trauma

Trauma 04: yeosang

— please let me go

Он встрял во что-то давным-давно. И как сбежать от этого – не понятно.

Контроль – это самое сильное средство для угнетения личности. Контроль, словно молоток, разрушает выстроенные стены, и бежать от этого страшно и опасно. Порой благодаря нему наступают неотвратимые последствия действий, которые направлены на людей, порой он разрушает жизни или целое мировоззрения людей. Контроль это опасная вещь в руках тех, кого можно подогнать под термин «опасный человек». Ведь именно в таких руках он становится оружием поражения. Контроль, тем не менее, мешает функционированию общества и развитию его как самостоятельной единицы, потому что нельзя развиваться в условиях угнетения и прописанного сценария. В этих случаях ничего нового не произойдёт и общество застрянет на той стадии развития, на которой оно сейчас находится, а это сулит регрессом и деградацией. Не важно, каким является этот контроль: малым, когда он направлен всего на одного человека или когда порабощаются целые народы и государства. Он является рукой, направляющей тебя по нужному пути; но только разве это «рука помощи»? Разве помощь заключается в том, чтобы подчинить и ограничить? Разве помощь должна быть не бескорыстной?

Можно сделать поблажку на то, что контроль бывает разным и порой он идёт во благо, но так или иначе он является средством угнетения и ограничения, но никак не помощи людям. Не важно, с какими целями вы пытаетесь контролировать кого-то, не важно, что вы, возможно, преследуете лишь благие намерения, - вы не делаете лучше. Контроль это не синоним к слову «хорошо». Это не работает подобным образом. И никогда, собственно не работало. Можно затронуть разные виды контроля. Если мы говорим о контроле неодушевлённых вещей или явлений в нашей жизни, когда человек пытается взять в руки свою жизнь, свои действия и поступки, то это определённо благородно и правильно. Это можно поощрять и этим можно гордиться, потому что это приносит некий порядок и устаканившееся развитие, и дальнейшее существование человека в этом социуме. Но когда контроль направлен на конкретного человека или на конкретную группу людей, то это приобретает новые краски. Нельзя сравнивать неодушевлённые предметы и явления с настоящим человеком или животным, которые имеют свои устоявшиеся мысли и чувства, который в отличии от неживого способны анализировать и думать. Когда вы направляете контроль на кого-то с целью помочь, подчинить или причинить вред, это всё равно является плохим знаком. Может быть, слабый контроль, выражающийся лишь в заботе или каких-то мелочах, ещё приветствуется и порой помогает человеку, то тотальный или полный – пропасть.

Сложно здраво оценить вред или пользу контроля в тех, или иных ситуациях, когда это обычно всегда является индивидуальной особенностью. Не нам судить, но мы можем анализировать.

Контроль приносит в нашу жизнь разные последствия.

Ёсан знает, что такое контроль не понаслышке. Он столкнулся с ним очень-очень давно и вынужден был подчиниться, играя по правилам тех, кто руководил.

Ёсан родился в довольно обеспеченной семье, где оба родители работали и получали хорошие зарплаты. Он никогда не знал о финансовых проблемах или трудностях с деньгами. Они жили в хорошем доме за городом, в доме присутствовали прислуга, на полках и в холодильнике всегда была еда или прочие предметы, которые могли ему пригодиться. Он не знал, что такое нужда или бедность, потому что с самого рождения жил хорошо. Его жизнь была довольна неплохой и может быть моментами счастливой. Многие его потребности и желания были утолены. Ёсан не назвал бы свою жизнь абсолютно ужасной и невозможной, потому что, да, хорошие моменты в ней присутствовали, потому что, не смотря на всё то, что с ним делали, он жил хорошо и мог позаботиться о себе.

Для него делали много и выполняли все его просьбы, кроме одной – любви. Ёсан никогда не чувствовал той родительской любви, о которой отзывались его друзья или редкие знакомые, о которой пишут в интернете или в книгах. Он никогда не понимал, какого это, когда мама читает ему сказку перед сном и укладывает спать, когда папа учит катать его на велосипеде, или они все вместе ходят в парк; каково это слышать слова поддержки и любви от самых близких для тебя людей, каково это вместе собираться на приём пищи и обсуждать все свои планы на будущее или просто мило разговаривать. Ёсан никогда не понимал, что значит быть любимым ребёнком просто потому, что ты существуешь, а не пытаться всегда заслужить это звание.

Каково это на самом деле быть ребёнком у любящих родителей?

Ёсан сам знал, что его золотая клетка не так плоха, как он мог думать. У него на самом деле было всё для нормального существования, и не нужно было жаловаться на это. Он знал, что сможет жить с этим дальше, он знал, что такова уж его семья, и он ничего не сможет с этим поделать. Золотая клетка не звучала как что-то опасное, и он готов был смириться ради родителей. Он хотел быть хорошим сыном и доказать, что он заслужил их любви.

Но пока он рос любовь родителей к нему не увеличивалась, а вот их требования – да. Ёсан должен был хорошо учиться в школе, участвовать в разных благотворительных мероприятиях, быть на хорошем счёту у учителей, иметь много друзей, быть активным и дружелюбным, помогать родителям, ходить в музыкальную школу, никогда не жаловаться и быть сильным мужчиной в семье. Он должен был делать это всё одновременно и никогда не забывать об этом плане. Как бы плохо и тяжело ему не было, чтобы он не думал, как бы он не устал, он должен был соблюдать все это. Ёсан так много всего должен был, что не понимал, почему. Почему его друзья могли делать, что хотели, могли заниматься любым творчеством, которым захотят, и родители поддерживали их и продолжали любить, не смотря ни на что, а он оставался изгоя, не смотря на то, что старался изо всех сил?

Почему, почему, почему?

Ёсан часто задавал себе этот вопрос, оставаясь наедине с собой и своими мыслями. Он много думал об этом. Никогда не приходил к какому-то определённому выводу и на следующий день надевал всю ту же маску, но в глубине души продолжал думать, думать, думать.

Он не уверен, в какой момент всё стало слишком для него. Слишком много нагрузки, слишком много давления, слишком много требований для обычного парня, который просто хотел быть собой. Он не был каким-то изгоем или маргиналом, он не стремился к чему-то опасному или жестокому, он просто был парнем, который хотел жить так, как он хотел. Ёсан хотел бросить музыкальную школу и заняться танцами, хотел отказаться от бесконечной нагрузки в школе и дать себе свободного времени, чтобы погулять с друзьями или просто посидеть в интернете дома. Ёсан хотел перестать слушать своих родителей, идти у них на поводу так, словно он их цепной пёс, обязаны им всем.

Ёсан хотел сбежать из золотой клетки.

Но удалось ему это сделать далеко не сразу. Прошло очень много времени, прежде чем он собрался с силами и наконец это сделал.

Но золотая клетка навсегда осталась внутри него.