Как женщины получают непрошенные комментарии про макияж — или его отсутствие

Претензий к женщинам всегда будет множество — многие люди не чувствуют чужие границы, дают советы, о которых их не просили, пытаются «улучшить» внешность знакомых или близких. Сегодня мы расспросили наших героинь о том, как к ним приставали с комментариями по поводу макияжа, какова была их реакция и когда такие комментарии закончатся.

Александра К.

журналистка 

Мой подростковый возраст пришёлся на нулевые. Несмотря на достаточно конвенциональные стандарты в мире бьюти, я помню большое разнообразие очень фантазийных косметических средств: яркий перламутровый то ли праймер, то ли хайлайтер; продукт, имитирующий слёзы на ресницах (до сих пор пытаюсь найти его упоминание); белую подводку с рынка, серую помаду Revlon, светящуюся в темноте. Мне всё это очень нравилось. Не нравилось это моей бабушке, которая, в отличие от родителей, воспринимала мой образ очень агрессивно, заставляя смывать малейшее присутствие косметики. 

В старшей школе мой стандартный макияж подразумевал подведённое черными тенями нижнее веко как у Аврил Лавин. Как ни странно, среди учителей никто и слова не сказал. Единственной «активно против» была тренерка в спортивной секции. 

Но самые удивительные комментарии, конечно, всегда были от парней. Я помню, уже будучи в совсем осознанном возрасте, в одной компании абсолютно незнакомый мне человек начал при всех давать мне советы по поводу внешности. Мол, ты девчонка красивая, но что ты «размулевалась своей красной помадой, ты же понимаешь, кто их носит» (без комментариев). В другой раз, совет «стереть эти страшные бордовые губы» (хотя готический макияж уже был популярным) я получила от известного журналиста — и тоже в дружеской компании. Если честно, от неожиданности я раньше просто охреневала и пыталась шутить в ответ. Очень надеюсь, что сейчас я бы отреагировала по-другому. 

Мне хочется верить, что, благодаря социальным сетям и разговорам о границах, таких людей стало меньше. Я много езжу по стране и вижу всё больше подростков (преимущественно, конечно, девчонок) с необычным мейком: стрелками, стразами, цветными линзами. Порой сложно оторваться: даже если яркий мейк сделан как-то «неидеально», душа радуется. Сама я за разнообразие: обожаю и отсутствие мейка, и необычный макияж. Но в моём подростковом возрасте в маленьком городе креативно накрашенная персона была скорее исключением. 

Лёля Нордик

художница, активистка

Как поет фем-панк группа ЛОНО, «я люблю красить своё лицо». Очень люблю мейкап, это способ самовыражения для меня. Сама делаю его каждый день. Очень люблю разноцветный макияж: цветные брови, яркие помады, румяна, глиттер, наклейки с кристаллами, разноцветные лайнеры. Не люблю тяжелый тональный крем, но пользуюсь хайлайтером и матирующей пудрой, чтобы подкорректировать тон кожи. Без косметики хожу дома, ну или когда болею — а так, даже если я дома, всегда делаю макияж. Для меня это часть приятной ежедневной рутины. Я от этого себя чувствую прикольно, это поднимает настроение. 

Люди делают как комплименты моему макияжу (чаще всего девушки и квир-персоны), так и непрошенные критические комментарии (чаще мужчины). Комплименты звучат чаще. 

При этом я люблю красить брови в голубой, розовый, красный или зелёный: это кажется многим мужчинам странным, непривлекательным или даже смешным. Меня могут спросить: «А почему у тебя розовые брови?». Я люблю шутить, что это мой натуральный цвет, так как считаю, что вопрос довольно абсурдный и неуместный. Это как спросить: «А почему у вас синяя футболка?»

Также я слышала негативные комментарии от женщин старшего возраста. То есть, это такие патерналистские комментарии, будто мой макияж — это слишком, и мне бы подошло что-то другое. Все друзья знают, что я принимаю только комплименты, а критические замечания на тему макияжа мне неинтересны. Поэтому такие комментарии я получаю только от случайных людей.

Мне не нравятся эти дурацкие стереотипы — мне хочется, чтобы все люди себя чувствовали свободно и могли самовыражаться через макияж, не оглядываясь на то, что принято считать «красивым», «удачным», «уместным». Ещё меня очень раздражает, когда люди пытаются навязать без спроса макияж, который, по их мнению, больше подходит твоему типу лица или форме глаз. Мне всё равно, если стрелки якобы «не подходят» моей форме глаз — я их рисую не для того, чтобы другим людям они понравились, я делаю то, что нравится мне. Мнение других людей меня не волнует, а комплиментам я рада. Если мне будут нужны советы по макияжу, я их найду сама или попрошу. 

В обществе есть разные установки в отношении внешности женщин, и часто они противоречат друг другу. Мужчины любят говорить, что они любят «натуральную красоту» и женщин без макияжа, при этом они не могут отличить женщину без макияжа от женщины, на лице которой тон, хайлайтер, пудра, румяна, тени, просто всё это в «естественной», нюдовой цветовой гамме. 

Бывает и другая крайность: женщины шеймят других женщин, говоря, что макияж — это инструмент патриархата, что мы красимся, якобы чтобы радовать глаз мужчин. Как феминистка я не поддерживаю такую критику, вижу в ней мизогинию и попытку контролировать тело и внешность женщины. Я считаю, что женщины имеют права краситься или не краситься, это должен быть только их личный выбор. Отсутствие макияжа может быть протестом против общества, которое навязывает стандарты красоты или против капитализма, который навязывает нам косметические продукты. При этом макияж тоже может быть протестом, например, для женщин из консервативных семей, которым могли запрещать краситься и одеваться определённым образом родители или партнёры. Или для мужчин, которым патриархальное общество запрещает носить макияж.

