уныние

— Доброе утро, — бодро сообщает Гето Сугуру, распахивая офисные двери. Начальство не опаздывает, оно задерживается: вечная истина работает и в их офисе, и Чосо, как рядовому сотруднику, и по совместительству единственному представителю «IT-отдела», было бы, в целом все равно, не знай он причины этого опоздания.

Потому что с этой же улыбкой сегодня в шесть утра, когда Чосо выходил на привычную уже с утра пробежку, Гето бросил ему смешливое «Не опаздывай сегодня», выходя из квартиры по соседству. Квартиры его коллеги, и по совместительству единственного представителя отдела продаж. Махито.

Махито орал всю ночь и из вариантов «секс» или «убийство», Чосо отчаянно надеялся на второй — он дал бы ему хотя бы ещё один час сна пока Гето скрывал бы следы преступления.

Но Махито выглядит живым и даже слишком довольным для того, кого убивали всю ночь.

Чосо вздыхает.

Все это не сильно прибавляет бодрости и радости, и чего там ещё у людей бывает. Концы года вообще обычно не несут ничего хорошего: от обилия заказов то и дело падает корпоративный сайт, опаздывают курьеры, Махито торопит с выгрузкой данных так, будто он потом не будет полдня задрав свои километровые ноги пить чай и задвигать разговоры о душе и теле.

Ко всему этому можно прибавить постоянно фонящую шумиху с корпоративом и грядущий визит независимого эксперта. В чем он эксперт никому особо непонятно, но на всякий случай все нервничают и перетирают эту тему по кругу.

Махито качается на стуле закинув обе ноги на стол. Все ещё слишком довольный для того, кто не спал всю ночь.

— Сукуна, да. Наслышан. С ним интервью недавно было, там такие фотографии… что-то в нем такое.., — он щелкает пальцами, — …демоническое, знаете.

Джего жмурится в благоговейном ужасе:

— Говорят он уже не одну компанию вот так потопил. Ему палец в рот не клади.

— Палец Сукуны, — мечтательно вздыхает Махито, — а я бы вот положил.

— Джего!!!

Гето невыносимо бодр и невыносимо оглушителен. Для того кто не спал всю ночь.

— Корпоратив. Что хочешь делай, хоть забей этому Фушигуро стрелку на Сибуе и дерись, но место должно быть нашим.

Чосо упирается глазами в клавиатуру, делая максимально неприсутствующий вид. Карусель с корпоративом длится ещё с тех пор, как Гето и СЕО их главного конкурента, с которым у них и без этого ну очень уж странные отношения, выбрали местом проведения хэллоуинского корпоратива одно и то же заведение. Чосо иногда после работы забегал в KFC в том же здании, но на первом этаже, и часто видел запаркованные у входа пафосные блестящие тачки и мягкую золотую подсветку льющуюся на улицу с третьего этажа. Место, наверное, и правда хорошее, но неужели…

— Они спят, — поясняет Махито.

— Что..?

— Ну, раньше спали, потом расстались, теперь вот никак друг от друга отлипнуть не могут.

— Но ты же…

— Душа, — многозначительно тыкает пальцем в офисный потолок Махито, — душа, друг мой, она важнее тела. Они связаны душами, а я даю ему свое…

К счастью, за все время работы в таком коллективе, Чосо научился игнорировать окружающую среду.

Это как будто ты слушаешь стук своего сердца, чувствуешь как шумно гонит по венам кровь, и все остальное, все снаружи просто не долетает до мозга.

— …со!!!

Шум бьющейся в венах крови исчезает резко, будто его выключили. Будто его спугнул громкий голос прямо на ухо.

— Курьер опять опоздал. Разберись.

Остаток дня проходит шумно, но хотя бы Махито выпроваживают организовывать встречу эксперта. Курьер объявляется спустя сорок минут и выглядит так, будто опоздал потому что делал перед зеркалом прическу, но все равно умудрился по пути ее испортить. Он бодро трясет обесцвеченным, сползшим набок хвостом, восхищается тем, какой чудесный у них офис, и не успевает Чосо переспросить какие именно чудеса, кроме того что он все еще не уволился происходят в этом месте — исчезает без следа.

