тоска по тебе

Главный дворец никогда не был домом. Дворец - это эпицентр всего грязного, неприглядного и скрываемого всеми ужасных вещей. За стенами творятся немыслимые для простого народа интриги и заговоры, лишь бы добиться желаемого любыми путями, даже если то по головам. Высокие потолки, на которых висят люстры исключительно из драгоценных камней, вычурные стены украшенные золотом, множество спален и огромных залов, что большинство времени пустуют, лишь добавляя работу горничным. Казалось, что на это место потрачено столько денег, которые стоило бы использовать для процветания королевства, поддержки юных талантов или помощь подданным, но власть имущие никогда не поставят кого-то выше себя. На собраниях аристократы принимают решения о налогах, в первую очередь, думая о своих личных казнах, а о жизни оплачивающих эти налоги и речи быть не может. На балах дочери знатных семей соревнуются у кого дороже камни на шее, пока у рыцарей семейства цвет лица становится хуже с каждым днем. На многочисленных балконах происходят тайные встречи замужних дам и женатых мужчин, кому не хватило веселья в их обыденной жизни, пока слуги обязаны охранять секретность мероприятия, лишаясь сна ночами. И во главе всего этого абсурда - король. Маки никогда не считал своего отца истинным королем. Ему он виделся жадным, глупым, злым стариком, которому только дай повод поорать на слуг или завести очередную наложницу. Хотя глупым его назвать тоже сложно - тот ведь умудрился переманить аристократов на свою сторону и забрать трон у своего родного брата, тело которого сейчас гниёт в одной из тайных клеток под дворцом. Это из уст самого короля, кстати. Он никогда не был хорошим отцом. Да и в целом, был ли он отцом хоть когда-нибудь? Маки не может его назвать папой, а тот не может назвать Маки своим сыном. В первую очередь, они его высочество король и наследный принц, а во вторую очередь… а во вторую очередь уже лезть ни у кого нет желания - и первой по горло хватает. Во всем этом кошмаре проходила жизнь наследного принца - Вильгельм Маусс Маки. Редкие вылазки из немыслимо огромного дворца были его любимыми моментами жизни. Будь то по поручению короля, на дипломатические встречи или тайные самовольные. Жизнь вне высоких ворот всегда казалась интересней - хотелось осматриваться по сторонам, бесконечно гулять и улыбаться по-настоящему. Воздух чище, солнце ярче, тело свободнее. Прямая осанка становилась более расслабленной, взгляд ясным, а голова наконец не гудела. Больше всего конечно любопытно наблюдать за простыми людьми - кто чем живет. Каждый из встреченных людей имел свою историю, которую с удовольствием рассказывал молчаливо слушающему молодому человеку. Однако молодой человек всегда умело обходил вопросы о собственной жизни - и никто из собеседников так и не смог узнать, почему тот горько улыбался. Необходимость снова и снова возвращаться в ненавистное место, что даже домом назвать язык не поворачивается - вот, что всегда пробивало Маки в самые неожиданные моменты. В моменты как сейчас - в последний день в малых графских владениях, куда приехал под предлогом предоставления имперской помощи после суровой зимы. Владения графа Мураты, что зачастую предпочитал оставаться у себя на севере, давая очередной повод столичным аристократом судачить о его «деревенской» личности. Он никогда не волновался о чем-то подобном - скорее, обращал свое внимание на благополучие жителей своего региона. Будь то воля Маки, он бы жил во дворце Мураты - ведь атмосфера, которую своими руками создал владелец этих земель, правда располагала к себе. Но судьба, к сожалению, предрешила, что место, куда принадлежит Маки - королевский дворец. От очередного осознания этого факта собирается ком в горле, ведь бесконечно жалко самого себя. Вильгельм Маусс Маки - наследный принц, закованный в железные цепи своим же титулом.

Конная прогулка по окрестностям владения в глубокую ночь, казалось, должна была отвлечь Маки и дать почувствовать себя свободным в последний раз перед неопределенном количеством времени в столице.

Может луна сегодня необычайно ярка, потому что одинока на бескрайнем ночном небосводе? Может она грустит, потому что россыпь звезд сегодня не пришли на их свидание? Может она хочет поговорить с таким же одиноким принцем, что как и луна, не может покинуть своего места и обязан светить, как бы от этого не отказывался. Топот копыт Астер - любимой спутницы Маки с малых лет - по последнему слою не оттаявшего снега приятно щекочет уши. Черная как смоль грива и темная окраска кобылы всегда притягивали немалое количество взглядов, но темной ночью эти черты становились преимуществом. В густом лесу, меж высоких деревьев было бы крайне сложно заметить лошадь такого цвета - поэтому она и стала незаменимой для принца, что пользовался любой возможностью для вылазок. Животное будто без слов понимало всю душу хозяина и умело быть просто рядом в самые нужные моменты. Маки казалось, что у нее был развитый даже по меркам людей мозг – ведь та заранее чувствовала, когда следует ускориться, поменять направление или остановиться на некоторое время. 

