#утреннее_чтиво

— Э, слышь. Сюда, бля, метнулся.

Гаррик затянулся сигаретой и медленно выдохнул:

— Ты кто по масти будешь, фраерок? Да не бойся, пиздить не буду. Пока что.

— Ну… Э… — Андрей замялся. — Может, я всё-таки пойду?

— Да не ссы ты. Ты, как я посмотрю, новенький у нас районе, — Гаррик стряхнул пепел с сигареты и на этот раз сделал лёгкую затяжку. — Так вот, я тут местный авторитет, скажем так. Если кто обидит, то не боись. Набьём ебло гаду. А налажаешь сам, то я и моя братва обеспечат тебе путёвку в больницу, усёк? Так как тя там?

— А-андрей, — неуверенно промямлил парень, уставившись на подвороты своего собеседника и его белые носки. — Андрей! — всё так же неуверенно повторил он, но громче, чем в первый.

— О, приятна познакомица, Андрюха.

Гопник улыбнулся, затушив окурок об урну. Он протянул руку новому знакомому.

— Меня Гаррик звать. Кликуха у меня Хриплый.

Гаррик харкнул, а Андрей с долей отвращения пожал руку и быстро выпалил «мне пора», убегая в неизвестном направлении.

— Шуганный какой-то…

Хриплый зевнул и развалился на лавочке, подставляя небритое лицо под лучи апрельского солнца.

— Гаррик! — послышалось откуда-то сверху. — Иди кушать!

— Да, ма! — подскочил Хриплый, покраснев. Из окна на него грозно взирала мать. — Сколько раз я просил на телефон мне звонить?!

— Ничего не знаю! Не понимаю я этих ваших технологий! Быстро домой!

Окно закрылось, а Гаррик тяжело вздохнул. Парень отвернул подвороты и поплёлся к своему подъезду.

Не хорошо огорчать маму, а особенно опаздывать к обеду. Потому что будь ты маленьким мальчишкой или здоровым лбом, но мать будешь бояться всегда. Особенно такую грозную женщину, как мать Хриплого. Она была единственной, кто имел влияние над местной грозой улиц и щуплых школьников. Вот такой вот он великий и могучий русский менталитет.

***

— Не, ну, натуральная шалава, — пробурчала бабка из третьего подъезда.

— Проститутка! — подтвердила бабка из второго.

Такими возгласами обычно сопровождалось появление Беллы во дворе, которая гордо проходила мимо пенсионерок и надменно виляла бёдрами. Казалось, что даже в холод она ни на что не променяет свою короткую юбочку. Волосы её были подвязаны синей косынкой, такого же цвета была и её безрукавка, надетая поверх бежевой водолазки.

Девушка чинно прошла на площадку, где её уже поджидала с пивом и блейзером компания местной братвы, между которой шёл оживлённый диалог с пояснением за шмот.

— …А я говорю те, что вейп для петухов напомаженных, Валя, — возмущался с кортов Феликс, посматривая на самого низкого члена их компании — Валентина.

Валентин — культурный и воспитанный паренёк, но связался с дурными ребятами не в силу обстоятельств, а в силу того, что ему хотелось прощупать почву низов, так сказать. Валентин учился на психолога и страстно горел этим делом, поэтому искал практики, где только мог.

— Может оно и так, но девяносто пять процентов безопасности никто не отменял, — парировал Валентин, поправляя миниатюрный пучок у себя на голове. — Вкус табака ничто по сравнению с жижкой. Особенно с ягодной жижкой, — на этих словах Валя демонстративно затянулся электронкой.
Феликс обиженно прикусил губу и развернулся к Гаррику. Он решил найти у него поддержки.

— А ты что скажешь, Хриплый?

Гаррик хотел было ответить, но перевёл взгляд на Беллу, смотревшую на всю эту ситуацию с долей умиления.

— Привет, — смущённо пробурчал Гаррик.

— Наконец-то заметили меня, — девушка возмущённо фыркнула и присела рядом с Хриплым, вульгарно закидывая ногу на ногу.

