великолепен

Неожиданно вписавшись в новую компанию, Игорь Гром никак не думал, что ему почти ежедневно придётся кататься по разным званым ужинам и балам. Его, служившего в Императорской армии, считали почитаемым гостем. Это мнение было самым неправильным на свете. Игорь совершенно не умел себя вести на таких мероприятиях, а всё потому, что не видел в них смысла. Да, это было необычно и красиво первые раза три, но потом для него всё это стало смешиваться в однообразную кучу из сплетен, гордыни и ненависти, где не было места для любви. Игорь знал, что на балы часто приезжают искать возлюбленную, но в этом плане он оправдывал свою ГРОМкую фамилию. Игоря не интересовали доступные, пустые девушки, а более-менее приличных у него добиться не получалось — в разговорах с ними он был нелеп и стеснителен. 

В этот раз, Игоря пригласили Господа Пчёлкины, дабы познакомить со своей незамужней дочерью. О цели визита никто не говорил, но только дурак бы не понял, для чего родители незамужней девушки могли пригласить на раут молодого, привлекательного майора, почти дослужившегося до подполковника. К слову, Игорь эту самую «дочь» не увидел ни разу за вечер. Кого бы он ни спросил никто не знал, куда она пропала. Только один старый товарищ Грома пролепетал, что госпожа Юлия кутит с каким-то иностранным хмырём. Гром тогда облегчённо выдохнул, поскольку ни разу не хотел знать и видеть Юлию. 

Роскошный зал, выполненный в классицизме, был очень вместителен, но людей в нём было не так много, как, видимо, ожидалось. «Либо друзей у Пчёлкиных мало, либо они только женихов искали», подумал Игорь и усмехнулся. Солнце давно зашло за горизонт, а значит время перекатило за полночь. Летом темнеет поздно. В зале зажгли свечи, а музыканты начали играть более медленную музыку.

Помещение залилось тёплым светом свеч и хрустальных люстр. Игорь потерянно стоял возле стены и осматривался. Он сразу для себя подметил малозаметный выход в тёмный сад. Тут, увидев, как совсем рядом лакей подавал какой-то даме бокал шампанского, Гром бестактно выхватил этот бокал почти из самых рук гостьи и, отхлебнув, подмигнул ей, а затем развернулся и медленно пошёл в неизвестном направлении. 

— Игорь! Игорь Гром! Вы! Константиныч! - послышалось откуда-то слева. Игорь закатил глаза и с наигранной улыбкой обернулся. Ему махал кудрявый русый парень с носом, похожим на здоровую картофелину. Его волосы напоминали шерсть уличного пса, настолько они были не ухоженны. Это был знакомый Игоря, который тоже служил в императорской армии, но был гораздо ниже по званию. То ли ефрейтором, то ли унтер-офицером…Гром и вспоминать не хотел. Игорь размеренно, обходя людей, поплёлся к «Псу» и его компании. «Пёс» сразу же накинулся с объятиями на Игоря, от чего капля шампанского из бокала громко шлёпнулась на пол. 

— Гром, старина! Необычайно рад вас видеть сегодня здесь! 

— Да, я тоже рад вас видеть…

— Артемий.

— Артемий! Запамятовал, прошу простить. А вы я вижу не один?.. — Гром осознавал, что ему необходимо вжиться в образ «светского гражданина», поэтому неохотно интересовался собеседниками. У него давно не было настоящих друзей, которым он мог довериться. Со времён гимназии, если не изменяла память…

— Ах да, прошу прощения, не представил! Это, — Артемий показал ладонью на стоящего рядом мужчину с напомаженными чёрными волосами и тонкими завитыми усиками, которые никак не сочетались с пышными бакенбардами. Отвратительный стиль. Игорь чуть поморщился, но в остальном отвращения не показал.

— Мой давний товарищ Никифор Лукич. Ник, мой достопочтенный дружище Игорь Гром, про которого я вам неоднократно рассказывал…

Гром кашлянул и прикрыл рот кулаком, дабы сдержать приступ смеха. Никифор в недоумении поднял кошмарно утончённую бровь

— Что вас так рассмешило-с?

