wicked game

мир был в огне.

другого исхода не могло быть, для хорошего конца все здесь уже давно прогнили так или иначе. тот, кто положил этому начало — главный гнилец — скэриэл лоу. лжец или спаситель? как бы прозвали его люди? как бы прозвал его он.

сейчас недостаточно силен ни для чего, уже точно нет. собственное тело предает его в последний и самый важный момент, как скэриэл когда-то предавал других. остаётся только сидеть на коленях, выглядываться в свои поглощенные тьмой руки и наблюдать как языки пламени пожирают всё, до чего добираются, ждать своей участи.

октавия долгое время пожирала сама себя, медленно и верно, он лишь дал толчок и добавил этот алый вид.

в мыслях промелькнуло "как красиво", но голос не слушался — никто бы и не услышал. его люди устроили хаос и продолжали его творить кругом, рядом же не было никого. его короновали, но только терновым венцом.

"ты сам. в этом. виноват" повторялось эхом в голове, отступать некуда.

он на финишной прямой, всё почти удалось. но ценой чего? абсолютно всего. скэриэл осознал это давно, признался себе только сейчас.

его победа — пепелище, и он сам стал частью этого огня, который сегодня догорит.

за спиной слышны шаги. медленные, не неуверенные, до боли знакомые, но в то же время незнакомые совсем. в этом была их двоих суть — уверены ли они, что стали теми, кто правда есть? или же наоборот окончательно потеряли себя, вместе с тем и связь?

— давно не виделись, юный принц. сегодня прекрасный вечер. — скэриэл поднимает взгляд, находит силы улыбнуться. словно для него они находятся сами.

киллиан.. нет, готье, всегда в его глазах готье, будто соткан из золота и света. того самого света, который так был нужен лоу, который стал его слабостью.

почему же его готье теперь вглядывается в него с такой ненавистью?

слабости должны гореть первыми, чтобы не ударить потом. он не успел и не смог.

мысли киллиана кружились вокруг одной-единственной: "для чего ты всё это сделал?".

где-то в глубине души, совсем как в прошлом, он думает о том, что они могли бы прийти к чему-то вместе и обрести некий успех. это скорее фантастика и мечты, которым сейчас суждено разбиться и превратиться в пепел тут же.

— мне необходимо остановить тебя именно здесь, скэриэл. я пришёл поэтому.

разве он выглядит так, будто готов идти дальше? он выглядит как последний страдалец в этой бойне. от того обманщика-хитреца с гениальными планами, самопровозглашенного принца запретных земель и след простыл. сейчас и здесь, среди огня и криков, он выглядит как простой человек, который ошибся слишком сильно.

мир был в огне, их мир. они давно прогорели изнутри, огонь между ними говорит языком лжи, предательства и разных положений в этой системе. так какой смысл продолжать по сей день держаться друг за друга.

готье опустился перед ним на одно колено медленно, аккуратно, опасаясь самого себя и последней воли. в воздухе повисает куча "если бы", которым в этой вселенной не место. когда рука потянулась к лицу полукровки, на секунду он остановился. но щека спустя мгновение всё равно встретила нежное прикосновение, а глаза готье встретили взгляд скэриэла. наполненный теплотой и тоской.

— я проиграл, готи. — долгая пауза затем, слишком. пальцы поглаживают его щеку, заправляют черные волосы за ухо и спешно отстраняются.

"я верил, что только ты мог бы меня спасти".

— я не хотел этого.

киллиан встает в прежнее положение. глядит холодно сверху вниз, будто на чужака. на голове ощущается невидимая корона. её там правда нет, но груз не может оставаться невидимым дольше. руки дрожат.

"я ничего из этого не хотел".

в молчании они слышали каждое "прости", которое не успели сказать друг другу.

скэриэл не отводит взгляд, смотрит только на него, всё также слабо улыбается. на его свет среди пламени и тьмы.

— я правда любил тебя.

меч рассёк этот шёпот тихим свистом.