединились в этом треклятом городе, но уже многое успели сделать. Например.. Найти те самые «артефакты» связанные с их детством, про которые рассказал Майк. Это оказалось правда полезным, хоть по началу и звучало как бред сумасшедшего. С каждым пройденным шагом по Дэрри в воспоминаниях словно рассеивался густой туман, что так отчаянно пытался скрыть подробности детства каждого из неудачников. 

Эдди, например, встретился с прокаженным, которого впервые увидел еще в далекие 13 лет. Опыт не из самых приятных, конечно, учитывая то, что он там происходило. Его мать уже как несколько лет назад скончалась от рака, но… «оно» сыграло с ним злую шутку. При чем, «злую» — мягко сказано. В голове обрывками всплывали моменты, на которых он пытался вытащить свою мать из того кресла, пока она непрерывно кричала о том, что «кто-то идёт» и молила о помощи. Руки все еще потряхивало, челюсть сводило от напряжения, сейчас у Эдди в голове было только одно: дойти до отеля. Больше ничего не волновало. Асфальт под ногами плыл, глаза щипало даже от малейшего ветра. Успокаивало лишь то, что до отеля оставалось всего пару десятков метров. Он пытался внушить себе то, что это все нереально, беспокоиться не о чем. Раз они смогли справиться с пеннивайзом в свои 13, то сейчас это должно быть еще легче.. ведь так? Почему тогда тело пробивает мелкий тремор? Он сам себе не верит. Это проблема. Причем большая. Очень большая. Если он с этим что-то не сделает, погубит не только себя, но и всех неудачников разом. Эта мысль ужасно давила на Эдди, ведь он не хотел подвергать риску своих лучших, и, скорее всего, единственных друзей. Но а кто его спрашивал? Либо он подводит своих друзей и ведет себя как мудак, либо, в конце-концов, берет себя в руки.

Каспбрак наконец-то зашел в отель, тихо, почти бесшумно закрыв за собой дверь. Все, что произошло за этот и без того короткий день изрядно вымотало из него силы, да и выглядит он.. херово, если говорить прямо. Надо бы сходить умыться для начала, в чувства прийти, пока никто его еще не заметил. Разговаривать он сейчас явно не в духе. Впрочем, повезло, что все по всей видимости сейчас в своих номерах. 

Зайдя в ванную, шатен совсем забыл закрыть дверь на щеколду, сразу кинувшись к раковине. Над раковиной стояло зеркало. Большое, солидное. Но Каспбрак на него даже не глянул, ведь и так знал, что сейчас внешний вид у него ужасный. Не хотел разочаровываться лишний раз. Пару раз плеснуть на лицо водой, на удивление, помогло прийти в себя. Хоть и не так сильно, на сколько бы хотелось. Ничего, время еще есть.. наверное. 

—о-ох, и ты тут. -из-за спины послышался до боли знакомый голос. Много времени не потребовалось, чтобы догадаться, что это был Ричи. Какого хрена именно сейчас? Хотя.. могло бы быть и хуже. Тозиер сейчас, наверно, был тем, кто вызывал наименьшее ощущение раздражения. Несмотря на назойливые шутки и специфично грубую манеру общения, Эдди ощущал, что Ричи было наибольше всего не плевать на него. 

—а ты что тут делаешь? -спросил Каспбрак, все так же стоя спиной к брюнету, пока вода лилась из крана. 

—как думаешь, что можно делать в ванной? -Ричи подошел ближе, пялясь сбоку на шатена, склонившегося над раковиной. Он только сейчас словил себя на мысли, что Эдс сейчас… красивее, чем обычно. Уставший, измученный, потрепанный, но черт возьми, красивый. 

—слушай, понятия не имею. -боковым зрением Эдди мельком глянул на Тозиера, что слишком открыто и бесстыже на него таращился. Это напрягало. —и.. хватит на меня пялиться. -Каспбрак закрыл воду, после чего сделал шаг ближе к висящему рядом полотенцу, чтобы вытереть мокрое лицо. 

—что-то не так, Эдс? -брюнет поджал губы, внутри все горело от стыда, но внешне никак не изменился. Даже нашел повод подстебать своего старого друга, словно надеясь на то, что это поможет побыстрее замять этот позор. Тозиер подошел ближе к раковине, облокотившись на неё спиной.

—не называй меня так, идио- -шатен на половине слова резко повернул голову, увидев перед собой лицо Ричи. Он был близко. Даже слишком. Эдди замер, невольно начав всматриваться в его карие глаза. А Ричи, кажется, и не был против. Что, черт возьми, с ним не так?

—не называть.. как? -брюнет самодовольно ухмыльнулся, что, похоже, окончательно вывело Каспбрака из себя.. но не совсем так, как это обычно воспринимают. Он не хотел врезать Тозиеру со всей дури, не хотел назвать его тупоголовым кретином и покинуть комнату, громко хлопнув дверью.. Нет. Это было по-другому. Какое-то новое ощущение. Почему-то казалось, что подобное он должен был чувствовать к девушкам, только к ним и ни к кому другому. Почему он тогда чувствует это к своему старому, близкому другу из детства? Сколько бы он не задавал себе вопросов, все они в миг испарялись, как только ему приходили на ум эти чертовы карие щенячьи глаза. Настоящее холодное оружие. 

Эдвард сам не до конца осознал то, как быстро прильнул к чужим губам. Хотя, можно ли их считать чужими? Неважно. Сейчас все неважно и не имеет никакого значения. В нос вбивался терпкий запах перегара и ядреного одеколона. Пах бы так любой другой парень, шатен бы сморщил нос и состроил отвращению физиономию, но это другое. Так пах Ричи. Ричи не какой-то случайный прохожий или знакомый. 