— Н-ничего…просто подавился, — запинаясь, оправдался Гром и протянул руку:

— Рад нашему знакомству, Ник.

Никифор хмыкнул и, не обратив внимания на поданную ему ладонь, надменно заметил:

— Для вас Никифор Лукич.

Игорь сжал ладонь в кулак и с раздражённой улыбкой убрал его за спину. Артемий неловко улыбнулся и продолжил диалог со своей компанией. Игорь стоял рядом и пил шампанское. Время ползло надоедливо медленно. 

В какой-то момент Игорь стал замечать непонятные шёпоты вокруг себя. Тут, Артемий дёрнул задумчивого Игоря за рукав и втянул его в небольшой своеобразный кружок. 

— Гляньте, господа, что там за сударь в…женском одеянии? — пренебрежительно промолвил Артемий и махнул головой в сторону. Игорь поднял голову и посмотрел туда, куда указал ему Артемий. Там стоял блондин лет двадцати, который сильно выделялся из толпы. На носу у него красовалось пенсне, вышедшее из моды в прошлом сезоне. В ушах длинные серьги из небольших молочных бусин и жемчужин. Шея была подчёркнута шёлковым бежевым бантом, далее до плеч тянулись кружева, а от плеч шёл вырез, оформленный таким же шёлковым рюшем. Было одно но… Всё это украшало платье. Длинное платье в пол, раскрашенное разными цветными, но бледными пятнами. Рукава у платья выполнены были в том же стиле, что и верхняя часть. Игорь замер, рассматривая образ молодого человека. Он не мог поверить собственным глазам.

— Дак сын Дубиных, — ответил кто-то из кружка.

— Про которого говорят, что он бесноватый-с?

— Он самый. Мальцом же не занимается никто. Поговаривают, у них глава семейства изменяет жене с гувернанткой. А мальчишку к тётке отправили…

Началось бурное осуждение семьи Дубиных. Но Игорь не слушал. Не слушал и клевету про сумасшествие того сына, и всю подноготную его семейных взаимоотношений, и скандальную историю про то, как младшая дочь Дубиных Вера сбежала в лес и ночевала там два дня, лишь бы отца не видеть.

— Великолепен… — внезапно полушёпотом прервал разговор Гром. Артемий и компания с озадаченными лицами повернулись в сторону Игоря. 

— В каком смысле? — презрительно спросил Артемий, на что Игорь не думая ответил:

— В том смысле, господа, что я безудержно хочу пригласить того юношу на вальс.

Кто-то удивлённо ахнул, а Ник прикрыл рот в изумлении. В кружке загустело киселём удушливое молчание. И Игорю больше всего на свете захотелось покинуть эту душную зону. Он откланялся и поспешно вышел в свободное плавание по залу. Рассекая пространство между людьми, Гром переживал, что незнакомец исчезнет, но тот и не пытался пропасть из виду. Почти подойдя к юноше, Игорь замер и задумался. А зачем он собственно шёл? Чего он хотел? Потанцевать? А если…не согласится? Хладнокровный майор потерял равновесие и чуть снова не пролил шампанское. Он даже не думал об отказе. Но нескрываемый интерес к юноше потащил Грома дальше. Он аккуратно приблизился к парню сзади и, перекрестившись, начал осторожный диалог:

— Добрый вечер. Вы сегодня выглядите довольно необычно…

Незнакомец повернулся, сверкнув пенсне. Он странно качнул головой и решительно поинтересовался:

— С кем имею честь говорить?

Игорь кашлянул и деловито начал:

— Майор императорской армии…

— А точнее? — прервал его юноша, отчего Гром впал в небольшой ступор. Он сглотнул и уже с меньшей уверенностью произнёс:

— И-Игорь Константинович Гром… 

Юноша сначала прищурился, будто что-то вспоминал, а после засиял и широко улыбнулся. От этой улыбки у Игоря что-то защемило в районе сердца.

— Ах, Игорь Константинович! Наслышан о вас!