Ночью Махито не возвращается домой.

Слышимость в их здании, если честно, кошмарная. Чосо старается вести себя тихо, слушает музыку в наушниках, звонит братьям в строго определенное время — не слишком поздно, не слишком рано. Это сложно: двое из его братьев вот уже несколько лет как переехали в Австралию, и расставание с ними далось ему довольно тяжело.

«Да брось, так переживаешь будто они умерли», сказал ему тогда кто-то из коллег и Чосо как никогда в тот момент был близок к насилию: всю свою жизнь он считал, что семья — превыше всего.

К счастью, третий, младший брат, переезжать не захотел и остался в Токио, и даже то, что работает он на компанию-конкурента — неприятный, но простительный недостаток. Да, в прошлом они не очень ладили, и то, что Юджи приложил руку к отъезду братьев тогда не сделало их отношения лучше, но и с этим удалось справиться и теперь они даже иногда видятся чтобы провести вместе немного времени.

Еще одним бонусом было то, что его недолюбливал Махито. А значит, если они и выбирались где-нибудь вместе посидеть, можно было просто усадить Итадори между собой и чересчур активным коллегой.

«Позвать брата в бар», — записывает Чосо в ежедневник перед тем, как отправиться в кровать.

Новый день, новая ночь без сна. У Махито все так же тихо, но Чосо не спит уже по привычке, привычно закатывает глаза когда Махито с утра на работе бодрее обычного, с перетянутым эластичным бинтом запястьем и синяком в половину щеки. На шее подозрительно знакомым узором красные пятна.

— А, это, — Махито прослеживает его взгляд, откидывается на кресле, облизывается и объясняет:

— Пальцы Сукуны.

Чосо не просил и не хотел объяснений.

Джего на упоминание Сукуны вскидывается и пучит глаза:

— Он?! Что сказал? Когда?

— Не горячись, — улыбается Махито в ответ, — Мне он сказал чтобы я больше у него не появлялся, иначе он оторвет мне голову.

— Я вижу, он пытался, — не сдерживается Чосо. Махито его игнорирует, но хихикает и крутится на кресле как сытый кот.

— Но он придет. Тридцать первого октября. Останемся сегодня, обсудим план действий? А может и на корпоратив его пригласим?

На прошлом корпоративе их директор оделся медсестрой, а сам Махито щеголял в костюме школьницы. Приглашать на такое мероприятие эксперта по чему бы то ни было звучит как идея которая не может кончиться хорошо, но Махито это совершенно не смущает.

— А вы? А ты придумал уже в чем? Я думаю Гето бы пошел костюм мона… монашки. А я буду демоном, знаешь, таким, угрожающим, но секси, я как раз читал…

То, что Махито читал, Чосо знает точно. Он повсюду носится с толстым томиком японского бестиария, перечитывает вслух рандомные страницы и часами зависает в курилке со своим стажером, вечно перепуганным вчерашним школьником Джунпеем. К счастью, судя по всему, они правда обсуждают книги и кино, но это — и это тоже — просто не может кончиться хорошо.

— Я не могу, я в бар…

Колесики офисного стула всхлипывают от того, как Махито радостно на нем ерзает, и вместе с ним затихают на продолжении фразы:

— …с братом.

— Честно, не нравится он мне. Смотрю на него и пятки мёрзнут, — передергивает плечами Махито, — Хотя знаешь… Напоминает он мне кое кого…

— Ты про брата так не говори, — мрачно отвечает Чосо и отворачивается, утыкаясь в монитор.

За десять дней оставшихся до корпоратива к согласию прийти так и не получается. Хозяин желанного места сначала отказывает обоим, потом устраивает небольшой акукцион, а потом предлагает компромисс и поделить просторное заведение на две части.

Гето все равно выглядит довольным собой, хоть и дергается на каждое упоминание Годжо и цыкает сквозь зубы на тему того, что в свои планы даст вмешаться только через свой труп.

