#yourvoice

PART ONE

Сынмин слабо улыбается, когда теплый ветер мягко обдувает кожу, принося откуда-то запах выпечки. С самого утра настроение было хорошим, а мысли о любимом кофе делали его только лучше. Парень пинает ногой небольшую кучу листьев и поднимает взгляд на вывеску с красиво очерченными буквами. “Soundbean” звучит странно, совсем не сочетается с кофе, но каждый день тянет почему-то именно сюда. Возможно работа звукорежиссером играет свою роль и “sound” автоматически отзывается где-то внутри, а может и вкус кофе, которого не было в меню ни одной ближайшей кофейни заставляет возвращаться сюда снова и снова. 

Ким ненадолго останавливается, чтобы вытащить телефон из внутреннего кармана легкой куртки и переключить мелодию на ту, что поспокойнее. Просто музыка без слов: звучание фортепиано, лёгкие басы и иногда подстраивающаяся под общий ритм скрипка. Ничего лишнего.

Парень поправляет немного съехавшие наушники, что побывали вместе с ним везде, и вертит головой, чтобы перебежать небольшую дорогу, отделяющую его от любимого места. Уголки губ сами собой ползут вверх, когда нос улавливает запах кофейных зёрен и еще чего-то сладкого. Сынмин стягивает наушники и тянется к деревянной ручке двери, но только ахает и пятится назад, когда та распахивается сама, чуть не снося его с ног. Перед ним оказывается высокий парень, наспех натягивающий на себя пальто и кое-как обматывающийся большим клетчатым шарфом. Он несколько секунд молчит, хлопает глазами, а затем бубнит извинения и почти молниеносно пролетает мимо. Ким видит его не первый раз, потому что они почти всегда сталкиваются в дверях. Стоит в следующий раз подождать пару секунд, чтобы этот парень снова случайно не снёс его с ног.

Сынмин качает головой, провожая глазами мелькнувший мимо него коричневый шарф, и наконец заходит в кофейню. Внутри тепло, слегка шумно, но от этого только комфортнее. 

– Брю-кофе с корицей, – Ким переводит взгляд с меню на мягко улыбающуюся девушку и кивает в подтверждение своим словам.

Парень читает меню каждый раз, но в итоге всё равно останавливается на этом странном вкусе, который он распробовал только со временем, позволив ему раскрыться ещё лучше благодаря корице. В голове неосознанно проводится параллель с людьми. Некоторым точно так же нужно много времени, чтобы открыть своё сердце другим и показать свою мягкость, спрятанную за горечью. 

Ким пробегается глазами по помещению в поисках пустого столика и направляется в самый угол. Обычно он сидит именно тут, у окна, и тайком изучает спешащих куда-то людей. Узнавать о них именно таким способом кажется чем-то оптимальным. Сынмин не любит новые знакомства или новые места, потому что в крови играет капля консерватизма и нежелание рассказывать что-то о себе. Конечно, работа — это другое. Иногда приходится быть вежливым через силу, но зачастую в голове крутится один вопрос – зачем? Парень больше не увидит клиентов, не заведет с ними дружеских отношений или что ещё страшнее – любовных. Вся эта вежливость – простая формальность, которая кажется уже привычкой: натянутая улыбка,”спасибо”, “до свидания”, “здравствуйте”. Заученные фразы – ничего больше. Но с другой стороны, так легче. Легче надеть маску перед человеком, чем пытаться по-настоящему ему открыться, вложить свои чувства, чтобы не получить в ответ символичный плевок в лицо.

Парень вздрагивает, когда слышит свой псевдоним, и поднимается из-за стола, чтобы забрать стаканчик с кофе. Называть своё настоящее имя всегда казалось чем-то интимным и не позволяло разбрасываться им направо и налево. Странно? Возможно. Но Ким почему-то вкладывал в это огромное значение, опираясь на слова матери о том, что имя это не просто звук. Это что-то большее, чем простое сочетание нескольких букв. Не зря люди могут испытывать совершенно разные эмоции от одного и того же имени. Кто-то им плюётся, а кто-то смакует на языке, чувствуя тепло, которое расползается внутри после каждой признесённой буквы. Имя – это часть человека, часть его души, которой ты каждый раз делишься с людьми.

Сынмин толкает дверь плечом, сразу же щурясь от солнца, которое с началом осени не торопилось никуда уходить. Парень кидает взгляд на наручные часы и довольно мычит от осознания, что времени ещё полно. Его студия совсем близко, в доме напротив, поэтому в наушниках снова играет спокойная музыка, а кофе приятно разливается на языке.

– Что ему надо? – парень недовольно бурчит себе под нос, когда музыка резко обрывается, а на экране высвечивается знакомый контакт.

Звонок быстро обрывается, а на телефон приходит пара сообщений. Чонин всегда так делает, зная, как друг не любит разговаривать по телефону, но ответ нужен прямо здесь и сейчас. Ким очередной раз вздыхает, возобновляет музыку и блокирует телефон, оставляя друга без ответа, потому что смысла нет – он будет на месте через несколько минут. Ким поджимает губы, пробегая глазами по только что остановившейся перед пешеходным переходом машине. Внутри всё ноет от осознания того, что сейчас снова придётся слушать чей-то неприятный голос, выполнять все запросы и кусать язык, чтобы не сболтнуть лишнего. Чонин сегодня в студии, а это значит, что он привёл клиента, о котором говорил пару дней назад, скорчив лицо от своего же рассказа. 

