toxic relationships.

После школы, многие полагали что блестящий ученик, сдавший все 12 СОВ и ЖАБА пойдёт работать в министерство. Иначе ведь не могло быть. Крауч же, устроился работать в отдел тайн. Многие удивились, ведь думали, что он выберет что-то более пафосное, как работа в отделе магического правопорядка, или в отделе международного магического сотрудничества. Хотя, кто знал Барти, могли сказать что он вполне мог выбрать подобное место, из-за своей отстранённости в школе. Хотя причина была в выгоде. 

Младший Крауч за недолго до своего окончания в Хогвартсе, получил метку Пожирателей Смерти. Его привёл Эван Розье. На тот момент его молодой человек, и близкий сторонник Тёмного Лорда. Эван разделял взгляды чистоты крови, когда же в Барти увидели талантливого волшебника, который может быть полезен. Крауч и Розье устроились работать в Министерство под прикрытием. Барти разбирает тёмные артефакты, и ищет те, что ведут к бессмертию. Никто за отделом Тайн не знал что творится в самых глубинах подвала, и комнат. Барти с Эваном купили себе двух этажный дом, в глухой деревне, где нет ни маглов, ни магов. Достаточно удобно, ведь оба пользуются летучим порохом и трансгрессией. 

— Ты снова задержался. 

Сказал Эван однажды, сидя за диваном, читая какой-то отчёт. Это вроде были документы Барти..

Крауч подошёл сзади, бросив на спинку дивана свой пиджак, когда же сам, он забрал отчёт у Эвана. 

— Ты не заметил, что я постоянно задерживаюсь? 

— Вот именно, что снова, — Эван откинул голову, на спинку, смотря на Барти из под лобья. — Я знаю что ты ответственно относишься к работе Пожирателя Смерти. Но хватит забывать о себе. 

— А что, волнуешься? — Барти усмехнулся, пустив в волнистые волосы свои пальцы, начав делать массаж головы. — В школе ты так не волновался. 

— Когда ты в последний раз не пил бодрящее зелье? — Проигнорировав вопрос, спросил Розье. Барти тяжело вздохнул, отводя взгляд. 

— Не преувеличивай, — Ответил Крауч, чуть сжав волосы парня на затылке. 

— Хочешь слечь в могилу до того как Дементоры доберутся до тебя? 

Барти прикрыл глаза. Ну вот опять. Сколько раз Эван поднял этот разговор? Третий раз за последние две недели?.. Из уст Эвана: «прекрати пить эту putain, иначе мне придётся вылить это merde в унитаз» действительно звучит как угроза. И ведь он держит своё слово. Сколько раз он вылил его экземпляры зелья.. Благо хоть сейчас он разговаривает. 

— Ты не ответил мне на вопрос, — Эван сматерился на французском. Такого словосочетания Барти ещё не запомнил, да и знать не особо хотел. — Когда ты в последний раз не пил бодрящее зелье? 

— Розье, волнуешься, так и скажи. 

Барти обвил своими руками шею Эвана, пряча лицо где-то в его плече. Эван лишь недовольно фыркнул, но отстранятся не стал. Вместо этого, Розье резко схватил Барти за волосы, потянув его на себя. 

— БЛЯТЬ! ЭВАН..

Крауч схватился за диван. Розье не дёргал, но держал волосы мертвой хваткой. Подобные моменты от Эвана уже не удивляют. В любой момент может схватить его. Его излюбленная привычка. Отучить бы его от этого..

— Mon cher.. Я ведь единственный кто забочусь о тебе.. — Эван говорил шёпотом. Угрожающим шёпотом. — Как ты можешь отвергать мою помощь? 

— Я стараюсь на благо нашей страны, Эван. 

— Ты стараешься чтобы получить одобрение одного человека, Барти. Всю свою жизнь. Сначала отец, а потом наш Лорд.. 

Эван недовольно фыркнул. Да, он был фанатично предан Темному Лорду, но свой нарциссизм он любил больше. 

— Эван, может ты отпустишь мои волосы? — спросил Крауч, чувствуя как спина начинает затикать. 

— Ты должен понимать, Крауч, что убиваясь на работе ради чьего-то одобрения.. Смешно. 