София М.

стилистка 

Я начала краситься лет в 14-15. Я никогда много не экспериментировала в мейке. Но в подростковом возрасте я точно красилась гораздо ярче: почти всегда носила тон, блёстки, стрелки и обязательно блеск для губ. Еще я любила цветные тени. Моими любимыми были матовые салатового цвета.

Моя мама всегда хвалила мои образы, а вот с директором школы у нас были постоянные конфликты. В то время я также обожала огромные серьги-кольца и отказывалась их снимать в любой ситуации. Даже моя первая фотография на паспорт была сделана в этих серьгах. Доходило до того, что мою маму вызывали в школу и просили пояснить за мой стиль. Важный момент: в школе не было школьной формы. Были просто формальные требования — светлый верх и чёрный низ — и эти правила я соблюдала. Вопросы вызывали именно серьги и макияж. 

Еще один случай, которой врезался в мою память, — это первый поход к гинекологу. Я пришла на приём в джинсах на низкой талии, в топе на тонких лямках и со своим «базовым» мейком, и врач меня начала выгонять. Она посчитала, что я слишком вульгарно накрашена и одета, чтобы «сидеть в её кабинете». Осмотр всё-таки состоялся, но этот опыт был абсолютно ужасный. Врач вела себя грубо. Когда я сказала, что не веду половую жизнь, то начала говорить, что по мне видно, что у меня точно уже был сексуальный опыт, и я вру.

Я считаю, что нет возрастных рамок для экспериментов. Иногда подросткам хочется особенно самовыражаться, и это нормально.

Ксения М.

тестировщица

Краситься я очень люблю и совсем без макияжа хожу очень редко, только если есть загар после пары недель у моря. Всё потому что мне кажется, что у меня довольно заметны темные круги под глазами — без консилера кажется, что у меня усталый вид. Мне нравится «ненакрашенный» вид, но яркий и заметный макияж тоже люблю. Последний год почти каждый день ношу стрелки, часто разноцветные. Рисовать их для меня — медитативное занятие, и любимый способ успокоиться, если чувствую себя тревожно. 

Кажется, я давно не слышала негативных комментариев по поводу своего макияжа. Даже наоборот: часто слышу комплименты. Недавно, правда, было два случая на работе. Однажды я решила накрасить ресницы тушью, чего не делаю почти никогда. Один из коллег заботливо спросил, не устала ли я, потому что мой вид кажется не совсем здоровым. Я с ним, в целом, согласна, тушь — совсем не моё, гораздо лучше себя чувствую без неё. Второй раз похожая ситуация была с румянами. Я, кажется, наложила их слишком активно, и коллеги предложили открыть окно, если мне жарко. Меня эти комментарии не особо задели, я вспоминаю их как смешные истории. 

Уверена, что у комментаторов не было цели дать мне совет или как-то зашеймить. Это скорее проявление заботы, пусть и немного неловкое, тем более я и сама думаю, что с тушью выгляжу довольно мрачно. 

Помню времена, когда я слышала комментарии в стиле «ой, ты накрасилась, тебе лучше без макияжа» от близкого мне тогда человека, но это было очень давно. Среда сейчас очень изменилась и, возможно, мне просто повезло с окружением.

Таня Андрианова

арт-директор бара «Стрелка», ведущая «Серебряного дождя» и LYL Radio, художник

Раньше я обожала экспериментировать с цветами и текстурами: серебряной помадой, оранжевой подводкой, синей тушью, неоновыми лаками для ногтей. Всё это и многое другое, не менее яркое, использовалось для особых случаев, так как в школу, конечно же, как гимназистка-отличница я могла позволить себе разве что аккуратные стрелки и прозрачный блеск для губ. 

Сейчас мейк — это очень про настроение, но мне не нужен никакой повод, чтобы накрасить губы помадой цвета красного апельсина или использовать все самые яркие тени из палетки. В базовом наборе в моей косметичке всегда консилер (привет, вечные синяки под глазами), румяна, невесомый бальзам для губ и помада макового оттенка Dior на случай внезапной вечеринки. В последние пять лет редко пользуюсь тушью из-за аллергии.

В моём случае выразительный макияж — всегда повод для комплиментов от всех подряд: «Какая красивая помада!», «О вау, идеальные стрелки!», «Где ты купила такие тени? Тоже хочу!» А вот как человек с не совсем стандартной для нашей полосы внешностью (у меня рыжие волосы, светлые брови и светлые ресницы), без макияжа я всю жизнь сталкиваюсь с непрошеными комментариями: «Ты что, заболела?», «Выглядишь какой-то замученной. У тебя всё в порядке?» Конечно, эти слова можно было бы трактовать как проявление заботы, но только не в том случае, когда ты здорова, выспалась, и у тебя всё в полном порядке. 

Долгое время я не могла понять связь между этими как будто участливыми замечаниями о моём внешнем виде и отсутствием макияжа и вежливо отвечала, что у меня всё хорошо. Когда поняла, стала реагировать иначе — конечно же, тоже вежливо, но уже так, чтобы поставить человека в неловкое положение, потому что никто не должен выслушивать непрошенные комментарии. Все подобные случаи расстраивают в контексте того, насколько в России стандартизированы представления о внешности и как пугают людей проявления индивидуальности, даже вот такой абсолютно естественной. 

Позитивный момент в том, что, сравнивая ситуацию сейчас и условные десять лет назад, могу сказать, что разница очень чувствуется — уровень принятия (пусть и именно принятия) многогранности каждого человека вырос. С каждым годом я всё чаще слышу комплименты «природной» красоте. Это радует, хотя есть, куда стремиться: если в Москве они звучат, допустим, раз в неделю, то в путешествиях — каждый день или даже каждый час.