По мере приближения к сердцу леса, Астер все больше замедляла шаг, будто пыталась быть осторожной и менее шумной, даже контролируя свое дыхание. Заметивший такое странное поведение своей лошади, Маки почувствовал необходимость осмотреться по сторонам в поисках чего-то подозрительного. Но карие глаза так и не смогли найти источник страха Астер, что с каждым шагом будто желала остановиться, несмотря на настойчивый интерес своего человека. Прислушиваясь к каждому шороху, он лишь улавливал хруст снега под копытами и свое тихое дыхание, которое перекрывало стук сердца в груди. Неожиданно из глубин леса издался звук чавканья, причем такого, будто владелец слишком сильно заждался этого момента. Маки резко повернулся в сторону странного звука, а Астер уже окончательно остановилась, опустив свою голову вниз, не имея смелости вглядеться в темноту. Сердце начало биться сильнее, но Маки, не взирая на свой страх, готов был слезть с лошади и пойти пешком, ведь точно уверен, что любопытство сильнее его страха. Вдалеке, меж высоких деревьев, усыпанных слоем снега, в кромешной тьме виднеется пара желтых глаз, смотрящих прямо на него. Животное точно с размером медведя, но Маки абсолютно уверен, что в этой местности никаких видов медведей не должно быть – тогда, что же это? Широко раскрыв глаза, он пытается вернуть себе дыхание, что почти остановилось после такой картины. Придя в себя, он слезает с лошади, не спуская глаз с существа, находящегося на расстоянии пары десятков метров от него самого, что с большой угрозой вглядывается в каждое движение его тела. Маки делает один шаг в его сторону и сразу останавливается, получая оскал острых, испачканных в крови, клыков, которые по его памяти должны принадлежать волку. Их размер вселяют жуткий страх и запускают мурашки по всему телу, ведь Маки не помнит ни один вид или подвид волчьей семьи, что могли бы иметь такие клыки.

В ответ на свой второй шаг он слышит уже неодобрительное рычание, после которого окончательно убеждается, что это нечто из волчьей семьи. Маки, игнорируя свое вырывающееся из груди сердце, пытается как можно сильнее вглядеться в темноту, где он спрятался, узнать хоть что-нибудь еще об этом неисследованным человеком виде. Спадающие капли крови тянутся вниз, к лапам существа, где лежит маленькая лань с раскрытым брюхом. Довольно очевидно, что Маки прервал долгожданную трапезу, ведь лань искусали в разных частях, будто не зная, за что взяться в первую очередь. Жестокость, с которой вгрызались в бездыханное тело, питаясь внутренностями, ужасает. Желтые глаза напротив кричат о том, что следующий шаг человека будет последним. Хищник продолжает скалиться, опускает голову ниже и выставляет лапу вперед, закрывая свою добычу. Маки лишь смотрит на шерсть, настолько черную, что сливалась с темнотой все это время, пока лунный свет не начал пробиваться через густую листву деревьев.

Почему он никак не нападет на него? Почему будто дает шанс уйти, спастись от смерти? Почему лишь ждет чужих действий, хоть и ясно как день, что с легкостью выиграет этот бой? Количество вопросов становится лишь больше, пока страх перед хищником усиливается с каждой минутой. Он в очередной раз рычит, будто говоря уйти отсюда, после чего Маки оборачивается к Астер, которая уже заметно дрожит. Понимая, что на свои вопросы ответа сейчас он не получит, а скорее только следы от клыков на теле, принц принимает решение уйти. Как минимум, его верная подруга Астер, не должна пострадать из-за любопытства глупого хозяина.

Усевшись на свою лошадь, Маки в последний раз смотрит на ужасающего хищника, что оставался неподвижен все это время. Тот лишь ждет, давая, на удивление, слишком большой шанс для спасения и Маки убеждается в своих догадках - на него никто и не собирался нападать. Прищур острых глаз стал более расслаблен и поза была не так насторожена, казалось, что он всё понимал. После легкого приказа развернуться, лошадь рывком побежала в обратную сторону, куда подальше от существа. Маки, еще раз обернувшись, увидел лишь длинный черный хвост, уходящий глубже в лес.

Он чудом спасся, попавшись уже насытившемуся ланью хищнику. Стук сердца начинает приходить в норму и по мере приближения к дворцу графа, Маки все больше осознает, насколько сильно ему повезло. Но один единственный вопрос все еще не дает покоя - что же это было?