Весь невидимый нам свет

Весь невидимый нам свет

Энтони Дорр

Гостья

— Вы учили французский в детстве, — произносит Мари-Лора, сама не понимая, как сумела заговорить.
— Да. Это мой сын Макс.
— 
Guten Tag,
 — говорит Макс. Рука у него маленькая и теплая.
— Он французского в детстве не учил, — замечает Мари-Лора.
Обе смеются, потом умолкают.
Женщина говорит:
— Я кое-что вам привезла.
Даже через газету Мари-Лора чувствует, что это макет дома; как будто гостья уронила ей в ладони расплавленную каплю воспоминаний. Ноги подкашиваются.

— Франсис, — говорит она лаборанту, — не могли бы вы немножко поводить Макса по музею? Например, показать ему жуков?
— Конечно, мадам.
Гостья что-то говорит сыну по-немецки.
— Дверь закрыть? — спрашивает Франсис.
— Да, пожалуйста.
Щелкает «собачка». Аквариумы булькают, женщина напротив шумно втягивает воздух, и резиновые кружки, приклеенные к ножкам ее табурета, скрипят по полу. Мари-Лора находит пальцами углы дома, скаты крыши. Как часто она держала его в руках!

— Это сделал мой отец, — говорит она.
— Вы знаете, как этот домик попал к моему брату?
Все кружится, закладывает вираж по комнате, затем возвращается в сознание Мари-Лоры. Мальчик. Макет. Открывали его? Не открывали? Внезапно она ставит домик на стол, будто обжегшись.
Женщина, Ютта, наверняка пристально на нее смотрит. И произносит, словно извиняясь:
— Он забрал его у вас?

Со временем, думает Мари-Лора, непонятные события либо запутываются еще больше, либо проясняются. Мальчик трижды спас ей жизнь. Первый раз, когда не разоблачил Этьена, хотя должен был. Второй — когда убрал фельдфебеля. И третий, когда вывел ее из города.
— Нет, — отвечает она.
— В то время, — говорит Ютта, явно не в силах подобрать нужных французских слов, — трудно было быть хорошим.
— Я провела с ним день. Даже меньше.
— Сколько вам было тогда лет? — спрашивает Ютта.

— Во время осады — шестнадцать. А вам?
— Пятнадцать. К концу войны.
— Мы все повзрослели раньше, чем стали взрослыми. А он?..
— Он погиб, — отвечает Ютта.

Ну конечно. В историях про войну все бойцы Сопротивления — решительные мускулистые герои, способные собрать автомат из канцелярских скрепок. А все немцы — либо богоподобные блондины, взирающие из открытых танковых люков на разрушенные города, либо похотливые маньяки, пытающие еврейских красавиц. Тому мальчику просто не осталось места в общей картине. Он был почти неощутим, как будто рядом с тобой — перышко. И все же его душа светилась глубочайшей добротой, ведь правда же?

Мы собирали ягоды в Рурской области. Мы с сестрой.
— У него были руки меньше, чем у меня, — говорит Мари-Лора.
Женщина прочищает горло.
— Он всегда был слишком маленький для своих лет. Но обо мне заботился. Ему трудно было не делать того, чего от него ждали. Я понятно говорю?
— Да, да.
Аквариумы булькают. Улитки едят. Сколько, наверное, мучений пережила эта женщина… А домик? Получается, что Вернер зашел за ним обратно в грот? Остался ли камень внутри?

— Он сказал, — говорит Мари-Лора, — что вы с ним слушали передачи моего дядюшки. Что вы ловили их в Германии.
— Вашего дядюшки?..
Мари-Лора гадает, какие воспоминания крутятся в голове у женщины, сидящей напротив нее. Она собирается ответить, но тут в коридоре слышатся шаги. Макс пытается что-то сказать по-французски. «Нет-нет, — смеется Франсис, — не „в заде“, а „сзади“».
— Извините, — говорит Ютта.
— Детская рассеянность-то нас и спасает, — со смехом отвечает Мари-Лора.

Открывается дверь и Франсис спрашивает:
— Все в порядке, мадам?
— Да, Франсис. Можете идти.
— Нам тоже пора, — говорит Ютта и задвигает свой табурет под стол. — Я хотела бы оставить вам домик. Лучше он будет у вас, чем у меня.
Мари-Лора упирается ладонями в стол. Она представляет, как мать с сыном проходят в дверь, маленькая рука зажата в большой.
В горле у нее стоит ком.

— Подождите, — зовет она. — Когда дядя после войны продавал дом, он съездил в Сен-Мало и забрал единственную сохранившуюся запись моего деда. Про Луну.
— Я помню. И про свет? На обратной стороне.
Скрип половиц, бульканье аквариумов. Шуршание улиток по стеклу. Деревянный домик между ладонями.
— Продиктуйте Франсису свой адрес. Запись очень старая, но я ее вам отправлю. Максу должно понравиться.


Все материалы, размещенные в боте и канале, получены из открытых источников сети Интернет, либо присланы пользователями  бота. 
Все права на тексты книг принадлежат их авторам и владельцам. Тексты книг предоставлены исключительно для ознакомления. Администрация бота не несет ответственности за материалы, расположенные здесь