— Откуда же?…

— Так столько слухов про вас ходит нынче, ужас! Не счесть! — Игорь нервно поджал губы, думая, что произвёл неправильное впечатление. Его пальцы, державшие бокал, немного расслабились, чем и воспользовался незнакомец. Точным движением он выхватил бокал и, сверля ошарашенного Игоря взглядом, начал его покачивать между пальцев, дабы растрясти шампанское.

— Но вы не переживайте, я не верю слухам, — поспешил успокоить Грома собеседник и сделал глоток алкоголя, всё так же не отрывая взгляд. Игорь сделал короткий вдох и на выдохе тревожно спросил:

— А вы…?

— Ах, да! Дмитрий Евгеньевич Дубин, очень приятно. Полагаю, вы тоже многое знаете обо мне. Учитывая то, что вы сегодня общались с теми товарищами, — Дима, не поворачиваясь, указал головой на кружок Артемия. Игорю стало неловко и даже стыдно за то, что он там присутствовал. Вся его былая уверенность в себе окончательно испарилась без надежды на возвращение. 

— Я тоже сразу вас подметил, — признался Дубин, ожидая реакции собеседника. Гром задумался над ответом и в итоге сказал то, что услышал от кого-то во время разговора:

— Рыбак рыбака видит издалека. С одинокими людьми работает так же. 

— Вы думаете, что я одинок? — с некой насмешкой спросил Дима и снова отпил шампанское. Игорь тут же почувствовал, как покраснели его уши, поэтому начал отнекиваться:

— Нет, не в этом смысле, конечно!…

Гром замолчал. Слова пропали из головы, сказать было абсолютно нечего. А Дима ждал, и это Игоря одновременно пугало и раззадоривало. Ему был чертовски приятен тот факт, что он сумел заинтересовать Диму, что тот не собирается уходить.

— Я понял вас, Игорь Константинович, - наконец нарушил тишину Дубин. Он поправил пенсне и продолжил:

— Но вы оказались правы в обоих смыслах…

— Значит, у меня есть возможность пригласить вас на танец? 

Дима нахмурился.

— Если я ношу платье, то это не значит, что я жду приглашения на танец. Точно не сегодня, знаете ли. — ответил он и, допив бокал шампанского, всучил его Игорю.

— Благодарю за champagne, Игорь Константинович, — промолвил Дима и направился прочь, слегка задев плечом Грома. Игорь обернулся и проводил взглядом подол платья и белобрысую макушку, быстро затерявшиеся в толпе.

Что-то в его маленьком мирке сломалось. Как будто те миллионы женщин, которые отказывали ему, перестали что-либо значить. Взгляд его помрачнел, уши раскраснелись ещё сильнее, а на лбу выступила капелька пота. Позор, какой позор. Стыдно было посчитать Диму чем-то лёгким и невесомым, до которого только коснулся ладонью, а уже взял и сорвал, как спелый персик. Игорь сделал глубокий выдох и подал опустевший бокал проходящему мимо лакею. Тот мигом наполнил его до краёв бурлящим спиртом и удалился. Но Гром не мог пить. Он просто стоял и смотрел куда-то вдаль, думая о том, как он мог так сильно облажаться и как ему теперь исправить содеянное. Бог словно услышал Игоревы молитвы, и тот заметил Диму, выходящего в сад. Гром, как ужаленный, залпом выпил бокал шампанского и, поставив его куда-то на столик, помчался к выходу в сад. Игорь даже задел кого-то из дам, за что получил веером по носу. Ощущение не из приятных, но потерпеть не трудно. 

Спустя секунды Гром уже стоял в ночном саду. Кое-где мерцали светлячки, а безоблачное небо озаряла луна, отчего было хорошо видно окружение. Вишнёвые деревья элегантно выстраивались в ряды, различные растения обрамляли тропинку. Вдалеке в лёгком тумане виднелась беседка, а в ней — чей-то силуэт. Игорь точно знал, что это Дмитрий. Гром быстрым шагом помчался туда, обращая внимание на белые скамейки и изящные статуи, выглядевшие пугающе при лунном свете. Наконец почти достигнув места назначения, Игорь перешёл на опасливый шаг. Дубин сидел неподвижно и, кажется, дремал. Его пенсне съехало на самый кончик носа и вот-вот грозилось упасть. Губы Димы были чуть приоткрыты. Гром от этого зрелища не заметил, как наступил на веточку, и та предательски хрустнула у него под ногой. Дима тут же встрепенулся, поправил пенсне и с подозрением спросил: 

— Вы теперь меня будете преследовать?