— А, Белла, вот и ты, — Валентин расплылся в очаровательной улыбке. — Ну, здравствуй-здравствуй. А то ждём тебя тут, дожидаемся, — парень учтиво протянул Изабелле бутылку пива, та игриво подмигнула ему в знак благодарности.

Феликс с ней здороваться не стал, только отпил из начатого клюквенного «Блейзера».

— Эх, скучно с вами… А вот Андрей та-а-акой романтик. По паркам меня водит, в кафе приглашает. Хороший парень, — Белла хихикнула и открыла бутылку.

— Чё ты парня портишь? — Феликс отвлёкся от блейзера, но с кортов не встал. — Разобьёшь ему сердечко, а он слюни потом пускать будет. Жалко его, хоть он и размазня.

— Как знать, как знать, — она хитро улыбнулась и демонстративно достала свой новенький айфон.

Гаррик только глянул на Беллу с отвращением и встал.

— Пойду я пожалуй, — процедил он сквозь зубы и пошёл к своему подъезду.

— До скорого.

— Хриплый, ты куда?! — Феликс встрепенулся и встал на ноги.

Он хотел было пойти и вернуть Гаррика назад, но Валентин строго положил руку на его плечо.

— Не стоит. Ему сейчас нужно побыть одному.

— Чего это он? — Белла прищурилась и удивлённо посмотрела на других двоих товарищей.

— А ты как будто не знаешь, — с презрением шикнул Феликс и сплюнул.

***

Сегодня Гаррику не спалось. Родной продавленный диван казался ему жутко неудобным и поэтому парень постоянно ворочался, терзаясь беспорядочными мыслями.

«Да я ведь как преданный пёс за ней, а она… Правильно, что этот Андрей мне сразу мудаком показался», — прокручивал Гаррик у себя в голове.

Он присел и оглядел гостиную. В соседних комнатах мирно спали мать и младшие брат с сестрой, отчим ещё не вернулся со смены. В этот момент отвращение пробрало Гаррика с головы до пят. И в этот самый момент ему захотелось стать другим человеком.

— Эй, малой, спишь? — послышался шёпот отчима из густой темноты.

— Не сплю, — хмуро отозвался Хриплый.

— Ты чё грустный такой? Пошли на кухню. Я пиво нам купил. Только тихо, мать не разбуди.

***

— Так вот как дела обстоят… Ну и забей ты на эту шваль, получше себе найдёшь. В училище отучишься, человеком станешь, а там всё само придёт.

Отчима Гаррика звали Аввакум. Имя редкое и странное, что поначалу вызывало у Хриплого смех, но только поначалу. А ещё отчим Гаррика водил дружбу с его бывшим школьным учителем истории — Николаем Арнольдовичем, который, отчего-то, называл его Быком, совершенно по-дружески и без капли обиды. Позже это забавное прозвище перенял и Хриплый.

— Да кому я нужен-то буду со своим ПТУ, — парнишка махнул рукой и отвёл взгляд в сторону.

— Я в твои годы, Игорь, тоже так думал, — ответствовал Бык, отпивая хмельной напиток. — Послушай своего батьку. Ты главное бабу толковую, скромную ищи, а не цацу расфуфыренную. И внешний вид в порядок приведи.

— Думаешь, поможет? — недоверчиво спросил Хриплый, вновь переводя взгляд на отчима.

— А как же! Сам таким был! — Бык с гордостью постучал себя по груди. — Ты начни, а там сам увидишь!

***

Через несколько дней Гаррика было не узнать. Подвороты он больше не носил. Наконец-то причесался и стал ходить приличным парнем, от которого теперь просто невозможно было услышать нецензурную брань. Теперь Гаррик был со всеми вежлив и учтив. Отказавшись от прозвища Хриплый, он просил называть себя «Игорем». Этим Гаррик поразил большую часть своей компании, преобразившуюся вслед за ним.

Мать диву давалась, смахивая слёзы радости с лица, а отчим его гордился. Гордился тем, что смог из гопаря сделать нормального человека.

Вот и сказочке конец, а кто слушал молодец.