— Главное, заманить его на Сибую, — тычет он в потолок пальцем, — и я его..!

— У них будет секс, — шепчет Махито на ухо сначала Чосо, а потом и отчаянно краснеющему Джунпею, на этот раз добавляя, — А может, не только у него.

Джунпей от этого заливается краской, фыркает в стакан воды и выглядит таким несчастным, что Чосо ему почти сочувствует. С другой стороны, сам виноват. С Махито только так: не смотреть в глаза, не делать вид что тебе интересно. Не соглашаться на пари.

Поздно.

Махито вкрадчиво нашептывает что-то Джунпею на ухо, приобняв его за плечи, от чего бедный пацан выглядит ещё унылее с каждым словом. Махито же наоборот, сияет как начищенная монета, разливается доброжелательным румянцем. Точно что-то задумал, но знать что именно не хочется совершенно.

— Договорились? Да брось, крошка Джунпей, будет весело. Что ты смотришь на меня так, будто я твою мать убил? Разве ты не хочешь развлечься?

Привыкший за недолгое время работы в компании к странному чувству юмора своего наставника, Джунпей вздыхает и не отвечает ничего.

День корпоратива настигает стремительно и неожиданно для всех. Все было спланировано до мелочей, но при этом очень уверенно трещит по швам. Сукуну все таки приглашают — связан ли с этим факт, что Махито ещё пару раз приходит в офис как из кофемолки, с синяками, пластырями и один раз даже с кровоподтеком на скуле (но при этом неизменно довольный) — неизвестно. Сейчас он то вьется вокруг укутанного в легкую юкату независимого эксперта по чему-то, наверное, очень важному, то таскается с несчастным, одетым в школьную (к счастью, мужскую) форму Джунпеем, ухватив его за шиворот этой самой формы. Бодро хлопает над Джего в ладоши с задорным «Пей до дна!!!». Выходит «покурить» и едва не нарывается на драку с девушкой из компании-конкурента.

Чосо следит за ним глазами сидя поодаль за столом — как за самым шумным и ярким пятном в зале, просто чтобы точно уловить момент когда это пятно метнется в его сторону.

Момент он, конечно же, упускает.

— Что-о ты такой унылый!

Махито падает ему на колени, отбирает стакан с томатным соком, отпивает и морщится, — всё потому что тут не хватает водки. Идем, добудем. Еще там твой брат пришел, я слышал, давай. Поспорим, кто первый найдет Итадори?

Спорить Чосо не собирался, но действовать по согласию — не методы Махито. Его вмиг сдувает с колен Чосо, и обнаруживается он уже в процессе перепалки с той девушкой из курилки и…

— О!

Чосо не успевает даже поздороваться. Его сдвигает широкая, тяжелая ладонь, а над ухом, глухо и густо раздается:

— Привет. Племянник.

Сукуна скалится так, что его рот кажется чуть ли не вдвое больше, скалит острые клыки. Махито чуть ли не захлебывается от восторга даже несмотря на то, что вторая рука опускается на его макушку и без особого усилия сдвигает с места в сторону.

Наверное, с братом и правда стоит поговорить попозже.

Махито вьется за ним энергичным хвостом прямо до места, которое Чосо успел облюбовать. По пути вешается на Гето, воркует с ним и почти отстает, но нагоняет уже у самого стола, торжественно сжимая в руках бутылку водки.

— Я же говорил! Я говорил! Давай, мне нужно выпить. Ну, веселей, не будь таким унылым!

Чосо вздыхает и позволяет плеснуть алкоголь в свой стакан. Где-то на фоне кучкуются начинающие разогреваться люди, две компании постепенно перемешиваются, мелькает Гето в (к счастью, мужском) костюме монаха.

Махито ерзает на месте, хлопает в ладоши и наливает им ещё по стопке.

— Сейчас Годжо появится и такое начнется! Уже почти! Должен приехать в половину девятого!

На часах 20:31. Прибывает Годжо Сатору.

Все только начинается.