вино и специи

Глайдер закрывается с характерным щелчком и твои ноги встают на твердую землю. Спуск с Драконьего Хребта пошел не по плану, и вместо того чтобы выйти к лагерю, как все нормальные люди, ты летела в пустоту несколько мучительно долгих минут, спускаясь с отвесной скалы вместо того чтобы искать обходной путь. 

Тепло окутывает тебя, дрожью выгоняя холод из околевшего за время похода тела и ты поднимаешься по тропе ведущей к винокурне Рагнвиндров, на ходу стягивая перчатки и расстегивая куртку, чтобы впустить под нее тепло.

Ты идёшь вдоль раскидистых виноградников, срывая походя ещё не достаточно спелый для вина, но уже удивительно вкусный виноград, растираешь в пальцах лист с лозы, вдыхая очень характерный запах, навевающий сонм теплых воспоминаний.

Добравшись до винокурни, ты почти проходишь мимо — твой путь лежит дальше, да и ты не знаешь, дома ли хозяин — но всё-таки не можешь отказать себе в удовольствии. Опустившись на теплую землю, ты приваливаешься спиной к нагретому дневным солнцем каменному парапету вокруг усадьбы и слушаешь тишину, прерываемую только трелями сверчков в высокой траве, да шелестом ветра в кронах яблонь. В густеющих сумерках, над виноградниками, словно отражая первые появившиеся на небе звёзды, зажигаются светлячки.

Кто-то садится на парапет рядом с тобой и мгновение спустя перед твоим носом оказывается кубок, от которого исходит абсолютно божественный аромат.

— Джентльмен, как и всегда, мастер Дилюк, — поддеваешь его легко, принимая кубок, и вдыхаешь глубоко  запах вина и специй. — Глинтвейн в такую тёплую ночь?

— В самый раз для тех, кто только что вернулся с Драконьего Хребта, — Дилюк оглядывает твою экипировку. — Пей, пока он не остыл.

Пригубив напиток, ты приваливаешься головой к его колену, с улыбкой глядя снизу вверх на его профиль, обрамленный гривой алых волос. Приятное тепло разливается в твоей груди, плещет в щёки и уши, и ты не уверена, это от горячего вина или его внимательного взгляда.

— Как будто ты не согреешь, если он остынет, — Дилюк хмыкает, отводя глаза.

—  Почему не зашла? Прячешься в саду как вор, — спрашивает он вместо ответа и ты делаешь ещё глоток.

— Вечер больно хороший. Да и ты все равно бы заметил, если дома, а смысл мне заходить, если тебя нет, — потираясь щекой о его бедро отвечаешь ты и вздыхаешь. — И вообще я планировала подняться в лагерь, объявят ещё без вести пропавшей.

Дилюк хмурится.

— Подождут, —  тёплые пальцы осторожно убирают прядку волос с твоего лица. — Останься на ночь? У меня завтра смена в Доле Ангела, я провожу тебя утром до лагеря и в город.

Ты прищуриваешься, словно раздумывая.

— А завтраком накормите, мастер Дилюк?

— Каким захочешь, — посмеивается он и, взяв твои руки в свои, встаёт с парапета, поднимая тебя за собой. 

В усадьбе, Дилюк бережно помогает тебе снять тяжелую куртку с плеч, и тепло его рук, ощутимое даже сквозь ткань твоей рубашки заставляет мурашки бежать по коже. Как настоящий джентльмен, несмотря на то что ты знаешь его дом как свои пять пальцев, он лично провожает тебя в облюбованную тобой ранее гостевую комнату, придерживая за талию.

И может это выпитый ранее глинтвейн или твоя усталость, но тебе кажется, что он притягивает тебя ближе, чем строго необходимо.

У самой двери Дилюк почтительно отступает на шаг назад. Ты поворачиваешься пожелать ему спокойной ночи и вновь сталкиваешься с внимательным взглядом алых глаз.

Слова не идут. Несколько мгновений вы просто играете в переглядки.

Дилюк вновь подступает к тебе ближе, так близко, что едва не прижимает тебя к резной двери. 

Теплые, почти горячие ладони обхватывают твое лицо, осторожно приподнимая и ты подаёшься вперед, накрыв его руки своими.

Вы целуетесь, кажется, небольшую вечность. Дилюк пахнет виноградным листом, специями и горячей кожей, его мягкие губы движутся вместе с твоими, жадно, но в то же время нежно, и абсолютно пьяняще.

Когда вы наконец отрываетесь друг от друга, Дилюк прижимается лбом к твоему лбу, и кажется, только его руки, все ещё гладящие тебя по лицу, удерживают тебя от того чтобы сползти по двери, настолько твои колени, кажется, превратились в желе.

— Я соскучился, — горячо шепчет Дилюк, ты сладко вздрагиваешь.

— Я тоже, — вторишь ему, потираясь кончиком носа об его нос.

— Останься на ночь? — вновь спрашивает Дилюк, и ты отлично понимаешь, что он имеет в виду.

— Боюсь не дойду, — мягко шутишь ты. — Колени подгибаются, мастер Дилюк~

— Это поправимо, — джентльменски отвечает он.

И подхватывает тебя на руки.