Гром дошёл до беседки и, остановившись в проходе между колоннами, залепетал:

— Ни в коем случае! Я хотел…извиниться за грубость. Совершенно не хотел вас задеть. Вы просто…правда привлекли моё внимание, вот я и…сморозил глупость, не подумав.

— То есть ваше предложение потанцевать просто глупость? — Дима поднял бровь и лёгкая улыбка отразилась на его лице. Гром тогда понял, что Дима его закапывает голыми руками, поэтому в конце концов цокнул и сказал:

— Вы меня провоцируете на странные фразы. Вам нравятся чужие страдания? 

Дима рассмеялся и встал с лавочки. Он подошёл к раздражённома Игорю, преградившему выход из беседки, и мягко предложил:

— Прогуляемся? 

Игорь сглотнул и, отойдя с прохода, закивал головой. Парни молча направились куда-то в самую глубь сада. 

— А вы…всегда в платьях ходите? — зачем-то поинтересовался Игорь

— Нет, конечно. Я похож на душевнобольного? — с насмешкой ответил Дубин. Игорь промолчал, на что Дима повернулся к нему и, заинтересованно подняв бровь, уточнил:

— Правда похож что ли? 

Игорь хихикнул и, взглянув на Диму в ответ, признался:

— Слегка, Дмитрий Евгеньевич, слегка. Поэтому, я к вам и подошёл. — Игорь засмеялся, а Дима шокировано улыбнулся.

— Значит, на следующем вечере я обязан показать вам свою обратную сторону!

— Обратную от нынешней? Вы хотите, чтобы я к вам не подходил?

— Игорь Константинович, вы тоже provocateur!

Парни залились искренним смехом, нарушая тишину в саду. Они слышали, как просыпались и перелетали дневные птицы, как где-то пискнула мышь, как перепугались комарики. Однако, сейчас это мало имело значения. Скорее всего, их уже потеряли в зале. А может и нет. Плевать. 

— Знаете, а вам очень даже к лицу это платье, — внезапно произнёс Гром, заставив Дубина слегка покраснеть.

— Зачем вы это говорите? 

Вопрос опять с подковыркой, по крайней мере так показалось Грому. Но он знал ответ, этот ответ сам пришёл в голову:

— Затем, что я так считаю. Я выражаю своё мнение, расценивая его как правильное. 

Теперь замолчал Дима. Он опустил голову и стал смотреть под ноги. Подумав, он сдался и неуверенно ответил короткое:

— Спасибо…

Сад был устроен так, что дорожка разбивалась на две части перед беседкой: на правую и на левую. Так вышло, что левая тропинка постоянно медленно сворачивала направо, а значит в конечном итоге приводила к началу — к беседке. Если посмотреть сверху, то похоже на петлю. Так Игорь и Дима за оживлённым разговором не заметили, как пришли назад к беседке. 

— Быстро мы сделали круг! — разочарованно заметил Дима.

— Неужели, придётся вернуться назад? — спросил он, повернувшись к Игорю. Тот в свою очередь посмотрел на Диму, потом на выход из сада, после снова на Диму и начал:

— Мы могли бы посидеть здесь на скамейке…

— Я думаю, меня уже ищут. Моя maman очень тревожная женщина. Я боюсь, мне всё же следует уйти. 

— Что же…тогда до свидания, Дмитрий Евгеньевич? — удручённо спросил Игорь.

— До встречи, Игорь Константинович. Мне была крайне приятна ваша компания сегодня. Искренне надеюсь увидеть вас на следующем балу, который Пчёлкины устраивают, кажется, послезавтра.

— Я обязательно буду, mon cher, — ляпнул Игорь вслед уходящему Диме. Тот обернулся с прищуренным от непонимания взглядом, и только в тот момент Гром понял, что сказал. 

— Надеюсь на это, mon doux, — ответил Дима и ушёл. Гром точно поедет на следующий бал, чего бы ему это не стоило.