— Эван. Отпусти мои волосы. — Повторил Барти. Не прося, требуя. 

Розье недовольно вздохнул, и всё же разжал пальцы. Крауч тут же выпрямился, отходя на несколько шагов назад. Вроде бы молод, а спину уже тянет. Хотя сколько он так простоял один Мерлин знает. 

Барти чуть пригладил то место, где несколькими минутами ранее пальцы Эвана вцепились в него. Больно, но уже привычно. Как давно Эван делает так? Когда они познакомились?.. Нет.. Позже. Значительно позже. Кажется когда Эван впервые узнал кто нравился Барти. 

— Я не использовал палочку, mon cher. Хотя мог. Всегда мог.

В голосе Эвана прозвучала обида, которую он видимо сдержал столько лет. Он поднялся, обходя диван и встав позади Барти. Розье скрестил руки на груди. Крауч повернулся к нему, посмотрев в голубые глаза. 

— Всегда когда ты говорил о нём.. Выбрал какого гриффиндорца, которому даже дела до тебя не было. А я? Меня ты игнорировал, Барти. Разве я не заслуживаю такого же обожания, которым ты смотрел на него?

— Прекрати Эван..

Не опроверг, но и не подтвердил. Это вызвало новую волну гнева, и уже мимо пролетел зелёный луч, взорвавший вазу, что они оба купили на годовщину, но цветов там отродясь не было.

— Ты хоть раз смотрел на меня так же?.. — Тихо спросил Эван.

— А ты хоть раз хвалил меня? Хоть раз, оценил по настоящему весь тот труд что я делал? 0 Ты всегда обесценивал меня, Эван. Чтобы я не сделал, чтобы я чувствовал.. 

Пожаловался. Он, пожаловался. Рассказал о своих чувствах. За все то время что они были в отношениях. Впервые. И Эван кажется.. Хотел этого? Или..

— Обесценивал тебя!? — на лице появлялась смесь из злости и обиды, воплощенной в кривой усмешки. — Я буквально несколько минут назад сказал что я единственный, ЕДИНСТВЕННЫЙ, кто заботится о тебе Барти! 

— Заботился? С каких пор обесценивание является заботой!? 

— Ты считаешь что убивая себя на работе, ты получаешь одобрение от всех этих старых ублюдков в мантиях!? СЕРЬЁЗНО!? ТЫ ХОТЬ СЕБЯ СЛЫШИШЬ?! 

Барти тяжело вздохнул. Он прикрыл глаза, отворачиваясь. Он не хотел ссориться. Моргнув пару раз, он заметил осколки разлетевшиеся по полу. Достав палочку, он направил её на осколки, тихо произнеся:

«ℛ𝑒𝓅𝒶𝓇𝑜». 

Эван молчал. Барти тоже. Он вновь поставил вазу на тумбочку. Крауч взмахнул палочкой, и из воздуха начал появляться букет. Букет аконита, который был обвязан плющом, вместо верёвки. Легкая желтизна на листьях плюща хорошо сочетался с фиолетовыми лепестками аконита. 

— Я перестану пить бодрящее зелье, — тихо сказал Барти, не смея смотреть любимому в глаза. — Ради тебя, Эван.

Эван промолчал. Не съязвил, не закричал. А Барти.. Он не настаивал на словах. Сейчас обоим нужна была тишина. Им нужно переосмыслить всё сказанное ими. Крауч желал признания. Всегда доказывал себя поступками и действиями. Чтобы видели всё это. И результат, и то как Барти старался над ним, постепенно забывая обо всём, что его окружало. Ради того, что бы ему сказали что он ценен. 

Эван же.. Он искренне заботится о Крауче. Видит то, как он переусердствует. Боится, что однажды организм Барти не выдержит всей этой нагрузки. Но эта забота начинает превращаться в контроль. Злиться когда Крауч делает противоположное тому, что сказал Розье, и физически пытается удерживать Барти.

Они оба хотят одного и того же. Быть признанными любимым человеком. Человеком который им важен. Только вот, Барти это ищет через признания через достижения. А Эван через эмоциональную привязанность и контроль. Но оба они любят друг друга. Кто бы что не сказал, они бы продолжали причинять друг другу боль, но в то же время, наслаждаться собственными отношениями.