Ким тянет на себя железную дверь и, бросив взгляд на лестницу, сразу ведущую наверх, медленно по ней поднимается. Сквозь наушники уже пробивается гул сверху и чей-то до жути противный смех. Парень ненадолго замирает перед входом в студию, сжимая стаканчик кофе, и толкает уже слегка приоткрытую дверь. В нос тут же врезается запах чужого парфюма – резкого, пробивающего мозги насквозь. Ким такие не любит и каждый раз задерживает дыхание, оказываясь в толпе людей, чтобы лишний раз не закружилась голова. Сейчас от этого запаха так быстро не избавиться, поэтому парень подходит ближе к столу и, взяв со стола чёрную маску, натягивает её на лицо.

– Хочется чего-то весёлого, понимаете? – мужчина сидит на диване, размахивает руками и неотрывно смотрит на Чонина, совсем не замечая только что вошедшего Кима.

Ян сидит в кресле рядом, с видом человека, которого слишком рано выдернули из кровати, не дав досмотреть хороший сон. Парень медленно моргает, вздыхая чуть ли не каждую секунду, но оживает, как только видит Сынмина. Чонин одним взглядом указывает на клиента, прося о помощи, но Ким отводит взгляд, делая глоток кофе. Горечь теперь неприятно скатывается по горлу – утро испорчено.

———————————

– Прости, задержался, – Хёнджин плюхается в кресло напротив девушки и шумно выдыхает, пытаясь перевести дыхание после короткой пробежки.

– Снова, – Соныль хмурится и недовольно дует губы, рассматривая парня перед собой.

Хван поднимает на неё взгляд и молчит. Они вместе уже больше 5 лет, с университета. Видеть, слышать и чувствовать эту девушку рядом с собой уже вошло в привычку, а мысли о предложении не покидали голову уже несколько недель. Но было это из-за любви или просто потому, что родственники понемногу капали на мозги – понять было сложно, поэтому парень медлил. 

– Во сколько мы освободимся? – Хёнджин опускает глаза на меню, скользя взглядом по уже заученным блюдам.

Любимый ресторан девушки, в котором они появлялись каждые выходные, уже надоел до тошноты. Раньше приятные глазу светло-зелёные стены теперь казались слишком яркими, а вкус любимого блюда перестал приносить даже каплю удовольствия. 

– Это имеет значение? – Соныль приподнимает одну бровь, встречаясь взглядом с карими глазами парня.

Она делала такое лицо каждый раз, когда готова была бросить вызов. Хван любил эту эмоцию девушки, каждый раз смягчался и в такие моменты готов был уступить ее прихоти, но в последнее время это только раздражало. Соныль всё чаще не хотела слушать, убивая всё желание говорить и что-то доказывать своими колкими вопросами. Она бы в любом случае оказалась права не потому, что так и есть, а потому что Хёнджин устал спорить. Возможно, он её разбаловал, искупал в своей любви с головой и позволил думать, что ей можно всё, но у девушки всегда был жёсткий характер. Для неё шаг назад, простая уступка действительно была равна проигрышу.

Хван кусает нижнюю губу и медленно кивает. Она знает, почему парень спрашивает её о времени, но всё равно смотрит в упор, ожидая ответа на свой вопрос.

– Подкаст, ты же знаешь… – Хёнджин закрывает меню, так ничего и не выбрав, и поднимает глаза.

– Твои подкасты не приносят никакой пользы, – Соныль бубнит себе под нос, продолжая разглядывать растрёпанные волосы парня. – Так и будешь работать в кафе до старости?

Хван молчит, делая глубокий вдох, чтобы не сорваться с места и не оказаться дома. Он слышал это не раз, но подобные слова всегда били по сердцу своим пренебрежением. Девушка никогда не понимала увлечения Хёнджина, но всегда молчала, поддерживала и даже давала идеи для чего-то нового. Только после недавнего разговора о будущей семье начала высказывать недовольство. Понять можно – такой инфантильный и помешанный на чужих мыслях муж никому не нужен, но душа просто не позволяла забросить любимое дело. Слушать истории других, пытаться в них разобраться и проводить параллели с собственной жизнью помогало не загнуться от постоянно давящих мыслей. 

Хван коротко кивает, стараясь отгородить и без того ноющее сердце от острых слов. Глаза в очередной раз пробегаются по интерьеру ресторана, и Хёнджин вздыхает.

– Тебе не надоело? – парень молчит, ожидая ответа, но ловит вопросительный взгляд и добавляет. – Этот ресторан.

– Вовсе нет, – девушка пожимает плечами и делает глоток шампанского. – Люблю стабильность.

А Хёнджин ненавидит. Просыпаться каждый день в одно и тоже время, делать одни и те же дела, выполнять одни и те же просьбы, видеться с одними и теми же людьми – всё это загоняет в рамки, не позволяет двигаться дальше. В такие моменты сознание каменеет, а мир вокруг становится слишком серым, чтобы заметить что-то новое. Подкаст помогает не погрузиться в себя настолько, что выбраться потом будет невозможно. Новый человек – новая история, которая никогда не повторится. Всё это доказывает, насколько жизнь спонтанна.

Хван что-то бубнит, поднимая глаза на только что подошедшего официанта, и на автомате заказывает то, что ест здесь из раза в раз. Взгляд то и дело падает на часы позади девушки, а в голове мелькают числа, складываясь в количество минут, которые парню предстоит здесь провести. Мысли об очередном выпуске вечернего подкаста бодрят, поднимают настроение и помогают выдержать на себе строгий взгляд девушки. Вечер теперь не кажется таким тяжелым, а стены ресторана постепенно отступают, уступая место лёгкости где-то внутри.