Эдди отлип от губ кареглазого, тяжко выдохнув. Никто из них и слова не сказал, словно это что-то привычное и они так целуются не в первый раз. Целоваться с Ричи было на удивление.. приятно. Приятнее, чем он ожидал. Настолько, что захотелось почувствовать это еще раз. И Эдс не стал медлить. Голова закружилась.. низ живота завязался в тугой, болючий, жгучий узел. Это просто сводило с ума. Божечки… давно он подобного не ощущал. Даже забыл, какого это. В моменте, он резко почувствовал, как его прижимают спиной к раковине, и словно специально надавливают на область паха. Очень странное чувство, ведь одновременно и больно и приятно, отчего Эдди невольно промычал в губы своего.. друга. Пока что, друга. Спустя мгновение от почувствовал, как эти же губы отстраняются, наклоняясь ближе к уху.

—ты, похоже, действительно этого хочешь? -горячее дыхание обжигало кожу, из-за чего Каспбрак ели-как смог понять, что от него хотят. 

—хочу.. чего? -шатен нервно прыснул, обхватив шею Ричи двумя руками. 

—потрахаться, Эдс. Здесь и сейчас. -Тозиер словно специально издевался над ним, что еще раз подтвердилось, ведь после этих слов, Эдди ощутил как его руки проникают под тонкую футболку, щупая полностью оголенную кожу. Шатен молчал, не решаясь ответить на заданный вопрос, наслаждаясь блужданием прохладных пальцев по торсу, которые постепенно спускались ниже, добираясь до бляшки ремня на джинсах. 

—знаешь, я бы спустился ниже, но если ты не хочешь… 

—хочу. Божечки, да, хочу! -резко выпалил шатен жалобным, почти умоляющим тоном. —Ричи, ты чертов мудозвон, ты это знаешь? -Эдди впился ногтями в заднюю часть шеи брюнета. 

В джинсах становилось слишком тесно, а Рич, в свою очередь, понял это без слов, скидывая с шатена ремень, а затем уже расстегивая ширинку. 

—повернись и облокотись поудобнее. Будет больно. -Эдс покорно послушался, опять повернувшись спиной к Ричи, стоя почти полуголый. С ума сойти.. неужели, он сейчас взаправду займется первым сексом.. с мужчиной? Это осознавать не то что странно, это пиздецки странно. 

Шатен вздрогнул, когда с него стянули нижнее белье и оно упало ниже колен. Только сейчас он понял, как холодно в этом помещении. Сзади тоже послышался металлический звон от ремня и тяжелый звук падения об кафельный пол. Прохладная рука легла на правую сторону бедра, заставив негромко фыркнуть и выгнуться. 

Ричи правда не солгал, когда сказал, что будет больно. Смазки под рукой не было, и брюнет не придумал ничего более разумного, чем войти всухую, но при чем резко и во всю длину. 

—Ричи! -резко вскрикнул шатен на выдохе. Колени задрожали, пока он впивался пальцами в кафельную раковину настолько, что кончики пальцев побелели. —какой же ты идиот.. -уже более тихо, почти полушепотом, но с сохраненным недовольством проворчал тот. 

Будто в качестве «извинения», кареглазый наклонился и оставил пару поцелуев на спине Каспбрака. Тозиер двигался медленно, ведь не хотел причинить боль Эдди в сексе уже во второй раз. У него это даже неплохо получалось. Каждый толчок отдавал волной экстаза по всему телу, а позже, к ласкам подключись ещё и руки. Одна рука поглаживала впалый живот, вторая лежала на чужом члене двигалась вперед-назад, постепенно набирая темп. Шатен пытался заглушить свои всхлипы и скулёж, то прикусывая нижнюю губу, то зажимая рот кулаком. В глазах начинало все плыть, дышать становилось сложнее.. нет, это не приступ астмы. Просто сложно было удержаться на двух ногах, когда тебя вдалбливает твой же лучший друг. Сдерживать стоны становилось все сложнее и сложнее, и они начали вырываться из рта все чаще. 

—Ричи… черт, Рич, -проныл Эдди, стараясь вести себя как можно тише. Толчки становились заметно грубее и резче, тело горело, каждое прикосновение словно новый ожог на нем, побуждая выгибать спину и поддаваться этим грубым рывкам. —Ричи.. блять, Ричи, пожалуйста… -голос срывался на очередной стон, который Эдс не успевал вовремя заглушить. Брюнет молчал, продолжая тяжело дышать, почти достигнув предела. 

—Рич, Рич, боже, Рич.. -голос задрожал, слова начали превращаться в бессвязное бормотание, в котором можно было обрывками услышать только «я сейчас» и имя Тозиера. 

Тихий стон, после которого Эдди доходит до предела. На кафельный пол стекает белая, вязкая жидкость, брызнув вдобавок и на живот шатена. Следом кончил и Ричи, не выходя из Эдса. 

—Эдди… ты не просто хорош.. -подал голос брюнет, пытаясь отдышаться. —ты чертовски хорош. -с этими словами кареглазый начал быстро натягивать на себя нижнюю одежду, после чего помогал своему… пускай, другу, прийти в себя и убраться в ванной, даже помог одеться, ведь не мог смотреть на то, как Эдди, своими мелко дрожащими руками не может застегнуть пуговицу джинс. Было бы неловко, если бы это кто-то заметил. Еще хуже, если б начали задавать вопросы касательно того, что они так долго делали в санузле. Но как хорошо, что всем все равно.